Искусство и искушение

Азирафаэль никогда не считал себя хорошим живописцем. Нет, рисовал он неплохо; за некоторые из его картин ему даже удавалось пару раз выручить неплохие деньги, но на этом все. Может, виной тому были неправильно подобранные сюжеты, а может отсутствие какого-то особенного таланта... Так что и в этот раз он даже не надеялся на то, что его новую картину "Демон" ждёт хоть какой-то мало-мальский успех. Именно поэтому, когда синьор Торре впервые заявился к нему домой, рассыпаясь в похвалах и обещаниях сделать из Азирафаэля "самого известного живописца современности", тот был донельзя удивлен и даже немного напуган. Ведь если у вас все идёт из рук вон плохо или, в крайнем случае, просто никак, а потом неожиданно приходит дикий успех, разве это не заставит вас стать подозрительным? Вот и Азирафаэль начал подозревать неладное, хотя, чего он мог ожидать, связавшись с демоном? - Твою картину многие хотят купить, - промурлыкал Кроули, покачивая бокалом с вином. - Поговаривают, что даже сам Асканио Сфорца** приезжал посмотреть на неё. - Чушь все это, - ответил Азирафаэль, сидевший в кресле напротив. Прошло ровно две недели с тех пор, как картина была выставлена в галерее синьора Торре - одного из самых популярных в Венеции деятелей искусства. И тот был донельзя доволен, ведь "Демон" привлек к нему многих богатых и влиятельных личностей. - Ее можно продать на аукционе. Можно, но не стоит. - Почему же? Я как раз подумываю так и сделать... - Нельзя, - прошипел Кроули, подавшись вперёд. - Нужно, чтобы ее увидело как можно больше людей. - Ты так тщеславен, дорогой, - улыбнулся Азирафаэль. - Хотя чего я ожидал от демона? - Это не поэтому, - Кроули снова откинулся в кресле и прикрыл змеиные глаза. - Скрытое предназначение. Кроули нехотя кивнул. - Расскажешь мне о нем? - Демоны не посвящают людей в свои дела, - протянул он, но все же, немного помедлив, добавил: - Но тебе я расскажу. - И за что мне такое доверие? Кроули хмыкнул и неопределенно пожал плечами. - Люди очень долгие века опасались силы Тьмы, передавая потомкам истории о том, какие демоны ужасные и коварные создания. Они подарили нам отвратительную внешность, все эти рога, копыта, жуткие морды, которые даже лицами назвать трудно. Но сейчас наступила новая эпоха - время, когда люди позволили себе освободиться от предрассудков и дали волю врожденному любопытству. Настал час, если можно так выразиться, "обелить" силы Тьмы в глазах людей... - Это действительно коварно, - немного обиженным тоном произнес Азирафаэль. - Может, совсем немного. - Но как одна картина сможет выполнить такую сложную задачу? - Она станет толчком к революции в сознании человечества. Кто-то, вдохновившись ею, напишет поэму; где-то по этой самой поэме поставят спектакль; его посмотрят сотни, а то и тысячи людей. И так далее. Маятник уже не остановить, ангел мой. - У меня складывается ощущение, что я пал из-за тебя, - пробормотал Азирафаэль; когда Кроули так его называл, в груди разливалось приятное тепло. - Разве? Но ведь это моя работа - искушать людей, ввергать их в пучину соблазна... - ответил демон, покачивая ногой. - Это ещё хорошо, что я вынудил тебя хоть немного прикрыться, - фыркнул художник, ощущая, как пылают щеки из-за потревоженных воспоминаний. - Боюсь представить, насколько провокационной вышла бы картина, если бы я поддался тебе. - Думаю, она выглядела бы довольно занимательной и вызвала более оживленные дискуссии, чем сейчас, - мечтательно произнес Змий, - но то, что мы имеем нынче, тоже сойдёт. Тебе ведь понравилось? - Что именно? - растерялся "ангел". - Все это. Такое внимание людей к твоей работе, то, что она стала для многих настолько желанной. Сам процесс рисования, конечно же... - низким голосом промурлыкал демон. - Если бы я не получал удовольствия от творчества, я бы не занимался этим, - пробормотал Азирафаэль, уткнувшись в собственный бокал. - Не сомневаюсь в этом. Хотя сейчас я имел в виду немного другое... Художник произнес в ответ что-то нечленораздельное. - Скажи, ты ведь тоже испытываешь такие же ощущения, что и все те люди в галерее, когда смотрят на твою картину? Я слышал, они говорили о том, что "Демон" пробуждает в них скрытые животные инстинкты, - Кроули поставил свой бокал на подлокотник и плавно поднялся. - Они говорили, что испытывают жар в груди и сладкую истому, когда видят это крылатое существо; я видел, как их зрачки расширяются и учащается дыхание от одного лишь взгляда на него. А ведь это всего лишь картина, - медленно проговаривая все это, Кроули скользящей походкой приближался к застывшему Азирафаэлю, - тогда так как сам натурщик всего лишь в паре шагов от тебя. Скажи мне, что ты чувствуешь? - Не начинай сначала, прошу - прошептал бедный живописец, пряча взгляд. Но неумолимый демон, оказавшись рядом, наклонился к нему и длинными пальцами взял его за подбородок. - Ты смущён, я вижу. Почему же? Может, ты всё-таки поделишься со мной? Мы ведь почти уже друзья, - Кроули, казалось, даже не собирался останавливаться, напротив: он поставил одну коленку между ног Азирафаэля, бесстыдно раздвинув их одним движением, и наклонился ещё ближе. - Не друзья мы, - беспомощно выдавил художник и зажмурился; в этот момент ему казалось, что если он встретится взглядом с этим искусителем, что произойдёт нечто страшное и неизбежное. Чувствуя кожей жаркое дыхание демона, Азирафаэль ощущал, как внутри него боролись страх и предвкушение, и это совсем не добавляло покоя. - О, да, не друзья. Ведь друзья не делают так, - он легко провел носом по линии челюсти белокурого мужчины вверх, - или так, - и уже опустился по шее влажным кончиком раздвоенного языка. Азирафаэль шумно выдохнул. - Что ты хочешь? - дрожащим голосом проговорил он. - Тебя. Азирафаэль не нашелся, что ответить. Да и что можно было сказать в этой ситуации? Он глубоко вдохнул сводящий с ума аромат демона и вцепился белоснежными пальцами в подлокотники кресла. - Лучше скажи, что ты хотел взять в оплату за успех картины, и уходи, - наконец выдавил он. - О, ангел мой, как же ты медленно соображаешь, - прошипел Кроули, погружая одну руку в мягкие волосы Азирафаэля, а второй поглаживая его предплечье. - Разве не понял? Ты и будешь наградой за мою работу. Художник нервно повёл плечами и крепче зажмурился. Нет, в глубине души он догадывался, что демон захочет нечто посерьёзнее, чем деньги, но делал ставки на душу - любимую валюту адских обитателей, согласно давним историям. - То есть, ты хочешь... - Да. - Нет... - О, да! - Послушай, давай что-нибудь другое, хорошо? - Азирафаэль собрался с духом, открыл глаза и схватил демона за плечи. - Я отдам тебе все деньги, вырученные за эту картину. Или, хочешь, напишу ещё пару таких же? Говорят, демоны заключают сделки в обмен на душу. Хочешь, забери мою? - Странный ты человек, Азирафаэль, - промурлыкал Змий, проводя указательным пальцем по его щеке, - готов отдать мне свою душу, но не тело. А знаешь что? - он наклонился и прошептал прямо в ухо, - Ты нужен мне весь. Целиком и полностью. Здесь и сейчас, - отстранившись, Кроули взял своего "ангела" за руку и потянул на себя. - Идём скорее. - Куда? - сглотнул тот, понимая: отступать некуда. Думать надо было раньше, а сейчас придется расплачиваться за содеянное. - В спальню. Я не хочу, чтобы все происходило на твердом полу; иначе у тебя будет болеть все тело; везде, а не только в определенных местах... - окинув довольным взглядом смущенное лицо Азирафаэля, он добавил: - Надеюсь, твоя постель достаточно большая, чтобы вместить двоих взрослых мужчин? Эта ситуация напрягала и... возбуждала одновременно. Азирафаэль уже на второй день их знакомства понял, что Кроули его привлекал. Да и разве можно было устоять перед соблазном и не поддаться его очарованию? Он шагал вслед за демоном, ощущая, как сердце пытается пробить ребра и выскочить наружу, и мысленно пытался смириться с тем, что ему предстоит сделать, надеясь только на то, чтобы все прошло не очень болезненно. - Ну-ну, я вижу, ты опечален? - произнес демон, когда они очутились в спальне, и подтолкнул Азирафаэля к кровати: благо, художник любил спать, как можно шире раскинувшись на постели, поэтому в свое время приобрел довольно габаритный предмет мебели. Так что не стоило беспокоиться о том, что они могли бы не поместиться вдвоем на этой постели. - Я... Я не знаю...как... - запнулся Азирафаэль. - Понимаю, для тебя все это ново и непривычно, но не беспокойся. Просто доверься мне, - Кроули надавил на его плечи, вынуждая сесть, после чего толкнул в грудь и, когда "ангел" лег, растянулся рядом. - Мне страшно, - прошептал Азирафаэль. Кроули тихонько рассмеялся. - Ты словно девственница, - и, поймав взгляд голубых глаз, добавил, - так оно и есть, практически. - Он обнял художника и зарылся носом в его волосы: - Ты так вкусно пахнешь. Морским бризом, воздухом после грозы, сладостью спелого винограда, книжной пылью, красками и любовью... - И как пахнет любовь? - попытался зацепиться хоть за что-нибудь Азирафаэль, чтобы удержать разум на краю, хотя бы ненадолго перед падением в бесконечную бездну искушения. - Как ты, - прошипел в ответ Кроули. - Знаешь, что я сейчас сделаю? - он забросил свою ногу на мелко подрагивающего мужчину и одной рукой резко дёрнул светлую тунику на его плече, разрывая ткань и обнажая белоснежную кожу. - Я буду покрывать поцелуями твое тело до тех пор, пока ты не начнёшь громко стонать и молить меня, чтобы я сделал что-нибудь посерьёзнее. Я оставлю на тебе такое количество засосов, чтобы тебе, выходя на улицу под солнечный свет, пришлось закутаться в непрозрачную ткань с ног до головы. А потом, - не особенно церемонясь, демон оторвал застёжку на своей одежде и подвинул ткань так, что та почти полностью сползла на пол, обнажая его смуглое гибкое тело, - я свяжу твои руки, чтобы ты не смог ими пошевелить... - Дверь! - внезапно воскликнул Азирафаэль, подрываясь на месте. - Что - дверь? - недовольно переспросил демон, развязывая пояс на тунике любовника. - Я забыл запереть дверь, когда ты пришел. Кто-нибудь сможет прийти ко мне и войти сюда... Кроули возмущённо фыркнул, щёлкнул пальцами, и из соседней комнаты послышался громкий хлопок закрывающейся двери. - Все. Теперь нас никто не потревожит, - прошептал он. Проведя рукой по шее художника и спустившись ею к груди, он снова рванул ткань. - Не проще ли просто снять её? - уточнил Азирафаэль. - Так не интерес-с-с-сно, - протянул демон и прижался губами к пульсирующей венке на горле белокурого мужчины, с наслаждением слушая, как тот судорожно вдыхает воздух. Хмыкнув, Кроули схватил художника за запястья и, заведя его руки за голову, одним движением расположился на нем сверху. Азирафаэль сглотнул, рассматривая красивое подтянутое тело демона, и пошевелил пальцами. Появилось непреодолимое желание прикоснуться к бархатистой коже, но удовлетворить его не представлялось возможным: хватка рук Кроули была довольно сильной. Тот улыбнулся, наблюдая за реакцией любовника, и немного поёрзал, пытаясь занять более удобную позицию. Ягодицы ощутили явную "заинтересованность" Азирафаэля, и Кроули в притворном удивлении повел бровью; тот же отвёл взгляд и поджал губы. - Ты настоящее чудо, - прошептал демон и коротко, но нежно поцеловал художника в губы, после чего спустился к шее, покрывая кожу жаркими, влажными поцелуями. Азирафаэль вздохнул и, прикрыв глаза, с наслаждением отдался волнам чувственного удовольствия. *** - Что дальше? - спросил Азирафаэль, рассматривая потолок над головой. - Ммм? - Говорю: что дальше? - Дальше? Можно выпить вина и продолжить... - Кроули лежал рядом на животе, раскинувшись так, будто в постели, кроме него, больше никого не было. Азирафаэль поморщился; сейчас, когда тягучая истома покинула тело, в определенной его части четко ощущался недвусмысленный дискомфорт. - Нет, я имею ввиду: что дальше? Ты уйдешь и продолжишь выполнять свою работу? Заниматься искушениями, все дела... Кроули приподнялся на локтях, перевернулся на бок и подполз к любовнику; собственнически закинув на него ногу, он сообщил: - Я думаю, у меня остались кое-какие незавершённые дела в Венеции. Например, нужно продолжить соблазнять одного художника... Не то, чтобы он уже не пал жертвой обаяния одного конкретного Змия, но нужно ещё не один раз закрепить полученный результат. Азирафаэль рассмеялся. - То есть, ты хочешь сказать, что остаёшься? Кроули пожал плечами. - Ну, этот дом вроде неплохой вариант, чтобы остановиться здесь на какое-то время. А потом мы переедем куда-нибудь на берег океана... - Воспитанные люди обычно спрашивают разрешения, прежде чем поселиться в чьем-то доме, - улыбнулся художник. - Так это же люди. А демонам воспитание не ведомо. Как и стыд, впрочем, - подмигнул Кроули, поглаживая ладонью мягкий живот Азирафаэля. Тот едва заметно покраснел, внезапно не к месту вспомнив, как не далее, чем полчаса назад по вине рыжего демона две массивные доски кровати, издав печальный хруст, приказали долго жить. - И вообще, ты должен пообещать мне, что напишешь ещё хотя бы сотню картин... - Сотню? - шокировано воскликнул Азирафаэль, забывая о своих недавних мыслях. - Это только со мной, - оскалился демон, - и как минимум на половине из них я буду без одежды... - Кроули... - простонал "ангел". - А что? Разве я не красив? - Ты тщеславный. И порочный. И мне это совершенно не нравится. - Нра-а-авится, - довольно протянул демон, крепко прижимая к себе улыбающегося Азирафаэля.