LL2 - Добро пожаловать в Ущелье Призывателей!

Каменные коридоры древней крепости хранили молчание. Впрочем, здесь всегда было тихо, ибо основное действо разворачивалось далеко от её места нахождения. Все эти узкие коридоры, освещаемые десятками магических ламп, были очередным утренним местом встречи тех, кто каждый день здесь появлялся. Легкие сапоги неслышно шедшего вперед ступали по каменному полу, а длинный подол фиолетовой мантии волочился по земле, своим шуршанием нарушая общую идиллию. Невысокий мужчина торопился, отчаянно зевая в кулак левой руки, смотря красными глазами на происходящее вокруг, пытаясь попутно вникнуть сухие строчки пергамента, что держал перед собой чуть дрожащей правой рукой. Его телосложение было сложно оценить со стороны, ибо мантия хорошо скрывала всю его фигуру, не за что было зацепиться взглядом… - Привет, Маник. Негромкий оклик отразился от каменных сводов коридора, усилившись троекратно, заставляя мужчину недовольно поморщиться. Ну вот, опять. Не, ну вот специально встал пораньше, дабы добраться до отправления раньше… неё. Белокурая девушка, облаченная фиолетовую мантию Призывателя, как и Маник, быстро догнала его. - Привет и тебе, Кларисса, - недовольно буркнул мужчина в ответ, стараясь сосредоточиться на свитке, что был у него в руке… Нет, нет, нет, ну почему снова? Кажется, все уже решили, но нет, даже одно её присутствие навевает мысли, что не должны быть перед боем. Вот уже четвертьфинал прошел, ему обещали поставить в Лигу другого Призывателя, а вот выполнения этой просьбы все не было и, кажется, не будет. В Институте Войны, видимо, не желали менять порядок призыва чемпионов и решили оставить Призывателей в таких же позициях, что, ввиду некоторых последних событий, не совсем устраивало Маника. Точнее, не так: совсем не устраивало. - Мне кажется, или ты все так же избегаешь меня последнее время? – произнесла девушка, догоняя Маника. Её ядовито-зеленые глаза смотрели ему точно в глаза, словно стараясь прочесть все те эмоции, что были внутри, в самой глубине души, однако Призыватель стоически сохранял хладнокровие, делая вид, что не слышал, уткнувшись в свиток, старательно вчитываясь в сухие строчки статистики последних боёв. - Теперь что же, ты совсем со мной говорить перестанешь? Молчание. Они просто шли вперед. Маник поджал губы, отвернулся, скатывая свиток в трубку. Более ответа не было. Пожав плечами, Кларисса пошла чуть поодаль, обогнав мужчину, стараясь не смотреть в сторону мужчины, однако тот лишь с удовлетворением вздохнул. Но тут до его слуха донеслись слова. Грустный голос Призывательницы гулко отражался от стенок коридора. - Сегодня я буду за другую команду. Пришло новое постановление, так что можешь расслабиться. Мои чемпионы не будут мешаться под ногами у твоих. Да ладно? Это что, правда? Не шутка? Неужели в Рунтерре услышали его мольбы и решили откликнуться?! Нет, скорее всего, это связано лишь с расстановкой чемпионов по турнирной таблице. Да, скорее всего так… - Что же, это действительно хорошие новости за это утро, - буркнул Маник, стараясь не смотреть в сторону белокурой подруги, внутренне недоумевая, слыша, как бешено сердце стучит в его груди. Но почему так? Разве он этого не хотел. Тогда почему Маник ощущает беспокойство, а не радость? Сухие слова Клариссы больно ожгли, ударили внахлёст. За этим разговором, парочка преодолела коридор и вышла в просторное помещение. Огромная каменная арка образовывала широкий круговой амфитеатр, заполненный светом, ниспадающим сверху. По краям этого круга стояли еще восемь фигур Призывателей, что держали в руках полупрозрачные стеклянные сферы. Разумеется, сейчас они были пусты, заполнены странной серой дымкой. - А, Маник, Кларисса! - прогремел незримый голос в амфитеатре, - Добро. Наконец и вы озарили наш зал своим присутствием. Займите ваши места. Вместе с этим столпы света ударили из соединений между каменными плитами, устремляясь вверх. Всегда они были одного цвета: красными или же синими. Они завораживали Маника, привлекали взгляд невольно, заставляли его душу невольно замирать на месте, любуясь такими строгими красками. Но теперь цвета отличались. Они переливались, мерцали, когда крупинки пыли падали через них. Маник прошел вперед, поднялся по ступенькам, пересекая синюю грань. Как только он встал на свое место, как круг под его ногами вспыхнул. Столп пропал, а Сфера, которую Призыватель предварительно взял в руки, озарилась маленькими молниями, что бушевали миниатюрной бурей внутри. Кларисса же также более не задерживала товарищей, заняла свое место. Ее фигура вспыхнула красным пламенем, сфера в руках начала разгораться, осуществляя связь с чемпионом. - Что, до сих пор на нее в обиде? – заметил сосед, что был по левую руку от Маника. Он легко пихнул его локтем, привлекая внимание, - Слышал, ее перевели в другой дивизион, так что ее чемпионы сегодня будут против нас. - Да, слышал. И это меня крайне радует. - Зря ты так. Вы были хорошей парой, все так думают, не только я. Кстати, не знаешь, кто сегодня столкнется? - Понятия не имею. У меня лишь имена наших чемпионов, - Манику не хотелось продолжать разговор, дабы иные идиотские вопросы не посыпались, как из рога изобилия. Он сжал в руках свою сферу крепче, на кончиках пальцев почувствовал тепло, приятное покалывание. Сила копилась внутри, протягивала в небытие лучистую линию, устремляясь вперед, дальше и дальше, повинуясь воле Призывателя. Дуновение ветра, приятное, освежающее, хотя в амфитеатре абсолютно не должно было быть никакого движения. Ветер незримый, что уносил твое сознание прочь… Сознание, что послужит связью для тех, кто будет биться в очередной кровавой схватке. Так, так… кто у нас сегодня? Ах да… Она. Сфера осветилась ярким светом, унося сознание Призывателя далеко-далеко.

***

Небольшой просторный кубрик без окон, освещаемый лишь одинокой хекстековой лампочкой, была не слишком уютно обставлена, однако той, кто находилась внутри, она подходила, как нельзя кстати. Комната несколько походила на тюремную камеру вперемешку с мастерской сумасшедшего ученого, а сходство этому составлял крепкий стальной стол посреди комнаты, прикрученный к каменному полу хекстек-болтами, дабы его нельзя было выдрать. На нем громоздилась огромная куча стальных деталей, рычагов и запасных частей… Чуть поодаль виднелась тяжелая боксерская груша. Если приглядеться, то можно было заметить следы от сотен ударов, что наносила живущая в этом помещении девушка. Хотя, боксерских груш было две. И вторая была монолитным стальным блоком, который был намертво прикручен к стене. Какой же силы должны были быть удары у девушки, дабы оставлять на таком блоке отметины?! Мало кто понимал, однако для Пилтоверского Миротворца Вай это было в порядке вещей: колотить стальную грушу до посинения. Стальными перчатками. - Эй, почему так рано? – недовольно буркнул женский голос, а затем можно было увидеть и его обладательницу: девушка спортивного телосложения с короткими волосами розового цвета недовольно потягивалась в постели под большим шерстяным одеялом, - Вроде как только через час обещали… - «Слушай, поднимай свой зад и одевайся» - недовольный голос Призывателя Маника резко зазвучал в голове вместо приветствия, заставляя Вай резко вздрогнуть и недовольно потереть ухо, ибо голос словно бы со всей дури гаркнул в ухо, чуть ли не разрывая барабанную перепонку по ощущениям. В другой иной ситуации, она бы просто размазала дотошного заморыша-мага по стенке, но он, гад, всегда был в безопасности, там, где стальные руки Миротворца не могли его достать. Сотни боев, сотни побед и поражений… Что такое смерть? Вай уже не до конца понимала, ибо смерть начала приходить настолько часто, что пилтоверка уже просто сбилась со счета. Сколько это будет еще продолжаться? Сколько еще придется убивать, ступать по трупам и стирать пальцы в кровь, ломая очередную игрушку Института Войны? Ответа так и не было, поэтому ничего не оставалось, кроме того, как драться. В конце концов, она сама подписалась на все это, так что придётся терпеть. - «Ущелье восстановили быстрее после последнего боя, - продолжал вещать Призыватель в её голове, попутно оглядывая свою чемпионку. Что же греха таить, поглядеть было на что: крепкая, подтянутая фигурка, которой позавидовала бы любая знатная леди, но никогда не смогла бы достичь; видные мускулы на руках, которые, совершенно не портили ее сложение, средняя и аккуратная грудь, скрытая под коротким спортивным топиком, что она скрыла с глаз, лениво натягивая майку-безрукавку, - «Справились за ночь, так что начало решили перенести. Чего тебе не нравится? Чем раньше разрушишь Нексус, тем быстрее освободишься. Кажется, я никогда не задерживал тебя больше положенного» - Завались, - вяло отозвалась чемпионка, почесывая татуировку на своей щеке, которой была гравировка в виде анаграммы старых пилтоверских цифр VI, что, так удачно, складывались в её имя. Ирония судьбы? Нет, просто констатация факта, - У меня и так голова раскалывается, так и ты еще что-то там пищишь… - «Кончай препираться и одевайся». - Пошел ты. Отношения были не самыми лучшими, не задались с самого начала. Маник не любил работать с Вай, однако приходилось мириться с ее выходками. Выходец из Пилтовера, живущая среди бандитов и разного отребья, прежде чем перейти на сторону закона, Вай просто-напросто отказывалась подчиняться кому-либо из-за своего дикого и бунтарского характера. Тогда, спрашивается, что держало ее здесь, в Лиге? Очень просто: гонорары Лиги Легенд были гораздо больше, чем премии служителя закона, включали в себя почет и статус для всего Пилтовера, что было так необходимо в первую очередь Так что лучше иногда потерпеть некоторые разногласия и представлять свой город достойно, нежели проводить свои будни, расследуя очередное мокрое дело, которое чаще всего закончится плачевно для преступника в части «превышения должностных полномочий». Поэтому девушка старательно терпела Маника, пока сезон сражений не закончится. - Ладно, известно кто будет со мной сегодня? – буркнула она, суя руки в огромные стальные перчатки, что стояли у стола. С удовлетворением почувствовала, как паровые поршни задвигались, ответили на призыв, когда крепкие и сильные пальцы коснулись нужных кнопок внутри. Это было приятное чувство мощи, силы. Сразу хотелось влететь в драку, бить, крушить и колотить, ибо каждый палец теперь нес смерть всему, что было рядом. Вай оскалилась, сжала кулак. Как и всегда, стальная перчатка ответила. Она стала ее фирменным оружием, ее визитной карточкой. Символом мощи. - «Сейчас гляну». Маник не торопился с ответом, что Миротворца ужасно бесило. Вай скрипнула зубами от злости, но Призыватель снова начал свою речь, словно бы почуяв эти гневные нотки в ее недовольном сопении. - «Итак, пик противников пока что неизвестен, но с тобой в команде точно будут Йорик, Ари, Тристана и Сона». Вай скривилась. Мерзкий мертвый могильщик с Сумрачных Островов? Нервно смеющаяся вастайи с хвостами из задницы, которая норовит поцеловать всех и каждого? Пушкарь-йордл «от горшка – два вершка» из Бандл-Сити и немая музыкантка? Хороша команда. - Маник, а что, никого лучше не нашлось? Мне что, всех за собой тащить как всегда? - «Нет, что ты, дорогая. Можешь прибить их, отправить на перерождение, а затем встретиться лицом к лицу со всей вражеской командой. Ну а что? Они же тебе не нравятся как союзники. Давай, валяй». - Завались, - снова осадила его Вай, недовольно фыркнув, покраснев от такого укора Маника, - Ничего, они на что-нибудь да сгодятся, в качестве живого щита, например. Ну что же, давай, колдуй, придурок, переноси уже меня. - «Ты весьма любезна. Будь добра, пройти к портальному месту». Портальным местом были оборудованы все личные кубрики чемпионов, предназначены для скорейшего переноса их в Ущелье Призывателей, попутно создавая магическую область для создания связи между Призывателем и чемпионом во всей комнате. Вай шагнула в круг, щелкнула каблуками, устраиваясь удобнее на небольшой платформе. Тут же почувствовала знакомое приятное чувство, словно по спине прошли мягкие мурашки. Да, от перемещения тоже есть определенный кайф. Это все же лучше, чем тащиться на своих двоих сотни километров. Хотя, даже не было понятно досконально, куда идти. Вай даже не знала где находится поле боя, а Призыватели не стремились раскрыть эту тайну. Но оно было прекрасно, если отбросить все недовольства и предрассудки… Ветерок, что развевает волосы, каменные своды Башен, резные кристаллы Нексуса. Дорожки, где можно безнаказанно проливать кровь, ломать кости и убивать. Бескрайний лес, где притаилось жуткое чудовище. Что ж, в Лиге хорошо потрудились над имиджем поля боя. Вай не раскрывала глаза, пока шепот Маника не стих в ее голове, а вместо этого пронеслось до боли знакомое. Знакомое и приятное: - Добро пожаловать в Ущелье Призывателей!

***

- Ну, что уставился? – рыкнула Вай, смотря на своего товарища по линии. Молчаливый Йорик не старался завести разговор с обладательницей стальных кулаков, а всего лишь мирно воткнул свою лопату в рыхлую землю Ущелья. В голове у него роилось множество мыслей, однако знал о них лишь Призыватель, при помощи которого мрачный гробовщик прибыл на бой. - «Вай, почему ты так со всеми «вежлива»?» – Маник не переставал наблюдать за своей подопечной, все стараясь поставить ее на «путь истинный». Хотя, грубо говоря, это даже с трудом удалось Кейтлин, которая была у Миротворца каким-никаким авторитетом, что уж тут говорить о некоем Призывателе, которого девушка видела в своей жизни от силы пару раз, когда заключала с ним Контракт? Маник это понимал, однако не оставлял попыток быть голосом разума, направляющим необузданную силу чемпионки. - Ты его видел? Да с него кожа клочками сходит, а несет за километр так, что даже руки марать о него неохота… – тихо прошипела Вай, стараясь встать немного подальше от ненавистного ей союзника, - Ты же сам знаешь, какого чёрта с ним драться? Трус, бросает в бой своих упырей, а сам дерется еле-еле! - «Прекрати так говорить. Он – твой союзник. Да и не думаю, что его стоит называть трусом: силушкой он тебе не уступает, поможет в случае чего. И его упыри, как ты выразилась, тоже». Йорик взял лопату, вонзил в твердую землю, обвел Вай печальным взглядом из-под низко надвинутого капюшона накидки, похожей на рваную старую черную рясу, которая скрывала все его фигуру. - Я уже говорила, что мне не нужна ничья помощь. Пускай вон помогает ушастой сучке на центре, я и сама справлюсь, – буркнула Вай, отвернувшись от мрачного могильщика. Ее чуть передернуло: с Йориком рядом мало кто чувствовал себя комфортно. - «Ты не исправима» – выдохнул наконец Призыватель, не в силах больше спорить с упертой дамой. Впрочем, это не единственное, что сейчас его волновало. Важнее было понять то, каков будет вражеский пик. Маник лишь поверхностно знал Призывателей, с чемпионами чьих столкнется команда. Кларисса. Кого же ты припасла на этот раунд? Призыватель точно помнил, что она заключила Контракты с крысой Твичом, проказником Экко, а также с механизированным колоссом Урготом. По Кодексу, Призыватели имеют право заключать Контракты с большим числом чемпионов, поэтому выбор Клариссы на этот бой оставался загадкой для Маника. Что же припасла сейчас обидчивая девочка? Тем временем, Вай могла услышать, как очередной возглас возвестил о начале матча. - Миньоны были призваны! Она всегда смеялась, когда видела этих неуклюжих магических созданий. Невзрачные карлики в плащах, накинутых на несуразные маленькие головы так, что лица их никогда не было видно. Они едва доставали до пояса Вай, но всегда грозно пищали, издавая боевой своеобразный клич, размахивая кажущимися игрушечными, но являющимися на деле острыми клинками. Неудивительно, что их назвали миньонами – самыми слабыми магическими слугами, которые могут быть у опытного мага. Но почему их использовали в таком серьезном сражении? Затраты на создание миньонов были мизерными: маги, находящиеся в помещениях под Нексусом, создавали их целыми пачками, после чего те, с завидным упорством ковыляли на верную смерть, истреблялись десятками и сотнями, бесстрашно лезли под самое горнило вражеской башни, также безызвестно умирая. И вот сейчас, в очередной раунд, они спешили навстречу недругам. Вай лишь ухмыльнулась, поправила перчатки и вдохнула чистый и свежий воздух Ущелья Призывателей. Лес шумел, в нем скрывались враги, а верхняя линия, что проходила почти на самом севере, пока что были чиста. Лишь кусты слегка колыхались.

***

Девятихвостая Ари дождалась своих миньонов-союзников и ловко бросилась вперед. Мягко ступая по земле, вастайи стараясь не попадать своими мягкими тапочками в многочисленные лужи, что остались после прошедшего недавно дождя. Тучи сгущались над головой, все Ущелье заволокло так, что легкий мрак накрывал все вокруг. Впрочем как это помешает той, что больше ориентируется на собственный нюх и чуткий слух? Ари резко замерла: у вражеской башни стояла, ухмыляясь, красноволосая девица. Длинный шрам перечеркивал ее глаз, в руках уже блестели обнаженные клинки. Казалось, она была расслаблена, но как только появилась в поле зрения Ари, она… Тотчас же исчезла. Раздался скрежет клинков, удары о деревянные щиты: миньоны начали свою очередную бессмысленную схватку, не обращая внимания на то, что творится вокруг. Катарина. Убийца из Ноксуса. Ари уже не раз сталкивалась с этой противницей на линии. Беспощадная девушка была готова на все, ради победы. Поэтому не гнушалась атаками исподтишка. Необходимо было собраться и действовать решительно. Однако, почему же так не спокойно на душе? Вастайи замерла, внимательно вслушиваясь в происходящее вокруг. Ущелье жило своей жизнью, пело собственные песни, не обращая внимание на то, что постоянно проливается чья-то кровь. Оно могло подсказать, указать путь, а могло запутать, увести прямо во вражескую засаду. Ари еще пару секунд посмотрела на миньонов, что были совсем рядом, нервно покачивая в руках серебристую сферу с душами, поглощёнными в далёком прошлом. Казалось, что вастайи совершенно расслаблена, спокойна, но ее красивые лисьи ушки нервно дергались при каждом звуке. - «Где же ты? Я знаю… рядом. Ждешь, когда я потеряю бдительность». Мысли прыгали в голове, перекатывались, растягивались, словно струны. Вастайи уже не обращала внимания на возню миньонов рядом, словно вокруг и не было ничего совершенно, лишь плавно крутилась на одном месте, словно бы в танце. Сфера мерцала в ее руках. Распушив хвосты, словно прикрываясь ими, она резко поворачивалась то в одну сторону, то в другую… - Ах! Легкий блеск в стороне, звон. Сфера душ сорвалась с пальцев Ари, устремилась вперед, но в тот же самый момент острый клинок ноксианской наемницы с легкостью вышел из ее груди. - «Но… как же…». Ари вскрикнула, нелепо шаря руками по груди, пальцы стиснули лезвие клинка, что был обагрен ее кровью. Последний взгляд умирающей вастайи был направлен не на убийцу, она даже не пыталась сделать это. Ари с усилием повернула голову в сторону, куда она бросила свою сферу с заклинанием. С запоздалой досадой обнаружила, что там был лишь кинжал Катарины. Обман на обмане. - У меня есть второй, – заверила ее ноксианка, нежно шепнув слова на ухо. Приобняла Ари сзади, словно любовницу левой рукой за талию. Изо рта вастайи потекла струйка крови, а потом тело обмякло. Довольная собой, Катарина вытащила оружие, отступая назад, вытирая лезвие о пушистый хвост поверженного врага. Тело Ари недолго лежало на мокрой земле: серебристый столп света ударил с неба. Он поглощал умершую, уносил ее прочь из Ущелья. Катарина проводила возвращение взглядом, усмехнулась. Она с радостью отметила про себя, что голос судьи радостно прогремел на все поле, оглашая всех участников очередным известием.

***

- Первая кровь! Вай скрипнула зубами, услышав это. Судя по кровавым полутонам облаков, первая кровь была пролита явно не сторонниками ее команды. Эфирное изображение жертвы и убийцы на низких темных облаках над Ущельем полностью подтвердило ее догадку. Она с ненавистью смотрела на распростертое тело девятихвостой, проклиная ее чем свет стоит. - «Спокойнее. Этого стоило ожидать. Чего ты так злишься?» – Маник сам был расстроен, но все же первое убийство в матче мало что дает. Нужно сосредоточиться на дальнейшей игре, - «Да, вон, миньона пропустила». Зловеще помахивая булавой, крошка-миньон со всех ног бежал на разъяренную Вай. Та лишь щелкнула пальцами, а затем резким апперкотом отправила малыша в продолжительный полет до самых кустов. Глупо вереща, миньон пару раз перекувыркнулся в воздухе, а затем, словно куль с мукой, повалился через ветки, ломая и круша их с хрустом. - Мне кажется, или иногда они напоминают мне йордлов? – хохотнула Миротворец, резким хуком укладывая следующего, уступая место новой пачке союзных миньонов, которые никак не реагировали на такую помощь. - «Это называется расизм, моя дорогая Вай, если ты сравниваешь магических созданий с гражданами суверенной страны». - Да мне насрать! Как же иногда такое отношение выводит из себя! Маник отчаянно потер виски, вглядываясь в сферу, что парила перед ним в воздухе, через которую он и наблюдал за сражением. Так, верхняя линия, очередная пачка миньонов была разбита, а путь к вышке был открыт. Башня представляла собой каменную статую рыцаря в тяжелых доспехах, на мече которого был набалдашник из синего кристалла вместо острого окончания. Именно этот кристалл представлял главную угрозу: сильнейший луч магической энергии легко проникал под кожу, вызывая ужасные страдания и боль своей жертве. Чем дольше враг оставался в радиусе действия башни, тем сильнее была эта боль. Ходили слухи, что Призыватели, чемпионы которых слишком долго подвергались атаке вышки, также подвергались ментальной атаке. Брр… чушь, однако, сколько раз Вай бросалась в смертельные атаки прямо под башню, в надежде уничтожить врага, но ничего подобного после этого после перерождения на платформе не испытывала. Нет, это определенно байки. - Начальник, мы почти на месте, прием, – хмыкнула Вай, пинком отправляя миньона в кусты. Маник слышал, как тот, словно тряпичная игрушка, упал на землю. Но на землю ли? Показалось, или миньон ударился обо что-то, словно влетая в невидимую преграду. - «Вай…» – произнес Маник, - «Левая сторона дороги». - Что такое? Миротворец занесла кулак, дабы в очередной раз с силой ударить по каменному строению, но остановилась. Видимо, она также почувствовала опасность. Которая поджидала совсем рядом. По телу прошла дрожь, инстинкты воина вопили об опасности. - Твою ж мать! Костяной клинок, готовый уже вонзиться в ее тело, лишь скользнул по стальной шапке хекстековых перчаток. Вай вскочила на ноги, готовясь к следующему удару, но рык первобытного охотника оглушил ее… В голове били молоточки, а в глаза расплывалось, звенело так, словно вокруг летали серебристые механические мушки. Рассвирепев, Вай замахала кулаками наотмашь, словно бы отгоняла противных насекомых. Нужно было постараться не попасть такими кулачищами, так что полный боли и обиды рык окончательно подтвердил присутствие врага. Зверь вновь кинулся в атаку, а от удара лишь нервно тряхнул башкой. Вай могла разглядеть светлую шерсть, что покрывала морду человекоподобного кота Ренгара – охотника-вастайца, который чувствовал себя в джунглях и лесах Ущелья как дома. Единственный глаз, выпученный в бешеной агонии, с ненавистью смотрел на врага, а второй, скрытый повязкой, полыхал ужасающим огнем. - Ну уж нет, – рявкнула Вай, пытаясь замахнуться, однако Ренгар, ловкой подсечкой, сбил Миротворца с ног. Каменная кладка дороги сильно соприкоснулась с затылком, заставляя девушку вскрикнуть от боли. Чувствуя близость победы, хищник запрыгнул сверху, выхватывая клинок. Удар! Лезвие просвистело буквально в сантиметре от уха Вай. Миротворец сжала зубы, привела в действие кулаки. Ренгар вновь замахнулся, однако хекстековая перчатка остановила лапу с занесенным кинжалом в самый последний момент. Острый кончик лезвия замер точно над лбом Вай. Обжигая девушку смердящим дыханием из пасти, Ренгар напряг мышцы, пытаясь опустить лапу, дабы покончить с наглой девицей. Казалось, что от такого напряжения мышцы затрещали. - Я тебя разор-р-р-рву…. – хриплый голос охотника достиг ушей Вай, а из пасти на лицо капнула капля вонючей кошачьей слюны, заставляя Вай скривиться от отвращения. Как можно быть таким мерзким?? - Ты, после того, как вылизывался, зубы чистил? Вонью несет далеко! Наглость служителя закона конечно же нарушила душевное состояние охотника. Морду Ренгара перекосило от гнева и нежелания жертвы умирать. Клацнув челюстями, он попытался вгрызться в глотку Вай. Неприятно. Очень неприятно. Как не хотелось умирать вот так вот просто. Хотя, бывали моменты и хуже. Вай неожиданно вспомнила все свои осечки. Неудачный врыв, засады, пламя кристалла, от которого хотелось глаз себе вырвать, дабы только не чувствовать эту боль, сломанные ребра, полыхающие волосы и запах горения, удушье... Испробовала наверняка все, кроме зубов хищника. Зубы Ренгара щелкнули совсем рядом, заставив девушку инстинктивно вжаться назад, дабы челюсти кота не достали ее. Силы таяли, а лезвие все ближе и ближе приближалось к лицу девушки. Вот так? Помереть в первом раунде? Обидно даже. Ренгар чувствовал запах победы. Он предвкушал ее, жаждал сорвать очередной трофей для своей коллекции. Азарт охоты и схватки кипел в его жилах, заставляя напрягать все ресурсы могучего тела, дабы сокрушить врага. Все это заставляло Маника здорово нервничать. Нет, он был уверен в своей подопечной, однако схватка слишком затягивалась. Адреналин бешено стучал кровяным давлением по внутренней стороне черепа Призывателя. В такие моменты хотелось воспользоваться своим положением и как-нибудь помочь своему подопечному чемпиону. Однако жестокие правила Института Войны запрещали это, да и не было предусмотрено никаких магических воздействий для подобных маневров. Призыватели должны были следить за чистотой и правильностью сражения, сохраняя связь между собой и чемпионом, вести его в бой, возвращать к жизни при гибели. Эта важность и бездействие одновременно убивали. Азарт, жажда победы и убийства. Ох, как это будоражило кровь, какие давало эмоции! Маник был готов на все, дабы его чемпионка вышла победителем. Любой ценой. Внезапно хватка охотника ослабла. Вай слышала мгновением раньше странный свистящий звук. Ренгар мотнул мордой, однако звук повторился. Только на этот раз он был гораздо сильнее. Что-то ударило кота по затылку, заставляя Ренгара обмякнуть прямо на теле Вай. Лапа выпустила несущее смерть оружие, что глухо шлепнулось на каменную поверхность дорожки Ущелья. Скрипнув зубами, Миротворец легко откинула бесчувственное тело, даже не смотря на то, как мертвец с пробитым затылком исчезает в голубом свете с неба. С удивлением видя над собой Йорика, она поднялась на гудящих ногах, кашлянула. Сжимая в руках окровавленную лопату, он молча взирал на Вай. - Что, спасибо ждешь? Я бы сама справилась, – буркнула в ответ пилтоверка, ощущая, что была на грани. Такое ощущение бывало редко, так как схватки обычно были быстрыми, непродолжительными, иногда и со смертельным исходом, так что не успеешь задуматься о возвышенных вещах. Сердце все еще бешено стучало в груди, адреналин бурлил в жилах. Еле пронесло, если подумать хорошенько. Вай перевела взгляд на своего товарища по линии, который вернулся к дальнейшему продвижению. Могильщик взмахнул острой лопатой, и земля начала трещать от орд белесых мерзких тварей, что тянули свои тонкие лапы вперед. Разрывая миньонов вражеской команды, они становились больше, поглощая плоть прямо на ходу, мерзко чавкая и хмыкая. Могильщик шагал среди них, как мрачный полководец среди своего войска. Магические создания уступали дорогу безмолвному хозяину. Взмах острой лопаты – и мертвецы захлестнули башню противника…

***

Слава богам, все обошлось. Маник удовлетворенно вздохнул и на мгновение прикрыл глаза. Так, так… Все в порядке. Он с радостью наблюдал, как облака озарились приятным голубоватым оттенком, а голос судьи сообщил о гибели вражеского чемпиона. Мертвый гробовщик, несомненно, пришел на помощь вовремя, вытаскивая задницы подопечную Маника. Наверняка это станет поучительным уроком для упрямицы Вай, хотя, эту девицу ничем не возьмешь. Наблюдая за тем, как обломки башни летят на сырую землю, Призыватель не скрывал своей радости. Первый этап пройден, осталось… А? Что такое? Предчувствие? Манику было знакомо это. Призыватель не просто был связан с чемпионом: их связь была глубже, чем могло показаться на первый взгляд. Он видел глазами Вай, чувствовал практически всё, что кружилось в ее бездонной душе. Также было и с восприятием. Воспринимать чувство скрытой опасности. Весьма интересно. Мало кто из Призывателей, знакомых Манику, могут похвастаться этим, ибо все зависит от глубины связи между Призывателем и чемпионом. Несмотря на натянутые отношения, Маник не мог жаловаться на то, что с Вай они чувствуют себя разрозненно. Скорее наоборот: во время боя они становились единым целым. Это и помогало верно оценивать ситуацию вокруг: ты можешь предсказать ход тех или иных негативных событий, что могут на тебя или твоего подопечного обрушиться. Вкупе с анализом информации, что поступает на тебя во время боя, помогает предугадать действия противника. Видел ли Маник Ренгара, что выжидал в кустах свою жертву? Конечно же нет. Но в этот раз все было как-то по-иному. Не просто можно было списать все на восприятие вокруг. Маник нахмурился, отвлекся на пару мгновений от созерцания чемпионки. Сфера в его руках осветилась, показывая противоположный участок поля битвы. Там ли нужно искать ответы?

***

Меч в руках мелькал с поразительной быстротой. Приходилось лишь отступать, ибо иного выхода не было. Струны создали очередной прекрасный и смертоносный аккорд, однако неуловимый воин ловко ушел в сторону в самый последний момент, играюче, словно танцуя, а не фехтуя. Музыкантка Сона в гневе ударила по эйтвалю. Пальцы быстро играли следующий аккорд, летали по дрожащим струнам, но враг был слишком близко. - Надо уходить! – отчаянно крикнула Тристана, пятясь к музыкантке, из последних сил закидывая в дуло ручной бомбарды очередной снаряд. Лицо йордлы было сосредоточено донельзя, однако одной лишь её было мало. Необходима была ловкость и сохранение дистанции, однако этого Тристана себе позволить не могла, ибо постоянно приходилось иметь дело с мастером вуджу Йи. Иониец, сверкая окулярами своего массивного шлема, носился по линии дороги между миньонов, нанося резкие удары. Он игрался со своими противниками, параллельно оттесняя их дальше и дальше, к башне. Все бы ничего, если бы это не открывало дорогу его товарищам. Немая музыкантка раскрыла рот в бесплодной попытке что-то молвить, однако резкая струя воды, что словно появилась из неоткуда, едва не выбивая музыкальный инструмент из рук. Девушка упала на дорогу, мокрая с головы до ног, пытаясь убрать с лица свои мокрые и длинные золотистые волосы. - Сона! – вскрикнула Тристана, наблюдая за тем, как над дорогой быстро поднимается огромная волна, выходя из мелководной речушки сбоку от линии дороги. Мимо йордла проплыли миньоны, недоуменно размахивая своим оружием, совершенно не понимая происходящего. Волна грозила захлестнуть все, снести все на своем пути. - Вставай, быстрее, нужно уходить! Тристана пыталась привести в чувство своего помощника, но Сона лишь тяжело дышала, не в силах подняться на ноги. Маленькая йордла попыталась в бесплодной попытке оттащить музыкантку в сторону, однако силёнок явно не хватало, да и было уже поздно. Последнее, что видела Тристана, это то, что на вершине приливной волны, гордо размахивая посохом, восседало создание морских глубин… - Эх, действительно нужно было раньше уходить и оставлять ее, – насмешливо произнесла морская вастайи Нами, задумчиво глядя на распростертые тела противников. - Йордлы не оставляют товарищей на поле битвы, – отозвался Йи, аккуратно ступая по лужам, что остались после прошедшего шторма на земле. Положив меч на плечо, он спокойно смотрел, как Тристана пыталась откашляться, по-видимому, нахлебавшись воды доверху, - У них слишком развит коллективизм. - Ты то откуда знаешь это? – моргнув глазами, отозвалась Повелительница Морей, переведя взгляд на ионийца, хлопая большими глазами. - Эх, морское создание, ты еще многого не знаешь о жизни на поверхности. - Но я учусь! – надув губки, отозвалась она тут же. Однако фразу ей так и не удалось закончить, ибо рядом с ней просвистело что-то яркое. Луч света поразил Тристану, пробивая грудную клетку насквозь, прожигая. Сона охнула, приподнялась на локтях. Эйтваль ответил на ее призыв, слабо дернулся, но руки так и не достиг. Следующий «горячий» выстрел с диким визгом вонзился ей между лопаток. Музыкантка выгнулась, а затем рухнула лицом вниз. От ее одежды исходил едкий дымок в месте, где луч прожёг ее тело. - Зато я знаю много о йордлах, – насмешливо произнес звонкий голос с переливающимися нотками безумия. Его обладательница – тощая поджарая девушка-подросток, кожу которой густо покрывали синие расплывшиеся татуировки от рук до живота – довольно захихикала, с безумной улыбочкой возвращая боевой шокер в кобуру на поясе, тряхнув при этом головой так, что дернулись длинными веревками её синие косы, доходившие до пятой точки, – Их тушки так смешно поджариваются от "Чпокера", ха-ха!

***

Джинкс? Так вот что Кларисса припасла на этот раунд. Стечение обстоятельств? Маник скрипнул зубами, увидев безумную синеволосую девицу на линии. Ураганный микс сумасбродства, безумия и огромной огневой мощи. Вдобавок ко всему, Джинкс являлась ярым объектом преследования со стороны Вай, пилтоверской преступницей, совершившей множество преступлений. Что же будет, когда два этих монстра столкнуться нос к носу? - Даблкилл! – очередной радостный голос судьи, облака кровавого цвета озарили небосклон. Вспышка озарила Сферу, осветила лицо Призывателя, попутно навевая воспоминания. Когда все было хорошо. Закрыв глаза на пару мгновений, он снова видел комнату. Ту комнату, где все закончилось, где был лишь он и Кларисса. В ту ночь, когда все завершилось. Голос Клариссы вынырнул первым из темноты: - Неужели для тебя все настолько серьезно? Весь этот проклятый турнир для тебя имеет столь большую важность? Рука девушки мягко сжала запястье мужчины, однако все было уже зря. Все было потрачено впустую, все уговоры и обещания… Все еще теплилось что-то в его душе, такое родное, что Турнир все еще не до конца выжег из сердца. Огромные деньги и слава подстегивали алчность, что дремала в груди каждого человека. Маник до самого конца надеялся, что не золото влечет им, но оказалось, что все гораздо хуже. Он начал наслаждаться самим процессом, сражением, битвой, ему нравилось направлять неуемную и буйную энергию своих чемпионов, с которыми у него был Контракт. Смерть и убийства? Да, причем сопровождаемые зрелищами, которые усиливались, благодаря Призывателям. С каждым днем он видел, как его возлюбленная Кларисса, которая также была Призывателем в Лиге, отдалялась от него. Она обладала просто недюжинным талантом по установлению магических связей, что и обеспечило ей проход в элиту Института Войны, ответственного за создание Лиги Легенд, однако она даже не пыталась идти вверх по карьерной лестнице, постепенно уходила прочь с места основных действий. Переходя из Лиги в Лигу, Кларисса словно пыталась отдалиться от всего что происходит, но что-то держало ее в этих бесконечных сражениях. Чувства? Маник знал, что она любит его, но уже сам потихоньку начал признаваться себе, что не может сказать о подобных чувствах к ней. Он наблюдал, как с каждым убийством, что совершали подопечные Клариссы, она менялась, отдалялась от него. Она не убивала, но была орудием для каких-то целей, и каждое убийство словно было противно ей. - Это ты не понимаешь, Кларисса, – мужчина грустно поднял глаза вверх, отвернувшись к окну. Луна в темных небесах заливала своим светом гладь озера, на которое открывался прекрасный вид из башни, создавая множество узоров на легкой ряби. Почему луна так сильно притягивала? В голову Маника невольно прокралось воспоминание о том, что Кларисса заключала Контракт с Дианой. Быть может, косвенное влияние такого союза? - Лига – это жизнь. Моя жизнь. Я стал частью всего этого. И ты тоже, – он старательно не смотрел на собеседницу, - Наша работа очень важна. - Работа? Да это форменное убийство! – не выдержала Кларисса. Ядовито-зеленые глаза расширились от удивления, - Они же… раз за разом умирают. И тебе это нравится? Ты стал одержим. Прошу, хватит. Давай сделаем перерыв от всего этого! - Ты же знаешь, что они не умирают! – Маник стиснул пальцы так, что можно было услышать легкий хруст, - Они сражаются за свою правду, а мы делаем так, дабы их тела и души остались в покое порядке… Кровь лилась в Ущелье много веков, до нас, но так раньше тебя не беспокоило это! - Это слишком разные вещи, Маник, – Кларисса вздохнула, гнев в ее голосе все же угас немного, не смотря на его достаточно резкий и грубоватый ответ. Она мягко положила руку на плечо мужчине, - Прошлое – это прошлое, но кто мы такие, чтобы повторять ошибки предков? Быть может, тогда сражения наши имели большее влияние, но сейчас, по большей части, Лига – это развлечение. Ты действительно считаешь, что больших смертей можно избежать такими смертями? Она не бывает не настоящей. - Тогда почему ты участвуешь во всем этом? – молвил Маник. Он не убирал руку ее со своего плеча, показывая тем самым, что готов к диалогу. Но Кларисса, кажется, так не думала. Фыркнув, она злобно убрала руку с плеча и быстрыми шагами пересекла комнату прочь. Подойдя к двери, она произнесла, даже не оборачиваясь: - У меня свои причины участвовать, но я не говорила, что мне это нравится. Я думала, ты понимаешь это. Как оказалось, нет. Слова ударили в душу ледяным колоколом. Мужчина остановился, не в силах произнести и слова. Почему же? Когда они познакомились, никто не задавался вопросами о таких возвышенных материях. До настоящего момента. Призыватели и Лига служили гарантом мира и стабильности во всех частях света. Пока есть Лига – есть сражения, но их нет нигде, кроме Лиги. Да, есть власть, есть деньги, ибо для работы Лиги они необходимы. Есть мир. Но Кларисса? Когда Маник ее встретил, он не мог и подумать, что у нее такое отношение ко всему этому. По ее игре, по ее Контрактам, такого нельзя было сказать. - Вот. Тебе нечего сказать. Это очень печально, – девушка пожала плечами. Дверь отворилась, выпуская Призывательницу в темный коридор. - Надеюсь, завтра этот разговор забудется, а ты одумаешься. Поменяешь свои приоритеты наконец. - Я пришел в Лигу, чтобы поддерживать мир. Для всех, – произнес Маник, скрипнув зубами, - Все мы здесь для этого. - Тогда, как понимаю, теперь нам не по пути, – ответила Кларисса. Тяжело вздохнула, - Это можно считать расставанием. - Видимо, - коротко ответил Маник. Поджав губы, он отвернулся к окну, скрестил руки на груди. Даже не обернулся, когда тяжелая дверь закрылась за его спиной. Он остался один на вершине башни, смотря на лунную гладь озера. Картинка пошла разводами, и вот перед глазами снова была Сфера, покрытая кровавыми красными облаками. Яркие буквы слова «Даблкилл» все еще полыхали вверху, но постепенно сносились ветром над Ущельем. Маник тряхнул головой. Нет времени предаваться воспоминаниям: в самом разгаре бой.

***

Положение – хуже некуда! Вай могла слышать лишь грохот разваливающейся на куски башни, что, несомненно, была на нижней линии. Серия взрывов подытожила разрушение, а затем и оповещение над головой. Ну как можно было рассчитывать на таких союзников? Они там делом занимаются или же бездельничают, подставляя себя под удары врага? - Вот сюда! Вот! Точно сюда! – ушастая Тристана с диким ужасом ощупывала клепаную броню пальцами, выпустив свою бомбарду, что безвольно грохнулась на каменистую поверхность, - Ты видела?? Видела?? Прямо сюда! ПРЯМО СЮДА! Черт! Посмотри, посмотри! – она настойчиво дергала подол платья изможденной Соны, тыкая пальчиком в место попадания шокера, - Она насквозь прямо прожгла! - Ну и дальше то что? – недовольно хмыкнула Ари. После воскрешения случались такие отходняки, какой охватил сейчас пушкаря из Бандл-сити. Вастайи более спокойно отнеслась к своей смерти от лезвий ноксианки на средней линии, однако ее еще несколько трясло от произошедшего, - Успокойся, с тобой же все в порядке! Не первый раз же. Сона попыталась что-то сказать, открыв рот, но затем провела пальцами по инструменту, что издал трель недовольных звуков. Она была явно подавлена из-за поражения на своей линии. Как и вся команда. Вай, скрежеща зубами от злости, взирала на компашку «покалеченных», что только-только вернулись на призывную платформу. Почему всегда приходится тащить всю команду на своем горбу? Девушка недовольно скривила нос, почувствовав рядом неприятный запах… Ах да, Йорик. Гробовщик медленно прошел мимо Вай, сжимая в руках окровавленную лопату. Лица его не было видно из-за низко накинутого капюшона, однако все могли точно видеть взгляд его светлых глаз, что напоминали могильные фонари. Пилтоверский Миротворец тяжело вздохнула: на этот раз нежить повела себя вполне достойно, ругать его было не за что… А вот что остальные? - Ну, чего разлеглись? – погрозив стальным кулаком соратникам, Вай злобно посмотрела на них. Ну что с них взять? Девятихвостая дрожала так, что с неё вот-вот посыплется шерсть, йордл вообще неадекватила. А музыкантка? Музыкантка просто нервно била по струнам. Бедлам, да и только. - А что мы сделаем? – дрожащим голосом буркнула Ари в ответ, медленно поднимаясь на ноги. При каждом ее движении ее хвосты нервно дергались, - Они застали нас врасплох! Мы… - Мы не виноваты! Смотри, она мне тут дырку прожгла насквозь! Вон, глянь! Дырку? Вай смерила взглядом йордла, вглядываясь в то место, куда Тристана крайне возмущенно тыкала пальчиком. Разумеется, сейчас там ничего не было, но вот что-то подсказывало, что тут суть была не только в том, что ее убили таким способом. - Погоди. Пробила дыру? Такая длинная дуреха с голубыми волосами? – отозвалась Вай, сменив тон. Подошла к Пушкарю, склонилась чуть ниже, - Ну? Я правильно все сказала? Тристана фыркнула, смотря снизу-вверх на воительницу, и повела ушами. - Не делай из меня идиотку: я прекрасно знаю, что это была Джинкс. Ах да, – она щелкнула пальцами, – Ты это хотела услышать от меня? Заунитка пробила у меня в груди дыру, вот что важнее сейчас! Бинго! Услышав подобное заявление, Миротворец ничуть не обиделась. Известие о том, что Джинкс на поле битвы, Вай просто радовалась. Она вновь хотела пару раз раздавить ее пустую черепушку, сломать ей каждую косточку, запихнуть ракету в ее тощую… - Эй, ау, ты чего? Вай удивленно моргнула, обнаружив то, что вся команда смотрит на нее, как на психа. Миротворец мерзко хихикала, уставившись в одну точку до тех пор, пока Ари не толкнула ее в плечо как следует, дабы вывести из прострации. Все слышали о маниакальной страсти разобраться с громящей Пилтовер преступницей из подземного Зауна, что был в аккурат под ним, однако, судя по всему, еще ни разу не видели ее в подобном состоянии. Понимая, что немного увлеклась, Вай покраснела, кашлянула громко. - Ничего, все в полном порядке, – буркнула она, тряхнув головой. Мысли сразу же более-менее разложились в ее голове, представляя реальную картину действий. Так, сейчас нужно было сосредоточиться и провести четкую контратаку. На нее лишь вся надежда. - Дамы и господин, – торжественно произнесла Вай, щелкнув поршнями хекстековых пальцев перчатки, – У меня есть прекрасный план… У нее есть план? Как-то странно. Маник, конечно, не вмешивался в построение «гениальной» стратегии победы, но само предложение о таком повергло в некий шок. Призыватель уже давно привык смотреть на грубую мужланку, что старается быть в гуще битвы, яростно размахивая своими пудовыми кулаками. Тактика? Стратегия? На нее это было не очень похоже. Всегда летела вперед, через кусты и камни, врываясь в толпу врагов, даже если их было много. Призыватель на мгновение нахмурился, тщательно вглядываясь в изображение в Сфере. Бой был в самом разгаре, а враги уже торжествовали, представляя победу в этом матче. Кажется, Вай узнала, что Хулиганка на арене. Быть может, именно с этим связано ее внезапная перемена в настроении? Если припомнить прошлый опыт, Миротворец всегда вела себя несколько нестандартно, когда бестия появлялась на поле битвы с ракетами, пулями и порохом. Ее вела в бой Кларисса. Маник тяжело вздохнул. Джинкс была любимицей Клариссы, она часто призывала именно этого чемпиона, причем процент побед в общей статистике заунитки был достаточно большим, так как в больше чем половине случаев, команда с ее участием побеждала в сражении. Или же, быть может, ее рейтинг продолжал расти с чередой убийств? Джинкс была в первых местах рейтинга этого сезона, ее хитрость и арсенал смертоносных игрушек помогали ей в этом. Кларисса рвалась к победе, как и хулиганка Джинкс, хоть Маник и не понимал почему она так пытается победить, раз у нее такое отношение к сражениям? Так или иначе, единственной преградой на пути Клариссы и Джинкс оставалась Вай. Вай и Маник.

***

- А ну стой, паршивка! - Ты поймай, пойма-а-ай! Вай едва успела поставить блок, как меч Йи скользнул по стальной пластине перчаток. Силен, зараза. Девушка попыталась контратаковать, однако мечник ловко ушел в сторону с ее линии атаки: кулак пролетел мимо, врезаясь в монолитную скалу со своей силы, оставляя на ней большие трещины. Мастер дрался спокойно и молча, в отличие от парочки, что с гиканьем пронеслась мимо: мокрая с ног до головы Тристана, размахивая бомбардой, со всех ног спешила за скользящей на водяном пузыре Нами, что помогала себе хвостом и жезлом. - Да стой ты! – пушка в руках йордла громыхнула, посылая в голову противнице крепкий и мощный заряд. Если бы Нами не пригнулась, то красивое месиво из крови и мозгов было бы обеспечено. Мерзко улыбнувшись, Повелительница Морей резко развернулась. Кажется или нет, но заклинание, что она творила, было сделано настолько быстро, что Тристана так и не успела среагировать, оказываясь в водяном пузыре. Нахлебавшись воды, йордл шмякнулась на землю, отчаянно кашляя и фыркая… - Тристана! Девятихвостая вастайи спешила на помощь союзнику, стремительно прыжками двигаясь вперед. Распушив хвосты, Ари легко прокатилась прямо под ногами у Ренгара, что недовольно зарычал, понимая, что в последний момент упустил свою добычу. Выхватив костяной клинок, он было замахнулся, дабы воткнуть лезвие в бок бесстыжей ушастой, однако угроза в виде стремительной угрозы могильщика Йорика, что, подобно самой смерти, тараном вышел из кустов на охотника, отвлекло его. Приняв стойку, огромный кот скрестил оружие с острой лопатой противника. Да, в Ренгаре явно играла обида за прошлую нелепую смерть. Силы были не равны. Раскрыв рот в немом крике, Сона упала на землю, дрожащей рукой пытаясь остановить кровь, что хлынула фонтаном из рассеченного горла. Кровь пропитала ее платье, струны на музыкальном инструменте лопались… Тело упало в воду, расплескивая во все стороны брызги и капли, а Катарина, со своими ножами, уже стремительно неслась к следующей жертве, готовясь завертеться в стремительном портале-«шунпо». Вай рассвирепела, видя нового врага. Катарина обходила по большому кругу, пока Мастер Йи развлекал пилтоверку, не давая активно участвовать в схватке. Таков их план? Впрочем, пора переставать доверять планам и действовать по обстоятельствам. Миротворец резко схватила не ожидавшего такого поворота Йи за руку. Мечник оторопело взирал на нее доли секунды, но этого уже хватило Вай чтобы со всей силы швырнуть тощее тело «очкарика» во врага. Неожиданный ход, не правда ли? Тяжелый меч выпал из пальцев противника, а в следующее мгновение эпическое столкновение живого снаряда Йи с Убийцей Ноксуса довершило финал. - Бросок на сотню, – хвастливо подметила Миротворец, довольно щелкнув паровыми поршнями. Враги лежали у ее ног, постанывая от боли… Судя по искаженному лицу Йи, он явно что-то сломал себе при столкновении, да и Катарина выглядела не лучше: лицо разбито, нос также сломан, если судить по обильно покрывавшей ее лицо крови. К тому же неестественно вывернутая правая нога указывала на еще один перелом. Отбегались, калеки. Недолго думая, Вай подняла тяжелый кулак. Закрыв глаза, быстро опустила два раза. Кулак оба раза ударил по мягкому, склизкому, мокрому. Разможжила череп или сломала ещё что-то врагам? Вай не хотела сейчас смотреть, поэтому дождалась, когда теплый свет с небес поглотит погибших. Тут ее внимание привлекло мычание и сдавленные рвотные звуки. Сфокусировав взгляд, девушка заметила полуживую Тристану, что, сидя не коленях, низвергала из своего желудка воду. Лицо было бледным, как мел, даже не скажешь, что оно изначально у нее синее, как у большинства йордлов. Увидев торжествующую Вай, она слабо улыбнулась, пытаясь встать с колен, даже потянулась за бомбардой своей, но этому не суждено было сбыться. - Тристана! Берегись! Но было уже поздно. Вопль Ари достиг слуха каждого здесь, а тело бедняжки уже нервно дергалось в агонии смерти. Поток бронебойных пуль методично шпиговал тело йордла, превращая его в кровавую отбивную. Клепаная кожаная легкая броня не могла защитить от роя заунитских тяжелых пуль. Продержавшись еще пару секунд, Тристана закрыла глаза, заваливаясь набок. - Назад! Быстрее! – скомандовала Вай, подняв одну перчатку как стальной щит. Пригнув ушки в голове, Ари отпрыгнула в сторону, уходя с линии прицела. Очень вовремя: то место, где мгновением ранее стояла вастайи, теперь зияла воронка от взрыва, припорошенная мелкими осколками камней и комьев сухой земли. Вай успела заметить, как с холма быстро неслась вперед тощая знакомая фигурка. Миротворец жадно взирала на голубые косички, что развевались на ветру, худое тельце своего заклятого врага. Джинкс отчаянно хохотала, нагло и демонстративно заряжая очередную ракету. Мир замер на месте. Вай не осознавала уже ничего, кроме того, что впереди была лишь её цель. Она бежала вперед, занося кулак для решающего удара. Джинкс и не думала бежать или же отступать. Дуло «Скелетницы» медленно поворачивалось в сторону летящей вперед Миротворца. Почему так заторможено? Все словно в тумане, а движения были такие, словно девушки были в огромной чашке с желе. Медленно, очень медленно… Она промахнется. Промахнется. Вай словно видела траекторию выстрела, что должен был вот-вот произойти. От ракеты всегда можно увернуться, всегда… Наполненные безумием глаза Джинкс были уже совсем рядом. Можно было как следует рассмотреть рисунки на ее бледной коже, ее кожаный поясок, наполненный гранатами и патронташами. Еще один рывок. Но это всего лишь ещё один финт ушами. Только один. К своему ужасу, Вай поняла, что не успевает. В чреве ракетницы полыхнуло пламя – и огненный снаряд понесся вперед, прямо навстречу летящей вперед пилтоверке, которая не успевала увернуться. Последние мысли Вай утонули в яркой вспышке. - Что, Толстые ручки, не ожидала? – сапог Джинкс больно сдавил грудь Вай, заставив нервно ойкнуть от боли. «Скелетница», выполненная в стиле плотоядной морской акулы с ртом-жерлом, была мелкокалиберной ракетной установкой, но била больно и наверняка. Практически. Организм медленно умирал от полученной раны, заставляя девушку мучиться в агонии смерти. Миротворец не могла произнести и слова, лишь с ненавистью смотря на свою противницу. Она пыталась сжать пальцы, она хотела просто сжать пальцы в кулак… Худая тварь была так рядом, нагло поигрывая шокером в руке. - Сука… – только и смогла выдавить из себя Вай, кашлянув кровью. На этом силы закончились. В груди зудело, пекло. Хотелось закрыть большим махровым полотенцем. Осколки снаряда посекли лицо, опалили щеки кровавой корочкой, так что нижняя часть лица была обожжена, даже дышать было трудно. Вай уже не чувствовала боли от ожогов от шока. Она могла лишь наблюдать за тем, как Джинкс выудила из-за пояса гранату. Измазанная мерзкой розовой краской заунская подделка под настоящее оружие. Маньячка начала деловито заводить механизм… Однако изображение в глазах плыло, становилось мутным. Вай медленно теряла сознание, однако резкая боль в груди вновь заставила ее открыть глаза. Изо рта медленно потекла струйка крови, вырвался стон страдания. Она могла видеть, как Джинкс, резким движением, вонзила гранату точно в раскрытую рану Миротворца. Склонившись над лицом противницы, Джинкс мерзко захихикала: - Ты еще жива? Какая досада! Хотя, так даже интереснее! – снова мерзкий смех, – На этот раз я тебя просто так не убью. Я заставлю тебя страдать. Так интереснее, да? Рука сильнее пропихнула взрывчатку в грудную клетку. Послышался треск костей. - Ой, кажется, я тебе ребро сломала. Какая жалость, да? Раздавалось мерное тиканье часового механизма. Вай с трудом соображала что происходит, ибо когти смерти уже забирали ее с собой. Казалось, она даже и не слышала, как ее тело сотряс последний взрыв…

***

Как странно. Обычно смерть в Ущелье не была такой странной. Вай ощущала себя… хорошо. Пелена обволакивала ее тело. Кажется, Призыватели вот-вот должны воскресить ее на поле битвы, дабы снова ринуться в бой. Но все было зря. Зря. Девушка корила себя за допущенную ошибку, что привела к такому печальному результату. Снова. Джинкс нагло надругалась на ней, показала свое превосходство. Это было унизительно, очень унизительно. Но что такое? Точно: что-то явно было не так, ощущения были совершенно другими. Маник перепутал что-то в своих заклинаниях? Нет: тогда бы было все намного хуже. Вай открыла один глаз. Так. Стоп. Почему над головой вновь небо Ущелья? Девушка с усилием сжала пальцы… Восприятие битвы возвращалось к ней стремительной волной, а в голове звенели похоронные колокола. - Йорик… упырь могильный, – сорвалось с уст Вай, когда она лицезрела свою развороченную взрывом грудную клетку. Части внутренних органов не доставало, остальное превратилось в неаппетитную массу, кости были переломаны, однако не было никакой боли. Ни боли, ни страха. Только ярость. Могильные чары! Джинкс была рядом. Она уже совсем забыла про Вай, уничтожая все живое, что было рядом. По сторонам летели пустые гильзы, раздавался грохот пулемета… Но Миротворец этого не слышала. Мертвый мозг почти ничего не воспринимал, отдавая последние импульсы телу благодаря темной магии Могильщика. Вай хмыкнула: не так уж и плох этот гробовщик с Сумрачных Островов. Очень даже не плох. Она не стала что-то кричать, какие-то угрозы, лозунги. Просто запомнила момент того, как стальные пальцы сжали горло мерзкой дрянной девчонки Джинкс, как сломали ей позвоночник, выкрутили руки. Всего десять секунд жизни после смерти, а такое наслаждение! После такого и умереть лишний раз не жалко.

***

- ТРИПЛКИЛЛ! Маник закрыл глаза, тяжело выдохнув. Сердце бешено колотилось в груди, а осознание произошедшего все так же не отпускало. Вылазка команды против врага закончилась вполне хорошим разменом по убийствам. Схватка длилась не более минуты, однако захватывающее действо наверняка заставило зрителей охнуть на своих местах. Маник с сожалением наблюдал, как Вай медленно умирает над телом Джинкс, что было зажато в крепких хекстековых перчатках Миротворца. Призыватель скривился, заметив раны Вай. Лицо напоминало опаленную маску из-за ожогов, грудная клетка разворочена, остатки одежды тлеют, догорают. На теле не было живого места, а это только одно попадание ракеты практически в упор. Надо же: в этот раз маньячка явно превзошла саму себя в умерщвлении врагов. Она удивила и Вай: Маник четко чувствовал палитру ощущений чемпионки при ее смерти. Страх, ярость, удивление. Все смешалось в единое целое, все чувства и эмоции сплелись в тугой комок. Ярость и желание победить помогли чарам Йорика продлить ей жизнь. И этого хватило сполна. Маник чувствовал азарт, руки его мелко дрожали. Из груди вырывалось тяжелое дыхание так, что даже зудело в груди, словно в легких были горячие угли из камина. Эти чувства было сложно описать, понять… Джинкс также была мертва. Тощая маньячка пала жертвой своей непредусмотрительности, не беря в расчет способности других членов команды оппонента. И что теперь? Вместе с Вай возвращалась обратно на свою платформу, возвращаясь к жизни. Что чувствовала в этот момент гибели? А что Кларисса? Маник не ведал. Впрочем, это не так важно. Сейчас нужно лишь вернуть боевую девушку на поле битвы. Кто знает, какой стороной упадет монета в следующий раз? Улыбнувшись, Призыватель сложил руки вместе, начиная творить заклинание.