Еxpressa Аffectus

      Чаще всего аврорами становились гриффиндорцы. Они, ведомые своим природным геройством и нередкой глупостью, брались даже за самую сложную работу, а пока учились в академии, то старались выучить заклятий сверх меры. Нет, это не желание знать больше, а банальная смелость, настолько глупая, что они полностью забывали про все меры предосторожности. Очень часто ученики аврората попадали в больницу Святого Мунго с последствиями каких-то неведомых заклинаний. Порой даже учителя не могли объяснить подобное поведение подопечных. Разводили руками, что вот, мол, не получается уследить и проконтролировать. Сейчас ситуация оставалась той же. Этого Северус совершенно не понимал. Он, будучи учителем и директором Хогвартса в не самые лучшие времена, мог контролировать учеников всех факультетов и возрастов. Ну, почти всех. Поттер со своей шайкой откровенных идиотов никогда не понимали, что есть определённые правила, которые нарушать — вредить самому себе. Цербер, пауки, Тайная комната с «маленьким» питомцем Салазара, поиск уголовника, побеги из Хогвартса, дементоры, Кубок Огня и встреча с Волдемортом, поиск крестражей, пререкания с Амбридж и сотни другого. Вот он и опять попался.       Уже на протяжении нескольких дней врачи Мунго пытались понять, каким именно проклятьем зашибло Золотого мальчика. Тот жив, ранен не был, но в сознание не приходил. Не похоже на магическую кому, ведь пульс и дыхание в норме, а магический резерв не исчерпан. Как бы ни старались врачи найти хоть что-то, а прочитать хоть одну книгу по тёмной магии так и не удосужились. В резиденции Блэк у Поттера целая библиотека подобного, если подумать, то сразу понятен примерный план действий и нужной литературы. Догадался только Северус. В первой же книге он нашёл упоминание о проклятии «Expressa Affectus». После него человек впадал в некую кому, в которой просматривал все воспоминания, оставившие яркие отпечатки в памяти, плохие и хорошие. Человек вспоминал всю свою жизнь, а уже потом делал выбор, возвращаться ему в реальный мир или тихо умереть, так и не приходя в сознание. На раздумья пострадавшему даётся месяц. Кажется, что довольно большой срок, но когда вспоминаешь всё плохое и хорошее, то невольно задумываешься о смысле своей жизни, о пользе, исходившей от тебя. Снейп очень часто сам раздумывал, нужен ли он в этом мире хоть кому-то, а потому знал, насколько сложно прийти в себя после таких мыслей. Думать Поттеру, кстати, было над чем.       После войны все семикурсники закончили обучение, Снейп на это время решил вернуться на пост профессора зельеварения, а директором стала МакГонагалл. Зачем вернулся? Он всё ещё чувствует некую ответственность за жизнь Поттера, хотя Дамблдор, взваливший на него такую задачу, умер и уже не контролировал поведение обоих. Просто ему хотелось верить, что у героя в дальнейшей жизни всё будет хорошо. Северус понимал, насколько сложно было мальчишке справляться со всеми трудностями, знал о его страхе смерти, страхе войны, страхе потерять кого-то близкого. Но всё пошло совершенно иначе.       Следует начать с того, что мисс Грейнджер после школы счастливая укатила к этому болгарину Краму, мелкая Уизли ещё до войны решила бросить героя, а после начала встречаться с одним из сокурсников. Ну да, ведь Поттер в постоянной опасности, девочку можно понять, она ещё мала и глупа, но жалость к нему от этого слабее не становилась. Рональд Уизли, который, как думал Северус, никогда как друг Поттеру не подходил, просто перестал с ним общаться после окончания школы, поняв, что теперь его около героя уже ничего не держало. Гарри Поттер, Золотой мальчик и надежда всей магической Британии, после школы остался совершенно один. Поступил в аврорат, но этот его поступок Снейп расценил как медленную попытку самоубийства. Люди, которым есть что терять, никогда туда не идут, а Гарри привык защищать и играть роль жертвы или героя. Только тогда Снейп понял, что не такие уж они и разные. У обоих не было родителей, оба хотели забыть своё ужасное и опасное детство, пережили войну, кого-то и что-то потеряли, остались одни. Оба хотели умереть. В этом Северус был уверен. Никто в здравом уме не пойдёт в аврорат на факультет защиты и охраны магического населения. Это своего рода русская рулетка, которая стреляет каждый рабочий день. И иногда даже пулями.       Северус долго не мог принять, что не сразу понял причину такого состояния Гарри и где искать решение. На свои деньги он нанимал лучших врачей из Америки, Германии, Болгарии, России, как когда-то для него делал сам Поттер, но даже маги высшего уровня просто разводили руками. В какой-то момент все сбережения закончились, а зарплата врача второго ранга в Мунго не была настолько большой, чтобы и дальше приглашать лучших врачей со всех концов мира. Казалось бы, ведь могут Министерство или неравнодушные люди пожертвовать хоть какую-то сумму на лечение их национального героя. С самого начала так и было, а потом люди просто утратили надежду. В Министерстве на первом этаже стоял памятник Гарри Поттеру, к которому потихоньку начали нести цветы. У Снейпа не укладывалось в голове такое поведение магов. Человек ещё не умер, а они уже несли цветы, будто хоронили ещё живого героя. Так прошло чуть больше одной недели. Так началась личная борьба зельевара за жизнь смелого и глупого героя.       Северус решительно шагал к палате пострадавшего. Ещё вчера он объяснил суть проклятья и свой дальнейший план действий консилиуму врачей. Попросил поставить рядом с кроватью Поттера ещё одну, ведь ему придётся находиться в его сознании, а стоять или сидеть при этом невозможно: скорее всего, при таком положении тела Снейп просто вернётся в реальность. После многих попыток ему удалось изобрести зелье, после употребления которого Северус не будет чувствовать ментальной усталости и сможет остаться в сознании Поттера на неограниченный срок.       Одна секунда, одно слово, после которого Снейп будет нести прямую ответственность за жизнь мальчишки. Час настал, откладывать бесполезно и опасно. Легиллименс.       Пустая комната с серыми обоями, одной кроватью и дверью напротив. В кипе одеял валялся, как Северус понял, Поттер. Часть этой белой кучи медленно поднималась и опускалась, но никаких звуков не было. Неужели мальчишка не заметил, как в его сознании появился ещё один человек? Не слышит дыхания Снейпа? Он сразу понял, что смотреть свои воспоминания, как должен был, Поттер ещё не начинал. Скорее всего, они за той деревянной дверью. Что же, пора приводить Поттера в чувство.       — Мистер Поттер, я понимаю, что строить из себя несчастного больного куда проще реальных действий, но, может быть, вам стоит хотя бы попытаться вернуться в реальность? — охрипший после укуса Нагайны голос Северуса лёгким эхом прокатился вдоль серых стен.       Гарри резко перестал дышать, завозился в постели и попытался повернуться в сторону голоса. Неужели он?! Неужели хоть кто-то пришёл к нему? Или это просто одно из тех воспоминаний? Но ведь испытание состоит только из определённых моментов жизни, картин, случаев, а не отдельных людей. Гарри не хотел вставать с этой кровати, думал весь отведённый ему месяц проваляться в ней и дождаться своего тихого конца, но он пришёл снова. Он снова спасает его. Кто бы мог подумать, что Северус Снейп, Ужас подземелий и гроза всех учеников Хогвартса попытается спасти самого ненавистного из них.       — Это и вправду вы? Да не может быть! — Поттер вскочил на пол, радостно глядя на своего бывшего профессора, который теперь был одет в чёрные брюки, водолазку и медицинский халат сверху, а не в глухую мантию и сюртук. Гарри слышал о том, что после их выпуска зельевар перевёлся на работу в Мунго, а потому не удивился внешнему виду. Сам же национальный герой был в той одежде, в которой практиковал проклятье: чёрные узкие джинсы и красно-золотой свитер, оставшийся со школы.       — Может. Попытайтесь объяснить мне, Поттер, какого Мерлина вы просто валялись здесь и даже не пытались сделать хоть что-то?! Вы же упускали отведённое вам время! Люди волновались за вас, а вы опять думали только о себе, — ложь. Люди уже не пытались ему помочь, но знать об этом Поттеру не обязательно. Надо вывести его на эмоции, а потому лучшее оружие в данной ситуации — это агрессия и крик.       — А если я так хочу? Можно мне хоть раз в жизни сделать так, как хочется мне, а не Ордену, Дамблдору или министру? Я устал от этого, а раз мне судьба предоставила такой шанс, то я даже не буду пытаться выбраться отсюда. Я тренировал проклятье, но запнулся на мантре, после чего оно сработало на меня самого. Но теперь я не хочу возвращаться. Пускай вся Британия будет думать, что их герой умер из-за действия проклятья, чем решил совершить медленный суицид, пусть и незапланированный, — признаваться в этом было стыдно, но не страшно. Снейп никогда и никому не расскажет, что Гарри по своей глупости решил устроить себе такое испытание, но потом сам же передумал и решил просто дождаться конца.       — А теперь послушай меня, Поттер. Я пришёл сюда только потому, что люди боятся за твоё состояние. Ты ещё молод, чтобы умирать, а свои героические глупые речи будешь потом друзьям толкать. Понятно? — Снейп сделал широкий шаг в его сторону, оказавшись к Гарри почти вплотную.       — А нет у меня друзей, мистер Снейп. Меня все бросили! Да, такое бывает даже с героями. Я остался один, так зачем мне жить? Не легче ли просто уйти из памяти людей ещё студентом, а не страдать в одиночестве всю оставшуюся жизнь?       — Поттер, ты как был невоспитанным и наглым, как твой отец, так таким же и остался! Именно «ты», ибо уважительного обращения ты не заслуживаешь после этого. Возомнил себя великомучеником и главным страдальцем Британии? А ты попробуй доказать всем, что ты ещё можешь себя изменить, а не валяйся в коме, строя из себя больного. Или ты не можешь?       — Я просто не хочу, — глубокое равнодушие в голосе Поттера даже немного напугало Снейпа, но вида он не подал.       — Тогда подумай о том, что не для этого двадцать лет тому назад твои родители умерли в схватке с Волдемортом. Они пожертвовали собой ради твоей дальнейшей счастливой жизни, а ты так легко решил с ней расстаться. Докажи хотя бы себе, что не превратился в законченного идиота, который не способен сам устроить собственную жизнь. Попробовал бы для начала, а уже потом рассказывал бы мне про свои тайные желания уйти вот так. Жалкое зрелище, я тебе скажу. Над тобой ежедневно работали умнейшие доктора и маги, а ты просто лежал и дышал. А ещё что-то умеет наш национальный герой?       Гарри не верил своим ушам. Это вызов? Если так, то он согласен, ибо понял всю глупость своего поступка, но желания жить это ему не добавило. Ну, как сказать. Он не жалел о своём поступке, но был уверен, что хотя бы должен попробовать пройти весь путь воспоминаний. Гарри двинулся к деревянной двери, намереваясь её открыть. В это время Северус скинул ненужный сейчас халат и двинулся за ним. Краем глаза Поттер отметил красивую фигуру бывшего профессора. Он хотел спросить, с каких это пор Снейп променял строгую одежду на такую простую, но воздержался.       Гарри на секунду остановился напротив двери, рукой поглаживая круглую ручку. А стоит ли? А нужно ли? Но в этот момент Снейп с силой схватил его руку, болезненно сжимая пальцы на ладони Золотого Мальчика, и отворил дверь. Даже подумать не дал. Как всегда. Ещё в Хогвартсе он постоянно подгонял учеников, не обращая внимания на их нервы и мольбы дать им хотя бы три лишних минуты. Что-то с годами не меняется.