In Search Of The Queen

      Осмотр дал положительные результаты. Врачи сказали, что не всё так страшно. Но надо будет задержаться в больнице на две-три недели, чтобы дать руке отдохнуть. А потом ещё дома месяц не дёргаться. Эти новости привели меня в отчаяние. А как же мои работы? Что это за дизайнер такой, который работает только одной рукой?       Часам к десяти уже все, кому нужно было, знали о моих страданиях. Девочки пообещали навестить меня вместе с домашкой и своими парнями ближе к вечеру. Господин Ким пожелал полного выздоровления, посетовал на мою частичную парализованность и почти поклялся не выпускать Тэхёна из дому до полного его выздоровления. После этого я откровенно балду гоняла. А к двум часам пришла Суён.       Я рывком села и ошарашенно наблюдала, как она раскладывала на столе контейнеры с домашней едой. Она была одета в простые потёртые джинсы, чуть мешковатый свитер. Её волосы были собраны в неряшливый хвост, а на лице не было ни грамма косметики. Она хмуро поглядела на мою перевязь и буркнула: — Чего рот раскрыла? Садись поешь, в больницах ужасно кормят.       В этот момент в груди защемило, и я неловко сползла с кровати. Впервые мы с сестрой разделили обед. Я никак не могла перестать смотреть на Суён. Вот такой, в простой одежде и без макияжа, она была намного лучше, чем в привычной одежде. Уютной даже. Я начала представлять тихие семейные вечера у камина, с книжками и чашками какао. — Ешь давай, остывает, — бросила холодно сестра. — У меня ещё есть дела, мне некогда с тобой рассиживаться.       Но над отношениями и общением ещё стоило поработать. Я пару раз пыталась вывести её на пространный диалог, но она отбивалась парой коротких фраз, так что под конец я бросила свои попытки и молча жевала. — Спасибо, что зашла проведать, — я улыбнулась ей. — Я была рада узнать о твоих делах. — Заткнись, — фыркнула она, собирая контейнеры. — Это был первый и последний раз, усекла?       Мы мало общались с сестрой. И всё же я знала, что она начинает грубить, когда смущена. Поэтому я не обиделась на её слова перед уходом. В конце концов, нам ещё только предстоит по-настоящему подружиться. Теперь, когда нет отца, нам следовало быть ближе. И я, как старшая, должна сделать всё, чтобы наши отношения возобновились.

***

      Я подтянулся на руках и осторожно взобрался на широкий карниз второго этажа. Нужно было ещё два преодолеть. В этот момент я гордился собой. В отличие от своих однокурсников я редко откашивал от уроков физкультуры, так что и физическая форма у меня была достаточно хороша для подобных дел.       Раён наверняка спала, так что надо было действовать аккуратно и максимально тихо. А не то сюда сбежится вся охрана больницы. Мне этого не очень хотелось. Объяснять ещё потом, что да как. А ведь мне ещё домой нужно успеть до рассвета. Иначе отец и дворецкий хватятся. В общем, моя задача — проверить девушку и не спалиться. Главное, не сорваться и не упасть.       Я не знал, какие окна вели в палату Мун, поэтому я, в лучших традициях ассасинов, начал тихонько карабкаться вдоль всех окон четвёртого этажа, попутно заглядывая в них. В первых трёх никого не было, в четвёртой вольготно располагалась некая бабуля — и лучше бы я не видел то, что увидел. Надеюсь, когда я буду навещать свою девушку, как человек, — то есть, через дверь — не встречусь с ней в коридоре, что грозило бы мне умереть со стыда. На моё счастье, окно Принцессы располагалось за три от того, в которое я больше никогда не посмотрю. Я заглянул внутрь нужной мне палаты.       Работала только лампа, пристроенная у изголовья кровати, освещавшая жёлтым светом листы бумаги в руках девушки. Она сидела, сложив ноги по-турецки, и вращала в пальцах здоровой руки карандаш, которым периодически что-то подчёркивала в тексте. Я аккуратно постучал по стеклу. Раён дрогнула и подняла взгляд на окно. Затем её глаза расширились от удивления. Она чуть неуклюже выбралась из постели, запутавшись в одеяле и едва не свалившись на пол, подобралась к окну и распахнула створки. Они почти заехали мне по лицу, но я пригнулся, и всё обошлось. — Эй, Принцесса, аккуратнее, — буркнул я, пока Мун во все глаза рассматривала меня. — Может, пустишь, а то у меня скоро руки отвалятся. — Какого чёрта ты тут забыл? — зашипела она в ответ, даже и не думая о том, чтобы отойти от окна и дать мне место для благополучной посадки. — Пришёл тебя проведать, — пояснил я, закатив глаза. Пальцы начали ныть. — Ты мне не рада? — Уже почти полночь, Тэхён, — напомнила мне девушка. — Я об этом отлично осведомлён, — я улыбнулся. — Ну так как насчёт отойти в сторону и позволить моим пальцам жить? — С чего бы? — хмыкнула Раён. Она сложила крестом руки на раме и подпёрла одной из них свою щёку. Наши лица оказались очень близко друг к другу, почти соприкасаясь носами. — Ты сейчас совершенно спокойно и не привлекая внимания полезешь обратно так же, как и попал сюда, и пойдёшь домой. — Жестокая, — вздохнул я. — Знаешь, я потратил много сил на то, чтобы забраться к тебе, и вот твоя благодарность? Я, между прочим, болен. — О да, я это заметила, — она усмехнулась. — Да вот только обычные больные лежат мирно в кроватях и соблюдают режим. — А я просто необычный больной, — смело заявил я и подался вперёд, заставив её слегка отступить. — И полностью твой. Разве ты не счастлива? — Да я просто в восторге, что мой кашляющий и чихающий парень, недавно бывший ещё и с серой кожей, решил стать ассасином, — сердито фыркнула Мун, отодвигаясь от окна и возвращаясь в кровать. — Видишь, какой я самоотверженный? — ловко и по-геройски забраться на подоконник у меня не получилось, и я завалился внутрь колбаской. — Ты хотел сказать «безрассудный»? — уточнила девушка, собирая разбросанные листки и разыскивая в складках одеяла карандаш. — Типа того, — я стянул ботинки под окном, снял куртку и плюхнулся на койку. — Только не на историю моды! — воскликнула Принцесса, хлопая ладонью по моей пояснице. — Встань сейчас же!       Я приподнялся, и Раён вытащила из-под меня чудом не смявшиеся страницы. Она облегчённо выдохнула. — Конспекты, — с пониманием протянул я. — Мне сегодня староста тоже занесла. Вот такую кипу, — я развёл ладони сантиметров на пятьдесят друг от друга. — Ненавижу пропускать университет, — жалобно проныла Мун. — Ненавижу.       Я усмехнулся и перебрался к изголовью кровати, пока девушка искала карандаш у изножья. Наконец, она с довольным вскриком нашла его и с удобством устроилась спиной на моей груди. Я знал, что ей так больше всего нравится сидеть, — опираясь на меня и чувствуя меня всем телом. Мне тоже нравилось, хотя, если быть честным, я любил все варианты взаимного расположения наших тел, пока они хоть как-то физически соприкасались. Для меня была очень важна тактильная сторона отношений, и Раён это знала и принимала. Обожаю её, даже когда она ворчит на моё «безрассудство».

***

— Скорее-скорее! — девушка шустро зашнуровала второй ботинок на моей ноге и подскочила. — Давай, вали в окно! Бегом!       Я послушно перебрался через подоконник и повис, словно обезьяна на ветке, снаружи. Тут дверь в палату распахнулась. — Доброе утро, госпожа Мун, — вежливо поздоровалась медсестра и коротко звякнула подносом. — Зачем вы открыли окно? — А-а-а-а… — Раён нервно усмехнулась. — Да что-то жарковато стало, вот и открыла. — Не застудитесь только, — предупредила её медсестра. — Приятного аппетита.       И ушла. Я услышал облегчённый вздох Мун и чуть приподнялся над рамой. — Ты ещё здесь? — она сердито сверкнула на меня глазами. — Ну-ка кыш отсюда! — А поцелуйчик на прощание? — я вытянул губы, но вместо ответного действия получил несильный удар пальцами. — Какая ты у меня беспощадная, Принцесса, — пожаловался я. — Не уйду, пока не поцелуешь. — Ой, ну всё, — Раён схватила меня за куртку одной рукой, притянула к себе и быстро чмокнула в губы. — Исчезни, альпинист.       Я широко-широко улыбнулся ей в ответ и действительно направился вниз. Это оказалось сложнее, чем вчера, потому что болели руки и ноги. Когда я оказался внизу, я поднял голову и успел увидеть, как кончики знакомых волос исчезли за захлопнувшейся рамой окна. Проводила взглядом, волновалась, с удовольствием отметил я и потопал домой.

***

— Мам, пап, доброе утро, — неуверенно проговорила Раён, присаживаясь на корточки перед надгробием. — А я тут недавно обезвредила маньяка. Правда, потом в больнице провалялась. Ничего серьёзного, он мне только руку поранил. Теперь мне месяц её нельзя напрягать. Но это ничего, главное, что этот псих больше никого не тронет. Суд уже состоялся, и я давала показания. Если честно, мне бы не хотелось сделать это ещё раз. Он на меня так посмотрел, — она передёрнула плечами, и я невольно положил руку ей на спину. — Но со мной был Тэхён, наблюдал из зала. Вон он, кстати, я же обещала вас познакомить. Он заботится обо мне, следит, чтобы я не перестаралась, а то материал учебный надо нагонять. Поздоровайся, что ли, Тэхён. — Здравствуйте, господин Мун и госпожа… — я замялся. — Хан, — прошептала Мун, а я тут же подхватил: — И госпожа Хан, — и поклонился. — Очень рад с вами познакомиться. Я буду оберегать вашу дочь столько, сколько смогу, и ещё чуть больше. — Эй, — я почувствовал пинок по своей голени, но лишь чуть поморщился. — Надеюсь, вы не будете против наших отношений, — я улыбнулся. — Я очень люблю вашу дочь и намерен жениться на ней, как только мы закончим учёбу. — Что? — услышал я чуть позади себя хриплое. — Правда?       Я чуть обернулся к ней и внимательно посмотрел в глаза. Каждое моё слово было чистой правдой. Мне очень хотелось, чтобы наши отношения переросли в нечто большее, чтобы мы всегда жили в одном доме, чтобы у нас появились дети с её глазами и улыбкой. И собаку было бы неплохо завести. Она будет гонять Минта — этого наглого кошака — по всему дому. Ну, или будет боготворить этот комок шерсти. Неважно. Но мне этого безумно хотелось. — Я серьёзно, Принцесса. Ты бы хотела в будущем стать моей женой со всеми вытекающими последствиями?       Девушка перевела растерянный взгляд на надгробный камень с именем отца, закусила губу. А потом расплылась в смущённой улыбке: — Только если ты очень хочешь стать моим мужем со всеми вытекающими последствиями. — О, за мной не заржавеет, — я почувствовал, как губы неконтролируемо растянулись в широкую улыбку. — Тогда я согласна, — пробормотала Раён.       Странное место для предложения руки и сердца, но это было правильно. Теперь её родители были в курсе наших будущих планов. Остался мой отец… И мама… Она бы захотела узнать об этом?

***

      Я медленно вышла из кабинета врача. Моя рука болталась на перевязи. Тэхён подскочил и остановился передо мной со взволнованным лицом. — Что такое? Неужели какие-то осложнения? — спросил он.       Я подняла на него взгляд. — Тэхён, я… — сделала паузу, проглотила слюну. — Я… — Ну же, что «я»? — Ким уже был на грани истерики. — Я… СВОБОДНА, ЧЁРТ ВОЗЬМИ! — я рывком стянула бинты и отбросила себе за спину. — Никаких перевязок и мазей! Никаких «не напрягайте руку»! Аллилуйя! — Не кричите в больнице, — раздался сердитый голос медсестры за моей спиной. — И не мусорьте, пожалуйста. — Айгу, извините, — я быстро подняла перевязку и доверительным шёпотом сообщила Тэхёну. — Я теперь могу делать что захочу. Круто, скажи же? — Очень хорошо, Принцесса, — согласно кивнул парень, беря меня за руку. — Только что угодно делать ты не будешь. Не хватило этого раза? Может, ещё пойдёшь маньяков половишь? Нетушки, теперь сидишь дома и выходишь только со мной. В университет. — Но Тэ-э-э-э-э-э-э-э-э-э… — заныла я, а Ким уже тащил меня за собой. — Не ной, — осадил меня он. — Я лишь о тебе беспокоюсь. — Не ври, ты беспокоишься ещё и о своей нервной системе, — возразила я. — Потому что с тобой она у меня никогда не восстановиться, — буркнул Тэхён. — Ни через сорок лет, ни через восемьдесят — никогда. — Ну так я тебя за язык не тянула, когда ты мне признавался, — хмыкнула незлобно я, залезая в машину парня. — Не тянула, — согласился он. — Но и я не сказал ещё, что твоё умение меня выбесить, — одно из того множества качеств, за которые я тебя и полюбил, так что смирись. — Охотно, — я развалилась на сидении автомобиля. — Куда едем? Сегодня ты прямо нарядный. — В аэропорт, — ответил Ким. — Я… Мама написала, что сегодня улетает. А я так и не поговорил с ней. Вот и… — Тогда гони, — я резко выровнялась. — Давай-давай, заставь эту стрелочку сдвинуться вправо.

***

      Тэхён нервничал, и я это прекрасно видела, поэтому взяла его за руку и повела вперёд. Людей было много, толкучка была страшенная, и я откровенно ничего не видела. Ну, с моим-то ростом это вполне объяснимо. А вот парень возвышался над толпой, и его глаза выискивали его маму. Я же была чем-то вроде тарана. — Я её вижу, — Ким резко остановился. — И чего ты стоишь? — меня слегка повело назад, а затем я развернулась к нему лицом. — Какой у неё рейс? — Инчхон-Нью-Йорк, — непослушными губами выговорил он. — Тогда у тебя осталось, — я посмотрела на табло. — Всего двадцать минут до начала регистрации! Тэхён, не время отступать, ты уже здесь. — Я… Не знаю, — парень жалобно уставился на меня. — Слушай, — я вздохнула, — я не вправе говорить тебе, что ты должен делать, а что не должен. Подумай сам: ты бы хотел попрощаться с мамой, которая искренне просила у тебя прощения за свой поступок? Ты бы хотел наладить ваши отношения, чтобы потом у тебя в этом мире был кто-то ещё из родных? Если оба ответа «да», то тебе надо поторопиться.       Тэхён на некоторое время завис. Я терпеливо ждала его решения, на всякий случай покрепче держа его пальцы. — Спасибо, Принцесса, — он вдруг улыбнулся. — Я всё решил. Жди меня здесь.       Он коротко чмокнул меня в висок и устремился в сторону своей мамы. В этот момент людей стало поменьше, и я увидела, как светловолосая женщина в дорогом бордовом пальто отбросила чемодан и крепко-крепко обняла Кима. А он — её. Они о чём-то поговорили, а потом парень повёл мать на регистрацию. Всё это время они крепко держались за руки. Он проводил женщину до дверей в зал ожидания. На прощание они снова обнялись. Наши с матушкой взгляды пересеклись. Она благодарно кивнула мне, и я ответила ей улыбкой и лёгким пожатием плеч. Женщина ушла, а Тэхён быстро отвернулся и пошёл ко мне. Его нос и кожа вокруг глаз были красными. А когда он приблизился ко мне, я заметила слёзы в его глазах. — Теперь всё хорошо? — ласково спросила я, вытирая пальцами щёки парня. — Лучше не бывает, — прерывисто выдохнул он, прижимая меня к себе и зарываясь лицом в волосы.       Я с улыбкой обняла его в ответ и прижалась щекой к его груди, где громко стучало его сердце. Похоже, теперь всё и вправду хорошо.

***

      Стремительно наступала пора сессий. Мы с Раён, отчаянно прогулявшие часть материала в середине года, старались в два раза больше. Надо было перед преподавателями показать себя с хорошей стороны, чтобы потом они не пытались завалить нас со злости за прогулы.       Наши опасения были, на наше счастье, напрасны, и вскоре в наших зачётках сияли адекватные отметки. Но период треволнений закончился не у всех. Принцесса постоянно нервничала из-за сестры, ведь у неё скоро государственные экзамены. Поэтому она часто приходила к Суён домой со сладостями и помогала чем могла. Похоже, их отношения спустя такое долгое время пошли на лад. Хотя в какой-то момент я усомнился в этом, потому что, когда я заехал за Раён в семейный особняк Мунов, услышал: — Всё-всё, проваливай, — младшая Мун беспардонно вытолкала свою сестру за порог. — Ну Суён-а! — воскликнула Принцесса. — Я же помочь хочу. — Своими комментариями ты только отвлекаешь, — хмыкнула Суён. — Я просто не хочу, чтобы ты думала, что всё зависит лишь от экзаменов. В конце концов, никто не собирается отнимать у тебя бизнес отца, так что… — Я должна стараться больше, чтобы поступить в самый лучший ВУЗ и утереть всем носы, — перебила девушку младшая. — Но я совсем не это хотела сказать, — поджала губы Раён. — Послушай, — Суён прислонилась плечом к косяку двери и скрестила руки на груди. — Мне это важно, ладно? Это мой выбор — пойти учиться дальше. Может, я и могла бы полностью заняться ресторанами, но мне нужно дать понять конкурентам, что я способна им противостоять и делать это грамотно, а не как попало. Поэтому прекрати свои нравоучения, если хочешь, чтобы я тебя сюда пускала.       Принцесса нахмурилась. А потом расплылась в улыбке. Она подняла руку и потрепала сестру по волосам, собранным в гладкий хвост. — Какая ты у меня взрослая, Суён-и, — ласково протянула Раён. — Я тобой горжусь. — Катись колбаской, онни, — буркнула девушка в ответ и захлопнула дверь.       Мун застыла на месте. А затем радостно взвизгнула и повернулась ко мне. — Ты слышал? — воскликнула она. — Суён назвала меня онни!       Я улыбнулся и распахнул перед девушкой дверь. Пока она садилась, я поднял глаза на окна дома. И встретился взглядом с Суён. Она стояла, скрестив руки на груди, и внимательно смотрела на нас. Я едва заметно кивнул и сел в машину. На мгновение мне показалось, что на месте младшей Мун я увидел их отца. Он когда-то тоже так стоял, провожая меня взглядом. Только тогда я ещё не имел чести знать одну из его дочерей, что сейчас сидела рядом, чуть подпрыгивая на месте от переполнявшей её радости.

***

      На выпускной Суён мы пошли вдвоём. Изначально Раён хотела сходить одна, но потом я предложил ей услуги шофёра, и она согласилась. Мы приехали как раз к началу церемонии награждения аттестатами. Принцесса громко хлопала и даже на ноги поднялась, когда её сестра пошла забирать свой аттестат отличника. Невольно вспомнилось время, когда я сам был школьником-выпускником. Конечно, у меня не было идеального табеля, но на моей церемонии был отец. И я был очень горд, когда он стоял у стены и хлопал мне оттуда, одобрительно улыбаясь. У Суён же никого не было, кроме сестры. И всё же держалась она отлично.       Правда, под конец разрыдались обе. Младшая Мун изо всех сил прятала свои слёзы, а вот Раён улыбалась, демонстрируя мокрые щёки. Мы не остались на неофициальную часть мероприятия и отправились кутить втроём на моей машине.       Встречали рассвет мы на холме, не выходя из машины. Девушки спали: Суён на заднем сидении, Раён на переднем пассажирском. Я держал её за руку и щурясь смотрел на поднимающийся огненный шар. С этого момента все наши с Принцессой проблемы исчезли, а малые беды перестали быть значительными. Всё было хорошо.

***

      Начались зимние каникулы. А там и третий курс не за горами. И волнительно, и страшно, потому что становимся ещё старше. Все треволнения выпали аккурат на октябрь и на мой день рождения, а потому мы с Тэхёном решили отметить оба наши дня рождения в одно время — тридцатого декабря.       Но не всё вышло так гладко, как нам хотелось. Квартет танцоров отбывал в Америку на танцевальный фестиваль. Ровнёхонько тридцатого с утра пораньше. Ну, мы проводили их, конечно. Правда, потом весь оставшийся день провели как овощи, зато увидеть улыбки ребят стоило раннего пробуждения. Юон мне ещё тихонько сообщила, что Чонгук решился представить её родителям сразу после поездки. Что касается парочки танцоров-сонбэ, то эти двое вообще решили пожениться прямо в Штатах. Сумасшедшие. Счастья им двоим. Главное, чтоб не убили друг друга. Окрылённые своим счастьем, они отбыли, и мы с Кимом вернулись домой.       Спать не хотелось, поэтому мы дружно прикончили праздничный торт, потом заказали пиццу и развалились на диване под непонятную комедию. В принципе, день начинался неплохо. Ближе к обеду мне позвонила Хон и извинилась за то, что они с Юнги не смогут провести с нами Новый Год, — они уехали в Швейцарию на практику. А потом шёпотом доложила, что номер у них общий и кровать одна. Я рассмеялась. Бедная моя нежная подруга. Тяжело же будет Мину.       После таких новостей посыпались другие: отец Тэхёна уехал на показ и вернётся нескоро; Суён полностью погрузилась в дела бизнеса. И тут мы стремительно осознали, что скоро первое января, дом не готов и встречать мы его будем втроём: я, Тэхён и Минт-и. Ким, конечно, предложил отдать его кому-нибудь на время праздников, но я твёрдо отказалась. Кот не переносил незнакомых людей, а те, кому можно было «сбагрить кошака» уже успели смотаться из страны. Вот такие пироги. Ну, может, они наконец подружатся…       В гостиной что-то отчаянно грохнуло, и я метнулась туда. Тэхён сидел на полу и глупо хлопал глазами на упавшую ель, на которой устроился кот. Оценив ситуацию, я обречённо вздохнула. Нет, скорее в лесу что-то сдохнет, чем эти двое найдут общий язык. Я накатала целый список продуктов и отправила парня в магазин, а сама принялась украшать дом. Уж мне-то Минт-и мешать не будет.

***

      Я смотрела в окно на распускавшийся в небе салют. Яркие огоньки рассыпались по тёмному небу с треском и осыпались вниз. — Я всё убрал, — поделился Тэхён, приобнимая меня со спины. — Как палец?       Я умудрилась разбить один из бокалов и порезаться. После этого Ким сослал меня к окну, а сам занялся уборкой. И не только осколков, но и еды. Минта хлебом не корми, дай что-нибудь с праздничного стола ухватить. — Не отвалился ещё, — я подняла руку и серьёзно посмотрела на забинтованную конечность. — Как думаешь, когда он начнёт отмирать? — Принцесса, не каркай, — буркнул парень. — Я же не ворона, — пожала я плечами. — Ой, просто помолчи.       Я улыбнулась. Тёплое тело грело меня, несмотря на близость приоткрытого окна. Мелкие снежинки попадали на подоконник и тут же таяли. На периферии сияла гирляндами искусственная ёлка. Под ногами крутился Минт-и, чуть мурлыча. Новый Год обещал быть просто отличным.