two.
19 декабря 2019 г., 16:07
Парни молча шли по темным улицам, освещенным лишь в некоторых местах. Разместив руки в карманах толстовки, Чонгук понимал, что сейчас он вновь вернется в пустой дом, наберет горячую ванну и просто будет там сидеть часа два, тупо таращась в стену. Если бы не походы на работу, парень бы сошел с ума. Вечная тяга к одиночеству и постоянная апатия, сопровождаемая болью. Чонгук никого не подпускает к себе, не желает, чтобы до него дотрагивались. Чонгук хочет быть один.
Дружба с Юнги — спасение и тонущее чувство одновременно. Чонгук словно биполярный человек: сегодня он хочет, чтобы Мин был рядом; завтра — чтобы пошел на хрен, ведь парня от него тошнит. Эта амбивалентность была не всегда. Лишь когда жизнь обрела черные обороты и пошла по нескончаемой пизде. Именно в тот момент Чонгука дополнили психическими расстройствами.
Парня всегда поражало, как Юнги терпит его припадки. Но это незнание сопровождалось постоянным чувством благодарности. Младший попусту не знает, кто он без Мина и что с ним бы стало.
— Точно не будешь сегодня ночевать у меня? — Парни остановились у перекрестка, смотря на друг друга.
— Нет, спасибо, — Чон слабо улыбнулся, развернулся и двинулся в свою сторону.
Юнги некоторое время смотрел ему в след, задумываясь о том, кем же стал Чонгук.
***
Вода обжигала кожу, особенно в местах свежих порезов и следов от потушенной сигареты. Чонгуку хотелось делать своему телу больно, но и не хотелось одновременно. Порезы — остановка его истерик и приступов. Таблетки — это, конечно, тоже хорошо, но иногда тебе нужно что-то большее. И у всех людей это «что-то большее» абсолютно разное. У Чонгука — лезвие. Юноша откинул голову назад. Такое положение головы тянуло глотку и ему постоянно хотелось блевать. Он усмехнулся. Чонгук не ел около недели, осознавая, что это плохо. Но на данный момент смысла в еде он не видел, да и желание есть не было. Желудок поедал сам себя, и парень знал, к чему приведут его голодания. Но ему было плевать на себя. Входная дверь быстро открылась и захлопнулась. Звук дыхания человека был слышен даже в ванной комнате. Чонгук встал, завязав полотенца на талии. Он шел к прихожей, оставляя за собой мокрые следы. — Мин Юнги, какого, простите, хуя вам надо? — Юноша включил свет и дернулся от неожиданности. — Ты тот парень с бара… Что ты забыл в моей квартире? — злость наполняла Чона, он стоял на месте, рассматривая Тэхена, который продолжал глубоко дышать. — Прости, прости, я… В общем, — он последний раз глубоко вздохнул и выпрямился, — прости, ладно? Твоя дверь — единственная, что была открыта. Мне надо было спрятаться, я не виноват в том, что попал именно к тебе. — Ты — Ким Тэхен, полагаю? — Ярость Чонгука утихла, парень рассматривал лицо незнакомца. — Да, откуда ты узнал? — без интереса спросил тот. — Я уходил с работы, за тобой на байке гнались двое мужиков, один из них выругался на тебя. — Ясно… Что ж, мне, типа, плевать, что я такой наглый, но я на время останусь у тебя, утром свалю. Чонгук вопросительно поднял одну бровь: — Серьезно? Что, если нет? — Я не спрашивал твоего разрешения, я поставил тебя перед фактом. Не будь нудным и иди оденься, смотреть тошно на твое тело. Младший демонстративно закатил глаза, но переодеться все-таки решил. Любимая белая футболка и старые черные джинсы. Волосы беспорядочно лежали на голове, открывая лоб. — У тебя есть вообще кофе? — Тэхен открывал и закрывал кухонные шкафы в поисках либо алкоголя, либо кофе. Но ни того, ни другого не было. — Недавно допил последнее, — Чон облокотился на косяк, продолжая следить за действиями Кима. Парень глубоко вздохнул, бросив томный взгляд на хозяина квартиры. Его мысли на секунду остановились при виде Чонгука, но быстро вернулись в рутинный поток. Нельзя поддаваться соблазну. — Ты вообще в курсе, что от тебя спиртным за километр несет? Может пойдешь примешь душ и поспишь? Нехер здесь своявольничать. Тэхен слабо усмехнулся, начиная снимать с себя одежду. Оголив торс, парень подошел к Чонгуку и горячо выдохнул перегаром ему возле лица.
