Я так и знал, что этим кончится.

Ну, в принципе, еще выходя в этот злополучный рейд, Лайнелл уже знал, что ничем хорошим эта «ночная» вылазка в стан врага не закончится. Просто не сможет… И кой черт его дернул вообще вспомнить, как, еще будучи ребенком, он, носясь по ближайшему к его родовому замку лугу, однажды умудрился обнаружить древний потайной ход. Ведущий за неприступную ограду прямо от того большого, поросшего мхом, в общем, крайне подозрительного камня, что в незапамятные времена наверняка служил местом проведения каких-нибудь древних обрядов и жертвоприношений. А потом еще благополучно туда свалиться и проплутать в бесконечных лабиринтах до ночи. Когда его, усталого, голодного, продрогшего до костей и вконец отчаявшегося когда-нибудь найти выход, наконец, отыскал отец с помощью специального поискового амулета, радости их обоих не было предела. На следующий день они вдвоем еще раз спустились туда, чтобы выяснить на будущее, куда же именно этот ход ведет – в итоге все же и правда попали в замок, но, видимо, маленький виконт Крейг тогда так натерпелся, что потом напрочь забыл о данном происшествии. Вплоть до того момента, пока на очередном военном совете речь не зашла о хотя бы теоретической возможности нескольким воинам незаметно покинуть осажденную территорию, чтобы попробовать взять одного из предводителей вампиров в плен, а потом выдвинуть кровопийцам за сохранность его «жизни» некие условия. Вот только Лай каким-то шестым чувством чуял беду, совсем как в тот раз, когда карета его родителей свалилась в пропасть и в одночасье превратила его в круглого сироту. В общем, повторю, он был абсолютно уверен в том, что из этой затеи ничего путного не выйдет. Ну еще бы вышло – их набралось всего-то пятеро, – самоубийц, – и хотя трое из них, включая самого Лая, были одними из самых выдающихся магов их маленького, но гордого королевства, против высших вампиров, а не каких-нибудь там обращенных людей или дампиров, издевательски беззаботно раскинувших свой лагерь чуть не под самыми крепостными стенами, шансов у них не было никаких. Лучшее, что их ждало при обнаружении до или, что все-таки предпочтительнее, после того, как они выполнят задание, это стать ранним вампирским завтраком… И если такой исход – лучшее, о худшем виконту даже думать не хотелось. Но приказ есть приказ, тем более, если ты сам, не далее как вчера и не иначе как в каком-то дурмане, подал сию идею сводному братцу, отчего-то с детства тебя недолюбливавшему и уже долгое время только и мечтавшему от тебя избавиться каким угодно, но лучше, конечно, легальным способом. И самые отчаянные парни, что отыскались среди его верных вассалов, с ним во главе, как только стало светать, скрепя сердце и мысленно навеки попрощавшись с родными и близкими, медленно отправились по тайному подземному ходу за головой – пока вместе с телом, разумеется, – предводителя осаждавшего их вот уже несколько месяцев отряда. - Лай, а ты уверен, что нам вообще удастся пробраться за их защитный полог? – подал голос молодой рыжеволосый маг – стихийник – лучший друг виконта с детства. - Уверен, Брай, мы вылезем прямо у них под носом, да так неожиданно, что они нас даже учуять не успеют, а мы уже схватим этого кровопийцу – до палатки его останется всего лишь каких-то пара метров, – стараясь говорить как можно спокойнее и убедительнее, ответил темноволосый Лайнелл, носком сапога с отвращением откидывая с дороги полуразложившуюся крысиную тушку. - Хорошо бы, ты оказался прав, и мы вернулись в замок хотя бы просто живыми, – мечтательно вздохнул в ответ Брайан. – А то Дениз вчера вечером, наконец, согласилась стать моей женой, было бы жаль так и не опробовать ее в постели. Остальные его спутники согласно загалдели, поминая и своих пассий. Лайнелл на это, дойдя наконец до окончания ветхого тоннеля, мученически закатил глаза и, буркнув что-то насчет «озабоченных друзей-извращенцев, даже под страхом смерти размышляющих исключительно о сексе», стал почти вслепую нащупывать рычаг, призванный бесшумно и незаметно – Лай на это очень сильно надеялся, – открыть им путь на залитую утренним солнцем поверхность. - Все приготовились! – скомандовал виконт и потянул неожиданно быстро и легко обнаруженное металлическое кольцо на себя. Как ни странно, механизм находился все в таком же отличном состоянии, как и почти двадцать лет назад, и при приведении его в действие не издал ни звука, чем обрадовал брюнета чуть не до обморока. Над головами пятерки молодых людей медленно открылся довольно широкий лаз, а из кирпичной кладки сложилась немного крутая, но тем не менее удобная лестница. Лайнелл глубоко вдохнул и первым стал подниматься наружу, дав знак остальным следовать за ним след в след. Выбравшись из тоннеля, черноволосый маг минуту помедлил, дожидаясь своих спутников, потом, оставив третьего, совсем еще молоденького мага – Рила – возле лаза на часах, так сказать, решительно направился в сторону самой роскошной палатки, возведенной к тому же чуть в отдалении от других. - Брай, я первый, ты, Сид и Андре, сразу же за мной, и рассредоточьтесь по периметру, – прошептал виконт и, пригнувшись к самой земле, ловко перекатился за плотную ткань полога. Не медля ни секунды, которая могла бы стоить ему жизни, пружинисто вскочил на ноги, внимательно озираясь по сторонам в поисках спящего силуэта того, ради захвата которого они с друзьями сейчас и рисковали собой. - Где он? – непонимающе выдохнул брюнет, не обнаружив и следа не то что нужного им вампира, но даже какого-нибудь другого. Внутри палатки не было ни малейшего признака вражеского пребывания, там вообще не было никого и ничего – только большой шерстяной ковер с пушистым, мягким ворсом, наверняка прекрасно заглушавшим звук шагов. Парни за его спиной настороженно застыли и, с характерным лязгом обнажив свое оружие, приготовились ко всему, уже понимая, что каким-то непостижимым образом угодили в заранее расставленную для них ловушку. Сплошная черная пелена вдруг накрыла замкнутое пространство походного шатра, почти осязаемо сгущая полумрак, царивший в нем до этого, так, что стало невозможно разглядеть и собственного носа. Лишь какие-то странные шорохи, похожие на шелест дорогого шелка, прорывались сквозь эту завесу, многократно усиленные разом обострившимся из-за страха и возбуждения слухом. Где-то рядом с Лайнеллом Брайан тут же попытался сотворить на своей ладони магический огонь, но тьма, казалось, поглотила его еще до того, как он успел вспыхнуть. Спустя пару секунд ошеломления внезапностью атаки где-то в стороне раздался едва слышный стон и глухой удар, еще через секунду все повторилось вновь – тот же шорох шелковой ткани, но уже в другой стороне, прерывистый вздох, а за ним снова удар чего-то тяжелого о землю. А потом все резко прекратилось – палатку залил ослепительно яркий свет, а маги обнаружили себя в плотном кольце вампиров, яростно сверкавших отливавшими на солнце алым глазами, а своих менее, – а может, и более, – везучих товарищей восково-бледными, неподвижно лежащими в неестественных позах на земле. - Я знал, что этим все и кончится, – обреченно выдохнул, качая головой при виде мертвых друзей, Брайан, и стал осторожно опускать свой заговоренный меч на землю и медленно, не давая противникам повода возобновить атаку, поднимая освободившиеся руки над головой. Строй вампиров на миг расступился и к друзьям в круг втолкнули точно так же совершенно ошарашенного произошедшим, – и все еще продолжавшимся, – чуть дрожащего от естественного страха Рила, тут же прижавшегося к Браю, будто в поисках защиты. - Я тоже, – прошептал, едва шевельнув онемевшими от потрясения губами, Лай, но свои парные клинки по примеру рыжего из рук не выпустил до тех пор, пока один из окруживших их кровопийц сам не вырвал их у него. Затем прямо перед обезоруженными и молниеносным образом связанными пленниками материализовалась, будто из воздуха, высокая статная фигура, облаченная в длинный темно-синий, подбитый каким-то темным мехом бархатный плащ, – наверняка тот самый Главный, подумалось брюнету. Грациозно скинув с головы глубокий капюшон, новоприбывший и правда оказался молодым вампиром – пепельноволосым, потрясающе красивым, как, впрочем, все они, но намного-намного более красивым, чем все остальные… божественно прекрасным. Он медленно и вдумчиво, будто обласкав их взглядом своих нереально светлых глаз, оглядел магов с ног до головы и презрительно усмехнулся: - Жалкие смертные, хоть и маги, у них даже не хватило мозгов на то, чтобы, прежде чем лезть на рожон, точно выяснить, боимся ли мы солнечного света, как говорится в их замшелых легендах. Лайнелл, несмотря на все еще владевший им какой-то животный страх, гневно вспыхнул и хотел уж было ответить этому проклятому кровопийце парой ласковых – какое право имеет эта ошибка природы говорить о них так, как будто их здесь нет?! Но вовремя спохватился, опасаясь еще больше ухудшить их и без того нерадостное положение. Блондин тем временем, вдоволь ими налюбовавшись, дал своим воинам приказ «взять уже наконец этот глупо-непокорный замок и собираться домой». - Хватит прохлаждаться, Повелитель ждет нашего возвращения к завтрашней ночи, оставлять в живых только магически одаренных – вот таких, как эти, и никого кроме. Ах да, этих усыпить и к моим слугам, – объявил вампир и исчез так же внезапно, как и объявился. Это было последним, что запомнил в тот день Лай.