Хранитель леса

Ветер спокойно всколыхнул цветущее васильковое поле. Яркие цветы покачнулись, выпуская в небо насытившихся утренним нектаром бабочек. Нежными лучами солнце пригладило верхушки деревьев. Начали распеваться соловьи. Чуть погодя, им вторили другие не менее звонкие голоса, дополнив начинающийся день необходимыми красками. Мелоди сидела на крыльце своего дома и наблюдала за рассветом. Прошло несколько лет с тех пор, как она поселилась здесь. Уединенное место вдали от людской суеты. Она любила тишину, а природа казалась ей лучшим собеседником. Продолжая плести начатую вчера корзину, она думала о том, почему людям так нравятся большие города. В этих каменных джунглях нет места ни доброте, ни фантазии. Вечная торопливость. В какой-то степени Мелоди повезло, что жизнь распорядилась именно таким образом, предоставив ей шанс вырваться из цепких лап цивилизации. Всё дело в том, что она родилась необыкновенной девочкой. О её даре слагали лишь легенды, надежно запечатанные в старинных фолиантах, которые хранились в разных уголках света в неизвестных людям местах. Проделки прошлого. Сюрприз судьбы. Насколько знала девушка, после многолетних поисков себе похожих, она осталась одна такая. Одна в своём роде. Маг, волшебница, колдунья, ведьма, знахарка — называйте, как душе угодно, но и здесь кроется «подарок»: видимо, с течением веков, после многочисленных смешений кровей между одарованными, магия начала терять свою силу, постепенно сужаясь сначала в своих возможностях, а затем и пропадая. Поэтому Мелоди владела самой безобидной и самой, как ей казалось, слабой магией — магией Природы. Она чувствовала животных и растения. Знала, как им помочь, как жить с ними в мире и согласии, но никогда не пробовала направлять свои знания в сторону зла. Прожив двадцать лет бок о бок с обычными людьми, девушка увидела, насколько злыми и алчными они бывают, даже ничего не зная о том, кто она есть. Тогда она и приняла решение уехать подальше, чтобы жить так, как ей подсказывала душа. Из задумчивости Мелоди вывел тихо поскуливающий пёс, сжимавший в пасти палку. Девушка засмеялась, когда Бордо игриво завилял хвостом, приглашая хозяйку поиграть с ним. Он умильно тявкал и прыгал из стороны в сторону, сгорая от нетерпения. — Бордо, ты тоже, я смотрю, рад этому дню, — она улыбнулась и потрепала его по голове. — Ты прав, пора приниматься за дела. Но раз уж ты так настойчиво просишь… — Мел взяла палку и с характерным свистом запустила её в сторону небольшого, но прочного сарая. Потянувшись, она поправила косынку, взяла корзину с зерном и направилась в сторону своих друзей: десятка кур, нескольких гусей, коров и радостно повизгивающего пса, который несся в сторону девушки с зажатой между зубов палкой. Так проходил почти каждый её день, за исключением тех, когда нужно было съездить в город за нитками или домашней утварью, да продать надежно сплетенные корзины совершенно разных размеров и форм. Вот уж в плетении девушке не было равных. Её работы ценились во всех близлежащих деревнях. Переделав все утренние дела, Мелоди посмотрела на лес. Следующий час принадлежит только ей. Подозвав резвившегося неподалеку Бордо, девушка почесала ему за ушами и вновь оставила за главного, пообещав, что вечером даст что-нибудь вкусненькое. А пёс лишь еще больше завилял хвостом, коротко гавкнул и побежал в сторону дома, как бы говоря: «Не беспокойся, хозяйка, все под контролем, я уж прослежу за этими курицами». На ходу перевязывая косынку и насвистывая незатейливую мелодию, Мел заметила, что лес стал подозрительно тих. Чем ближе она подходила, тем отчетливее это было слышно. Остановившись у самого края лесной чащи, она улыбнулась и покачала головой. Очевидно, Лес готовил ей очередной сюрприз. Может куст с наливными ягодами ежевики или поляна прекрасной земляники, кто знает? — Здравствуй, дорогой друг! Я снова здесь. Не успел заскучать? Надеюсь, у тебя сегодня удачный день, — девушка ступила уже на знакомую тропинку, отмечая про себя, что по прежнему в лесу не звучало ни единого шороха, даже ветер перестал шелестеть кронами. Мелоди немного напряглась, сразу подумав, что какой-зверёк снова попал в беду, и что, может быть, у неё совсем мало времени, чтобы помочь ему. Но стоило ей сделать шаг вперед, как мир вдруг взорвался на тысячи осколков, закрутился, завертелся и затянул в этот вихрь Мел. От неожиданности она вскрикнула, пытаясь ухватиться за дерево, которое стояло как раз рядом, но все закончилось также внезапно, как и началось. Она оказалась на той же тропинке, в том же месте, крепко держась за ствол дерева, чьё название было уже давно забыто, но с одним отличием: прямо перед ней открылся вид на прекрасную поляну, посреди которой бежал ручей, а по краям, будто вторая поляна, раскинулась земляника. «А вот и земляничка», — подумала Мел, тепло улыбнувшись. Ведомая нестерпимым любопытством, девушка сделала несколько шагов, раздвигая ветки молодой ели, прикрывающие вход на поляну. Стоило ей шагнуть на мягкий ковер из травы, как тропинка вдруг исчезла, будто её никогда не существовало. Мелоди сразу ощутила изменения, царящие вокруг. Её дар вдруг усилился, позволяя охватывать гораздо больше пространства и чувствовать все более ясно, чем прежде. Не успев толком разобраться, зачем лес забросил её сюда, в свои сокровенные миры, Мел заметила лежавшего по ту сторону ручья, у самого края поляны, медведя. Он лежал на боку, спиной к ней и прерывисто дышал, временами тихо скуля от боли. Быстро оценив ситуацию, девушка подбежала к животному, сразу начиная осматривать его на возможные повреждения. Теперь она поняла, почему потребовалась её помощь — зверю было совсем плохо. На боку вся шерсть пропиталась кровью. Аккуратно прощупав место повреждения, Мелоди поняла, что в животное стреляли. Чудесным образом, пуля не застряла в ребрах, а прошла вскользь, будто бы что-то оттолкнуло ее. Рана все еще кровоточила, доставляя немалую боль её «хозяину». Тщательнее осматривая повреждение, Мел будто бы заговаривала его на то, чтобы оно поскорее затянулось, а на самом деле самым простым и нужным способом использовала свой дар. Изредка гладила зверя по холке, будто это был Бордо, у которого заноза застряла в лапе, а не гигантский медведь с огнестрельной раной. Когда с осмотром и заговором было покончено, Мелоди вытащила из своего заплечного мешка нитку с иголкой и бутыль с водой. Вылив воду из бутылки в ближайшие лопухи, побежала к ручью. Она точно знала, что лучше воды, которую даёт ей Лес, ничего не может быть. Этой водой Мел промыла медвежий бок, отметив, что медведь сначала заскулил, а затем успокоился, осознав, что ему помогают. Мелоди обмакнула в этой воде нитки и иголку. Ей не раз приходилось зашивать мелкие раны своих домашних любимцев, по неосторожности полученных на прогулке или в стычке друг с другом. Так что движениями опытного доморощенного хирурга, девушка принялась за дело, напевая тихо детскую песенку, которую помнила, как ей казалось, с самого своего рождения. Как только был сделан последний стежок и завязан маленький узелок, Мелоди попыталась выпрямить затекшую спину, проклиная себя за лень и отсутствие утренних зарядок, но лишь привалилась ей к ближайшему дереву, глубоко довольная тем, что теперь этот большой зверь точно пойдет на поправку. Прикрыв глаза, она коснулась головой ствола. Тишину разрезало тихое дыхание медведя и её собственное, смешанное с далеким пением птиц и журчанием ручья. «Так землянику и не попробовала», — ускользающим сознанием подумала Мел. Скорее всего она задремала, потому что пришла в себя, когда солнце начало клониться к западу. К её великому удивлению, медведя рядом не оказалось. Переведя взгляд дальше, она наткнулась на мощный мужской торс, с перекатывающимися на спине мышцами, переходящими сверху в мощную шею, а снизу в крепкие ягодицы. Мужчина стоял на коленях у ручья и умывался. Его темные волосы были взлохмачены и торчали в разные стороны небольшими плавными кудряшками. Начиная от головы и заканчивая ямкой над ягодицами, его позвоночник покрывали жесткие, короткие волосы. Мелоди смекнула, что мужчина этот не кто иной, как оборотень, о которых тоже, кстати, было написано в тех самых загадочных фолиантах. Вот только сведений о том, выжила ли эта раса вообще, не было никаких. Сложив дважды два, девушка поняла, что Лес является последним убежищем для такого могучего рода. И именно поэтому так яростно охраняет свои границы от чужаков, путая тропинки и выводя обратно. Тем временем мужчина, будто бы почувствовав спиной взгляд Мел, медленно повернулся, заглянув своими зелеными глазами прямо в душу Мелоди. Так ей показалось. Не в силах пошевелиться, она заметила лишь ровные стежки на его правом боку и маленький узелочек. Пытаясь стряхнуть наваждение, она тряхнула головой, заодно стянув развязавшуюся косынку. — Ну что, красавчик, давай знакомиться, — она максимально тепло улыбнулась и аккуратненько поднялась, попутно браня затёкшие ноги. — Меня зовут Мел, и я рада, что ты цел. — Мужчина сначала улыбнулся, а потом засмеялся так, что у девушки резко подкосились ноги, так хорош был его голос. Глубокий, раскатистый, со скрытым рычанием глубоко внутри. — Я ожидал чего угодно, только не этого, — еле просмеявшись, ответил оборотень. — А я Барн. И я рад, что ты меня нашла, — в его глазах загорелся животный огонь, но быстро скрылся за морщинками вокруг глаз от того, как широко он улыбался. Мелоди глубоко вздохнула, и снова потянулась, даже не пытаясь оторвать взгляд от этого необычного оборотня, который поднялся и потряс головой. Во все стороны с его кудряшек полетели позолоченные вечерним светом капли. Уверенным шагом он начал приближаться к ней. Ничуть не стесняясь своей наготы, он подошёл на расстояние вытянутой руки с застывшей ухмылкой на губах. Щеки Мелоди залил румянец, будто она девчонка, никогда не видевшая голых мужчин. Хотя чего скрывать, ТАКИХ она точно ещё не видела — было на что посмотреть. Однако, Мел, приподняв одну бровь, смотрела лишь Барну в глаза. Она так просто не поддастся на это животное обаяние. — Возьми мою рубашку, у меня под ней футболка, а то, боюсь, упаду в обморок от такой красоты, — девушка сняла рубашку и протянула ее оборотню, улыбаясь. Тот повязал ее вокруг бёдер, стараясь прикрыть как можно больше. — Не был готов к такому повороту событий, поэтому сменной одежды нет. Но недалеко начинается территория деревни, там повсюду в лесу «заначки», — Мелоди непонимающе на него посмотрела. — Для молодых оборотней, которые не контролируют иногда своё обращение. Голыми у нас ходить как-то не принято. — Классная мысль, весьма практично, — что-то было в ее взгляде, от чего зверь внутри Барна встряхнулся и почти заурчал. Они постояли друг напротив друга ещё немного и мужчина отметил, что Мелоди совсем не похожа на обычных человеческих женщин. Те были хрупкие, вечно следящие за тем, чтобы быть похожими на подобие вешалки. Её же макушка была на уровне его глаз. Высокая, с плотной фигурой, привыкшей к каждодневному труду. Обладая весьма богатырской внешностью, Барн привык, что все смотрят на него снизу вверх, но только не Мелоди. Она смотрела ему в глаза, так смешно и одновременно мило подняв одну бровь вверх, что он подавил в себе желание сгрести её в охапку и мигом потащить в деревню. Но он же не варвар какой-то. — Да, у рубашки сейчас лучший день ее жизни… — изрекла Мел, наблюдая, как Барн пытается потуже затянуть узел из рукавов. Когда он натыкается на заботливо зашитую рану, сразу мрачнеет. Брови сходятся ближе к переносице, и вид у него становится более, чем зловещим. — Когда ты пришла, я был один? — в момент он превратился в сурового, настойчивого, рассудительного… медведя. Никакой другой зверь ему бы не подошёл. — Да, я не видела никого. У тебя шерсть уже успела засохнуть, так что пролежал ты, скорее всего, около нескольких часов, — Мел прикрыла глаза, обращаясь к своей магии. Она частенько «прощупывала» окрестности в поисках животных, попавших в беду или незваных гостей, поэтому сейчас ей не составило труда сделать то же самое. Странно, что не сделала этого раньше. Лес отозвался толпой мурашек по позвоночнику. Начиная углубляться в поиски, она все ярче ощущала, как бежит по своим делам маленький зайчонок в десяти метрах от них; как только что родившийся бельчонок чувствует материнское тепло; как бегут в стволах деревьев живительные соки; как мирно дышат, погружённые в глубокий сон, духи леса. Мелоди будто бы растворялась во всей этой глубине бурлящей жизни, которая не прекращалась ни на мгновение. Вот где-то рядом со старым дубом, в глубине чащи, засыпал вечным сном глубоко состарившийся лось. В то же время, на поляне, усеянной ярко-алым маковым цветом, появился на свет маленький лосёнок. Таков баланс. Жизнь за смерть, смерть — за жизнь. Таковы законы Леса. Мелоди всё это чувствовала, и от накативших эмоций по ее щекам потекли непрошеные слезы. Впервые в жизни она ощутила могущество своего дара — возможность видеть жизнь и направлять ее. Насладившись потоками бурлящей вокруг неё энергии, девушка вспомнила, зачем ей понадобилось заглянуть глубоко в чащу. Словно опытный следопыт, она искала малейшие следы чужака, но либо их совсем не было, либо он нашёл способ полностью скрыть следы своего присутствия в лесу, что было практически невозможно. Мелоди бы постаралась углубиться ещё, но почувствовала сначала лёгкое прикосновение к своей руке, на которое предпочла не обращать внимание, потом более настойчивое. Она не знала, сколько прошло времени, но когда открыла глаза, солнце уже зашло за деревья, а над ней нависли полные тревоги глаза. Девушка ощутила себя лежащей под тем самым деревом, из-под которого недавно еле встала. Похоже, это становится традицией. — Упс, похоже, долго меня не было, — Мел устало улыбнулась. Она и не предполагала, что ее путешествие отнимет столько сил. — Если у тебя есть вопросы, задай их, пожалуйста, позже. Могу сказать только, что чужих в лесу нет. Тебя никто не преследовал. — Это вселяет надежду, — Барн помог Мелоди подняться, поддерживая под руку. — Пойдём, тебе нужно отдохнуть. Я покажу свою деревню. Отказы не принимаю, — с шутливой суровостью сказал мужчина. Мел и не думала сопротивляться, ведь она еле держалась, чтобы не уснуть прямо здесь, прямо сейчас, прямо рядом с этим горячим, в прямом смысле этого слова, телом. Чем дальше за горизонт уходило солнце, тем прохладнее становилось в лесу. Стало зябко. Слегка поёжившись, Мелоди нашла в себе силы разлепить глаза без использования охотничьих спичек, но буквально повисла на Барне, инстинктивно выбирая место теплее. К ее небольшому удивлению, он будто не почувствовал тяжести крепкого женского тела, зато заметил, что кожа Мел покрылась мурашками от холода. — Дважды не принимаю отказы, — захихикал он и поднял девушку на руки, словно пушинку. Мелоди ничего не оставалось, как тихо засмеяться в ответ и обвить руками могучую шею. Надо же хоть раз в жизни ощутить, каково это, когда тебя носят на руках. Да ещё в одной рубашке на бёдрах. Счастливая женщина! Мелоди улыбнулась своим мыслям. Шли они не очень долго, но Мел успела задремать, и проснулась только тогда, когда ее аккуратно поставили на ноги. Ее восхищению не было предела. Они стояли у самого края чащи, на небольшом холме, а снизу открывался вид на довольно большую деревню с разного размера бревенчатыми домами, украшенными вырезанными из дерева животными. Где-то были петухи, где-то белки, волки, куры. Будто вся фауна собралась в этих причудливых и почти живых узорах. Мелоди даже приоткрыла рот от восторга, не в силах вымолвить ни слова. Такой красоты она ещё не видела. В это время как раз вернулся Барн, уже одетый, держа в руках ее рубашку. Он встал рядом и посмотрел на девушку, не переставая улыбаться. Все-таки, у судьбы иногда случаются странные, но такие интересные повороты. — Спасибо за прикрытие и добро пожаловать в святая святых стаи оборотней. Я, как Хранитель Леса и глава клана Медведя приветствую тебя, Мелоди, в своём доме. Здесь тебя никто не обидит, ты будешь желанным гостем в каждом доме, стоящем на этой земле, — сказал Хранитель глубоким бархатным голосом, от которого у девушки снова побежали мурашки. Она чувствовала, что это не простое обозначение места. Ей показывали своё доверие. А еще Барн заботливо помог надеть Мел её рубашку обратно, еще раз горячо поблагодарив, от чего они оба дружно засмеялись. Ещё несколько мгновений Мел и Барн не могли разорвать взглядов, но затем оборотень протянул ей свою большую ладонь, молчаливо приглашая следовать за ним. Солнце скрылось за горизонтом. На небе зажглись первые россыпи звёзд. У кромки леса кружились в своём причудливом танце светлячки.