Боги наверно смеются

Хаширама еле успел спрятать наполовину пустую бутылку с отнюдь не березовым соком, в нишу под столом, перед тем как в кабинет хокаге пожаловала Тока Сенджу. Только, глава запамятовал, что ниша, вследствии его недавно образовавшейся привычки, теперь не пустовала. А потому, снизу послышался тихий звон, плеск, и под ногами начала расплываться немаленькая лужа. Не зная, как сгладить этот момент, Хаширама блаженно улыбнулся, а Тока тактично не отреагировала на распространяющийся по помещению запах алкоголя. К этой «традиции», в последнее время, Хаширама начал прикладываться все чаще. Обязанности главы деревни, выжимали все из него все соки, но даже не смотря на дичайшую загруженность, хокаге ощущал, что стагнирует. Тело размякало от постоянного сидения в мягком кресле, бесконечные совещания, документы, сметы, отчеты, договора, встречи с союзниками, и ожидание подвоха, уже стали обыденностью, но не той, к которой бы хотелось возвращаться изо дня в день. Но, эти издержки, не должны оказывать влияние на рабочий процесс, а потому, приходится привычно натягивать улыбку, встречая подчиненную. -Здравствуй!– чересчур жизнерадостно поприветствовал хмурую куноичи хокаге, - Рад тебя видеть. Надеюсь, несмотря на сильную задержку, ты все же принесла добрые вести? -Благодарю, за теплые слова.– сдержанно ответила Тока, склонив голову в легком полу-поклоне, куноичи выглядела слишком уставшей, чтоб давить из себя вежливую лыбу. Ее и без того, не особо светлая кожа, загорела настолько, что она стала похожей на уроженку Страны Молний, одежду покрывали грязь и дорожная пыль. Немудрено, что на проходном посту, женщину не сразу признали, - Миссия прошла успешно. В клане Узумаки меня приняли радушно. -Надеюсь, Ашину-сама, не сильно задело, то что я не смог нанести визит лично. -Ну, на чтение мыслей я увы не способна, но отреагировал он нормально, могу вас заверить – я сделала все возможное, дабы сгладить ситуацию. -Охотно верю. – хокаге подался вперед, положив локти на столешницу, - А как насчет нашего предложения, они согласны на наши условия? -С этим возникли трудности. – куноичи взяла небольшую паузу, собирая мысли в кучу, - Их позиция не сильно изменилась с вашего предыдущего визита. Они не желают оставлять позицию нейтралитета. – Хаширама не сдержался от тяжелого вздоха, глава клана аловолосых демонов, на деле оказался тем еще уклонистом. Он вызывал глубочайше уважение, но вместе с тем непонимание. «Неужели вся накопленная годами мудрость, не дала ему осознать, актуальную, к сожалению, на сегодняшний день мысль – в нейтралитете остаться не получится». -Однако, господин Ашина, вознамерился в скором времени посетить коноху. Это дает повод думать о благоприятном исходе. – с этими словами, Тока извлекла из походной сумки свиток с официальным обращением главы Хаширама быстро пробежался взглядом по содержимому послания, после чего безжалостно смял лист дорогой тростниковой бумаги, и отправил получившейся комок прямиком в урну. Куноичи, только и оставалось, что вопросительно вскинуть брови. Поведение главы, наводило на не самые приятные мысли. "Решительно многое изменилось за время моего отсутствия, и судя по всему не в лучшую сторону". Увы, она не могла как бывало раньше, по простецки допытаться напрямую, что стряслось. Годы и разница в статусе, более не дают такой вольности. А потому, раз повлиять никак не можешь, самое время задаться вопросом - а моя ли это забота? -Яснооо…-задумчиво протянул хокаге, словно обращаясь к самому себе, - Кстати, отчего ты так задержалась? У тебя возникли проблемы? -Да, несмотря на всю мою осторожность, на обратном пути меня поджидали. Кто-то выставил цену за мою голову, пришлось делать огромный крюк, чтобы оторваться от наемников. Сильные гады оказались. – в голосе прорезалось раздражение, куноичи и сама не заметила как начала распространять по воздуху вырвавшееся ки, - Все подробности – в отчете, а теперь, не сочтите за грубость, но мне срочно требуется душ. -Конечно, иди, восстанавливайся и набирайся сил. Как только поступила команда «вольно», Тока сразу же испарилась из резиденции, свернув во дворы, решив срезать путь по крышам. Взгляд автоматически фиксировал изменения, произошедшие с деревней за время ее отсутствия. Теперь, Коноха была полностью отстроена, на улицах больше не был слышен шум свёрел и брани строителей, новенькие, еще не познавшие погодных каверз крыши, сверкали отполированными пластинами. Столько всего успело произойти, пока она по всяким отстойникам скиталась. Как бы ни было стыдно признаваться, но противники значительно превосходили ее по силам, это ощущалось даже по ауре, что придавливала к земле, подобно бетонной плите. Было кое-что, о чем куноичи решила умолчать. Току не покидало стойкое ощущение, что нападение не было случайным, и нападавшие были слишком хорошо подготовлены, как для спонтанно действовавших головорезов. Они будто заранее были осведомлены о ее способностях и стиле ведения боя. "Это всего лишь мои предположения, а предположения к делу не пришьешь. Да и как я это разъяснять буду, когда сама не уверенна в правдивости собственных выводов" - Сенджу решила похоронить это в себе, и никогда не вспоминать момент позорного бегства. «Никогда прежде, за годы службы, мне не приходилось ночевать в доме милосердия на отшибе богом забытой деревеньки. Надеюсь, я не подцепила там какую-то дрянь, а то, та полуживая мумия, лежавшая рядом, все постельное белье кровью захаркала». И вот, наконец-то – родные пенаты. Маленький и невзрачный домик, был не чета солидным поместьям успешных дельцов и зажиточных горожан, но больше всех милее глазу куноичи. Хаширама не понимал такой скромности, «ты же достойный боец, ветеран, героиня войны в конце-то концов! Ты заслужила» - говорил он, подбивая отгрохать жилье посолиднее, но Тока была непреклонна. «Зачем мне десятикомнатные хоромы? Семьи у меня нет, и вряд ли когда-нибудь будет, слуг не держу да и приемы не организовываю, вывод – все это ненужное никому баловство». Почтовый ящик у невысокого забора, успел покрыться толстым слоем уличной пыли, отчего, выкрашенная в ярко-красный ячейка, больше напоминающая скворечник, стала коричнево-серой. Однако на дверце хранился нарочно оставленный смазанный след от ладони. На лицо куноичи наползла довольная улыбка, когда достав содержимое ящика, в виде одиноко лежащей записки. «Ожидай вторжение этим вечером» - гласило краткое и лаконичное содержание «письма». Лишь одному человеку, было позволено шутить с ней, подобного толка шутки. Конечно, она встретит наглеца как полагается, надеясь, что гостю хватит тактичности, заявится не раньше вечера, а то с него станется. Когда солнце почти скрылось за горизонтом, погрузив деревню в легкие сумерки, в дверь куноичи вежливо постучались. -Ну привет, явление. Не скажу, что не рада видеть, но устала я как собака, на особую вовлеченность можешь не рассчитывать. -И тебе вечерочка. Да я понял, твои синяки мне обо всем уже рассказали. – намекая на синюшные круги под глазами, с ироничной улыбкой, отреагировал на пассивно-агрессивное приветствие подруги Тобирама, снимая обувь, - У меня для тебя, по такому случаю есть лекарство. – на этих словах, он приоткрыл сумку, демонстрируя горлышки нескольких бутылок добротного крепленого, «вряд ли, коллекция брата понесет от этого крупную потерю» - рассуждал альбинос, когда совершил наглый набег на тайник Хаширамы. -Ого, спасибо за подгон, теперь точно вырублюсь. - стремительно сменила гнев на милость, куноичи -Хорошее завершение трудовых будней, я считаю. Накрыв скромную поляну, друзья, без всяких предисловий, принялись не спеша потягивать рисовое. Разговор завязался сразу, Тока и не заметила, как выложила все как на духу. Слова лились нефильтрованным потоком, приправленные фирменным говором, коих не встретишь на страницах сухих отчетов. -И что не день – то все не слава богу! Мне пришлось присутствовать на их клановом празднике. И поначалу я думала – ого, какая честь! Меня посвящают в некое таинство, недоступное кому-либо извне, но – хуй там плавал! Это был всего-навсего день вступления девок-шиноби во «взрослую жизнь». Тоесть, малолетних пилоток, которые в этом году достигли возраста зрелости, поздравляли с первой протечкой. Я конечно, все понимаю…но этого я не понимаю. Ашина слишком далеко зашел в своих шутках. -Н-да, я помню его тягу к фарсовым представлениям. -Ах, как он свою внучку расхваливал, ты бы только слышал. Полюбому, скоро речь о сватовстве зайдет. -Ты про старшую? – рассеяно спросил омега, он уже не помнил, сколько отпрысков понаплодил Ашина и его дети. В голове лишь всплыл смутный образ молодой, аловолосой девушки с забавными пучками на голове, сидящей поодаль главы, в один из последних визитов в Узушиогакуре. Так, как она играла на том застолье роль молчаливого наблюдателя, единственное что запомнил о наследнице Тобирама, было имя девушки, "Мито Узумаки - девица на выданье, умница, скромница и конечно же красавица. Настолько хороша, что скучна до безобразия" -Ну не про младшую же. – пьяно хмыкнула, уже «готовенькая» куноичи, перед глазами стояла легкая дымка, а голова стала удивительно легкой, хотелось лишь шутить глупые и пошлые шутки, да смеяться во весь голос -Ну а что? Десять лет – хороший возраст. – с серьезной рожей, развил скабрезную шутку Тобирама, «так хорошо, на трезвую голову такого не позволишь» -Хахах, остальные отпрыски – то вообще отдельная тема, прям настоящие победители генетической лотереи. – понесло в другую степь куноичи. То, что в клане Узумаки, кровосмешение – обычное дело, совершенно не новость, Учихи тому пример, «наверно, потому и такие бешеные». - А еще наш клан за чрезмерную любвеобильность хаят. Да у их среднего, такая губа нижняя пиздецовая, что еще чуть-чуть и будет в чужое личное пространство вторгаться. Я тебе клянусь, я не преувеличиваю! Он этой своей шлепалкой способен свой нос заглотить. -Мда-уж, кунсткамера. Ну а что по результатам-то? Не хочешь ли ты сказать, что все это время тебе ржавый дед мозги любил? -Хах, «ржавый дед»? Ну и мразь ты конечно, и как мне теперь его в лицо так не назвать? Результаты, неоднозначные вышли, да и по обратному пути тоже без приключений не обошлось…-опрокинув в себя очередную чарку, Тока пересказала товарищу затянувшуюся, и опостылевшую ей до печенок историю Тобирама, как всегда, занял роль внимательного слушателя, удобно устроившись в позе полулежа на подушках, и смотрел искоса, совсем не затуманенным алкоголем взглядом, как про себя отметила куноичи. Тока почувствовала легкий укол негодования, значит, она тут вовсю распинается, балаболит весь вечер без остановки, так что языка не чувствует, а этот сидит втыкает, лишь изредка вставляя свои пять копеек. Ну уж нет, так не пойдет. -Ну а каковы твои дела, друг мой болезный? -Да, так… Начну рассказывать, так из одной ругани сказ получится, а без ругани, лучше и не говорить вовсе. -Хорош. – предупреждающе высказалась куноичи, когда до нее дошло, что друг банально разводит, по-тупому тяня интригу, - Эти свои отмазки для мужа побереги. Кстати о нем, я когда услыхала краем уха, что ты теперь женатый..или замужний?..неважно! Это откуда такая шутка жирнючая пошла? -Это не шутка. – равнодушно пожал плечами омега -Всмысле?.. -В прямом. Я замужем за главным ебанатом всея деревни. – на этот раз пришла очередь Тобирамы, опрокинуть залпом н-нную за вечер порцию -…Так, у нас инцест, вроде запрещен. – нашлась пошутить немного прибалдевшая от новости Тока, нервно похихикивая -Ты хочешь продолжать тянуть эту нить? -Ни в коем случае, а то она дотянется досюда! – показала на себе жест удушения куноичи, не в силах остановится посмеиваться, - Но, а серьезно, я ж тебе не ведунья, а кандидатов на звание пре-ебаната много. Вздохнув, Тобирама тяжко приподнялся, желая увидеть выражение лица подруги, когда он огласит имя. -Учиха Мадара. Токе показалось, что она протрезвела в момент. -Да это не просто обалдеть, это ахуеть. – выдала девушка после непродолжительной паузы -Лучше и не скажешь. -Как? Почему? И главное – зачем? -Произошла ситуация, по результатам которой я вынужден был вступить брак. -На тебя…надавили? – воображение куноичи сразу же нарисовало не самую лучшую картину, Тока слишком привыкла мыслить в категории – имеют свойство сбываться, только самые худшие опасения, но все равно, было сложно себе представить, что Тобираму Сенджу, которого она столько лет знает, как одного из самых и умных и осторожных людей во всей деревне, можно… -Мной воспользовались во время течки. -Каким образом, ты вообще оказался рядом с Учихой во время течки? Тобирама на это, лишь невесело улыбнулся, завалился на спину, скрестив за головой руки и прикрыл глаза, словно готовясь задремать. Молчание затянулось, но Тока не хотела сыпать новыми вопросами, пускай, таковых у нее имелась целая куча. Слишком уж щекотливая и неприятная тема была. Куноичи казалось, будто она вскрыла гнойник. Что-то темное и неприятное зашевелилось в душе, внутри начала расти злость. Когда ей начало думаться, что ответов ей не дождаться, как друг, наконец, заговорил. -Виновник этой ситуации – Минэко. И упреждая твой вопрос – нет, она не планировала подложить меня под Учиху, можно сказать, я поскользнулся и упал не на тот фаллос. После этого откровения, злость возросла до опасного предела. Приоткрыв один глаз, Тобирама наблюдал все неписанные на лице куноичи эмоции, именно такую реакцию он и ожидал. -Блядина старая. – в сердцах высказалась Тока, поморщившись от очередной порции саке, - А Хаширама что? -Да ничего. Он сделал выбор, а то что он оказался не в мою пользу, уже на его совести будет. -Вот уж от кого-от-кого, а от Хаширамы я такого не ожидала. И неужели Учиха согласился на этот союз? Он же от тебя ебало кривил как от говна все время. -Спасибо за сравнение. Он считает меня виновным в одном конфликте. В чем он заключался, ума не приложу, мне не удалось выяснить даже этого. Похоже, местячковая заварушка была, внутри клана Учиха. Да-да, не округляй глаза, меня кто-то крупно подставил, догадайся кто. Тока помедлила с ответом, предварительно опрокинув в себя всю пиалу залпом, и только когда лицо перестало кривить крепости пойла, язык развязался. -Знаешь, как мне люто сейчас. В клане порой слышны осторожные перешептывания о том, что больно засиделась старуха на своем месте со своими припезднями. Но в итоге, все эти разговоры, так и остаются локальными слушками. Отчего-то, ни у кого не хватает смелости сказать во весь голос. А если и найдется кто, то его первыми же эти шептуны и осудят. И тем обиднее обстоятельство, что ты без малейшего понятия, как это изменить. -Изменить? Изменить-то можно, и мыслишки на этот счет у меня имеются. - без промедления вставил Тобирама, будто ждал этого момента У куноичи медленно, но верно начала складываться картина. -Ты что, собираешь команду мечты? – с усмешкой спросила она -Ты же сама только что сетовала о нехватке силы голосов, а у кого как не у нас они затрубят во всю мощь? -Звучит как речь доморощенного революционера. – задумчиво проговорила Тока, - Тем не менее, мне нравится. И как бы безумно не прозвучали твои «мыслишки», я готова помочь тебе, ты мне не чужой человек. – в этот момент Тобирама окончательно убедился, что не ошибся в выборе, и то ли его техника трезвенника дала сбой, то ли доселе спавшая в нем сентиментальность напомнила о себе знать, но отчего-то Сенджу захотелось озвучить то личное, сокровенное, давно забытое с юношецкой поры. -Я стараюсь в этой жизни ни о чем не жалеть, но сейчас я как никогда остро ощущаю это жалкое чувство. – поймав непонимающий взгляд карих глаз напротив, выдал Сенджу, - Как же мне жаль, что я родился омегой… - и окончательно ввергнул девушку в смятение -Тобирама, я..не знаю, что сказать. – так неловко, куноичи не чувствовала себя еще с сопливых подростковых времен, сомневаясь правильно ли она поняла товарища -А говорить ничего не надо. Мне просто захотелось сказать. -Ладно, оставим эту тему, нам похоже на сегодня достаточно. – неловко почесала затылок Тока, нет, конечно ей показалось, чего только по пьяной лавочке не привидится? Тобирама не мог ей посылать никаких намеков, «видно, долгое отсутствие парня сказывается» - Вываливай, давай, что там у тебя за мыслишки. *** Столица Страны Огня напоминала оазис среди бескрайних пшеничных и кукурузных полей. Никто не заметил, как среди высоких зарослей, на короткое мгновение возникла вспышка голубого света. -Благодарю вас, Осаму-сан. – поблагодарил призывного волка, Тобирама -Одной благодарностью сыт не будешь. – зверь скептически наклонил набок огромную, лобастую голову, - Отчего это ты так пожадничал в этот раз? -Увы, мои ресурсы не бесконечны. -Как и мое терпение. – недовольно оскалился волк, обнажив ряд пугающе острых клыков, - Учти это в последний раз, с моими потомками договариваться будешь. И попробуй только опоздать, как в прошлый раз. – выдал финальное наставление Осаму, перед тем как переместится в свой мир, исчезнув в дымке «И почему мне достался такой капризный призыв? Как с ним мать раньше справлялась?» - в который раз подумал альбинос, выбираясь зарослей на исполосованную следами от повозок, главную дорогу. Ветер, свободно гуляющий по просторам полей, заставлял сильнее кутаться в длинные, неудобные одежды, в которые по случаю, пришлось облачиться омеге. Однако, даже среди шелеста спелой ржи, слух шиноби уловил звуки поступи пробирающихся сквозь густую растительность, нескольких, явно двуногих существ. Вздохнув, Тобирама распустил вокруг себя чакру, предупреждая разбойничье отребье, не играть с судьбой. Этот маленький эффект подействовал – звуки прекратились, и до самих главных врат, Сенджу прошел спокойно. Попав в окруженный огромным муром город, Тобирама оказался в эпицентре шумного балагана. Людей кругом была тьма-тьмущая, а от навязчивых уличных торговцев, приходилось чуть ли не отбиваться. Один из особо обнаглевших, чуть было не навесил на Сенджу с дюжину бус, омега еле сдержался дабы не придушить отчаянного бизнесмена этой самой леской с крашеным ракушником. А ведь и избежать подобных неприятностей привычным методом шиноби – забегам по крышам, не получиться. «Закон, лично внедренный новоиспеченным Дайме, будь он неладен. Лучше бы с нищетой так активно боролся, нежели с беготней». Рядом со вратами, помимо шатров и палаток торгашей и ремесленников, друг на друге расположились дома для не самых благополучных слоев населения, некоторые казались и вовсе заброшенными, зияя голыми оконными проемами без рам и малейшего проблеска надежды. Миновав окраину, Тобирама добрался до гранитных ступеней, ведущих на главную площадь. Улицы стали чище, контингент поспокойнее, а вместо трущоб – храмы, библиотеки, университеты и театры. Мимо проносились кареты и рикши, но никто не стремился останавливаться, свободный извозчик попался только у выхода из городского парка. Солнце выглянуло из облаков, чем побудило Сенджу занавесить оконце, в опасении за чувствительные к свету глаза. Главная дорога змеилась, уходя вверх. -Мы приехали, господин. – сообщил извозчик, притормозив порядком взмыленную кобылу Конечный пункт его мини-путешествия, заканчивался у парадных врат дворцового комплекса. Пропускной пункт, состоящий из арки с позолоченными иероглифами, отливающими нестерпимо ярким блеском при лучах солнца, и кабины охраны, больше напоминал собой пагоду. Охранник спокойно подремывал в соей кабине, вынырнув из состояния полусна, только когда Тобирама оказался рядом с окошком приемной. Предъявив свою печать, выданную им когда-то Минэко, Сенджу услышал неожиданную и весьма несвоевременную новость. -Простите, но ваша печать уже недействительна, я не могу вас пропустить. «Приехали… Старуха все-таки вспомнила о том, кого в свое время пригрела. Ну, значит, остается только один вариант, пан или пропал». Тяжело вздохнув, Тобирама достал пристегнутого напоясного кармана кошелек. -А если вы хорошо подумаете? – омега показательно выложил перед носом охранника соблазнительную сумму. Мужчина, на счастье Сенджу, колебался недолго -Ох, я действительно ошибся, приняв вас за другого, господин…-выразительно поднял брови страж -Учиха. – «блядь, из всех возможных фамилий, я назвал именно эту..Ну и ладно, Учихам не привыкать быть оплеванными» -Замечательно! Проходите, господин Учиха. – не сводя глаз с полученного куша, дал позволение страж Омега попал на территорию, все еще находясь под впечатлении от того, что этот нехитрый способ все-таки сработал. «С одной стороны – слава коррупции, а с другой – это же все-таки императорский дворец, где как не здесь, должны соблюдаться все те законы, так активно продвигаемые подневольными государственными мужами? Видать, мне просто удачно попался нечистый на руку человечек. Остается надеяться, что госпожа удача, будет сопутствовать мне и дальше, так как сегодня, она мне нужна как никогда». Но, до «небожителей», еще предстояло добраться, и от дворца Сенджу отделяли сотни мраморных ступеней, начищенных до зеркального блеска. Все в лучших традициях царственных особ, конечно же, высокие чины с нередкой предрасположенностью к чревоугодию, пользовались иным путем, а лестница, по их же словам, создана; «дабы посетители показали чистоту своих намерений». «Потому, чиновники им и не пользуются» - дополнил для себя изречение Тобирама. Наконец, преодолев это испытание, Сенджу ступил на мощеную узорной плиткой дорожку, никак не огражденную от пропасти, в ушах стоял легкий звон от нехватки кислорода в здешнем воздухе. Это место, было всегда окутано туманом. А туман, был ничем иным – как облачностью, вот настолько высоко, находилась резиденция. Откуда-то неподалеку, доносились крики коршунов. Прямо по центру, возвышаясь над кронами деревьев, величественно расположился императорский дворец – сердце Страны Огня. Он по праву, носил звание одного из старейших сооружений пяти крупнейших государств, не пострадав ни в одной из многочисленных войн, даже когда враги были у порога, а столица разгромлена, все было нипочем этому исполину, взрастившему не одну династию правителей. «Нахрена так высоко строить? Хочешь быть ближе к Ками – так мы все там рано или поздно окажемся. В чем понт возводить хоромы до стратосферы? Давненько ч здесь не бывал, что уже успел забыть, как меня это место раздражало». Пройдя через трое врат, Тобирама попал в сад, окружающий главные дворцовые здания. По узким каменистым тропкам, не спеша прогуливались придворные аристократы. На лавочках под сенью раскидистых деревьев, миловались, шля друг другу знаки, любовники и любовницы, наслаждаясь вкусом полуинтимной обстановки. А витающая вокруг туманная дымка, добавляла сюрреалистический окрас, и казалось, даже время, протекало здесь медленнее. Путь ко дворцу, пролегал через мост над небольшим, искусственно созданным озером. В зеркало вод, опустила свои длинные косы, старая ива. Оттуда, можно было наблюдать за косяком разноцветных карпов, находящихся в бесконечном, хаотичном движении. Весьма располагающая обстановка для созидания, окруженная тишиной и покоем. Однако, обычно нелюдное место, не пустовало. На мосту виднелся хрупкий женский силуэт, девушка стояла облокотившись об изящные резные перила, коротко стриженные под «химе» волосы, цвета вороного крыла, открывали вид на тонкую шейку, добавляя образу внешней беззащитности. Пускай, Тобираме открывался вид только со спины, но он все равно узнал ее. Ту, кого он хотел видеть в последнюю очередь, и желательно в гробу. Разминутся не получится, Сенджу оставалось, только уповать на расположение госпожи-удачи. -Что вы здесь делаете, Тобирама-сан? – окликнул его нежный, почти детский голосок, когда Сенджу почти был на противоположной стороне моста, дав понять, что госпожа-удача, все же отвернулась от него -Очевидно, что не воздухом дышу. – нехотя повернулся Сенджу в сторону «неприятности», - У меня здесь дела. А разве ты не должна сейчас быть рядом со своей госпожой, Аризу-чан? – девушка смотрела на него с неприкрытым ехидством, «а чего еще ожидать от протеже старухи? Готовит замену себе, вот только, птенчик хоть и с острым клювиком, но все еще желторотый» - с не меньшим ядом во взгляде, смотрел Тобирама -Какие у вас могут быть здесь дела? Вы отстранены. – решила не удостаивать ответом на вопрос Аризу, сделав несколько шагов навстречу бывшему компаньону, но по-прежнему сохраняя дистанцию в несколько метров В этот момент, она напомнила Тобираме призрак, неподвижно стоящий на пустом мосту в дымке сизого тумана, и поджидающий незадачливых прохожих. В этой бежевой, расшитой пестрыми цветами юкате с огромным, опоясывающем талию, красным бантом, она казалась совсем кукольной, а в своей неестественной бледности, ничуть не уступала своему «семпаю». -Ты подметила верно – я отстранен, а потому и делится с тобой своими планами, я не обязан. – «мелкая, борзая пигалица, так бы и пришил» -Ну нет уж, потрудитесь объясниться. – не отставало «приведение», - Не знаю, как вас сюда пропустили, знаю лишь, что Сенджу Тобирама, находится в списке персон нон-грата за «неблагонадежность». Потому, моя обязанность, как смиренной слуги императорской семьи, задержать нарушителя. – на словах об императорской семье, в голосе девушки прорезались нотки гордости, «а если точнее – гордыни», отчего на лицо Тобирамы так и норовила наползти усмешка, - Но, памятуя ваши былые заслуги, я могу просто попросить вас покинуть резиденцию, без устраивания скандала. Ведь, нам с вами этого не нужно, не так ли? -Конечно, не нужно. Вот только ты малость ошиблась, я теперь не Сенджу – я Учиха. – подведенные красным глаза, расширились в удивлении, - Так что, вменять мне нечего. На этой ноте, Тобирама завершил разговор, и удалился, не дав возможности взять слово оппонентке. "Черт возьми, теперь времени остается в обрез, она наверняка, сейчас поспешит доложить о моих передвижениях. Следует успеть, во что бы то не стало". *** Утро Токи, началось с головной боли и последствиями алкогольной интоксикации. Солнце еще не успело встать, а куноичи уже была на ногах, убирая бардак, оставшейся после вчерашнего застолья, попутно впечатляясь колличевству выпитого, собирая пустые бутылки. Умывание холодной водой, помогло хоть немного оклематься, но этот нехитрый обряд не смог прогнать заодно и тревогу, преследовавшую ее даже в пьяном забытье. В душе куноичи боролись два противоположных чувства, с одной стороны – гнев, и желание справедливого возмездия за товарища, а с другой – страх неудачи из-за рискованности предприятия. «Я знала на что подписываюсь, как знаю то что градус не был причиной моего согласия. Я не собираюсь отказываться от своих слов, но…черт возьми!» - куноичи, и сама себе не могла ответить на вопрос, что конкретно ее пугает. Мысли собрались в цельную цепочку, только когда она наскоро сварганила себе простенький завтрак, подтвердив аксиому – на сытый желудок и думается лучше. Тока поняла, что воспринимала главенство Минэко, как нечто неизбежное и постоянное. Она словно спрут, окутала собой все сферы влияния, а точнее – умело создавала видимость своего всемогущества. А вся ирония состояла в том, что зная все это – куноичи все равно боялась, не хотела брать на себя роль исполнителя. Было во всем этом, нечто мерзкое – выступать против своего соклановца, человека, стоявшего у истоков формирования величия Сенджу ичизоку. Элемент предательства, не давал покоя куноичи. «Да что же это такое? Я – та, кто большую часть осознанной жизни, провела на передовой, несясь на смерть под вражеские техники, и теперь, я боюсь и мечусь?! Не бывать этому. А на войне все средства хороши. Не всегда можно победить противника не опустившись до его уровня». Тем временем, наступил рассвет. Взбодрившаяся утренним кофе куноичи с первыми лучами солнца, выбралась из дому. Завернув на выходе из квартала Сенджу в узкий нелюдный переулок, который заканчивался тупиком, и уже успел стать излюбленным местом пьяниц, она заметила уже ожидавшую ее фигуру в тени, расслаблено опершуюся о стену. Человек был в фарфоровой маске, как и предупреждал Тобирама. -Доброе утро. – отозвался неизвестный шиноби в маске, - Тобирама-сан уполномочил меня передать вам это. – продолжил он, отлипнув от пожелтевшей от отходов человеческой жизнедеятельности стены, и достав из набедренной сумки фарфоровую маску и хитай. – Вас проинструктировали? -Да. – коротко отозвалась Тока, рассматривая маску, как оказалось лисы -Почему ты не задействуешь своих людей? – куноичи задала, наконец, вертевшийся у нее на языке вопрос, когда эмоции поутихли -Среди подконтрольных мне шиноби, нет ни одного настолько превосходного медвежатника как ты. – уусмехнувшись, жирно польстил подруге, Тобирама, пускай и сказал чистую правду, которую Тока прекрасно знала, - Однажды, мне довелось зайти к ней на чай, мало кто знает, что на советницу зарегистрировано несколько домов, в одном-официальном, она живет, а другой, как мне удалось узнать, использует как архив. Наша цель, конечно же, второй, он окружен фуин барьером, ты уже имела с такими дело. В случае непредвиденных обстоятельств, мои люди прикроют тебя. -Отлично, территория под нашим наблюдением, теперь остался последний момент. – с этими словами, масочник протянул Токе красный плетенный браслет, похожий на те, которые плетут девочки-подростки. Как только вещь попала в ладонь куноичи, она ощутила слабые энергетические импульсы. – Это будет служить способом связи, браслет соединен техникой с другим идентичным ему изделием, если объект вернется раньше времени, мы пошлем вам сигнал, что будет выражаться в изменении температуры на участке коже под браслетом. Вы почувствуете это сразу, и ни с чем не спутаете эти ощущения. – провел вводный курс неизвестный шиноби, Тока в который раз подивилась способности Тобирамы изобретать подобные простые, но в то же время гениальные вещи, надев на запястье тонкую косичку из ниток. Агент, выполнив поручение, тут же исчез. Облачившись в полностью закрывающий голову хитай, с прорезью на уровне глаз и носа, и скрыв лицо под маской, куноичи исчезла следом из грязного переулка. Неподалеку от резиденции хокаге, на одной из главных улиц, стояло ничем не примечательное здание, втиснувшись между двумя крупными торговыми домами. На входе висела скромная вывеска, гласящая «частная собственность», а все окна, круглосуточно плотно занавешены темными шторами. Тока, стараясь причинять как можно меньше шума, приземлилась на соседнюю крышу, и спряталась с обратной стороны огромной вывески, оставшись незаметной для глаз многочисленных прохожих. Дом окружал, незримых для не наметанного глаза барьер, выполнявший помимо защитной, функцию «отвода глаз». Благодаря ему, обычные гражданские, никогда не обращали внимание на непонятного предназначения дом, а иной раз, даже не могли вспомнить о его существовании. Теперь, куноичи предстояло обнаружить, где находится фуин печать. Из этих соображений, она решила начать искать с заднего фасада, перебежав на другую сторону, и убедившись в отсутствии посторонних лиц, спрыгнула наземь где-то в частном дворе. И как оказалось – попала пальцем в небо. Фуин печать, отыскалась на одной из панелей деревянного фасада, замаскированная на доске объявлений, примыкающей к стене. «Как-то, пока чересчур просто» - подумалось куноичи, когда она доставала одну из захваченных с собой бумажных печатей, активируя ее при помощи ручных. Когда активация была выполнена, Тока прикрепила ее поверх печати барьера. После этого, защитное поле, начало ослабевать, пока не исчезло полностью. Печать была успешно аннулирована. Первый этап был пройден, открыв путь к следующим, и куноичи не теряя времени, стремглав взобралась по стене к окну, прикрепившись при помощи чакры. Конечно же, окна не открывались снаружи, но Току подобные препятствия не останавливали. Так как, окна были дешевые, старого образца, она не стала утруждать себя, и использовать стеклорез, а попросту достав из петель штыри, и сняла обе створки, без какой-либо возни и шума. Придержав створки, куноичи запрыгнула на подоконник с внутренней стороны, и аккуратно поставила их на место, оперев об раму. Убедившись, что те стоят более-менее ровно и со стороны не палевно, девушка спрятала штыри и свой небогатый «воровской арсенал», состоящий из малого гаечного ключа и кусачек, в напоясную сумку-карман. Хоть поверенный Тобирамы и оповестил ее о том, что советница пробудет в резиденции до вечера, и вряд ли нагрянет сегодня в свой «секретный домик», куноичи все равно опасливо прислушалась, старательно абстрагируясь от уличного шума. Внутри была тишина. Руки утонули в черном бархате тяжелых штор, раздвинув их, куноичи спрыгнула вниз, оставив приличную щель для видимости в погруженном в вечный мрак доме. Полоса света, осветившая часть помещения, заканчивалась на закрытой двери. Комната была пуста, в ней не было ни мебели, ни каких-либо следов человеческого присутствия, в воздухе витало облако пыли от потревоженных штор. Однако, в необжитой коробке, все же нашлось нечто неровно лежачее, а точнее висячее. На металлическом крюке, ввинченном в потолок, обнаружилась керосиновая лампа, которую Тока оперативно умыкнула. Дверь была закрыта на замок. Куноичи провозилась с ним недолго, почти сразу подобрав отмычку. Сначала тишину нарушил неприятный скрип не смазанных петель, который заставил девушку рефлекторно поморщится, а затем громкий чирк, зажегший лампу. Тока двинулась дальше, погружаясь во мрак тайн советницы. *** Удушливый запах благовоний забил ноздри. Но куда более невыносимым для Тобирамы оказалось открытие, что быть Учихой в его положении сейчас более выгодно, нежели Сенджу. При дворе, известие о его новом статусе стало поводом для хорошей сплетни. Каждая встреча с очередным верноподданным, которых к превеликому сожалению Тобирамы, избежать не получится ни в коем разе, превращалась в театр плохих актеров. Изнемогающие от дворцовой скуки, благородные господа и госпожи, все норовили соскочить от тем светских разговоров, в сторону приватной жизни, в надежде уловить нечто пикантное. Их попытки увенчались успехом лишь в одном – Тобирама был на грани ответить в грубой и хамской манере, в лучших традициях героев подворотен. Но, своей цели, он добился, и теперь, сидел в «красных комнатах» западного крыла императорского дворца, ожидая аудиенции с одной весьма уважаемой особой, ради которой и был проделан этот тернистый путь. Красные комнаты, как ни странно, получили свое название не в качестве прямой метафоры на придворное беспутство, «хотя, это было бы гениально». Всему виной была цветовая гамма, с преобладающим в ней красным. Располагались они в подвальных помещениях, и представляли собой запутанный лабиринт из длинных узких коридоров и тайных ходов. А также, служили благоприятной средой для плетения интриг, заговоров и встреч инкогнито. Ходили байки, что история этих комнат, такая же кровавая как и цвет шелковых обоев, покрывающих все стены. Якобы, во времена первого императора, отличившегося особой жестокостью и вписавшим себя в историю как диктатор, здесь находились пыточные камеры. Не было ни дюйма, который не был залит кровью, а эхо криков раздавались постоянно, исполняя дикую симфонию ужаса. Как и в любой истории, не обошлось без красочных преувеличений, однако, Тобирама был склонен верить этим слухам. Все же, атмосфера здесь располагала к видению подобных картин. Он находился в предпокоях одной из комнат уже где-то с пол часа, прихлебывая отвратительный, давно остывший чай, который ему любезно подали, в качестве извинения за ожидание. «Прием выдался такой же холодный, как и чай. Впринципе, ничего другого я и не ожидал». -Госпожа ожидает вас. – объявил секретарь, с присущей ему «аристократической наглостью» в голосе, скрывшись за раздвижными, "внезапно" – красными дверьми, украшенными росписью цветущей сливы, что словно спрут, распустила свои чернильные ветви переходя на стены Войдя в импровизированные «покои», Тобирама попал небольшое помещение, с тусклым, камерным освещением. По центру находилась ширма с плотно закрытым балдахином, а рядом, на изящном миниатюрном столике, светил ночник, украшая стены причудливыми зайчиками. Босые ноги утонули в мягкости дорогого заморского ковра с длинным ворсом. Секретарь тактично испарился, оставив гостя наедине с госпожой. -Надеюсь, ожидание было вам не в тягость. – заговорил слабый женский голос из-за ширмы, - Увы, моя болезнь не позволяет нам пообщаться лицом к лицу. -Премного сожалею, что не имею счастья лицезреть вас. – вспомнил приемы дежурной лести, омега, - А счет времени я не вел, чай у вас просто великолепный. – и закрепил эффект комплиментом, порадовавшись, что госпоже не видно какую мину он скривил на этих словах. -Благодарю. – отозвался голос, сопровождаемый коротких кашлем, - Признаться, меня удивило, когда секретарь Хи, сообщил о вашем прошении. Почему Минеко-сан сама не искала встречи? -Увы, это более не в ее интересах. – решил сразу «окунуть в холодную воду», шиноби -Что?.. - только и смогла из себя выдавить госпожа, от столь неожиданного нападения -Госпожа, я здесь для того, чтоб избавить вас от тревоги, в которой вас так долго держала советница. Да, я в курсе о «предмете» ваших отношений. – знал он и вправду прилично, советница умела выбирать жертв. Так, однажды, ей очень удачно повстречался один не обремененный моралью и порядочностью донжуан, пользовавшийся некогда успехом у знатных дам, пока не зарвался окончательно. Он же и обменял на гроши, несколько проникновенных любовных поэм, написанных рукой близкой родственницы императора. Вряд ли, данный ветряный гражданин понимал, какую власть имели эти строки в правильных руках. Особенно, когда муж влюбленной особы – дикий ревнивец, и мог повести себя совершенно непредсказуемо, нанеся ущерб политическим планам правящей семьи -Я не понимаю о чем вы говорите, и вам лучше уйти, что-то я себя неважно чувствую. -Я понимаю ваш страх и нежелание говорить на столь деликатную тему, а потому спешу вас уверить, что не собираюсь копаться в деталях давно прошедших лет. – ответом ему послужило молчаливое согласие, «если не начала звать секретаря, значит, пока я не переступил грань дозволенного», - Мне известно, что Минеко шантажировала вас, и я могу помочь вам избавится от этого ярма. Наверняка, у вас сейчас возник вопрос – какой резон мне помогать вам? Причина в том, что домашняя коллекция советницы, включает в себя больше пары неосторожных писем по юности. И не обижайтесь на меня за нескромное сравнение, я лишь открываю пред вами все карты: я точно такая же жертва обстоятельств, как и вы. Теперь, когда между нами более не осталось недосказанностей, я спрошу прямо – готовы ли вы посодействовать в уничтожении этой самой коллекции? – «мда… строить вдохновенные речи как Хаширама, у меня не получалось никогда, но хоть что-то у нее в душе, должно было всколыхнутся, зря я что ли на больной мозоль с ноги надавил?» - слегка занервничал Тобирама, когда после его тирады, возникла тишина, словно он находился в помещении один. Но все тревоги развенчались, когда занавески колыхнулись, и на свет сперва показалась бледная худая рука, распахнувшая тяжелый бархат штор, а затем и лицо, уже не молодой женщины. Госпожа, не лукавила, когда ссылалась на плохое самочувствие, ее внешний вид, и вправду, был весьма болезненный. На Сенджу смотрели слегка испуганные, круглые глаза. Тонкие плотно сжатые губы, слегка дрожали, а голова непроизвольно подергивалась время от времени. В своей многослойном, соответствующем женщине ее статуса одеянии, скрывающем все очертания фигуры, кроме запястий, она смотрелась до смешного нелепо. «Будто на вешалку в прихожей накидали кучу вещей, и она вот-вот свалится под их тяжестью». Тобирама вспомнил, как Минеко однажды обмолвилась о тропической лихорадке, которую несчастная умудрилась подхватить по молодости во время морского путешествия. Тень жалости, промелькнула во взгляде Тобирамы на это ранимое и неприспособленное к дворцовой жизни создание. -Если бы я тогда… - голос дрожал, словно осенний лист на ветру, -Пятнадцать лет назад, могла представить, к каким последствиям приведет мой невинный, детский интерес…Это так гадко, так низко, использовать… - на широко распахнутых, оленьих глазах, все же заблестели слезы, «Да уж, ситуации не позавидуешь. Конечно, в запасе имеется вариант подождать, пока благоверный сам не откинется, зря что ли на службе состоит? Но ожидание и так растянулось, вон, как бедолага одичала» -К сожалению, госпожа, мир не без ушлых людей. – с хорошо имитированным сочувствием на лице, отвечал Тобирама, глядя как госпожа, быстро убрала рукавом непрошенную влагу с глаз, - Но сейчас, у вас есть возможность избавить мир от одного представителя этой бесчестной братии. -Если уж, как вы сказали, между нами более не осталось недосказанностей, то почему бы не поведать причину вашей вражды? -Понимаю и принимаю ваше недоверие, мне изначально, следовало быть с вами до конца откровенным. Видите ли, какая история… Если вам угрожали расторжением брака, то меня наоборот – вынудили пойти под венец, что пускай и обычная, но не менее неприятная ситуация. Я бы мог пустится в подробности, однако, думаю вам это не нужно. Теперь, когда я надеюсь, развенчал ваши сомнения, я спрошу еще раз – вы согласны на сотрудничество? -Думаю… Я итак, слишком долго бездействовала, чтобы и дальше оставаться в стороне. Но, перед тем как дать согласие, я хочу знать на что я подписываюсь? -Уважаю вас за храбрость, госпожа. – выдохнул про себя Тобирама, - Вам не придется ничего делать, я верну вам ваши письма, а вы, обвините советницу в злоупотреблении служебным положением. Уверен, вам будет о чем рассказать, за все то время, пока вы закрывали глаза. -Вы явно переоцениваете мое влияние. – госпожа слегка замялась, и шиноби верно усмотрел в этом колебания от неуверенности, кто при дворе друг, а кто враг, а потому ее следовало направить, что как ни странно, не вызывало у Сенджу раздражения, «лучше иметь дело с такими неискушенными простушками, нежели класть голову в пасть ко льву за сомнительную выгоду» -Никак нет, госпожа. Кому как не представительнице главной ветви и близкой родственнице императора, поверят и проведут расследование? И раз уж мы отныне в некотором роде партнеры, разрешите, воспользоваться этим положением и дать совет? – и дождавшись молчаливого согласия, Сенджу продолжил, - Обратитесь к своему дяде, достопочтенному господину Ичидзе, он не оставит в беде дорогую племянницу. – позволил себе легкую улыбку Тобирама «Ну чтож, теперь вся надежда на тебя, Тока-чан…» *** Тем временем, за тридевять земель от столицы, в покуда спокойной скрытой в листве деревне, Сенджу Тока разразилась громким чихом, чуть не выронив лампу от неожиданности. «Видать, кто-то меня не очень хорошим словом поминает». Куноичи уже успела облазить все комнаты заброшенного дома, и все они в итоге оказались пусты. Единственным, достойным внимания предметом, стала картина, занявшая пол стены в центральной комнате. Сначала, Токе показалось, что она нашла нечто, что искала и что приведет ее к цели. Каков момент радости был, когда осматривая очередную пустую комнатушку со спертым и густым от пыли воздухом, освещая дребезжащим светом лампы небольшой клочок пространства вокруг себя, она наткнулась на лик прекрасной девушки. Сенджу аж вздрогнула от неожиданности, настолько живым вышел портрет. Искусстно выполненное, живописное полотно, не смог испортить даже желтоватый налет времени. И тем инородней смотрелось сие, тянущее на музейный экспонат творение, вися в этом обшитом дешевой вагонкой склепе. Увековеченная зеленоглазая незнакомка, загадочно улыбалась уголками губ, по кокетливо оголенному плечу, спускались волны светлых волос с рыжеватым отливом. Она была словно мираж, будто художник создал собирательный образ неизменного идеала женской красоты, никогда не существовавшего в природе. Казалось, что по всем законам жанра, за портретом таинственной особы, должен был оказаться сейф, тайник, проход, хоть что-нибудь. Но - нет. Аккуратно сняв скобы, поддерживающие края картины, и позволив ей с громким шелестом осесть на пол, Току ожидала лишь глухая стена безо всяких секретов. Как она только вокруг нее не танцевала, и на наличие обманок проверяла, и дощечки отколупать пробовала, и простукивала, и с другой комнаты пробраться пыталась. Вообщем, оставалось только с бубном пошаманить, ведь все варианты, включая абсурдные, уже были испробованы. «Или же, сломать стену, жаль только, что в данных обстоятельствах нельзя провернуть этот нехитрый способ». Определенно, здесь была какая-то хитрость, которую Тока все еще не смогла раскусить, отчего она начинала раздражатся. «Следов действия какой-либо техники я не обнаружила. Значит, я что-то упустила, только что? Неужели эту мазню повесили просто так, спецом ради таких как я, поглумится. Либо же, отвлечь внимание от детали, которая не сразу на ум придет…» Поразмыслив, она вернулась в самую первую комнату, откуда и начала поиски. Глядя на металлический крюк на потолке, с которого ранее, куноичи сняла лампу, ей в голову, вдруг пришла до боли простая, но на первый взгляд неочевидная вещь. «Почему лампа висела именно в этой комнате? Гораздо логичней, было оставить ее в парадной». Потолок, благо, был не высокий, и Сенджу легко дотянулась до крюка рукой, хоть и пришлось стать на носочки. Прибавив в руку чакры, куноичи потянула его на себя, но эта попытка ничего, казалось, тот был привинчен намертво. «А что если?..» - пришла в голову взломщицы идея, которую она тут же применила. Пошатав железку в стороны, глаза Токи расширились от радостного предвкушения, когда тот подался в левую сторону. Стоило применить еще чуть силы – и крюк повернулся подобно ключу. В следующий момент, где-то в одной из комнат послышался громкий щелчок, за ним последовал продолжительный скрежет, будто по полу двигали тяжелую мебель. Куноичи незамедлительно последовала на звук, который, ожидаемо, исходил из комнаты с картиной. Стена с портретом, который ранее, не без усилий, был кое-как возвращен на место в первозданном виде, в буквальном смысле «отъезжал» назад. Снова послышался щелчок, и стена остановилась. «Видимо, в доме действует какая-то внутренняя механика. Теперь понятно, почему я ничего не ощутила. Я ведь в первую очередь шиноби, и ожидала от советницы хитросплетенной техники, ловушек для любопытствующих, но не защитной системы как у последнего набоба». Пространство за стеной оказалось довольно маленьким, представляя собой небольшой, узкий коридорчик. Когда свет лампы достиг самого дальнего угла, взгляду Токи предстали сложенные друг на друга сундуки, похожие на те, которые используют перевозки груза на кораблях, запечатанные тяжелыми, под стать амбарным, замками. Вопрос, с чего начать, отсеялся, стоило куноичи получше присмотреться к «кладу». Помощником в этом, как ни странно, послужила пыль. На одном из сундуков, в нескольких местах виднелись недавние следы от ладоней. Не обошлось и без трудностей - с замком пришлось изрядно попотеть, но в итоге и он был повержен, упав к ногам смекалистой куноичи. Внутри оказалось не густо, для ожиданий Токи, что при слове «архив», представляла себе нечто иное. Всего пара зашифрованных свитков, связка разных по размеру конвертов, картонная шляпная коробка, и несколько личных вещей, как успела сделать вывод Сенджу, открыв шляпную коробку. «Сентиментальная советница – звучит как оксюморон, но тем не менее, глаза меня не обманывают» - подивилась про себя куноичи, повертев в руках старую фотокарточку с сопливо-лирической подписью на извороте, потрепанную книженку с пожелтевшими страницами. Не сумев побороть любопытство, Тока немного пролистала обветшалое издание, с как выяснилось, художественной повестью. На форзаце стояла чья-то подпись, вывод – подарок. «Забавно, какие заурядные секреты бывают у незаурядных личностей» - сделала вывод девушка, захлопнув зачитанную до изломов на корешке книгу. Не став разбираться, какие из стопки писем нужные ей, Сенджу впопыхах, запихнула всю связку в припрятанную ей по случаю тканевую торбу на завязках, и перекинув добычу через плечо, собралась, наконец, покинуть эту могилу чужих тайн. Ей хотелось бы прихватить и свитки, так как они могли помочь прояснить некоторые мутные дела, но останавливало, что они в равной степени, могли оказаться бесполезны. Засовывая вывернутое содержимое обратно в сундук, Тока заметила нечто, что ранее пропустила, увлеченная открывшемся изобилием. На дне, в углу, куда она намеревалась водрузить шляпную коробку, тускло блеснул мелкий ключик. Подняв находку с броским номерным брелоком, до куноичи дошло, что открывал этот ключ. «Ключи от банковской ячейки, просто так, на дне архивов не валяются. Надо захватить с собой, чую, все самое интересное, нам только предстоит распутать. Пускай, советница пойдет ко дну под грузом своих секретов».