Перелетная птица

9:33 Дракона

«Уважаемый — здесь был пропуск, но Зевран отчетливо понимал, что подразумевалось имя, — вы приглашены на… В честь победы над Архидемоном… Во дворце Денерима… Годовщина… Пир…

С уважением Его величество король Алистер Ферелденский и Страж-Командор Ферелдена Кэссиди Амелл.»

Зевран вновь пробежался глазами по приглашению, пропуская большую часть — ему не были интересны все эти вежливые формулировки. Явно форма приглашения осталась от какого-нибудь ферелденского банна или эрла. О том, что это адресовано всё-таки ему, говорила только спешная надпись на самом конверте. А, и сам гонец еще, передавший его, да. Зевран усмехнулся и убрал приглашение. В тронном зале его окружали ферелденская знать — часть из них он помнил еще по Собранию земель, и слуги, — сами их величества что-то обсуждали с Эамоном в другом конце зала, рядом с ними крутился банн Теган, Винн общалась с Первым чародеем недалеко от них, Огрен был у бочонков и уже слишком пьян, Лелиану он видел только в самом начале праздника — она с улыбкой кивнула ему с другого края зала, — где она была сейчас, Араннай не мог даже представить, барды слишком уж непредсказуемы. Оставалось только горестно вздохнуть: такая толпа, а поговорить и не с кем! Придется самому искать себе компанию. Где там мелькнули ярко-рыжие волосы Стража-Командора? Справа или слева от выхода? Убедившись, что за ним никто не идет, Зевран вышел из зала и нырнул в темный коридор.

***

Она ждала его в каком-то дальнем зале, где, на удивление, было абсолютно пусто. Или это ему так в темноте было замечательно видно. Кэссиди стояла в углу, у единственного горевшего факела. — Как официально и пафосно-то, а, — Зевран расплылся в улыбке и направился к ней, театрально помахав приглашением. Кэссиди ухмыльнулась в ответ, приподняв бровь: — Ну так чья идея была? — И при этом, никто не спешит развлечь. Ай-ай, отвратительно, какое невнимание к гостям, любовь моя! — Действительно ужасно, — притворно ахнула она, продолжая его игру. — Амор, придется тебе исправить это кошмарное недоразумение, — выдохнул он ей уже в губы. Ответить она не успела — Зевран уже целовал ее, аккуратно задирая подол ее нарядного платья.

***

Зевран впервые в жизни жалел, что они сейчас не в их походе во время Мора — в ее палатке у них было сколько угодно времени ночью. Здесь же пришлось спешить и скрываться. А потом отдышаться и быстро поправить одежду. Уже не то удовольствие. И когда оно еще будет?.. — Может, всё же объяснишь этот свой побег из Башни Бдения? И вот это «Ах, нам нельзя будет видеться или хоть как-то показывать наше общение», — Кэссиди отдышалась раньше и молчать явно не собиралась. Он вздохнул. Рассказ точно будет не очень-то коротким. А ведь надо было еще убедить ее не вмешиваться. — Любовь моя, всё серьезнее, чем ты думаешь. Вороны взяли новый контракт на тебя и Алистера. Добавкой к моему, к тому же. Как я могу проигнорировать такое? От них надо избавиться, — Зевран покачал головой в такт своим словам. — Но Игнасио… — О, этот хитрый хорек может обещать тебе всё, что угодно, и даже честно выполнять это. Но, амор, он не единственный, кто берет контракты. И уж тем более не единственный, кто имеет влияние на гильдию. Мне напомнить, кто выкрал твою драгоценную Бдительность прямо из-под носа у Стражей? Про Бдительность, возможно, и преувеличил. Уж Зевран-то знал, что Кэссиди в жизни не расставалась со своим Ткачом заклинаний, а вот саму Бдительность, хоть и очень ценила, отдала не то Натаниэлю, не то Сигрун. Вот они-то, наверное, расстроились. Впрочем, цены уникального клинка специально для Стражей работы мастера Вэйда это нисколько не умаляло. — И, если что, во время заговора баннов там тоже были Вороны, к слову. Так что… — он с улыбкой развел руками. — И к чему тогда было давать такие обещания вообще, — пробурчала она. Зевран рассмеялся и заправил ей за ухо выбившуюся прядь, легко задевая пальцами щеку. Кэссиди тряхнула головой, сама поправила свои волосы и, глубоко вздохнув, тут же спросила: — И всё-таки к чему был твой побег из Башни Бдения? К чему все эти игры с «поссорились и не общаемся»? Я не понимаю… О, он видел, что она пытается не хмурится и не кусать в нетерпении губу изо всех сил. Пытается, как всегда, додуматься до всего сама. И смотрит серьезней некуда. Перед ним уже не просто его Страж, но еще и не совсем Командор. — Узнать об этом, мой милый Страж. И исправить такую глупость со стороны моих бывших товарищей. А для этого, увы, любовь моя, мне придется тебя покинуть. Чтобы всё получилось эффективнее, они не должны меня видеть и знать, что я явлюсь и за вашими контрактами. То есть, знать, что мы поддерживаем отношения и так тесно общаемся. Иначе, — Зевран театрально печально вздохнул, — всё закончится не в нашу пользу. Кэссиди всё-таки нахмурилась: — Я могла бы тебе помочь… — И покинешь Стражей? — он с насмешкой ее прервал. — Не шути так, любовь моя, ты этого не сделаешь. Ты слишком хороша, слишком ответственна для такого. — Просто признай, что решил оставить всё веселье себе, — теперь она уже ухмылялась. — А говорил, как весело будешь наблюдать, как я буду крушить им черепа, а. И вот и нет, — добавила уже серьезнее, но всё еще с улыбкой в голосе, — я бы вполне могла оставить Стражей. Они не умрут без меня пару месяцев. — Несколько лет, — серьезно поправил он ее, и прежде чем она успела возмутиться и что-то спросить, заговорил снова: — Нужно ведь не просто избавиться от исполнителей и контрактов, любовь моя. Всё будет бессмысленно, пока жив заказчик. А, учитывая, что он явно имеет прямое отношение к Воронам, перетряхнуть их всех займет не один год. А ведь еще нужно сделать так, чтобы и после никому и в голову не пришло затевать подобного. Какая жалость, моим бывшим братьям так захотелось с нами пообщаться. И, вот ведь, их желание можно и исполнить, — добавил он уже с иронией. Она поморщилась: у нее что-то не сходилось. И это было плохо. Не рассказывать же ему про эту толпу Воронов с Концентрированной погибелью магов и еще чем похуже, только и ждущих случая на нее напасть? Не послушает же, решит, что и без магии — маг-то, ага — справится, он же учил ее драться и без магии, мечом. Вот только он учил ее драться, а они научены этими мечами убивать. Какова вероятность, что она внемлет голосу разума и послушается? Зевран не собирался ей об этом рассказывать: всё равно ведь не послушает. — Ты уйдешь на несколько лет… И всё это время даже не писать друг другу? — Кэссиди продолжала хмуро на него смотреть. — Конечно, нет! Нет, писать, но только через моего ворона. Редко, любовь моя, увы, слишком редко, — у него не получилось подавить печального вздоха. — А ты точно под предлогом всей этой революции у Воронов не решил просто от меня уйти? — Страж горько улыбнулась. Он посмеялся: — Разве можно? Кто же в здравом уме добровольно способен отказаться от тебя? Зевран вновь хотел поправить выпавший из ее прически локон, но лишь сопроводил разочарованным вздохом ее руку — Кэссиди опередила его. — Так надо, любовь моя, — он попытался утешить ее улыбкой, но вновь наткнулся лишь на ее хмурый взгляд. Долгий взгляд. Задумчивый. Испытывающий. Как тогда, когда он дарил ей ту серьгу, которая и сейчас блестит от всполохов огня в ее ухе. О, Араннай прекрасно знал, что тот значил тогда, и что значит и сейчас. А потом Страж-Командор раздраженно выдохнула и кивнула: — Как будет угодно бывшему Ворону. Полагаю, и выйти отсюда мы должны порознь? В ответ он кивнул и с улыбкой добавил ей, отодвинувшейся от него и уже уходящей: — До встречи. А мы обязательно после этой долгой разлуки встретимся, любовь моя. Кэссиди усмехнулась, покачала головой и уже от двери прошептала: — Прощай, Зевран.