Драконы Перна: справочник для новичков

      AU, ООС, неканон – неизменная атрибутика любого фандома, малого или большого, популярного или не очень. И «Всадники Перна» – не исключение, ибо даже в самом подробно прописанном мире фанаты углядят «несправедливость» и захотят ее «исправить»… после чего остается только пожинать плоды. И здесь мы разберем самые популярные отступления от канона в мире Перна… вместе с самыми простыми способами этих отступлений избежать.       1. Цвета драконов. Самая, пожалуй, больная тема, ибо среди англоговорящих фанатов вполне обычным делом стали «красные», «медные» и, чтоб мне в Промежуток провалиться, «мифриловые» драконы. В русскоязычной среде подобное пока еще встречается редко, хотя иногда, вдохновленные симпатягой Рутом, фанаты-таки клепают белых дракончиков на конвейере, пусть даже сама Энн Маккефри не раз заявляла, что Рут такой единственный и неповторимый: белых драконов не было и больше быть не может, ибо так сказал Заратустр… автор.       Итак, в каноне на Перне существуют пять основных драконьих цветов: золотые самки-королевы, бронзовые, коричневые и голубые самцы, зеленые бесплодные самки (в порядке уменьшения размеров). Столь необычный спектр можно попытаться объяснить генетически, и, если кратко, то драконий цвет формируют три компоненты: золотой, коричневый и цветной. Металлический оттенок проявляется только у драконов высшего ранга – золотых королев и бронзовых самцов – тогда как остальные его не имеют. Следовательно, никаких «медных» драконов быть не может по определению – у этих товарищей с красным пигментом вообще напряженка: даже кровь у них зеленая, а мышцы – серебристо-зеленого цвета, поэтому шкура тоже может быть зеленой, может быть голубой, может быть бронзовой (зелено-золотисто-коричневой), но уж никак не фиолетовой.       Вдобавок, если уж так хочется «экзотики», то почему бы не поиграть с уже существующими цветами? Между прочим, не все голубые драконы одного оттенка: существуют и просто голубые, и темно-синие, и лазурные. То же с зелеными, и с коричневыми (от светло-кремового и до темного шоколада), и даже с королевами – недаром же Морита упоминала, что у ее Орлиты «неклассический оттенок золотого», а Брекки замечала за Вирент легкий оттенок оранжевого. Жажду черных драконов можно компенсировать бронзовыми – среди них встречаются особи с очень темным, почти черным цветом шкуры – а белых, раз уж Рут такой уникальный, всегда можно заменить драконом со сливочно-зеленой или бледно-голубой окраской.       Да, тонкий момент: отчетливо выраженные пятна на шкурах драконов… нежелательны. Сама Энн Маккефри говорила, что окраска дракона в чем-то напоминает окраску буланой лошади – где-то потемнее, где-то посветлее, но в целом равномерно, поэтому полосатые и мраморные шкуры скорее вызовут нездоровый интерес целителей: это что ж за хворь-то такая приключилась?.. Впрочем, если уж хочется яркой визуальной индивидуальности, можете попробовать шрамы от Нитей. Они постепенно затираются, но поначалу выглядят как темные полоски и пятна самой различной формы. Perfect!       2. Негласные правила Запечатления. Иначе говоря – свистопляска со всадниками и всадницами: согласно канону, на зеленых и голубых драконах могут летать как мужчины, так и женщины, на бронзовых и коричневых – только мужчины, на королевах – только женщины.       Объясняется это рангом: если голубые самцы и зеленые самки являются низкоранговыми драконами и не вовлечены в размножение ни под каким соусом (следовательно, могут делать что хотят, на популяцию в целом это не повлияет), то коричневые, бронзовые и золотые являются залогом будущего драконьего племени, поэтому выбирают себе именно гетеросексуальных (на худой конец – бисексуальных) всадников своего пола. Следовательно, никаких «золотых всадников» и «бронзовых всадниц» быть не может – это противоречит изначальной задумке создательницы драконов, мадам Китти Пинг Янг, благодаря которой зеленый дракон может выбрать всадника с «женской» натурой, а голубой – всадницу с «мужской», но вот драконы высших рангов уже менее лабильны в этом вопросе, и за всю двухтысячелетнюю историю Перна программа ни разу не давала сбоев (по крайней мере, в Архивах ничего такого не упоминается).       А потому у меня вопрос: ну и чего огород городить? Хочется яоя? Зеленый всадник вам в помощь. Хочется юри? Голубые всадницы не возражают против брачного полета. Хочется гета? О-о, сколько возможностей… Перн – он такой, нерезиновый, но всадник или всадница любой ориентации может найти своего дракона, для чего совершенно не обязательно «ломать канон» и заставлять золотую королеву выбирать мужчину. Между прочим, зеленых и голубых драконов в Вейре большинство – около трех четвертей всей популяции – так что получить дракона такого цвета намного проще, чем проторчать на Площадке несколько Рождений и дождаться-таки «нестандартного» бронзового!       Еще один вариант – отношения с не-всадниками. Да, не слишком популярно, ибо романтика без брачного полета – это как-то не по-перинитски… но, с другой стороны, отношения с обычным холдером или бродячим арфистом – чем не тема? Тут вам и совместные катания на драконе, и полеты на южные берега, и любование лунами под перепончатым крылом… нет, ну правда. В придачу можно прикрутить бунт против жесткой иерархии Вейра, побег из родного Холда и прочие драмы. Лепота!..       3. Разумность драконов. Вот тут порой бывает тя-яжко… С одной стороны, драконы Перна определенно разумны или, по крайней мере, полуразумны – они имеют свое мнение, они могут не во всем соглашаться со всадником, им ведомо чувство прекрасного. Личность дракона формируется под влиянием всадника (так же, как на характер всадника влияет телепатический контакт с драконом), но при этом характеры человека и зверя могут разительно отличаться: скажем, несмотря на стервозный нрав Килары, золотая Придита была приятна в общении, а робкой зеленой всаднице Тай досталась решительная и не лишенная здорового нарциссизма Заранта.       С другой – интеллект дракона явно ограничен по сравнению с человеческим: скажем, память драконов распространяется всего на пару дней в прошлое, после чего ненужные события забываются, и при всем желании крылатому зверю будет непросто вспомнить несущественную для него деталь, случившуюся неделю назад. Еще драконы весьма практичны и с трудом воспринимают отвлеченные понятия: сослагательное наклонение для них как бы не существует, и болтать с драконом на тему «если бы» – гиблое дело, потому как в его сознании существует только текущий момент настоящего времени – и в Вейрах шутят, что потому-то каждому дракону и нужен его всадник. Также лишь самые умные драконы могут прыгать через Промежуток без всадника, лишь самые умные драконы понимают саму концепцию прыжков во времени, лишь самые умные драконы разбираются в сложном устройстве человеческого общества… и так далее, и тому подобное.       Впрочем, даже в отношении Рута, этакого гения драконьего племени, его всадник Джексом говорил, что «Он так хорошо все понимает – почти так же, как человек!». Рут, конечно, тут же с укоризной поправил своего человека, но факт остается фактом: даже всадник умнейшего дракона на Перне не считал его себе ровней, да и во многих других ситуациях можно заметить, что всадники частенько относились к своим зверям как к чему-то среднему между маленьким ребенком и домашним животным. Да, они искренне любили своих партнеров, заботились об их здоровье и душевном благополучии… но при этом не больно-то учитывали мнение дракона, когда речь заходила о сложных вопросах, не связанных с крылатым зверем напрямую, а философские изречения в исполнении дракона воспринимались как нечто явно выходящее за рамки нормы (вспомните реакцию Мориты на подобные выказывания Орлиты).       Что же получается? Огромные разумные существа, которые чисто физически намного превосходят любого человека, но в силу умственных ограничений не могут представлять для него угрозу? Звучит противоречиво, но, возможно, именно так и задумывала изначально мадам Китти Пинг Янг? Отсюда и телепатический симбиоз, без которого дракону не выжить, и достаточно мягкий нрав, препятствующий причинению вреда человеку, и не слишком развитый интеллект, в определенных моментах уступающий даже огненным ящеркам-файрам – ведь у них, в конце концов, есть «память поколений», что позволяет даже новорожденной королеве ознакомиться с опытом своих предшественниц, тогда как дракон редко задумывается о прошлом или будущем, и если камень теплый, брюхо полное, Нитей нет в воздухе, а его всадник в порядке – громадному зверю этого будет вполне достаточно.       Поэтому, с одной стороны, я понимаю авторов фанфиков, что «прикручивают» драконам недюжинный интеллект – все же непривычно, что воплощение мудрости в мирах фэнтези в мире научной фантастики опущено до полуразумного животного! – но, с другой стороны, я против того, чтобы менять драконов Перна в угоду изменившимся за полсотни лет представлениям. В конце концов, когда писался «Полет дракона» (1968-ой год издания, на минуточку), образ крылатого ящера только начал выходить из своего «средневекового» амплуа страшного чудовища, похищающего принцесс и почивающего на золоте: злодеям по определению не положено быть умнее людей, но по сравнению с тем же толкиновским Смаугом Мнемент – няшка и прелесть, а рядом с драконом из «Заповедника гоблинов» (вышедшем в том же 1968-ом году) любая зеленая покажется интеллигентнейшим существом, с которым можно вести долгую и интересную беседу об особенностях применения телекинеза в деле борьбы с жуками-вонючками.       Да, не Эйнштейны. Да, Перн – это история в первую очередь о людях, а не драконах. Да, кому-то особенно чувствительному это покажется издевательством – как же, великие и могучие звери не способны научиться рисовать и целыми днями дрыхнут на солнышке…       Но вот такие они, эти драконы Перна.