Хочу секса,ананас и на ручки

Когда это все началось? Со вторника или все же в среду? А может, понедельник — день тяжелый? Кажется, это не имело никакого значения, по крайней мере, именно сейчас. Головная боль, изжога, тошнота, уныние и раздражение ото всех и всего, что его окружало, пришли и плотно обосновались в душе, поведении и голове. В его жизни появились эклеры, килька в томатном соусе и запах жареного лука, который преследовал его постоянно. От последнего его тошнило и выворачивало наизнанку. Увеличилось количество пустяковых ссор и перепадов настроения. А как можно быть в хорошем настроении, если любимые джинсы не налезают даже на одну ногу, а кофты и футболки чешутся и щекочут? Да сам факт того, что он стал просто огромным и ему абсолютно нечего носить, приводил в ужас. А еще жутко хотелось секса, даже больше, чем киндер-сюрприза в три часа ночи, хотелось до тошноты в глотке. Или это не в сексе было дело, а его просто тошнило? Господи, помилуй, что это, блять, за беременность такая? Но все это было должно, просто обязано, пройти. Все пройдет, нужно потерпеть, каких-то три месяца осталось. И все же вторник сегодня или среда, или, может, вообще еще только понедельник? Мысли казались ватой, тягучей и липкой, да и думать не хотелось. Хотелось спать, хотелось уже нормального человеческого выспаться на животе. — Арсюш, ты готов? — донеслось из спальни, и темноволосый мужчина медленно поднял голову, рассматривая себя в зеркале напротив. — Арс, тебе плохо? Ты еще не оделся, — высокий парень в клетчатой рубашке заглянул через дверь. — Нам идти пора, Димка звонил, я такси вызвал. — А давай никуда не пойдем, — тихо произнес мужчина и обернулся, придерживая рукой выпирающий из-под домашней футболки живот. — Ну что такое? — улыбнулся Антон, делая шаг вперед, чтобы прижаться к спине своего супруга. — Чем мой пирожочек не доволен на этот раз? — Пирожочек? А откуда ты знаешь, что я час назад сожрал три пирожка с капустой? — буркнул Арсений и, встретившись взглядом с глазами напротив, добавил: — Я никуда не пойду, мне нечего надеть. — Да у тебя целый шкаф новых вещей, — произнес парень и осекся под пристальным взглядом голубых глаз. — Ты издеваешься? Посмотри на меня, я похож на слона, я скоро в дверь не войду! — завопил Арсений, мгновенно заводясь с пол-оборота. К слову, в дверь он все-таки прошел, но тут же вернулся обратно, забавно переваливаясь из стороны в сторону. — Я похож на слона, у которого косолапость. — Ты похож на моего беременного мужа, Арс, ну не кипятись, — легкий поцелуй в шею вызвал толпы мурашек, и Арсений зажмурился, ощущая прикосновение рук на своих плечах. — Ты прекрасен, ты такой красивый, мой, — шептали теплые губы над его ухом, а руки парня нежно поглаживали выпирающий живот, и мужчина сцепил зубы. — Тох, я… я больше не могу. Устал, все ломит, все плохо, тебя задалбываю, когда ты на работе. А ты злишься, задерживаешься. Я видел, как тебя Пашка домой подвозит. Он тебе нравится, да? Он лучше, чем я? — Арсений запнулся, закусил губу, понимая, что сейчас разревется. Ком предательски подкатил к горлу, стало так тошно, что даже противно. — Попов, все пройдет, нужно немного потерпеть. Я люблю тебя, люблю нашего будущего сына, — руки парня скользнули ниже, поглаживая выпирающий живот, а после ладони коснулись слегка небритых щек. — Все будет хорошо, слышишь? Ну посмотри на себя, на нас. Арсений нахмурился, но все же медленно поднял голову. В зеркале напротив отражались два любящих друг друга человека и еще один пока не родившийся, но тоже человек. — Прекрати меня успокаивать, — мужчина всхлипнул, но тем не менее прильнул щекой к теплой ладони. — Я неповоротливый бегемот, ни сесть, ни встать, ни сексом заняться нормально. Я уже несколько месяцев не вижу свой член. — Да-а? — брови парня иронично поползли вверх, а рука скользнула ниже под резинку домашних штанов, и мужчина, слабо охнув, задрожал в его объятьях. — Тоха… — прошептал он на выдохе, подставляя шею под горячие поцелуи. — Нашел, — хрипло прошептал Антон, прикусывая зубами мочку уха своего мужа. — Посмотри, как ты прекрасен. Иди ко мне. Одной рукой он приобнял мужчину за шею, притягивая его к себе ближе, второй рукой поглаживал выпирающий член сквозь ткань домашних штанов. — Ну скажи мне, чего ты хочешь? — Тох, — Арсений заскулил, заерзал в жарких объятьях. — Секса хочу, тебя хочу очень-очень, сейчас. — Я чувствую, — Антон закусил губу, рассматривая в зеркальной поверхности их двоих. — Ты течешь, а местами даже протекаешь, — легкий смешок заставил Арсения открыть глаза, рассматривая, как на его футболке в районе груди стремительно образовывалось мокрое пятно. — Сука, — выдохнул мужчина, — опять. — Все хорошо, все хорошо, тише, — легкие поцелуи от шеи до подбородка заставили мужчину забыться вновь, и он не протестовал, когда парень, стоящий позади, снял с него намокшую футболку, отбросил ее в сторону, заскользил руками по округлым бокам, животу, коснулся набухшей безволосой груди, и на его пальцах остались капли белесой жидкости. Еще одна пикантная подробность беременности его любимого мужа, от которой тот временами впадал в истерику. — Ты прекрасен, посмотри на себя, ну же, Арс. — Это ужасно, — со стоном прошептал Арсений, и его стон тут же исчез в жарком требовательном поцелуе. Руки парня скользнули ниже по животу, пальцы ласкали кожу. Он знал, что нужно его мужу. Правая рука вновь исчезла под животом, с легкостью нашла выпирающий член. Движения, сначала ласковые и нежные, сменились на ритмичные. — Шаст, — едва слышно прошептал мужчина, не сводя глаз с отражения их двоих, а затем уперся руками в раковину и откинул голову на чужое плечо. Он нетерпеливо ерзал задом, ощущая стоящий колом член партнера. Тело ломило, низ живота тянуло сладкой болью предвкушения. Антону хотелось быть нежным, осторожным, как и всегда, когда они занимались любовью в постели в таком положении, но сейчас, как никогда, его беременный муж плавился словно свеча в его руках, выгибался, просил большего, и все это отражалось в зеркальной поверхности напротив. Жаркий поцелуй в губы сводил с ума, ласки доводили до дрожи, и в этот момент где-то в комнате раздался звонок телефона. — Поз звонит, — на выдохе произнес Попов, различая мелодию звонка товарища. — Перезвонит. Антон выдохнул и медленно толкнулся вперед, горячая головка члена исчезла в растянутой дырочке, выбивая из груди мужчины протяжный стон. Звонок телефона сменился другой мелодией. — Такси, — шепотом произнес мужчина. — К черту такси, — едва слышный рык у уха вызвал толпы мурашек по всему телу. — О боже, — Арсений кусал губы, ловя в зеркале взгляд зеленых хищных глаз, с вожделением рассматривающих его обнаженного, беременного, возбужденного с текущими дорожками молока из розоватых сосков. Короткий выдох, плавный толчок. Антон толкнулся вновь, вошел до упора, ощущая, как жарко внутри, узко. Он сдерживался изо всех сил, чтоб не оттрахать своего мужа жестко, до криков, переходящих в хриплый скулеж. — Я люблю тебя. — Я хочу, как раньше, — Арсений словно мысли его читал и, выдыхая, подался назад, насаживаясь на член самостоятельно. Парень облизнул губы и придержал его за бедра, впиваясь пальцами в нежную кожу. — Потерпи, скоро все будет можно, — резкий толчок вырвал из груди сдавленный крик. Антон стал толкаться глубже, чаще, одновременно с этим ритмично надрачивая мужчине, вцепившемуся рукой в фарфоровую раковину. Второй рукой Арсений придерживал выпирающий живот, уберегая от внезапной тряски. Боль и наслаждение смешивались в единый коктейль, чтобы через мгновение яркими вспышками пронзить тело долгожданным оргазмом. Антон кончил секундой позже и, тяжело дыша, прижал к себе обнаженного мужчину. Их руки сплелись на выпирающем животе, и на миг время замерло на месте. — Толкается, — Арсений вздрогнул от слегка болезненных ощущений, но затем стал счастливо ластиться под теплые губы, целующие его в висок. — Устал? Давай я тебе массаж сделаю, спинку, ножки поглажу, — шепнули теплые губы, и Арсений кивнул. — Отнесешь меня? — Боюсь, вас двоих не потяну. Может, таксиста вернуть? — Антон улыбнулся смешной шутке и тут же закусил губу, понимая по лицу Попова, что шутки юмора тут были лишними. Наваждение, страсть, желание — все это рассеялось вместе с ярким фееричным оргазмом. Раздражение, тяжесть, тошнота вновь заняли свои места, а нервные клетки зарыдали от безнадеги. Арсений сглотнул комок в горле и часто-часто заморгал ресницами. — Арс, ну ты чего опять? — Антон вздохнул. — Ну перестань. — Отстань от меня, езжай на своем такси куда хочешь, — мужчина закусил губу отвернулся, понимая, что сейчас вот-вот разрыдается. Последнее происходило довольно часто и против его воли. — Никуда я не поеду без тебя, слышишь, Арс? Мужчина всхлипнул, отрицательно замотал головой, и высокий светловолосый парень прижал его к себе. — Ну тс-с, Арс, я все для тебя сделаю, только скажи, — шептал парень, поглаживая трясущуюся спину. — Ну чего ты хочешь? Судорожные всхлипы сменили свою тональность, и Антон выдохнул, прижимая к себе своего беременного мужа. — Хочу секса, ананас и на ручки, — раздался над его ухом горький судорожный всхлип, плавно переходящий в протяжный и тихий вой.