help me

Всю ночь Цзыян не мог уснуть. Впервые его работа оставила такое впечатление. Он ни раз выезжал на задание, где нужно было устранить людей. Это была одна из особенностей его службы — делать за государство всю грязную работу. Но он даже и подумать не мог, что в этой лаборатории, что они зачищали, проводили какие-то эксперименты над детьми. Парень ожидал чего угодно, но не такого. Цзыян лежал на кровати у себя дома. Сегодня ему не хотелось видеть кого-то. Нужна была тишина и покой. Да и первое время будет стыдно смотреть в глаза подчинённым. Он отпустил мальчика. Дал ему уйти, хотя являлся экспериментом, который нужно было уничтожить вместе с остальными. Не смог. Рука не подняла на ребенка. Этот мальчик жил в аду, и Цзыян не мог допустить, чтобы всё закончилось именно так. Те карие глаза, полные страха и отчаяния, он никогда не забудет. — Что с ним делали? — Цзыян задал вопрос в слух. Все равно жил один дома, так что и рассуждать можно было не боясь, что тебя услышат. — Каким можно быть человеком, чтобы проводить опыты на ребенке и держать это в полной антисанитарии? В голове не укладывается. Цзыян вертелся на кровати ещё полчаса. Он не мог побороть бессонницу и решил пойти на кухню, выпить горячего чаю, который, по его мнению, мог помочь уснуть. Он не став включать свет на кухне, луна сегодня была очень яркой и прекрасно освещала кухню. Было видно абсолютно всё: чайник, кружку, заварку, тень, пробегающую из коридора в спальню. — Какого хера? — Цзыян и понять ничего не успел, как тень скрылась за дверью в спальню. Вооружившись кухонным ножом, капитан последовал за тенью. Нужно было проверить, действительно ли там кто-то есть или это лишь плод его параноидального воображения. Хотя Ян склонялся ко второму. Работая «чистильщиком» правительства, трудно не стать параноиком. Включив свет и зайдя в спальню, Цзыян никого не обнаружил. Пусто, как и всегда. — Показалось. Надо выпить чаю и спать, — махнув рукой, парень пошел на кухню, чтобы наконец принять своё средство от бессонницы. Цзыяну действительно стало легче. То ли это самовнушение, то ли чай действительно расслабил его так, что парень стал проваливаться в сон. Однако шорох из коридора заставил его снова открыть глаза. Тень медленно приближалась к спальне, и проскользнула в открытую дверь. Повело холодом, и мурашки волной пронеслись по телу Цзыяна. Но даже в таком случае, он знал, что нужно делать. Капитан всегда был готов к тому, что однажды за ним придут. Не государство, так мститель, который жаждет крови и мести за своих родных. Засунув руку под подушку, Цзыян взвел курок на своём «Глоке». Пистолет всегда лежал там. Так Яну было спокойнее. Вот и сейчас он был наготове. Дождавшись, когда тень подойдёт ближе кровати, Цзыян подскочил на месте и приставил дуло прям ко лбу человека напротив. — Кто ты? — Цзыян включил свет на торшере, что стоял всегда рядом и от увиденного ему стало не по себе. — Ты всегда хранишь пистолет под подушкой?

***

— Как ты попал сюда? — Цзыян опустил пистолет, когда увидел знакомое лицо. — Ты дверь не закрыл за собой, — паренёк лет шестнадцати сел на кровать рядом со своим спасителем. — Это очень неосмотрительно с твоей стороны. — Почему ты не пошёл домой? — Цзыян видел перед собой совершенно другого человека. Да, он был в той же одежде, выглядел точно так же. Но в его глазах не было больше страха, а голос был спокойным — мальчишка больше не заикался. — Ты думаешь, что у ребёнка, который провел в этом месте всю свою жизнь, есть дом? — парень смотрел на капитана, не отрывая взгляда. — Я могу остаться у тебя?! — Что? Почему я? — Я же уже сказал, что идти мне некуда. Цзыян никак не мог понять происходящее. Он и подумать не мог, что когда-нибудь увидит этого мальчишку снова. Глаза, которые при тусклом свете торшера казались красными, рыжие, растрёпанные волосы и перебинтованные руки. В дополнению ко всему этому, синяки под глазами, от явного недосыпа, и синяки по всему телу, там, где не было прикрыто одеждой и бинтами. Второй раз за день Цзыяну стало жаль парня. Он не думал о нем, как о незаконном эксперименте, коим парень являлся. Капитан считал его жертвой, и желание помочь пареньку росло с каждой секундой. — Хорошо, останешься сегодня у меня, а завтра утром мы придумаем, что делать. — С-спасибо, — парень вдруг заикнулся и покраснел. Он пытался отвернуться, чтобы Цзыян не видел его смущения. К нему впервые кто-то относится так по-доброму, да и «спасибо» парень говорить не привык. Все эти новые ощущения отдавались приятным покалыванием в кончиках пальцев. — Ты чего? — Цзыян все же заметил смущение паренька. Это показалось ему слишком милым даже для такого как он. — Ничего. Все нормально. — немного успокоившись, парень повернулся обратно. — Есть хочешь? — Наверное не… — парень не успел договорить, как его желудок предательски зазвучал. Звук был настолько громким, что казалось, будто у него монстр живёт в животе. — Пойдем, я приготовлю тебе поесть, — Цзыян встал с кровати и протянул ночному гостю руку. — Но для начала тебе нужно помыться и сменить одежду. Парень только кивнул и, взяв спасителя за руку, пошёл за ним. Цзыян оставил парня одного в ванной, а сам полез в шкаф искать чистую и подходящую по размеру одежду. В голове была каша. Поддавшись эмоциям, капитан спецназа приютил незнакомца, хотя в своей работе он не должен проявлять никаких эмоций, а тем более сочувствия. Когда Цзыяна вербовали, у него уже был довольно неплохой послужной список. А именно: разбой, нападение с отягчающими, даже попытка убийства. А все потому что, будучи в детдоме, парень разучился испытывать какие-либо эмоции, а в особенности сострадание. Поэтому он, в свои 24 года, так быстро дослужился до капитана. Человеку, которому чуждо сострадание, плевать кого нужно убить: мужчину, женщину, ребёнка — все равно. Но почему-то тогда, в той лаборатории, он пожалел свою «цель». Он почувствовал сострадание. Что-то внутри него перевернулось в тот момент, и капитан, ни секунды не сомневаясь, спас паренька. Забыв о приказе и о том, что может последовать за таким не подчинением. Оставил в живых главный эксперимент этой лаборатории. — Нужно перестать думать об этом, — Цзыян закрыл шкаф, когда наконец-то нашел нужную одежду. — Что сделано, то сделано. Прогоняя от себя всякие мысли, хозяин дома направился к ванной, где уже должен был помыться незваный гость. — Я принес одежду, — Цзыян постучал в дверь. Но ответа, как и шума от воды слышно не было. Парню это показалось слишком странным, и он, не раздумывая, открыл дверь. Рыжий стоял по среди ванной комнаты и пялился на душевую кабину. Конструкция ввела его в полнейший ступор, поэтому, даже когда Цзыян зашёл в ванную комнату, паренёк не отвёл взгляда. Лишь покраснел и тихо произнёс: — Я не знаю, как этим пользоваться. — Ты серьёзно? — Цзыян увидел, как парень кивнул. — Ты ни разу не был в душе? — Нет. Меня мыли из шланга, под большим напором воды. Это всегда было больно, — бывший пленник сжал кулаки. Воспоминания нахлынули на парня, и он не смог сдержать злости. Ногти на пальцах впились в кожу так, что кровь маленькими каплями начала стекать по рукам. — Тише-тише. Успокойся, — Цзыян пытался успокоить парня. — Эти люди мертвы, они больше не причинят тебе вреда. Неожиданно, парень повернулся к Цзыяну и крепко обнял его, а лицом уткнулся в грудь парня. Старший видел, как бывший пленник дрожит. Чувствовал, как его все крепче сжимают в объятиях. — С тобой больше ничего не случится, — Цзыян кладет свою руку на голову паренька и гладит его по рыжим, растрепанным волосам, чтобы успокоить дрожь в теле младшего. — Обещаешь? — Обещаю.