Еxpressa Аffectus

      Снейп медленно проводил губами по смуглой коже шеи, снимая с Гарри футболку. Он оставлял лёгкий поцелуй на каждом сантиметре смуглой кожи. Поттер буквально сходил с ума и был уже не в состоянии прекратить всё это. Да и не хотел.       — Можно? — спросил Северус, оттягивая край домашних штанов. И он ещё спрашивает. Гарри рвано кивнул, дрожа от каждого нежного прикосновения. Зельевар аккуратно положил любовника на кровать, сминая его губы своими и одним резким движением сняв всю остальную одежду.       Поттер так и не смог открыть глаза, остро и ярко ощущая каждое прикосновение тёплых губ к своей коже. Северус прихватывал в поцелуях кожу вокруг соска, а через мгновение прикусил его зубами.       — А-ах!.. — с губ Поттера сорвался протяжный стон, а пальцы сжали в кулаке мягкие чёрные волосы. Он пошло потёрся пахом о чужие бёдра напротив, прося большего. Возбуждение туманило разум, лёгкой болью отдаваясь в уже отвердевшем органе. Он не понимал, почему Северус не трогает его там. — Пожалуйста… Давай…       — Не сейчас, Гарри, не сейчас, — с нежностью ответил Северус, целуя его в губы.       Уже утром ему не верилось, что все эти чувственные прикосновения, мягкий шёпот и горячие губы были просто сном. Поттер нехотя сел на кровати, смотря на последствия этой неспокойной ночи. Мокрое пятно постепенно расплывалось на пижамных штанах, а ткань приятно, но недостаточно сильно тёрлась об уже вставший член.       Ещё в Хогвартсе он встречался с подобной «проблемой», а после его окончания думал, что больше помогать себе не потребуется. У него просто не было сексуального влечения последние два года. Он настолько сильно погрузился в себя, в свои проблемы и переживания, что просто не обращал внимания на телесные потребности и желания. Душевная боль была куда сильнее, заслоняла собой всё, не давая даже шанса подумать о чём-то другом.       Гарри с наслаждением встал под тёплые струи воды. Он сделал пару рваных движений ладонью, затрясся всем телом и на ватных ногах опёрся спиной на белый кафель, смывая сперму с пальцев.       Перед выходом он ещё на несколько секунд посмотрел на себя в зеркало. И как он мог понравиться ему? Он был невероятно счастлив тому, что ему ответили взаимностью, но не жалеет ли теперь об этом сам Северус? Это было импульсивным решением или обдуманным? Поттер с грустью коснулся пальцами губ, которые будто до сих пор хранили тепло чужих мягких прикосновений.       Каждый раз, когда он вспоминал их поцелуй, сердце буквально с лёгкой щекоткой ударялось о рёбра, разнося по телу дрожь и оседая тёплым комом внизу живота. Гарри мечтал о том, чтобы зельевар ответил ему взаимностью не только в мимолётном поцелуе, но и в дальнейших отношениях. Но ведь иногда мечты всё-таки становятся реальностью.       Ему было невероятно стыдно смотреть в ониксовые глаза, но в то же время снова хотелось заглянуть в них, чтобы увидеть вчерашнюю нежность. Он не знал, кого винить в настоящем положении дел, кто именно первый поддался эмоциям. Хотя, в любом случае, он не считал это ошибкой. Даже если Северус ему откажет, то он будет просто счастлив, вспоминая их первый и последний поцелуй.       Гарри медленно выдохнул, спускаясь по лестнице в столовую. Было страшно. Больше всего он боялся холодности. Даже отвращение и злоба будут куда лучше, чем безразличие. Он провел всю свою жизнь рядом с безразличием, которое отчаянно прикрывалось заботой и участливостью. И это было самым страшным и отвратительным: люди хотели обмануть его ради своей же выгоды, тогда как сами они плевать хотели на его судьбу.       Северус пил кофе и что-то писал в записной книжке. Интересно, он чувствует, что аврор стоит на лестнице? Поттер встряхнул руки, сбрасывая напряжение, и толкнул тяжелую дверь в столовую, направляясь к своему месту.       — Доброе утро, — нейтрально поприветствовал его профессор, и не было ясно, какая именно была эмоция в этой фразе, но точно не что-то хорошее или доброе.       — Д-Доброе, — немного растерянно ответил Гарри.       — Зайдёшь ко мне, когда поешь, — это была не просьба. Почти приказ. Зельевар встал из-за стола и ушёл в сторону своей комнаты, не дожидаясь ответа.       Поттер испуганно опустил глаза, сжимая кулаки. И что дальше? Почему Северус так холоден? Неужели он хочет откреститься от своего вчерашнего выбора? Глаза защипало, а картинка начала постепенно расплываться.       Ну почему?! Почему хоть что-то в его жизни не может быть нормальным?! Неужели он не достоин счастья? После выхода из комы он нашёл смысл жить дальше, а теперь что? Одному? Он не сможет. Да и не хочет.       Есть больше не хотелось. В горле стоял ком, а паника с каждой минутой нарастала и нарастала. Стоит просто закончить это. Если Северус не хочет быть с ним, то Гарри не будет его заставлять, просто потому что слишком сильно любит. Он просто исчезнет из его жизни, возможно, даже уедет из Британии. Осядет где-нибудь во Франции, может, попробует начать новую жизнь.       Хотя начинать что-то уже никакого энтузиазма не было.       Он хочет закончить это. Всегда лучше знать правду, чем тешить себя несбыточными надеждами. Уж лучше быть уверенным, что ничего с этим человеком у тебя не получится, чем бездумно биться о стены безразличия, пытаясь привлечь его внимание. Он привык терять людей, но почему-то казалось, что сейчас будет больнее всего.       Северус стал его отдушиной, его билетом в новую счастливую жизнь, а что будет без него? Даже думать не хотелось, ибо ответ просто очевиден. Не будет ничего.       Гарри вошёл в кабинет, становясь в центре комнаты. Лучше начать самому, признав свои ошибки.       — Я понял, что вчерашнее было ошибкой и готов исчезнуть из твоей жизни, если ты этого захочешь. Я никогда не попрекну тебя в чём-либо и нигде не упомяну о тебе. Сразу после окончания моей реабилитации я позволю тебе уехать из этого дома и выплачу стоимость твоих услуг колдомедика, — протараторил парень, надеясь побыстрее покончить с этим, но голос предательски дрогнул на последнем слове. Он опустил голову, чтобы не было видно его слёз, готовых вот-вот покатиться по щекам.       — Попридержи коней, Поттер. Сядь, — властным тоном сказал Снейп, кивнув на низкий диванчик напротив рабочего стола. Гарри аккуратно сел на край мягкой обивки, так и не подняв головы. Северус сел на противоположный край, положив ладонь между ними. — Я не знаю, что ты умудрился себе придумать, но послушай сначала меня, хорошо?       Голос Героя подвел, отчего Поттер слегка кашлянул и кивнул, прекрасно чувствуя на себе неотрывный взгляд черных глаз.       — Я не собираюсь извиняться за вчерашнее, также как не собираюсь забывать тебя или всё произошедшее, — профессорский тон пока что не изменился ни на йоту.       — В каком смысле? — Гарри почти что вскинулся в удивлении, но почувствовал, как по щеке от переизбытка эмоций покатилась слеза. Он не должен показывать ему свою слабость. Не должен, не должен, не должен, не должен…       — В прямом, Гарри. Я… Подними голову, — мягко попросил зельевар, пальцами потянув за подбородок, и аврору пришлось выполнить тихую просьбу, судорожно вытирая рукавами рубашки мокрые щеки. Северус провел тыльной стороной ладони по чужому лицу, ощущая нервную дрожь. — Я люблю тебя, Гарри. Уже давно.       Поттер не мог поверить. Ни в слова, ни в волнение в чёрных глазах, ни в мягкие руки на своём лице.       — Я тоже. Тоже… — хрипло прошептал он в ответ.       Гарри рывком обнял Снейпа за шею, окончательно давая волю слезам. Он ощутил, как сильные руки обхватили его спину, нежно поглаживая. Слёзы впитывались в ткань белой рубашки, образуя еле заметные неровные круги.       — Прости меня! За всё прости! За то, что исчез, за то, что жестоко с тобой обращался, за то, что не помог, когда ты в этом нуждался... Я виноват, Гарри, — быстро зашептал Северус, слепо покрывая поцелуями лицо и шею этого несносного мальчишки. Они так и не разомкнули тесные объятия, ощущая, как часто и в одном ритме бьются от волнения их сердца.       — Ты не виноват. Я должен был первый тебе сказать и…       — Какой же ты глупый, — прервал его Северус и тепло улыбнулся уголками губ. Он погладил Гарри по покрасневшей и немного мокрой щеке, стирая слезинку. — Больше никогда не плачь, хорошо?       И поцеловал. Аккуратно и нежно, будто боясь разрушить тот чувственный флёр, только-только окрепнувший и связавший их. Поттера мелко трясло от боязни, что это заметит Северус. Просто он опять показывает свою слабость, но…       И тут его осенило. А постыдно ли это? Стыдно ли зависеть от любимого человека? Стыдно ли показывать свои настоящие эмоции человеку, которому доверяешь? Он боялся быть открытым из-за того, что раньше окружающие этим пользовались, из-за того, что всё новые и новые люди делали ему больно, погружая его всё глубже в пучину собственной неуверенности и страха, но он был уверен, что Северус не из них. И среди сотен лживых и подлых людей он нашёл того, кто будет его любить.       — Обещай… Обещай, что не бросишь меня, как они… — дыхание сбилось, но он отчаянно хотел сказать ему всё, что так давно держал в себе.       — Обещаю, маленький, я слишком долго ждал этого момента и слишком сильно люблю тебя, чтобы всё разрушить. Ты больше никогда не будешь одинок.       — Мы больше никогда не будем одиноки, — аврор счастливо улыбнулся, прикасаясь лбом ко лбу Северуса. Они так и не разомкнули объятия и даже пытались ещё сильнее сократить расстояние между ними. Поттеру не верилось в его счастье.       — И что дальше?       — Я бы хотел остаться и жить с тобой, — немного неуверенно признался Северус. Гарри даже поверить не мог, что когда-нибудь он сможет услышать в голосе Ужаса подземелий именно такую эмоцию.       — Я тоже этого хочу.       В этот момент перед ними появился домовик, радостно визжащий от того, что в доме появится сильный волшебник, хоть и полукровка, и дёргающий себя за большие свисающие уши.       — У хозяина Гарри новый хозяин. Кричер приветствует хозяина Северуса! — парень даже подался вперёд, будто не расслышал эльфа.       — Так, я теперь твой хозяин, м? — слегка напыщенно спросил зельевар, легко целуя Поттера в кончик носа.       — Не обольщайся! — со смехом ответил тот, легко стукнув ладонью по чужому плечу, но тут почувствовал, как мужчина перехватил его руку и оставил прижатой к груди. — Кричер, теперь Северус будет жить со мной.       — Хозяин Гарри прикажет Кричеру перенести вещи хозяина Северуса в его комнату?       — А… пф… — Гарри тут же покраснел и отвёл взгляд.       — Да, именно это он и хотел сказать.       Поттер ещё раз заглянул в эти до боли любимые чёрные глаза. Осталось ещё куча нерешённых проблем, но они их сейчас почти не волновали.       Тем же вечером аврор сидел на своей кровати и пытался представить, как будет спать в одной кровати со своим любимым человеком. С Северусом Снейпом. Он то нервно поправлял складки на пижамных штанах, то поправлял волосы, приводя их в ещё больший беспорядок. Он не знал, как себя вести и что говорить. А надо ли вообще что-то говорить?       Они решили, что лучше начать жить вместе по-настоящему с первого дня их признания, но это было так странно и непривычно, что даже потряхивало. Гарри хотел быть к нему максимально близок, но сам боялся этой близости.       В спальню из ванной вышел зельевар, поправляя воротник ночной рубашки.       — Ты точно хочешь этого? Если что, то я могу подождать.       — Я хочу, Северус. Просто согласись.       — Я всё ещё не уверен, что тебе нужен такой, как я, — Гарри было невероятно больно слышать неуверенность и грусть в этом родном баритоне. Профессор всегда был для него образцом сильного и несгибаемого человека, а сейчас выходит так, что даже он не знает, как поступать дальше. Решение спать в одной кровати было невероятно импульсивным и необдуманным, но они оба согласились с ним. Они так долго были порознь, что мысль расстаться хотя бы на ночь казалась слишком жестокой.       — В каком смысле?       — Ты всегда можешь найти кого-то лучше и…       — А мне не надо «кого-то». Северус, ты был единственным, кто меня поддержал, кто бился за мою жизнь, пока все остальные просто отвернулись. Именно поэтому мне нужен именно ты, а не кто-то иной.       — Ты уверен?       — Абсолютно.       — А наша разница в возрасте? Если кто-то узнает о нас, то сразу начнут говорить, и на тебя польётся шквал негатива и оскорблений.       — Разницы в возрасте я не особо замечаю, тем более, волшебники живут намного дольше обычных людей. А про чужие разговоры: их было столько за все эти годы, что напугать меня паршивыми и лживыми статьями газет уже довольно сложно. В любом случае, ты же поможешь мне?       — Конечно, помогу, — Снейп обнял Героя со спины, проводя кончиками пальцев по его животу.       В этот момент Поттер ловко вывернулся из объятия и смело поцеловал Северуса.       — В тихом омуте, Гарри, в тихом омуте, — прошептали ему в губы, страстно целуя в ответ.       Золотого мальчика одолевало подозрение, что этот разговор произойдет еще совсем не раз. Но он готов каждый раз повторять этому упрямцу, как сильно тот стал ему дорог.       — Если так продолжится и дальше, то я не уверен, что смогу себя сдерживать, — бархатный и немного хриплый шёпот обжёг смуглую мочку, заставляя Гарри вздрогнуть. На секунду он подумал, что сегодняшний сон сможет воплотиться в реальность, но вовремя опомнился.       Они легли под одеяло, несмело прижимаясь друг к другу.       — Спокойной ночи, Сев, — как же долго он мечтал так назвать его.       — Спокойной ночи, Гарри.       Всё происходящее было больше похоже на сон, и даже если так, то Гарри не хотел бы просыпаться. Каждый достоин счастья, вот и они наконец-то обрели его.