We fight to live

Бежать сквозь горящие деревья, едва не задохнувшись в едком дыму, было очень сложно. Воздуха не хватало катастрофически. Наверное, даже если я сейчас заберусь на крышу казармы, где мы с Намджуном были несколько минут назад, всё равно не смогу глубоко вдохнуть свежий и чистый воздух. Нас с Хосоком едва не пристрелили, если бы не вовремя прикрывший нас Чимин. Юноша подмигнул нам и сказал быстрее прятаться. Спрятавшись за одним зданием, мы начали готовить наши оружия. Я зарядила оружие и выглянула из здания — японцев чертовски много. Есть большая вероятность, что эту битву мы, к сожалению, проиграем. Нас в два раза меньше, чем их. Все звуки смешались в один: выстрелы, крики, двигатель бомбардировщиков, треск коры деревьев. Земля дрожала от частых взрывов, да ещё и танк здесь. Я даже не знаю, есть ли у нас гранаты, чтобы ими закидать танк. Хосок убегает на помощь Сокджину, и я остаюсь одна. Наверное, в сотый раз проверяю заряжен ли автомат, а после выбегаю из засады. Взгляд быстро зацепляется за японцев, и я до упора жму курок, пуская сразу несколько пуль. Неэкономно, просто чертовски страшно. Краем глаза вижу, как из танка появляется один солдат и целится в меня. Я быстро перекатываюсь по земле и слышу, как возле меня раздаются выстрелы. Отказавшись в окопе, я стреляю в него, и мёртвое тело падает на землю. Начинаю кашлять, ведь нахожусь рядом с горящим деревом, который лежит недалеко от окопа. На плечи приземляется чей-то мокрый шарф, и я резко оборачиваюсь — Намджун. На нём точно такой же шарф, он запрыгивает ко мне в окоп. Почти ложусь на землю и начинаю крепче завязывать влажный шарф. Он пахнет землёй, а в некоторых местах есть следы от крови. Взгляд цепляется за мёртвое тело, лежащее недалеко от меня. Видела этого парня пару раз, но его имя я так и не запомнила. Раздаётся очередной взрыв — танк выстрелил в казарму, и здание начало рушиться, поднимая пыль. — Сможешь избавиться от танка? — кричит мне на ухо Намджун. Я сглатываю и чувствую привкус золы на языке. — У меня нет винтовки и бронебойных. — говорю я ему. — Иди к Чонгуку, я тебя прикрою, — приказывает он мне. — Он на третьем фланге возле пулемётов. — Так точно! — киваю я. Закидываю автомат за спину и слежу за Намджуном. Он начинает стрелять в японцев, и я быстро перебегаю к обломкам здания. Смотрю по сторонам, чтобы убедиться, что никого нет. Резко сворачиваю на повороте и под весом чужого тела падаю на землю. Чувствую как мне сжимают шею, и воздуха становится всё меньше. Руками тянусь к лицу японца, но в ответ он ещё сильнее сжимает мою шею. Бью его коленом между ног, от чего он вскрикивает и ослабляет хватку. Другой ногой бью в живот и скидываю с себя. Тяжело и глубоко дышу, а после седлаю его и, сжав руки в кулаки, начинаю бить его по лицу. Костяшки сильно жжёт, пальцы уже все в крови, как и его лицо. Достаю из внутреннего кармана штанов охотничий нож и перерезаю горло. Быстро встаю на ноги и прислоняюсь к стене и смотрю на свои окровавленные руки и нож. Пытаюсь глубоко дышать, но удаётся с трудом из-за шарфа. Снять нельзя — задохнёшься от дыма, которого стало ещё больше. Добегаю до фланга без происшествий. Запрыгиваю в окоп и слышу выстрелы из пулемета. Здесь солдаты бегают из одного места в другой, ибо в этом месте больше всего японцев. Вижу небольшую землянку, которая прикрыта тканью и заглядываю внутрь, ожидая найти Чонгука. Но вижу в ней только Джису и Джина. Джису тяжело дышит, держась за бок. Я подбегаю к ней и замечаю, как капли крови стекают по пальцам. — Что произошло? — спрашиваю я, в панике осматривая то Джина, то Джису. — Задело осколком гранаты, — говорит Джин, в панике ища что-то в аптечке. — Нужно остановить кровь. — Лиса, — Джису всё равно улыбается, пытаясь выглядеть сильной. — Ты как? — Я в порядке, но тебе не стоит говорить, — говорю я, поглаживая её за плечо, а после смотрю на Кима. — Где Чонгук? — Лейтенант у пулемётов. — ответил он. Я киваю и прощаюсь с Джису, выходя из землянки. Недалеко разрывается граната, поднимая столб дыма и земли, которая сыпется прям мне на голову. Приходиться ускорится и идти быстрее. Чонгук стоит около пулеметной установки и следит за происходящим. За самим оружием сидит какой-то парень, имя которого я не помню. — Чонгук, — я снимаю шарф, чтобы он узнал меня. У него у самого влажный платок на лице, тоже защищается от дыма. — Где винтовка и бронебойные? — Тебе зачем? — хмуро спрашивает он. — Нужно избавиться от танка. — Без тебя разберёмся, — отвечает он и отворачивается. — Иди помоги своей подружке, а то она задерживает Сокджина. — Это приказ от командира Кима! — я дёргаю его за рукав, чтобы он снова посмотрел на меня. Вижу, как он хмурится ещё сильнее, ведь до сих пор не доверяет мне. Он шикает и протягивает мне винтовку, а в руки даёт четыре бронебойных патрона. — Не справишься — лично с гранатой пойдешь на танк. — говорит он, а я лишь шикнула на это. На согнувшихся в коленях ногах, иду через весь окоп, чтобы найти лучший вид на танк. На ходу заряжаю винтовку и снимаю с предохранителя. Наконец нахожу идеальную позицию — второй фланг, с него открывается отличный вид на танк, а также на тот же третий фланг. Уверена, Чонгук наблюдает за мной. Пока готовлюсь к выстрелу, ко мне подбегает Чимин. Он кричит мне, что прикроет меня, а я киваю. Пытаюсь как можно удобнее устроиться на земле, а после смотрю в прицел. Пытаюсь выровнять дыхание, чтобы руки так сильно не дрожали. Позади слышу матерные слова из уст Пака, что невольно вызывает у меня смешок. Моргать почти перестаю и пристально наблюдаю за танком, целюсь прямо в стекло механика. Аккуратно нажимаю на курок и приклад больно бьётся об моё плечо. Смотрю в прицел — по стеклу пошла трещина, отчего танк пришёл в движение. Начинаю перезаряжать оружие и слышу вопрос Чимина о том, попала ли я. Киваю и он гордо усмехается, будто сам выстрелил. Смотрю на третий фланг, я была права — Чонгук глядит в мою сторону. Кажется, он понял, что я попала прямо в цель, поэтому кивает мне, чтобы я продолжила. Я снова смотрю через прицел, пытаясь найти цель. Танк заехал в густой дым, будто специально. — Блять. — шепчу я и прикусываю нижнюю губу. — Ложись! — кричит Чимин. Я скатываюсь в окоп и прикрываю голову руками. Через секунду снаряд танка пролетает прямо над ними и попадает в баню. Осколки летят в разные стороны, подымается пыль, а горящие деревья падают на землю. Снова хватаюсь за винтовку и вижу, как танк приближается к нам. Думать времени нет: целюсь через прицел и нажимаю на курок. Рука дёрнулась в последний момент, и пуля пролетела мимо танка. В панике приходится перезаряжать оружие. Руки дрожат, чуть ли не ломаю винтовку пополам — она чертовски старая. Адреналин заиграл в крови, слышу крик Чимина о том, что танк совсем рядом. Стреляю уже, даже не смотря в прицел. Стекло разбивается на тысячи осколков, но некоторые из них окрашиваются в алый цвет. Несмотря на смерть механика, танк продолжает движение. Скорее всего, это связано с тем, что нога механика всё ещё осталась на педали. Хватаю Чимина за руку и оттаскиваю его в сторону. Гусеница танка проваливается в окоп, и он застревает в яме. Неожиданно, танк загорается и из люка выпрыгивает второй водитель, одежду которого поглощает огонь. Чимин выстреливает в водителя, а после танк взрывается. Нас несильно уносит ударной волной, отчего мы падаем на пол. Оба тяжело дышим, смотря на то, что только что произошло. Перед нами взорвавшийся танк, который оказался в окопе. — Пиздец, — единственное, что говорит Чимин, а я молча киваю и сглатываю. — Лиса, ты дикая. — Приму за комплимент. — я улыбаюсь. Чимин встаёт с земли и протягивает руку, я принимаю его помощь.

***

Уничтожив танк, я думала, что после этого битва станет намного легче, но как оказалось — нет. Одежда многих солдат начинала загораться из-за сильного пожара, но они продолжали держать в руках автомат. Некоторые вообще бежали на врагов и прыгали на них, чтобы те загорелись, как и они. Чувствую сильную боль на своей щеке и прохожусь по ней пальцем. Большой палец теперь не только весь в грязи, но и в крови. Похоже, осколок от снаряда всё-таки задел меня, но под действием адреналина я этого даже не заметила. Вытираю щёку шарфом и смотрю по сторонам. На втором фланге мне делать больше нечего — надо возвращаться к Намджуну, чтобы помочь ему. Поэтому быстро иду к Чонгуку, чтобы вернуть ему винтовку. Вижу, как он срывает чеку у осколочной гранаты и кидает в японцев. Раздаётся взрыв и крики людей, земля и пыль поднимается в воздух. Протягиваю снайперскую винтовку ему в руки, он берёт её и смотрит на меня. Он очень уставший, тяжело дышит, но взгляд всё равно твёрдый. — Ты чуть не сдохла, подпуская танк так близко к себе. — кричит он, чтобы я услышала. — Я знаю, — говорю я. — Все мы сейчас можем умереть. После моих слов раздаётся выстрел, и парень рядом с нами падает, из-за чего мы с Чонгуком сразу приседаем ещё ниже, чтобы тоже не быть застреленными. — Я к командиру Киму. На первый фланг. — говорю я, и он кивает. Обратно добираюсь без происшествий, что очень радует. Изуродованный труп того японца всё ещё лежит на том же месте, и я прохожу мимо него. Напрягаю мышцы ног и сжимаю в руках свой нож, когда замечаю одного японца, что движется прямо на меня спиной. Держит автомат дрожащими руками. Похоже, что его принудительно призвали на войну. Хватаю его за плечо и глубоко вонзаю нож в горло, кровь начинает хлестать из раны, как только вынимаю оружие. Мертвое тело падает на землю, и я переступаю через него. Запрыгиваю в окоп, оказываясь рядом с Намджуном и другими солдатами. — Цель уничтожена. — говорю я. — Я и не сомневался в тебе. — Ким усмехнулся, а после скривился в лице. Я оглядела его со стороны — в левом бедре пулевое ранение. Похоже, всё-таки один японец забрался сюда. Подтверждение своим словам нахожу быстро — под ногами лежало мёртвое тело японца. — Командир Ким, у вас кровь, — говорю я и вижу, как штанина пропиталась кровью. — Её надо остановить. — Забудь, сержант, — говорит он, сжимая челюсти. — Твоя задача — избавиться от врага. Вместо того, чтобы послушаться Намджуна, я вытаскиваю футболку, которая была заправлена в джинсы. Раздаётся треск ткани, и у меня в руках находится белый лоскут. Хорошо, что футболка большая — я её ещё одолжила у Мингю, с которым вместе учились в снайперской школе. Делаю жгут на ноге, чтобы хотя бы на время остановить кровь. Чувствую взгляд командира на себе, а после смотрю на него. Взгляд уставший, как у Чонгука. Но он всё равно благодарит меня и возвращается к своему делу.

***

Битва заканчивается слишком резко. Продолжать войну слишком тяжело из-за дыма. У нас есть хоть какая-то защита, а у японцев нет. Оставшиеся выжившие убежали с поля боя. Это вторая битва, в которой мы ожидали победу. Но уверена, это будет продолжаться не долго. Медленно мы выходим из наших окопов. И слышим сигнализацию, а сквозь ярко-алое пламя видны цветные мигалки пожарной машины. И когда они успели вызвать их? Пожарные машины разъехались по всему лесу, начиная тушить пожар. В это время мы все пытаемся отдохнуть. Я сажусь на землю около разрушенной казармы и снимаю шарф. Дым всё ещё есть, но в нём мне тяжело дышать. Делаю глубокий вдох грудью, ноздри жжёт от дыма, но я не обращаю на это внимания. Ко мне неожиданно подсаживается Чеён и протягивает фляжку с водой. На фляжке нарисован флаг Японии, значит Чеён нашла её где-то на земле. Делаю несколько больших глотков и откидываю голову назад. — Где ты была? — спрашиваю я. — Лейтенант Чон заставил сидеть в тылу, — она разочарованно хмыкает и кидает на землю автомат. — Пока здесь все подыхали, я просто сидела и ждала когда всё это закончится! — Разве ты в этом виновата? — я повернулась к Пак. Она разочарована, вот-вот заплачет. Да, у нас и правда очень много жертв, но не настолько, как у японцев. Чеён хочет что-то ответить, но её резко прерывает подошедшие Сокджин с Тэхеном. Я сразу вспоминаю, что он был рядом с Джису, поэтому перевожу взгляд на него. Он выглядит грустным, смотрит в пол, пиная камень. — Что с ней? — спрашиваю я, и он понимает, о ком я. Ким долго смотрит на меня тяжёлым, соболезнующим взглядом. Он тяжело вздыхает и отворачивается от меня. Я чувствую, как по щекам текут слёзы, и рана начинает щипать от боли. Я прикусываю губу и зарываюсь руками в волосы. Чеён всё ещё ничего не понимает. Джису больше нет. Джису умерла. Нет! Мне просто сложно даже сложить эти слова в одно предложение! Джису не была отличным бойцом, но она отлично могла выходить из ужасного положения! — Прости. — говорит он. Сжимаю в руках фляжку и встаю с земли, отряхивая зад от грязи. Смотрю по сторонам — пожарные продолжают тушить огонь, а солдаты всё ещё отдыхают. — Девочки! — я всё ещё не приняла того, что Джису нет с нами, но уже слышу её голос? Поворачиваю голову — Ким, держась за бок, идёт к нам с её лучезарной улыбкой. — Вы в порядке? Я смотрю то на взволнованную Джису, то на Сокджина с Кимом. Секунда. И оба начинают громко смеяться, что остальные солдаты обращают внимание на нас. — Что? — тихо спрашивает Джису. До меня только доходит, что эти два идиота разыграли нас. Су живая, но немного уставшая. — Идиоты! — кричу я, кидая фляжкой прямо в Сокджина. Он медленно перестаёт смеяться, как и Тэхён. — Если вы думаете что это смешно, то нихуя! По лицу всё ещё текут слёзы. Мне было чертовски страшно. Если бы я ещё потеряла Джису, то не знаю как бы справилась с этим. До Чеён медленно доходит, что произошло. Она хмурится, смотря на парней. Сокджин и Тэхён смотрят на меня, расширив глаза. Они оба, кажется, шокированы моей реакцией. А чего они хотели, шутя над этим? — Вы, блять, хотя бы думайте над чем шутить! — кричу я, чувствую руку Чеён на своём плече, она пытается успокоить меня. — У тебя чувства юмора нет что ли? — с улыбкой спрашивает Тэхён. — А у тебя мозгов нет, как я вижу, — говорю я, выплёскивая всю агрессию. — Кто блять вообще шутит на эту тему? — А что не так?! — Джин взмахивает руками. — Посмотри по сторонам: кругом куча трупов и смерть! Ты хочешь, чтобы мы вообще умом тронулись, не развлекая себя? Если тебе нравится ходить с каменным лицом, то нам нет. — А шутить про смерть живого человека для вас — норма?! — спрашиваю я. — Заткнулись, блять! — рядом с нами раздаётся голос Чонгука. За спиной Джина вижу приближающегося Намджуна. — Смирно! Я выпрямила спину, смотря то на Чона, то на этих двоих идиотов. — Что за Санту-Барбару вы устроили?! — рявкнул он. Мы сохраняли тишину, ожидая, когда нас лично спросят. — Рядовой Ким, шаг вперёд. — сказал уже подошедший Намджун. Тэхён сделал так, как было приказано. — Доложить о том, что произошло. — Так точно! — выкрикнул он. — Мы с Ким Сокджином безобидно пошутили, а рядовая Манобан взъелась на нас. Я сжала руки в кулаки, которые убрала за спину. Прямо сейчас так хочется врезать ему хорошенько. — Отставить, — сказал Чонгук, и Ким вернулся на место. Лейтенант повернулся ко мне. — Рядовая Манобан, шаг вперёд. Я сделала шаг вперёд, оказавшись рядом с Намджуном и Джином. Последний даже не старался скрывать свою неприязнь. — Доложить свою версию. — сказал Чонгук. — Рядовой Ким Сокджин и рядовой Ким Тэхён пытались вверить мне, что сержант Ким Джису мертва! — я произнесла всё на одном дыхании и в конце вдернула подбородком. Джису широко открыла свои глаза, не веря услышанному. Теперь для неё стало понятно, почему я была такой злой. — Отставить, — я сделал шаг назад, ожидая дальнейших слов либо Чонгука, либо Намджуна. Заговорил командир Ким. — За грубость и проявление грубости к личному составу — два наряда вне очереди. Оба! — Так точно! — крикнули они. Тэхён скривился в лице, а после приказа «вольно» и вовсе убежал восвояси. Как и Сокджин. — Рядовая Манобан, — Чонгук посмотрел на меня. — Обратись в медпункт, у тебя рана на лице. — Так точно. — отвечаю я. И мы с девочками уходим от них.