Хранитель леса

Под ногами тихо шелестела трава. На небе сияла полная Луна, света которой хватало, чтобы видеть намеченный путь и приближающиеся дома. Около дороги цветы приготовились ко сну, сложив свои лепестки в разномастные бутоны, которые поутру снова будут радовать глаз своим манящим цветом. Рядом с деревней стоял невысокий деревянный забор, ограждающий грядки с посевами, чтобы случайно посреди ночи крупные животные не затоптали редиску дедушки Оливера, который «двадцать два года выводил редисочку за редисочкой, чтобы какой-то олень ее помял?!». Саму деревню никто ограждать не собирался, потому что чужаков никто никогда не встречал, а если и были гости из других кланов, то только с дружеским визитом. Всё это Мелоди узнала по пути к деревне. Барн по-прежнему держал её за руку, даря необходимое количество тепла, чтобы девушка не замёрзла. Около первого дома стоял силуэт. Когда они подошли поближе, Мелоди разглядела в этом темном пятне мужчину, поменьше Барна, с длинными серыми волосами и более поджарой фигурой. Он начал приближаться к ним, чуть ли не бегом. Как только они с Барном оказались на расстоянии вытянутой руки, мужчина крепко обнял Хранителя и похлопал его по спине. — Барн, я думал, что ты в конец потерял счёт времени, выполняя свои обязанности. У тебя есть ещё деревня, если ты не забыл, и вечно следящий за всем и вся друг Мирд, — седовласый отстранился, лучезарно улыбаясь. Переведя взгляд на Мелоди, слегка присвистнул. — Ну, теперь все понятно. Поздравляю, братец, ты в полной… — Барн не дал ему договорить. — В меня стреляли. Если бы не Мелоди, я бы вряд ли пришёл. Кто-то узнал о том, что мы живем в этом лесу, и хочет коврик в ванную, — вожак скривился. — Жаль, я совершенно не помню, как выглядел нападавший, потому что как раз подошёл к Лесу и начал оборачиваться. Старый друг меня конечно же прикрыл и, похоже, не пустил никого, кроме меня в чащу, — Мел улыбнулась, понимая, что Барн обращается к лесу также, как и она, — а потом провёл меня на земляничную поляну и позвал Мелоди. — Барн слегка сильнее сжал ладонь девушки. В течение того времени, как он рассказывал, брови Мирда все больше походили на маленькие грозовые тучи, готовые взорваться миллионами маленьких сероватых молний. — Я думал, что участь трофеев обойдёт нас ещё на пару сотен лет. Но кто-то, похоже, подобрался совсем близко к одному из фолиантов, — Мирд потёр переносицу. — Так вы тоже знаете о фолиантах? — спросила Мелоди, смотря в глаза Мирду. Тот слегка прищурился, потом принюхался. Его глаза расширились, а ноздри затрепетали. — Барн, ты в курсе, кто тебе помог? — у него задергался глаз, в то время как Барн лишь тепло улыбнулся. — Я-то да, а вот в курсе ли Мелоди — вопрос, стоящий миллиона редисок дедушки Оливера, — теперь оба мужчины смотрели на неё. Кто она? Волшебница? Зная о фолиантах, Мел ни разу не встречала их, лишь находила упоминания в других источниках. «Если будут вопросы, задай их позже», — передразнила она себя. Похоже, вопросы будет задавать только она. — Пойдёмте в дом, на улице холодает, — заключил Барн и пошёл вперёд, поглядывая на девушку. Мелоди решила, что все вопросы задаст утром, потому что сон накатил с новой силой. Этот день отнял у нее много сил. Благо, они как раз дошли до дома с вырезанными на фасаде медведями. Дом был самый большой из всех, стоял несколько на отшибе и на возвышении, чтобы было видно всю деревню. Мелоди догадалась, что вырезанные на домах животные обозначают символ дома и семьи, живущей в нем, но вряд ли показывал вторую ипостась хозяев: тяжело было бы бобрам уживаться с петухами. Да и существуют ли вообще такие виды? Она определенно это узнает. Барн открыл дверь и пропустил гостей. Мирд по-хозяйски плюхнулся в мягкое хозяйское кресло и потянулся. — Я как раз ждал, когда ты наконец заценишь мое новое покрывало из манула, — вроде как между делом сказал Барн. Мелоди чуть не прыснула от смеха, увидев, как Мирд вскочил с кресла, словно ужаленный: очи размером со скорлупу от грецкого ореха и нервно подёргивающийся глаз. Мелоди уже прикинула, какую успокаивающую травку ему пособирать и заварить. — Шучу я, оно из искусственной шерсти, неделю назад купил, — широко улыбаясь, подытожил хозяин. — Да ты… да я тебя… на помпоны на моих тапочках пущу! — воскликнул Мирд. — Ты же не носишь тапочки, плюшевый, — парировал Барн. — Ради такого случая непременно начну, — пробурчал мужчина, — и вообще, кто бы говорил, Винни. — Со стороны прихожей послышался не то хрюк, не то полустон. Мужчины резко повернули головы и застали Мелоди подпирающей один из дверных косяков, залившуюся в беззвучном смехе. — Что же вы делаете, — ещё хрюк, — в жизни так упоительно не смеялась, — девушка поняла, что если не сменить тему, то она умрет не от старости, а от пупочной грыжи вкупе с нехваткой кислорода. Немного отдышавшись, и решив, что спать перехотелось, сказала: — Расскажите мне, пожалуйста, о фолиантах. Я искала о них информацию, но сумела найти не так много. Похоже, вам известно несколько больше. — Фолианты в некотором смысле летопись всех рас мира. Люди, оборотни, гномы, гоблины — все мы живем на одной планете, просто с помощью древней магии остаёмся незамеченными. Люди видят лишь одну сторону куба, а мы живем внутри него, — начал Барн, — многие расы уже вымерли, информации о них осталось ничтожно мало. Те, кто остались в живых, могут чувствовать, как пишется их история. Фолиант — это родословная каждого по отдельности и всех вместе одновременно, — Мелоди не заметила, как затаила дыхание, и как Мирд усадил ее на диван, всунув в руки ягодный чай. — В этом скрыта неимоверная сила каждого народа и его слабость. Всё, что делает нас нами, можно найти там. Все наши слабые стороны. Все наши старые и новые традиции, бреши в защите. Поэтому, у каждой расы есть Защитник, который входит в Совет Пятнадцати. Раньше существовало 15 рас различных магических существ, включая людей. Сейчас их количество сократилось, никто не знает, сколько точно осталось. Но у Защитников одна цель: не позволить никому завладеть фолиантами. У них есть свои особые силы, о которых не знает никто. Говорят, что их судьба тоже описывается на страницах книги, длиною в вечность. — Барн прервался, чтобы перевести дыхание, а Мелоди допивала чай, не в силах вымолвить ни слова. Казалось, что сейчас приоткроются завесы тайн, которые мучили ее всю жизнь. — Ты хочешь, наверное, спросить, почему я так на тебя отреагировал, — продолжил Мирд, а Мел кивнула. — Как и у всех живых существ, у Защитников тоже есть родственники. Только они не помнят ни имя защитника, ни кто он такой в целом. Однако сохраняются предрасположенности к Знаниям — той информации, которая хранится в фолиантах. Мы можем видеть, чем является то или иное живое существо, какой магией владеет и каково его предназначение, но не более, — Мелоди сделала глоток и немного прокашлялась. — То есть ты — родственник Защитника? — на всякий случай уточнила девушка. — Абсолютно верно. И я знаю, кто ты такая, — Мелоди во второй раз за свою жизнь потеряла дар речи, — ты последняя Хранительница Оборотней, а по совместительству и Королева. Хранительницей ты являешься для леса и его жителей, а королевой для всех нас. Только у нашей расы такая сильная связь с лесом и только твои дети смогут продолжить род оборотней, помогут ему переродиться, так что советую не затягивать, — он смешно поиграл бровями в сторону Барна, тот закатил глаза. Мелоди криво улыбнулась. Не каждый день говорят, что от тебя, оказывается, зависит целая раса, а то и не одна. Ловя толпы мурашек где-то у затылка, спускающихся по спине и скапливающихся в области поясницы, не то от страха и переживаний, не то от восхищения рассказанной историей, она заметила взгляд Барна, похожий на тот, которым он смотрел на неё на поляне. Картинка из разрозненных кусочков резко слилась воедино. Дворовые собаки, которые всегда поджимали хвосты и уши. Волки и барсуки, выходящие из леса, просящие помощи. Курочки, гуси, корова… Стоп! Гуси! Корова! Бордо! — Ребята, мои цыпочки остались без мамочки, — только и сумела обреченно произнести Мел, вгоняя в ступор мужчин. Первым «ожил» Мирд, сразу вникая в суть проблемы. — Не переживай, Бордо справится. Он два раза меня на дерево загнал, старый пёс. Вечно кошачьи инстинкты берут вверх. Уж он не даст твоих любимиц в обиду, а завтра мы точно что-нибудь придумаем, — Мирд по-дружески похлопал Мелоди по плечу, отчего со стороны Хранителя послышалось тихое рычание. — Понял, понял, попка хранительская, не дурак. Только Мелоди хотела ещё о чем-то спросить, входная дверь с диким грохотом отворилась, а в проеме показался юноша лет 14-15-ти, который, по всей видимости, нёсся, как река в весенний паводок, а потому неимоверно задыхался. Единственное, что он смог — не то прохрипеть, не то прошептать: «Чужак». Этого хватило, чтобы мужчины разом оскалились, а Мелоди вскочила с дивана, собирая распущенные волосы в хвост и завязывая их косынкой. Вытряхнув всю возможную информацию из мальца, троица двинулась в путь. Над лесом царила глубокая ночь. Периодически ухал филин. Эхом ему отзывалась кукушка и далекий волчий вой. — Соседи тоже в курсе, — Мирд доплёл последнюю косичку на своих волосах. Теперь он был похож на слегка голодающего викинга без бороды. — Само собой. Если об этом узнал Вик — знает вся округа. Гризли — семейство большое, новости быстро распространяются. Мелоди, ты что-нибудь слышишь? — Барн с надеждой смотрел на девушку. Ее черные, как смоль волосы будто бы засветились изнутри тёплым зеленоватым светом. Она закрыла глаза и через мгновение открыла. — Озеро, последние следы там, — большего им и не было нужно. Мирд обратился и рванул вперёд со всей грацией лесного кота. Барн и Мелоди последовали следом: Мел верхом на медведе. Он разрешил, а она не стала отказываться. Через несколько минут они были на месте. Спокойную гладь кристально-чистого озера озаряла Луна. Ее холодный взор был непоколебим. Песчаный берег отливал холодным золотом, позволяя редкой траве бесшумно колыхаться при легких порывах ветра. — Здесь следы обрываются, больше пока я ничего не могу сказать, — Мел развела руки в стороны, не понимая, почему тот четкий след, который она совсем недавно уловила, будто бы растворился в ночном воздухе, распался на атомы. — Пробегусь по округе, может смогу что-нибудь найти, — сказал Мирд и скрылся в тёмной чаще. Мел снова попыталась использовать свой дар, но силы вдруг окончательно покинули ее. Все-таки, она ещё не привыкла тратить столько магической энергии, все сводилось в основном к бытовым нуждам и небольшой помощи лесным жителям, а не «воскрешения» Хранителя и поиска непонятного существа в огромном лесу. Да и Лес требовал плату за нахождение здесь в виде жизненной силы. Начав терять сознание, она почувствовала, как ее подловили горячие руки и прижали к себе, не давая дальше уйти во тьму. Барн что-то говорил, но она не могла разобрать слова. Голос все отдалялся, а она никак не могла ухватиться за него, как бы не хотела прижаться щекой к ласковым пальцам, потирающим ее щеку и послушать стук могучего медвежьего сердца, стучавшего совсем рядом. За всю свою жизнь девушка теряла сознание пару раз, и то от сильной боли, когда ей сломали пальцы рук в том месте, где она жила когда-то. Ужасные были времена… Но тогда она довольно быстро приходила в себя. А сейчас ей словно что-то не давало. Просто не хватало сил бороться с этой невидимой преградой. Барн продолжал говорить. Он звал ее, и его голос превратился в тонкую нить, за которую ухватилась Мелоди. Она шла по ниточке и когда увидела свет, протянула вперёд руки и оказалась в крепких объятиях Хранителя. Сознание постепенно возвращалось. Медленно открыв веки, она увидела над собой глаза Барна. Они смотрели с беспокойством и ожиданием. Мел подняла руку и коснулась жестковатой бороды, провела по щеке и убрала выбившуюся кудряшку за ухо. — Спасибо тебе, без тебя я бы не смогла выбраться оттуда. Силы полностью покинули меня, — она продолжала смотреть ему в глаза. — Жизнь за жизнь. Таков баланс, — произнес он неоспоримую истину и улыбнулся, помогая девушке встать. У Мелоди закружилась голова, поэтому она снова оказалась в объятиях Барна. Именно этот момент выбрал Мирд, чтобы вернуться. Сделав вид, что только что очень быстро бежал, произнёс: — Я тоже ничего не нашёл. Он будто испарился, канул в тартарары, — Барн чертыхнулся, а Мирд плюхнулся попой на песок, привычно потирая переносицу. — Предлагаю вернуться домой, потому что если чужак был, то он снова удачно сбежал, а утро вечера мудренее. Заодно расспросим Вика получше, потому что… — но договорить ему не дал шорох, донесшийся из соседних кустов. Мирд вскочил на четвереньки, а Барн оскалился, покрепче прижимая к себе девушку. Куст пошевелился ещё раз. С громким криком Мирд так и кинулся на четвереньках вперёд, постепенно обращаясь. Сначала у него удлинились пальцы, превращаясь в когти, затем в мягкие лапы, вытянулось и покрылось серой шерстью тело, появился чрезмерно пушистый и толстый хвост, выросли клыки. Уже занося лапы в смертельной атаке, мужчина резко сменил направление, плюхнувшись на бок рядом с вышедшим из кустов человеком в чёрном плаще с капюшоном, который был откинут назад, открывая взору совсем неожиданного чужака. — Бабуля?! — в сердцах воскликнул Мирд. — Бабуля? — переглянулись Барн и Мел. — Бабушка, ты что тут делаешь, едрить-колотить всех псов и их производных по пятое колено в шестом обете безбрачия и блошиного возмездия?! — прорвало плотину у Мирда, но в миг залатало обратно, стоило бабуле поднять ладонь вверх и сказать одну короткую фразу. — Фолиант украден.

***

— Бабуль, ты уверена? — Мирд мерил шагами комнату в доме Барна. За окном вовсю сияло солнце, пели птицы. Только в доме Хранителя будто бы сгустились тучи. Барн смотрел в окно, скрестив руки на груди. Мелоди вышла из кухни с кружками горячего чая и поставила их на массивный деревянный стол, за которым сидел гость. Девушка отметила, что женщина совершенно не выглядит старой. Если увидеть ее лишь раз, то волосы цвета упавшей звезды, чёрное одеяние и невероятно маленький рост создают впечатление очень пожилого человека. На самом же деле бабушка Мирда выглядела лет на сорок пять, но не более того. По дороге к дому было не до расспросов. Мел лишь узнала, что Защитника зовут Лоа, и это практически чудо, что она смогла добраться до деревни живой. — Внук, из-за того, что украли фолиант, весь волшебный мир будто замер. Он словно кусок тончайшего стекла, на которое подуешь, а оно разлетится на маленькие кусочки. Даже Лес сейчас слеп, — Лоа отпила из кружки и откинулась на спинку кресла. Вид у неё был очень уставший. Многодневная беспрерывная дорога изматывает даже самых наученных жизнью оборотней. — И, к сожалению, у нас не так много шансов вернуть его. Среди Защитников есть сведения, что это был кто-то из «своих». — Из которых «своих»? — после долгого молчания подал голос Барн. Он отошёл от окна и схватил Мирда за плечо, — остановись, котик, ты действуешь на нервы. Мирд сощурился и дернул плечом, скидывая руку друга, но все-таки решил занять место у стола рядом с бабулей. — Несколько лет назад один из Защитников решил, что он достаточно послужил народам и ушёл в неизвестном направлении, как того гласит Кодекс. Но есть одна проблема: его несколько раз видели в разных уголках света. Это категорически запрещено. Бывший Защитник может вернуться лишь в своё поселение к своей семье, если таковая осталась. В противном случае, он должен стать невидимкой или отправиться на остров Душ, чтобы служить поддержкой для Леса и не позволять вратам между двумя мирами отвориться. То, что ты, Мелоди, прошла в этот мир, означает лишь очень и очень тяжелую ситуацию. В последний раз второй Хранитель оборотней призывался задолго до того, как я стала Защитником. — Давайте вернёмся к проблеме, — встрял Мирд, — как нам вычислить вора? — О, ну тут только Хранители справятся, — Лоа впервые улыбнулась, и выглядела это так загадочно, что Барн не выдержал. — Каким же образом? — он чувствовал неладное всем своим нутром, а медведь внутри положил лапы на морду, показывая, что, похоже, догадался обо всем раньше своего соседа по шкуре. — О, я не могу вам сейчас этого сказать. Когда придет время, вы сами все поймете и без меня, — женщина потянулась и встала. — Я очень устала, мне есть место, чтобы я могла хотя бы немного поспать? — Мирд, проводи гостью наверх, ты знаешь, где гостевые. И потом спустись, нам надо будет поговорить, — Мирд кивнул и протянул бабуле руку, приглашая идти за собой по массивной деревянной лестнице. Мелоди и Барн на некоторое время остались одни. События последних суток перевернули обоим жизнь с ног на голову. Размеренная жизнь Мелоди вдали от людей и по соседству с Лесом, который не давал ей расслабиться; её маленькие друзья, которые за несколько лет стали ее единственной семьей — все это было уверенностью девушки в завтрашнем дне. От неё зависела жизнь многих живых существ в округе так же, как от них зависела и она. Только сейчас она прочувствовала и начала понимать, что общение с животными, вышедшими из Леса, наполняло ее силами. Отчасти душевными, но в большей степени силами Хранителя. Ее физическая сила также росла. Некому было, кроме Мел, построить курятник, или место для коз, залатать крышу в доме, пристроить веранду, чтобы забирать на зиму луковицы цветов и высаживать их в специально подготовленные горшки. Мелоди прокручивала все это, облокотившись на стол. Да, она была смущена, но лишь тем, что совершенно не знала, как жить дальше. Быть просто девушкой с окраины и вдруг стать будущей Королевой оборотней… Это слишком большая ответственность. Мел подняла глаза, не заметив, что скрестила руки на груди и нахмурилась. Барн стоял напротив и молчаливо смотрел на клубящиеся переживания внутри неё. Девушка заметила его мягкую улыбку, разгладившую складки на лбу, но открывшую безумно уставший взгляд, в котором таилось что-то ещё, что никак нельзя было разобрать. Хранитель Леса, но не Король без своей Королевы. Он долгое время был в поисках своей Пары, пока не осознал, что вряд ли это случится, так долго он уже жил на свете. Отдавая все свои силы на развитие деревни и клана, на сотрудничество с другими не менее могущественными соседями, он постепенно оставил все попытки найти свою половину. Потом понял, что так даже лучше. И плевать на тугой клубок пустоты, сидящий глубоко внутри, временами задавленный Медведем, чтобы напомнить, что Барн не один. Но медведь не мог полностью избавить главу клана от одиночества. И вдруг нападение во время обхода территории, боль, темнота и… Мелоди. Валяясь практически без сознания, он чувствовал, как она пела. Он не слышал, но каждой клеточкой тела впитывал непонятные ему слова. Он чувствовал ее тепло, вдыхал ее запах, слышал ее душу. Медведь, который находился в ярости от боли, вдруг начал затихать, приняв свою пару. А Барн не верил, что так бывает. Что боль может отойти на второй план. Что все может отойти на второй план, даже сам второй план… Не осталось ничего и никого, кроме девушки, кусающей язык от того, как сосредоточенно зашивала рану. Кроме девушки, которая спала, прислонившись к стволу дерева с такой милой косынкой на голове. Кроме девушки, которая не была хрупкой физически, но такой мягкой внутри. И только для него. Для Барна. Для Хранителя Леса и главы клана Медведя. Для оборотня, который сквозь столетия наконец нашел свою Пару. Но это только оборотень чувствовал. Мелоди была человеком и останется им до того, как станет Королевой, а потому не догадывалась о его чувствах. Барн подошёл к Мелоди и взял ее руки в свои, ощутив, как она несильно сжала их в ответ. — Как ты думаешь, что нам предстоит сделать, чтобы найти фолиант? — спросила девушка, устало прикрывая глаза. — Быть командой для начала, — тепло улыбнулся Барн, — а обо всем остальном поговорим завтра, потому что ты еле на ногах стоишь! — мужчина обнял Мелоди за плечи в тот момент, когда она незаметно для себя провалилась в глубокий сон. Подхватив девушку на руки, глава клана Медведя отнес ее в гостевую спальню, положил на большую и мягкую кровать, чем вызвал довольный стон Мел. Её одежда была испачкана его кровью и порвана в нескольких местах от ночной погони по лесу. Долго взвешивая все «за» и «против», Барн все-таки решился и раздел Мелоди. Пришлось мгновенно накрыть ее одеялом и зажать самому себе рот рукой, чтобы не застонать от увиденной картины. Положив вещи на стул, он вылетел из комнаты. Ночь обещает быть веселой.