Придется поработать над оценками

Они назначили… встречу? Сессию? На следующей неделе, и Питер ждал ее с нетерпением. Он все еще был немного смущен и не понимал, как мистер Старк все же заценил идею того, чтобы Питер стал его… сабмиссивом. Юноша даже не сразу привык к такому новому слову. Но в конце концов он очень хотел, чтобы это случилось — как никак бумаги парень подписывал охотно. И чуточку был взволнован, что наконец попробует что-то новое с красивым, умным… слегка раздражающим человеком, таким как мистер Старк. И он даже старался внимания не обращать на тот, факт, что у Старка, вероятнее всего, могут быть еще и другие такие, как он, сабы. Это была не проблема — он впутался в это не для отношений, в конце концов. Но Питер все никак не мог в сторону откинуть мысли о том, что он имеет способность очень просто привязываться к людям, которые с добротой к нему относятся. К счастью, мистер Старк был грубым, дерзким, самовлюбленным, и… однажды это уже разозлило Питера. Поэтому в светлую голову мальчишки заползли идеи вывести мужчину из себя, да так, чтобы тот повысил на него голос. Как бы, если хорошо подумать, ничего в этой идее хорошего не было. Поэтому он пока не будет язвить — здравомыслию оставить место всегда нужно. К слову, с каждым новым занятием у Старка Питеру становилось все более неловко. Его бесило, что мужчина вообще не обращал на него внимания, поэтому парню приходилось напоминать себе: «Держи себя в руках. В прошлый раз, когда он заговорил с тобой, ты кончил в штаны, не забыл?» Так что, может быть, даже хорошо, что от Старка за последнюю неделю на уроках он слышал только: «Правильно, мистер Паркер». И после окончания одного из таких уроков мистер Старк подозвал Питера к себе (печально, что даже это его возбудило, только представьте), назначив сессию на шесть часов в вечер пятницы. Поэтому он быстро закончил срочную курсовую работу и старался, как мог, избегать ЭмДжей, потому что не был готов рассказать ей все… что с ним приключилось. А еще также убедился, свободны ли будут его выходные. Так, на всякий случай. Может быть, найдется время на уроки, прямо в пентхаусе.

—

— И у тебя есть секс-комната? Игровая? — нервно спросил Питер. Он вытер потные ладошки о джинсы и встал неловко напротив мистера Старка в его гостиной. Он только что пришел и не знал, что говорить и с чего начать. — Несомненно, — усмехнулся Тони. — Хочешь посмотреть? Питер колебался, но с энтузиазмом кивнул. Он не имел ни малейшего представления о том, как вообще может выглядеть комната пыток, надеялся только, что не слишком неприветливая. Только одно слово «секс-комната» вызывало равнодушие и холодность. Мужчина привел его к двери комнаты, которая находилась сразу за спальней. Дверь была заперта… ну да, еще бы она была открыта. Это же был секрет, большой-пребольшой, который нужно было держать в зловещей тайне. Питер не был уверен, что конкретно может встретить за дверью, но то, что он увидел, ни разу не походило на его представления. Комната была просторной и уютной, совсем не такой темной, жуткой и равнодушной, какой он ее себе надумал. Стены были светло-серыми. В центре комнаты стояла кровать, накрытая темным покрывалом. Здесь было много полок, на которых уместились… всякие девайсы и ремни. Оглянувшись специально, Питер не заметил вокруг никакого креста, о котором говорил раньше Тони. Может быть, спрятал, чтобы он не пугался. Юноша подошел к полкам, разглядывая всяческие приспособления, смущенный, но заинтригованный видом. Даже глядя на некоторые, казалось, что их смастерил сам Тони. Тяжко стало от следующей пришедшей в голову мысли, что мужчина специально создает орудия пыток, чтобы потом издеваться над подчиненными. Но, признаться, мысль была довольно возбуждающей. Он подошел ближе и рукой провел по зажимам для сосков, висящих на веревках рядом, но на них был какой-то странный дополнительный механизм… — Зажимы-шокеры для сосков моего собственного авторства, — Тони стоял позади, и почему-то паучье чутье не сработало, и когда мужчина обхватил руками его бедра, Питер знатно удивился. — Думаю, здесь все понятно, нет? — его руки скользнули вверх, по торсу Питера, и юноша сильно прикусил губу, чтобы громко не застонать. Пальцы поднимались вверх, вместе с тем поднимая края футболки и оставляя горячий след за собой, направлялись к левому соску. По коже Питера прошелся табун мурашек, и до сознания дошло, как в штанах быстро встает. — Насколько чувствительны твои соски, Пити? — прошептал на ухо Тони и ущипнул сосок, отчего Питер задохнулся и выгнул спину. Юноша схватился за недалеко стоящую стойку, когда мужчина скрутил его сосок более грубо, чем Питер мог ожидать. — А-ах. Они… Да, они чу-увствительны, — Старк улыбнулся ему в шею, касаясь губами и кусая. Сильно. — О, черт, — прошипел Питер, потому что член уже до невозможности пульсировал. Он совсем не ожидал, что так быстро заведется, но все же зная его подростковый возраст и суперчувствительность, можно было не удивляться. — Тогда, возможно, эти зажимы будут «слишком» для тебя, — сказал Тони, продолжая сжимать соски, и Питер, услышав это, заскулил в знак протеста. — Это же шокеры, после может остаться ожог. Я не думаю, что ты к этому готов, малыш. Лучше попробовать обычные зажимы? Вот увидишь, тебе понравится. Питер кивнул еще до того, как Тони успел закончить предложение. Боже, ему уже не терпелось попробовать. Тони внезапно отступил и повернул Питера к себе лицом, взяв за плечи. — Раздевайся и встань на колени там, — и рукой махнул в сторону черного мата, который на вид казался мягким — Питер смутно догадывался, для чего он предназначен. Мужчина серьезно подумал над тем, чтобы его сабмиссиву было максимально комфортно? От одной такой мысли в груди растеклось приятное тепло. Он снял джинсы и футболку, небрежно сбросил их прямо на пол, так и оставляя там. Волнение коснулось его рук тогда, когда дело дошло до боксеров, поэтому с ними он немного повозился, глянув на мистера Старка. Тот только кивнул, уже во всю изучая тело мальчика. Наконец откинув белье в сторону, юноша подошел к мату и, как приказали, встал на колени. Питер чувствовал себя слишком уязвимым, но сейчас ситуация вообще никак не влияла на его сумасшедшую эрекцию — член вздрогнул и упал, когда он опустился на колени и посмотрел на Тони. Мужчина подошел ближе и взял в руки подбородок мальчика, поднимая голову выше и глядя в глаза напротив. — Отныне ты будешь делать все, что я прикажу. Перед началом сессии я всегда буду ждать тебя здесь, на мате, без одежды и на коленях. Руки убери за спину, — почтительно диктовал Тони, и от одного его голоса Питер чувствовал себя прекрасно. Мальчик сглотнул, глядя в спину мужчины, снимающего с веревок парочку зажимов. — С этих начинать лучше всего, — Старк сказал так, словно они обсуждали список продуктов. — Безобидные и слабые, так что больно не будет. Я понимаю, у тебя быстрая регенерация, и мало что тебе причинит боль, но я не стану рисковать, если ты сам не попросишь. Хочешь, чтобы я нацепил их на тебя, малыш? Питер сжал челюсти, тяжело вздохнул и, опустив голову, посмотрел в пол. И тут же рука грубо схватила за волосы, откинула голову назад, заставляя Питера поглотить в себе тихий крик. — Извини, — равнодушно протянул Тони. — Но когда я спрашиваю, я жду ответа. Мне повторить вопрос снова? — Не-ет, сэр, — ахнул Питер, пытаясь стерпеть боль. — Нацепите на меня зажимы, пожалуйста. Хватка в волосах ослабла. — Уже лучше, малыш, — рука Тони поползла вниз, коснувшись члена мальчика. — А теперь повтори слова, — мужчина тоже опустился на мат напротив Питера. Оковы звякнули в его руках, и юноша вздрогнул от звонкого звука. — Голубой значит продолжать, желтый — предупреждение, красный — стоп. Щелкнуть пальцами, если не могу… не могу говорить, — заикался юноша, когда Тони провел кончиком пальцем вокруг соска. Волосы на руках и ногах встали дыбом. — Молодец, — похвалил мужчина. Тони взял зажимы, при этом цепь звонко звякнула, и зафиксировал зажим на одном из твердых сосков. Покрытие на зажимах было мягким, но когда они внезапно захлопнулись, стало неистово больно, если честно. — А-ах, ух ты, — простонал Питер, изо всех сил стараясь не задрожать. Юноша откинул голову назад, когда Старк зафиксировал второй зажим, и цепочка повисла между ними, а холодный металл неприятно обжигал кожу. Он послушно держал запястья за спиной и всматривался в лицо мистера Старка. Его глаза стали темными, а зрачки расширились от удовольствия. Наверное, он сам ужасно выглядел со стороны, быстро промелькнула в голове Питера мысль. — Как ты себя чувствуешь, малыш? — прошептал мистер Старк. — О-о, черт, это больно, но о-ох, так хорошо, — он сильно прикусил губу, стараясь сдержать скулеж, который очень хотел слететь с подростковых губ. И Тони жадно схватился за цепь между зажимами и, воспользовавшись питеровской туманностью, потянул. — О-о-о-о-о-ох, Господи! — почти сорвался на крик мальчик. Тони еще раз оттянул цепочку пальцами, и Питер крепче сжал запястья за спиной, впиваясь ногтями в кожу. Он продолжал ежесекундно тянуть цепочку, и грудь Питера разрывалась дикой болью, которая распространялась по всему телу, и до пульсирующего члена. Господи, если бы он только мог— А ведь он мог прикоснуться к себе, разве нет? Ничто его не связывало, и ничто его не останавливало. Он сделает это очень быстро, постарается сделать, поэтому незаметно убрав одну руку из-за спину, Питер обхватил ей напряженный член. Он быстро начал двигать рукой, не обращая внимания на Тони. Боль ноющего члена перекрывала даже боль на сосках, но блаженству, видно, не суждено длится долго. Его руку резко отдернули, и через мгновение Питер уже стоял на четвереньках, а лицо его оказалось в промежности между ног Старка. Боль на сосках снова вспыхнула яркими огнями в глазах, потому что хватка мужчины на цепи усилилась, и это было чертовски больно, чтоб вы знали. Мальчик тяжело дышал и скулил и даже не догадывался, что буквально носом может дотянуться до стояка Старка сквозь ткань штанов. — Разве я разрешал это делать? — послышался грубый и напряженный голос Тони сверху. — У тебя, наверное, проблемы со слухом, не иначе. Кто здесь все контролирует, Пит? Голова закружилась, и все было как в тумане. Наверное, Питер еще слишком долго молчал, потому что Тони снова грубо дернул за цепочку, и юноша вытер мокрое лицо о джинсы мужчины. — Вы, вы, сэр. Я.. простите меня. — И кто разрешает тебе кончить? — Старк еще раз легко потянул за цепь, заставляя Питера выдохнуть глухой стон, а тело — дрожать. — Боже, вы… Это вы! — пищал мальчик. — Верно, детка. Когда ты здесь, ты не можешь себя касаться. Только я, ведь так? — Господи, слышали бы с какой интонацией он это говорил, из-за чего странный жар распространился внизу живота, и ему так хотелось опуститься и потереться бедрами о мат хотя бы. И, не выдержав, он немного опустился, коснулся мата, но тут же переборол свои желания. И это не осталось незамеченным. — Ну хорошо, так можно, — на выдохе позволил Тони, ослабив хватку на цепи. И тогда Питер даже вздохнуть полной грудью не успел, как мат под ногами исчез, и его повалили на живот. И прижали, из-за чего яйца и пульсирующий член коснулись холодной ткани мата, и, признаться, это было слегка больно, но в то же время чертовски приятно. Тут же в непослушные кудри впуталась грубая ладонь, и Питеру пришлось встать в позу кобры, отчего мышцы живота напряглись. Сначала рука приятно гладила кожу голову, но потом резко потянула, и юноша снова пришлось встретиться лицом с промежностью Старка. А тем временем собачка на джинсах уже поехала вниз, и Тони освободил свой напряженный член, даже не спустив джинсы или трусы. Питер глянул и не смог больше оторвать глаз, не задумываясь, он приоткрыл рот и только слегка поднял короткий взгляд вверх, на лицо мужчины. — Только посмотри сюда, — и Тони положил ладонь на головку своего члена, быстро потер ее напротив лица Питера, что соленая капелька предэякулята попала на язык юноше, приятно обжигая. — Но что, ты сегодня плохо себя повел? Сделал то, что я просил не делать? — он продолжал водить ладонью по возбужденному члену. — Может… теперь и мне стоит сделать кое-что, что бы не пришлось тебе по вкусу? Что бы это могло быть? Свободная рука Тони снова потянулась к цепочке на груди парня, опуская Питера ниже так, что рот юноши наполовину поглотил большой член мужчины, и мальчик чуть не задохнула от невероятных ощущений. Питер быстро прошелся языком по головке, увлекаясь, за что Старк еще раз сильно дернул за цепь зажимов. Тони толкнулся так глубоко, что мальчику пришлось остановиться ненадолго, а потом снова продолжить с новой силой. Мужские руки снова зацепились за цепочку, и Питер заскулил, протестуя, но Тони не слушал — дернул. Питер уже чувствовал, как его соски будут болеть после. А потом юноша опустил бедра и толкнулся ноющим членом в мат от нетерпения и нарастающей боли в паху. Стало намного легче, приятнее, и хотелось еще, еще и еще. Поэтому он еще раз сильнее толкнулся в мат, и, конечно, он был мягче, чем, например, древесина, но все равно оставался плоским, из-за чего член и яйца продолжали неумолимо болеть, а на глаза навертывались слезы. Питер громко застонал, и то, что у него был забит рот, его ничуть не смущало. Все тело вмиг напряглось и тут же расслабилось, когда белая жидкость вырвалась струёй, пачкая мат, пол и живот. Мистер Старк тоже толкнулся еще два, три глубоких раза и кончил мальчику в рот, громко выдохнув. Питер проглотил заполнившую рот сперму с первого раза, издав при этом странный удовлетворенный писк, который забудет не скоро. Мужчина отпустил кудрявые волосы парня и упал рядом на мат. Потом застегнул ширинку на джинсах и посмотрел в широко раскрытые глаза Питера. Юноша как раз собрался с силами, чтобы постараться подняться на шаткие ноги, как тут же сильные руки перехватили за колени и поясницу, поднимая и успокаивая. — Тише, — прошептал Тони, прежде чем Питер успел возразить. — Нужно отмыться, хорошо? Питер вздохнул и позволил сильным рукам отнести себя в ванную комнату.