Куанг Чай: история попаданчества

      - Блин!       М-24 скинул с плеча мою тушку, и я глухо шлёпнулась задом (уже второй раз за день, блэт!) о бетон. Боль с задницы перешла на копчик, к ней присоединились едва ощутимая тошнота и головокружение. «Желудок передавил, мразота!» - думала я, сидя неподвижно. Мне нужно было прийти в себя, чтобы не выплюнуть сегодняшний обед, поэтому я закрыла глаза и медленно вдыхала через нос. Запах сырости и гнили я старалась игнорировать, но моментами тошнота подступала слишком близко к горлу, и мне приходилось просто задерживать дыхание.       - Эй, ты умереть раньше времени решила? - обратился ко мне М-21. Я медленно повернула голову в его сторону и, взглянув удручённо, произнесла:       - Нет, сюрприз хочу вам сделать.       - Сюрпризы мы не очень любим. - М-24 сел на большой ящик у одной из стен подвала. Да, меня затащили в вонючий и сырой подвал, кинули на холодный бетон и теперь наверняка будут подъёбывать. Это так в духе М-21. Но, видимо, у шуток оборотня сегодня был выходной.       - О-о, не беспокойтесь: всем людям нравится радуга. Уверена, она вам тоже понравится. - язвительно ответила я и тут же отвернулась, потому что тошнота снова накатила волной.       - Вообще-то, мисс, мы не совсем люди. - услышала я голос М-21. - Но тебе это не обязательно знать.       - Да ладно? Вы же всё равно меня убьёте, как только получите желаемое. Так хоть секретики свои женские раскрыли бы, я перед кончиной повеселилась бы... - ехидная улыбка поселилась на моих губах.       Я знала, что тону. Но ничего не могла поделать: так у меня срабатывал механизм защиты - опускать шуточки в адрес оппонента. Поэтому и сейчас я старалась подъебнуть находящихся перед собой мужчин.       - Как вы вообще здесь можете находиться? Здесь же капец как грязно, - я оглядела вокруг, недовольно морща лицо, - воняет не пойми и чем и... КРЫСА! - я завизжала так, что пищащая тварь, появившаяся из-за какого-то мешка, спряталась обратно. В панике я отползла к стене и поджала под себя ноги. Крысы, здесь были крысы!       - Чё смотришь, белобрысый? Ты не мог покошернее место выбрать? - моя злость, вызванная испугом, начала выливаться на М-21. - Здесь же полно крыс, мать вашу! Фу, фу!       На лица похитителей нашла тень непонимания. Похоже, они были в шоке, что в жизни вообще такое случается.       - Противные твари... - бормотала я, поднимаясь на ноги, - и крысы и эти двое...       - Куда собралась? - я уже встала на одно колено, как услышала подозрительный лязг.       Обернувшись, замерла: М-21 демонстрировал свои острые когти, улыбаясь так, будто я была овечкой, а он волком.       - В-в принципе, никуда, но крысы... - я продолжала стоять в одной позе, хотя у меня уже побаливало колено от неровной поверхности бетона. И вдруг отвесила мужчине комплимент: - А маникюрчик ничего. Напишешь телефон мастера?       «Лучше свой телефон оставь, я тебе обязательно позвоню, волчонок!»       - Смеяться вздумала? - брови белобрысого сошлись на переносице. Взмах - и стоящий рядом ящик разлетелся в щепки. Я сглотнула.       - Поняла, поняла... - мой мирный тон вызвал у М-24 небольшую улыбку. - Но я хотела бы перебраться в другое место, подальше от крыс...       - Если ты шевельнёшься хоть ещё раз - я покалечу твоё милое личико. - М-21 поднял когтистую руку на уровне своих глаз.       - Ты находишь моё лицо милым? Спасибо. - вполне серьёзно ответила я, хотя внутри всё дрожало от страха. Когтистая лапа седоволосого шлёпнула её владельца по лицу.       Кажется, я немного, совсем каплю, довела его.       - Ребят, может, договоримся?

***

      «Язык мой -враг мой» - эта пословица точно про меня. После моих скудных подколов (я не считала свои шуточки прям горящими) модифицированные завязали мне рот тряпкой и усадили подальше от крыс. Теперь мы с М-24 делили один ящик на двоих. Я словно недовольная тётка, сидящая на балконе и раздражённая всем в этой жизни, с презрением поглядывала на пищащих тварей, что с каждой минутой борзели всё больше и уже не боясь выглядывали из-за тряпья на полу.       М-21 беспардонно вытряхнул содержимое моего рюкзака на пол, отыскал среди общего барахла телефон и поглядел на меня.       - Я надеюсь, у тебя есть номер рыжего паренька из твоей школы, потому что если это не так - тебе не повезёт.       «Увы, М-21, но не повезло тебе, потому что номера Шинву у меня нет. А если и есть, то я хз, как он подписан», - подумала я и состроила крайне удивлённую моську: мол, какой рыжий паренёк?       - Походу, она не понимает, о чём мы говорим. - подал голос М-24. - Может, помочь ей понять? - его глаза недобро сверкнули.       - Только не перестарайся. - дал «добро» белобрысый и отвернулся, тыча что-то в экран «моего» мобилы.       «Эй, а нахера отворачиваться? Меня что, сейчас избивать будут?» - пробубнила в тряпку я и тревожным взглядом проследила за вставшим М-24. Громила встал напротив меня и, злорадно улыбнувшись, похрустел пальцами. Тревога в моей груди переросла в страх. Я почувствовала, как брови на моём переменившемся лице запрыгали от нервов. Неужели я всё-таки огребу за свой язык?       М-24 резко схватил меня за плечо, сжал с дикой силой и прошипел в лицо:       - Признавайся, как зовут того рыжего паренька и где его найти?       От боли я зажмурилась и слабо дёрнулась. Но зажатое словно в тиски плечо причинило мне ещё большую боль, и я издала жалобный стон, который тряпка превратила в непонятное мычание.       - Тебе лучше рассказать всё, как есть, потому что... - мужик замолчал. Я перевела быстрый взгляд в лица мужика на его ладонь и увидела, как сильнее сжались пальцы. Жуткая боль пронзила всю руку.       «Я не знаю ничего! Отпусти, больно!» - прокричала я, но модифицированный лишь ухмыльнулся на мой крик и так тряхнул за плечо, что я сразу поняла: плечо вывихнут. И наверняка останется синяк размером с дыню.       - Ну а теперь ты расскажешь мне что-нибудь? - М-24 резко сдёрнул тряпку с моего рта.       - Ха-а-а... - выдохнула я, - нет, я не знаю, честно...       Я хотела сказать ещё кое-что, но пощёчина заставила меня заткнуться. Согнувшись от удара, я впервые подумала о том, чтобы сказать им всю правду про себя.       Большая ладонь М-24 резко повернула моё лицо к мужчине. Я жалобно взглянула на него, но в ответ лишь получила очередной вопрос:       - Тебе что, нравится, что тебя избивают?       Я причмокнула и почувствовал солоноватый вкус во рту. Похоже, мне разбили губу пощёчиной. Господи, как жалко я выгляжу!..       - Я не...н-не здешняя. Я сегодня п-первый день... тут... в школе...       Лицо у М-24 вытянулось. Стоящий позади него М-21 обернулся и пытливым взглядом посмотрел на меня. Кажется, он тоже не ожидал такого поворота событий.       Модифицированный хмыкнул и отпустил мои лицо и плечо.       - Ах! - вырвалось у меня. Плечо сильно болело, щека горела огнём. В добавок ко всему, ко мне вернулось головокружение.       - Как думаешь, стоит ли ей верить? - спросил М-24 у друга. Тот молчал, продолжая лупиться на меня. Я измученно посмотрела на него и показала язык. Волчонок издал тихое «тц!» и отвернулся.       - Мы проверим это. - после паузы ответил он. Я уронила голову на грудь. Складывалось впечатление, будто на мои уши повесили огромные гири, и они тянули меня вниз. Серый бетон перед глазами кружился, я смотрела на мир словно из центрифуги. И вдруг мне стало совсем тяжело. Я почувствовала, что начинаю падать в этот непонятный круговорот и даже немного испугалась, но тут же это чувство исчезло. Мне стало пофиг.       Я уже почти упала с ящика носом вперёд, когда меня подхватил М-24. Последнее, что мне удалось увидеть - это его большую руку, машущую перед моими глазами. Потом темнота и какое-то неприятное, колющее спокойствие.       С таким же чувством я и очнулась. Закрытыми глазами я пыталась распознать обстановку, но кроме звенящей тишины я не слышала ничего. Пришлось приоткрыть один глаз. Мигающая лампочка едва горела под самым обшарпанным потолком. Я сразу же открыла второй глаз и посмотрела направо. Та же комната, в которой я находилась до этого, но только освещённая лампочкой, а не сумерками, как некоторое время назад.       Я попыталась встать. Вывихнутое плечо дало о себе знать: пришлось поднимать на одной руке, а это было пипец как неудобно. Я аккуратно спрыгнула со своего ложа - двух сдвинутых ящиков - и медленно прошла к двери. Подёргала ручку.       - Угу, кто бы её открытой оставил... - пробубнила я, мрачно оглядываясь в поисках того, что поможет мне вскрыть замок. Конечно, я могла бы попробовать её просто вынести, но... Во-первых, моё тело в 18 лет не отличалось особой крепостью (да и не только в 18), во-вторых, у меня уже было повреждено плечо, а в-третьих, моих сил не хватило бы даже выбить её.       - Черти полосатые! - выругалась я, возвращаясь на ящик. Я ещё помнила тех крыс, которые кишели где-то под тряпками, и в глубине души ужасно боялась, что они меня всё-таки достанут. Но раз, пока я спала, они не отгрызли мне пятки, то можно и не сильно трястись.       Я ещё раз обвела комнату пытливым взглядом и увидела мелочь, которую не заметила в первый раз: рюкзак и его содержимое. Припоминается, всё это должно лежать почти у самой двери, но чья-то «заботливая нога» запинала их под стул.       Я бегом добралась до вещей и стала перебирать их целой рукой. Ничего такого, что помогло бы мне сбежать...       - Ну хоть что-нибудь! Заколка, невидимка, отвёртка!..!       Хватая всё подряд, я неожиданно схватила ту странную железную коробочку. В ней что-то подозрительно прогремело. Быстро открыв её, я радостно улыбнулась: шпильки!       - Пошла жара в дом! - прохихикала я, подлетая к двери и медленно вставляя в замочную скважину предмет для волос. На секунду я замерла, прислушиваясь к звукам. Вокруг по-прежнему царила тишина и даже крысы, противные и пищащие, куда-то подевались.       - Давай, милая, давай, - приговаривала я, активно двигая шпилькой в замочной скважине. Прошло 5 напряжённых секунд и - замок щёлкнул! Я перестала дышать от волнения и медленно приоткрыла дверь. Тихо, как и прежде.       Про себя злорадствуя над глупыми похитителями, я на цыпочках вышла в прохладный коридор. Когда меня заносили в здание, я уже пребывала в сознании, и примерно помнила дорогу. Вот здесь направо, здесь по лестнице вверх, а там налево... Нет, тупик, значит, опять направо.       Очередной поворот принёс мне неприятный сюрприз: странные звуки, похожие на хлюпанье, раздавались в самом его конце. Я сглотнула: меня охватили паника и ужас. Неужели М-21 и М-24 вернулись? «Нет, это не они!» - с облегчением подумала я, разглядев в полутьме сгорбившийся тощий силуэт, но тут же сжалась внутри: я догадалась, кто находился в том конце коридора.       «Почему именно сейчас?» - я аккуратно зашла за угол, чтобы не светиться перед заражённым. Сомнений не было: это был вампир, мутант, созданный М-24 для охоты за Шинву и остальными ребятами. Но сейчас он, как мне думалось, приглядывал за мной.       Однако, почему не в камере или хотя бы не рядом с ней?       Со стороны вампира снова раздались чавкающие звуки. В эту же секунду послышался звук расплёскивающейся жидкости. Я, влечённая любопытством, выглянула, и моя челюсть отвисла в мгновение: было видно, как вампир рвал тело своей жертвы, окропляя кровью несчастного пространство вокруг себя. Чувство тошноты вновь вернулось ко мне; я прижалась к стене, зажимая себе рот и стараясь проглотить жёлчный ком в горле. Что поделать - от вида крови меня иногда выворачивало.       Вернув себе самообладание, я прислушалась: подозрительная тишина после дурного чувства ударила по ушам так, что я первые несколько секунд не понимала - звенит в голове или в коридоре?       Пересиливая свой страх и подпитываемая любопытством, я чуть-чуть выглянула в коридор. Лучше бы я этого не делала...       Мутант стоял, немного горбясь, и неподвижно смотрел прямо на меня. Что мне крышка - я поняла сразу, но упрямо стояла на месте, лупясь на нелюдя. Такими взглядами мы обменивались несколько моментов, затем мутант растянул в плотоядной улыбке рот, и до моих ушей долетело шипящее «ха-а-а». Это был сигнал, означающий: «Ран, Куанг, ран!».       Я вздрогнула. Сочтя моё нелепое движение за побег, вампир кинулся ко мне. Я с криком отступила назад, резко развернулась и кинулась обратно в подвал. Вампир буквально дышал мне в спину, когда я уже подбегала к заветным дверям. И тут - херакс! - и я лечу лицом вниз.       Боясь нападения сзади, я резко перевернулась на пятую точку и тут же приняла на себя вес всей туши вампира. Он накинулся на меня и повалил, тянясь своими острыми клыками к моей шее. Я брыкалась, стараясь скинуть это грязное и вонючее тело с себя, но всё было бесполезно. И тут до меня дошло: надо освободить руку! Хотя бы одну! Но желательно правую, ибо в ней у меня лежала спасительная шпилька.       «Что, что делать? Как его скинуть?» - крутилось в голове, которой я мотала из стороны в сторону, защищаясь от клыкастого. Надо было задействовать ноги, но на них сидел мутант. Однако, попытка не пытка, и я попыталась вытащить хотя бы одну ногу.       - Да! - от радости ко мне вернулась способность говорить. Попытка оказалась удачной; левая нога была теперь свободна, и я ей мгновенно воспользовалась.       Помнится, с 16 до 18 лет я ходила в школу тхэквондо с целью научиться самообороне. Успехами особыми я не отличалась, соревнования не посещала, но кое-чему всё-таки научилась. Например, демонстрируя неплохую растяжку, бить пяткой в нос. Как-то раз я таким образом сломала нос своему отцу, который просто баловался со мной...       Наверное, и в этот раз я переборщила, потому что нелюдь, отлетев и шмякнувшись о бетонный пол, тихонько взвыл. Я тут же подскочила; вампир вскочил следом, держась за кривой нос, который напоминал мне тупой угол в треугольнике.       Теперь дело оставалось за малым. Не знаю, откуда у меня появлялось столько смелости и силы в определённые моменты критической ситуации, но это всегда помогало мне. Будто у Христа за пазухой.       - Иди ко мне, ляпота, поиграем. - улыбалась я, полностью уверенная в своих силах. Пальцы аккуратно перебирали в руке шпильку: моё единственное спасение. Я точно знала, куда бить, чтобы выиграть достаточно времени на побег.       Вампир кинулся на меня; я собралась всю свою смелость в кулак, крепко сжала булки и приготовилась защищаться. Острые когти кровососа срезали мне пару волосинок с кончиков волос, когда я пригнулась. В этот же момент мне удалось воткнуть шпильку в колено нелюдя. Тот взвыл; повторный вой раздался уже тогда, когда я вынула шпильку и из раны хлынула небольшая струйка крови.       Я отскочила от вампира, наблюдая за тем, как кровосос падает на одно колено. Это был ещё один шанс: моё колено ударило точно в подбородок мерзавцу. Тощее тело завалилось на спину, издав болезненное «а-аргх!». Я уже плохо отдавала себе отчёт, что делаю, ведомая мыслью, что это спасёт мне жизнь.       Пока мутант лежал, я подбежала к нему и, присев рядом, с размаху вогнала шпильку в глаз. Тот дёрнулся, но я крепко схватила его за волосы, не давать отвернуться.       - Погоди, сейчас мы тебе коррекцию и на втором глазу сделаем. - пропыхтела я, всаживая предмет для волос во второй глаз. Вампир снова взвыл и резко вздрогнул всем телом. Как итог: порванный рукав правой руки и две царапины во всю щёку.       Тупая боль разлилась по всей руке и лицу; я отпрянула от корчившегося в болях тела, держась за плечо. Вывихнутое и расцарапанное, оно приносила мне ужасное неудобство.       - Будешь знать, как поднимать руку на девушек, сутенёр проклятый. - сквозь зубы прорычала я, сплюнула на штанину вампиру, и быстро, насколько могла, побежала к выходу.       Последнюю дверь я уже открыла с ноги. Тут же в лицо ударил ночной прохладный ветер и несколько ночных бабочек, кружившихся у лампы над входом, врезались мне в лицо.       - Уйдите, противные! - я отмахнулась от насекомых. Куда дальше: направо или налево? Или прямо? Я не помнила дорогу, ведущую от подвала, где меня держали, потому что в тот момент, когда меня сюда волокли, я «была на важных переговорах», то бишь без сознания.       Сердце подсказывало, что нужно бежать влево, а мозг кричал, что нужно бежать к свету. Свет был только в левой стороне, за высокой сеткой и несколькими небольшими деревянными зданиями, напоминавшие склады. Я кинулась туда, на ходу оглядываясь. Мне повезло: часть сетки была снята, я без труда покинула территорию и опрометью, чувствуя свободу, кинулась к фонарю. Там я остановилась, чтобы передохнуть. Кажется, сила и уверенность начинали улетучиваться, потому что я уже порядком устала и мне всё казалось, что из темноты вот-вот выскочить вампир или М-24 с М-21.       Я потратила секунд десять на отдышку и побежала дальше, куда глаза глядят. Пробегая мимо очередного склада (к тому времени я уже потеряла их счёт), я услышала молодые голоса и смех. Мне пришлось на секунду замереть и задуматься: а вдруг эти ребята решат меня изнасиловать? Но и покусанной мне не хотелось быть...       - Ладно, если даже они и решат меня насиловать, то рано или поздно придёт этот сранный вампир и сожрёт их. Я хоть и буду опозорена, но буду спасена, если меня вместе с ними не сожрут... - размышляя вслух так, я побежала на голоса.       Компашка из 9 человек встретили меня весьма изумлённо. Видимо, они и предположить не могли, что тут, кроме них, тусует ещё кто-то.       - Ты кто такая? Что тут забыла? - спросил один из парней, отделившись от всех и выйдя вперёд. Я оглядела мельком всех и с облегчением выдохнула: на них была форма школы Ё-ран!       - Помогите, прошу. - начала я. - Я заблудилась и на меня напали маньяки. Видите, что они со мной сделали?       Я показала ребятами окровавленное плечо. Те раскрыли рты; по их лицам было видно, что они вполне верят мне и напуганы таким неожиданным поворотом вечера.       - Прошу, уходим быстрее! Они идут за мной и очень скоро будут тут. - я начинала паниковать и психовать. - Где дорога?       Перепуганные моим поведением и словами подростки быстро покинули склады вместе со мной. Я ужасно боялась, что вампир погонится за мной и перебьёт всех нас, потому оглядывалась и вздрагивала от любой тени. Через пару минут мы стояли у пустынной дороги, и парень, с которым я разговаривала вначале, объяснил, где рядом находится ментовка. Я попросила его проводить меня, но он отказался.       - Мы незаконно пробрались сюда, нас могут наказать, а я не хочу, чтобы отец знал, где и с кем я гуляю. И не хочу проблемы с полицией.       Я поджала губы: ясно всё с вами, лишь бы свою шкуру спасти.       Мы быстро распрощались; ребята опрометью кинулись по дороге в сторону центра, а я побежала в сторону полиции.       На самом деле, никакой полиции здесь и не было. Это был просто охранник, который торчал в подсобке главного здания и пялился в камеры. Он был крайне удивлён и раздражён тем, что кто-то среди ночи стал ломиться в дверь здания.       - Чего надо? - рявкнул он, раскрыв на всю ивановскую дверь. Я уже хотела кинуться внутрь, но вовремя посмотрела перед собой: дуло пистолета смотрело прямо мне в лоб. Я на автомате подняла руки и протараторила:       - Помогите, пожалуйста; на меня напали маньяки, и, возможно, они ещё преследуют меня. Ай-яй! - я схватилась за раненное плечо.       Видя, что я не притворяюсь, мужчина средних лет впустил меня внутрь, отвёл в свою комнатку, налил чаю и вышел, чтобы позвонить. Я дрожала всем телом, грея холодные руки о горячую кружку. После такого всплеска эмоций, я всегда отходила тяжело. Обычно на меня находили слабость и недомогание, трясло от нервов и холодели конечности. Что происходило и сейчас.       Охранника не было уже довольно долго. Я начала нервничать и даже стала высматривать себе оружие для самообороны, но мужчина вернулся и заявил, что полицейские прибудут с минуты на минуту.       - Может, расскажешь, кто за тобой гнался? - спокойно спросил охранник, сев напротив меня и сложив руки на груди. Меня затрясло настолько сильно, что я едва помотала головой.       - Ладно, вижу, что ты не в состоянии. Попей чая, а то замёрзла вся, бедная девочка...       Полицейские сразу же отвезли меня в больницу. Медсестра, пока делала мне перевязку, выпытывала адрес, по которому я проживала.       - Я не знаю. В смысле, не помню... - устало отвечала я, смотря себе под ноги. Я почувствовала удивление девушки и даже взглянула, чтобы удостовериться в этом. Больше она мне вопросов не задавала.       Но завалил меня вопросами полицейский, который ввалился ко мне в палату, едва меня привезли из кабинета рентгена. Как я и ожидала: простой вывих плеча.       Несмотря на запреты врача, молодой полицейский всё-таки остался в палате и начал задавать мне вопросы: знаю ли я похитителей, где встретилась, почему оказались на складах, сколько там пробыла, почему не схватили повторно. Я отвечала не хотя. Усталость и побочные эффекты от переизбытка эмоций и адреналина не позволяли мне давать развёрнутых ответов, что очень не нравилось предводителю обезьянника. Он лукаво переспрашивал меня в некоторых моментах, внимательно следил за мимикой и жестами, но я оказалась настолько убитой, что даже враньё наглый «мусор» не смог отличить от правды. Хотя и врала я мало, но боялась, что это окончательно взбесит жучару-мента.       Полицейский ушёл, сказав, что по фамилии вычислит, кто мои родители, и сообщит им всё. Я смиренно кивала его словам, потому что другого выхода не было: я не знала ровным счётом ничего о своих родителях, но врачам и менту сказала, что это от сильного удара во время похищения. Врач сказал, что сотрясения нет и, возможно, память скоро восстановится. Я лишь усмехнулась в ответ.       - Было бы очень прекрасно...       Утром в мою палату с громким плачем ворвалась «мама». Обняв меня и прижав мою голову к своей груди, родительница причитала, обливая слезами мою макушку. Я спокойно терпела плач «матушки», смотря в одну точку и изредка моргая.       Наплакавшись вдоволь, «мать» отстранилась и посмотрела мне в глаза. Я тепло улыбнулась, чтобы хоть как-то приободрить женщину. Та улыбнулась в ответ и губами прижалась к моему лбу. Признаюсь честно: в этот момент мне стало как-то неловко. Будто со мной сделали что-то непристойное, от чего я устыдилась и смущённо потупила взор.       - Куанг, девочка моя, - голос «мамы» дрожал от слёз, - как ты? Сильно болит? - она аккуратно взяла меня за локоть. - Бедняжка, жемчужинка моя!..       Голос женщины стих; она снова заплакала, взяв мою руку и уткнувшись в неё лбом. Мне искренне стало жаль бедную женщину, и я здоровой рукой погладила её по голове. В этот момент в дверях появился «отец». Он кинулся ко мне со словами «дочь моя!», взял мою руку в свои, посмотрел в глаза и, быстро вытерев набежавшие слёзы, помог встать «матери».       - Мы так волновались, когда в 9 часов ты не пришла домой. Мы думали, что ты задержалась с друзьями в кафе или ещё где, но мы и подумать не могли... - рыдания родительницы заглушили какие-либо слова. «Отец» принялся её успокаивать, попутно говоря:       - Мы позвонили тебе, но телефон был недоступен. Мы занервничали и стали обзванивать всех твоих друзей, одноклассников. Мы даже позвонили директору Ли, и он предложил нам свою помощь...       При упоминании о Франкенштейне я кинула на отца быстрый взгляд.       - Мы были польщены, но отказались. Мы не спали всю ночь... - «папа» перевёл дух. - Потом нам позвонили из полиции, и мы сразу же приехали сюда.       - Куанг, скажи, что они не сделали тебе ничего плохого. - плаксиво произнесла «мама», присаживаясь на пододвинутый родителем стул. - Они... они не надругались над тобой?       - А вы что, не были у врача? - ответила вопросом на вопрос я. родители немного оторопели от такого вопроса и переглянулись. Я прикусила язык. «Ну блин, я же должна быть любящей дочкой, а не безэмоциональным куском мяса!»       - Простите, мам, пап, - я устало опустилась на подушки, - просто я ещё не могу отойти от событий прошлой ночи. Нет, они не надругались надо мной; просто пару раз ударили и вывихнули плечо. - моя рука автоматически коснулась перебинтованной раны. - Я в порядке, правда, и... ужасно хочу домой.       «Папа» сразу встрепенулся.       - Я сейчас поговорю об этом с врачом.       - Может, будет лучше, если мы оставим её здесь, под присмотром врачей? И сами останемся здесь на столько, сколько потребуют обстоятельства. - неуверенно возразила «мама». Но «отца» было уже не остановить, чему я искренне была рада. Осталось только получить разрешение от врача.       К счастью, это удалось.       Уже садясь в машину, я увидела, как врач подходит к моим «родителям» и что-то негромко, но уверенно говорит. Я напрягла слух, однако крики бегающих под окнами больницы детей перебивали весь разговор. Пришлось просто смотреть на говорящих и догадываться, о чём они говорят.       И вдруг родительница обернулась и с неким испугом поглядела на меня. Я замерла. Затем «мама» обернулась к врачу, что-то спросила и указала на себя. Доктор кивнул. «мама» спросила что-то ещё, махнув куда-то в сторону. Врач пожал плечами.       Я сразу догадалась: они говорят о моей амнезии.       Едва родители открыли двери автомобиля, как я нарочито любопытно спросила:       - О чём вы там шептались без меня?       - О твоём здоровье, дорогая. - ответила с улыбкой «мать», но было в этой улыбке какое-то напряжение. - Врач сказал, что пребывание в привычной среде должно ускорить твоё выздоровление. Как физическое, так и моральное.       - Моральное? - я изобразила искреннее удивление, якобы не понимая ничего. Потом, вспомнив, что сама рассказала о якобы несильном ударе головой доктору, я быстро добавила: - А-а-а! Да, я же память потеряла. Но вас я помню, - улыбнулась я «родителям», хотя никакой радости и не испытывала. Взрослые улыбнулись в ответ, но тень обеспокоенности легла на их лица.       Мы молчали всю дорогу. Я пялилась в окно на вывески, как и вчера утром, «отец» вёл машину, а «мать» о чём-то сосредоточенно думала, подперев голову рукой и тоже рассматривая красоты города.       Очутившись дома, я первым делом кинулась в ванную. Там, умывшись, я внимательно поглядела на себя в зеркало. «Ну вот и всё, пути назад нет. Я не могу жить как обычный школьник: как Шинву или Ик-Хан, принимая всё в человеческих мерках. Я знаю, я знаю больше, чем каждый из них и я... я могу предотвратить много смертей» - на этом месте я вспомнила смерть Раджека и тазик слёз, пролитых по этому поводу.       Я ванную постучался «отец» и позвал на ланч. Я ответила, что уже иду, и снова посмотрелась в зеркало. «Наверное, стоит кого-нибудь посвятить в свой секрет».       «Мама» приготовила лёгкий салат и бутерброды, разлила чай. Они с «папой» выглядели уставшими.       - Давайте перекусим и все отдохнём? Я вижу, как вы устали. - сказала я, садясь за стол.       - Ты права, Куанг, - кивнул родитель, принимаясь за салат, - нам всем стоит отдохнуть. Я не только про сон. Может, все вместе сегодня посмотрим комедию или ужастик?       - Отличная идея, дорогой. - улыбнулась «мать», кладя на мою тарелочку бутерброд. - Куанг, что ты хотела бы посмотреть?       Я задумалась.       - Я...я не знаю. - пожала плечами я, беря бутер и откусывая от него кусочек. - М-м, какой вкусный! Что ты сюда положила?       Родительница немного растерянно посмотрела на меня.       - Ну-у... это твои любимые бутерброды, с креветками...       - Оу, - сконфуженно пробормотала я, - извини, я не помню...       - Ничего страшного! - сразу же улыбнулась «мама». - Скоро ты всё вспомнишь. Надо всего лишь подождать.       - Мама права, Куанг, - мужчина оторвался от своего салата, потянулся за бутербродом. - Мы поможем тебе в этом, и твои подруги и друзья тоже охотно в этом...       - Я поссорилась с подругами. - спокойно прервала «отца» я. - А что? - перехватив их удивлённый взгляд, спросила я. - Они сплетницы. Да, самые настоящие. Как я с ними раньше дружила?       Тут у «отца» зазвонил телефон; мы с мамой переглянулись и она пожала плечами.       - Алло? Да, здравствуйте, директор Ли. - в голосе «отца» чувствовалось уважение. - Куанг уже дома, сегодня мы забрали её из больницы. Да-да, конечно передам... А, может, сами с ней поговорите?       Я напряжённо вслушивалась в разговор взрослых, но, когда услышала предложение «отца», подавилась чаем.       - С-спасибо, кхе-кхе... - поблагодарила я родителя, принимая трубку и вставая из-за стола. - Добрый день, директор Ли. - дружелюбно поприветствовала я Франки, но внутри всё дрожало.       - Добрый, Куанг. - мелодичный голосок чокнутого фанатика ласкал слух. - Как твоё самочувствие?       - Ах, спасибо, директор. Я благодарна за вашу заботу и помощь, которую вы предложили моим родителям. Не беспокойтесь, со мной всё в порядке: небольшая царапина на щеке и вывих плеча. Всего-то!       - Всего-то?! - кажется, Франкенштейн очень удивился. - Куанг, ты уже второй раз за последние два дня удивляешь меня.       - Ахаха, - неловко смеясь, я прошла к себе в комнату и плотно прикрыла дверь, чтобы родители не смогли услышать дальнейший разговор, - да-а, директор, я стараюсь...       - Я рад, что с тобой всё в порядке. Кстати, твоя память вернулась? Ты рассказала об этом родителям и врачам?       - Эм-м, ну-у... да, я рассказала. Но и те и другие думают, что я потеряла память во время похищения, когда маньяки ударили меня по голове...       - Вот как. Ты обманула родителей?       - Простите, директор Ли, я не хотела, чтобы мама и папа волновались.       - Ты сказала, что на тебя напал не один маньяк...       - Их было двое. Директор Ли, скажу вам кое-что по секрету... - я обернулась к двери и, смерив её пристальным взглядом, тихо подошла к окну. Франкенштейн всё это молча ждал на том конце провода. - Я говорю вам это лишь потому, что хочу спасти неповинные жизни. Маньяками нужен Шинву. Зачем - не знаю, но они пытались заставить меня вызвать его в назначенное ими место. Мне повезло: я наглухо забыла номер Шинву... Пожалуйста, обеспечьте ему должную безопасность. И не только ему: думаю, Ик-Хану и Юне тоже понадобится усиленная охрана. Если к этому отнестись не так серьёзно, то можно пожалеть.       Блондин несколько секунд молчал, потом тем же любезным голоском ответил:       - Спасибо, Куанг, за такую информацию. Я обязательно вызову всю троицу к себе и предупрежу их о грозящей им опасности. Так же стоит позвонить в полицию и организовать патрули...       - О Боже... - проскрежетала зубами я, разрываясь от чувств. Мне хотелось и высказать всё Франкенштейну, чтобы избавить ребят от тех мучений, которые их ждали, но в тоже время я не могла раскрыть себя.       - Что-то случилось, Куанг?       Я молча кусала губу; думай, Куанг, думай! Решайся! Сейчас или никогда.       - Директор Ли, я могу вас попросить... попросить приехать ко мне? У меня есть очень важная информация...       Франки думал около секунды и ответил положительно.       - К двум часам подъеду. До свидания. - он положил трубку, не дождавшись ответного прощания. Но я и не догадалась сказать «до свидания», до такой степени я была в нерешительности. Может, не говорить ему ничего? Но а на какой хрен, спрашивается, я его уже позвала к себе? Звонить и отказываться? Стоит ли вообще отказывать человеку, таскающему в кармашке трусов копьё?       Я обессиленная рухнула на кровать, сжимая в руках телефон «отца». Всё-таки стоило сказать обо всём происходящем Франкенштейну. Он мужик умный, сразу сообразит, что делать, потому что я пока толком не знала, как поступать дальше. Просто жить? Конечно, первое время, пока я буду помнить все события, мне будет интересно и спокойно, а потом, когда всё пойдёт уже своим чередом... Всё, точка. Нужно сказать Франки. И если есть способ вернуться домой, то он поможет мне его найти.       Меня позвал «папа», сказав, что хотел бы поставить будильник и прилечь отдохнуть.       - Мам, пап, в 2 часа к нам приедет директор Ли, чтобы лично со мной побеседовать.       У родителей вытянулись лица.       - Что? Зачем? - хлопала ресничками «матушка».       - Ну, он как директор школы обязан делать это. Ведь его из-за данной ситуации тоже хорошо встряхнут. Не переживайте, он вас даже не потревожит.       - Мы понимаем, - вмешался «отец», - но мы же будем присутствовать при этой беседе?       Не зная, как вежливо отказать, я лишь пожала плечами.       - Если директор Ли не захочет быть один на один, то сможете. Вы же знаете, какой он странный. И самое главное: против его обаятельности не попрёшь. - я рассмеялась.       - Мы попробуем договориться. - уверовал меня «папа». Я кивнула, про себя думая: «Если намекнуть Франки, что разговор очень важный и не требует лишних ушей, то он с готовностью примет свои уловки, лишь бы это было так».       Было около 12, когда я легла отдохнуть. После ланча у меня начало дёргать руку, и мне пришлось пить таблетки, после чего «мать» отогнала меня отдыхать, сказав, что обязательно разбудит к приезду директора. Но я и не думала спать. Вместо этого я тщательно исследовала всю комнату, осмотрела каждую книгу, тетрадку, листочек, вещичку - одним словом всё, что принадлежало старой хозяйке этой комнаты. Ничего обычного я не нашла, если не считать старого потрепанного блокнотика на замочке. Ключей от него нигде не было, и я обратилась к «маме».       - Ох, я даже не знаю. - родительница покрутила в руках штуку. - Посмотри в большом плюшевом кролике на подоконнике. Помнится, какое-то время ты прятала там всякие конфеты и записки мальчиков...       - Мам! - с упрёком произнесла я, хотя понятия не имела, какие записки и какие мальчики могли мне их писать.       - Извини, просто я раз увидела, что у кролика голова как-то неестественно повёрнута в сторону. Ну и поглядела.       Я изобразила негодование на лице, протопала в комнату. На подоконнике и, правда, сидел большой плюшевый кролик. Я переместила его на кровать, нашла замочек в области затылка и, раскрыв его, начала шарить рукой в голове у животного. Но кроме бумаги и фантиков я там ни черта не нашла.       - Вот же пакость. - держась за побаливающее плечо, я села рядом с кролом и оглядела комнату. Будь я весёлой девочкой, прячущей свои секретики от родителей в книжке, куда бы я дела ключ от неё?       Я даже представить не могла, куда.       Убрав животное на место, я принялась копаться в вещах. И тут меня ждал приятный сюрприз: в одной из коробочек, где у меня лежало нижнее бельё, я нашла небольшой плеер и вставленную в него флеш-карту. Крутя в руках находку, я терялась в догадках: что здесь? Музыка? Тогда зачем прятать её в нижнем белье? Компромат, типа аудиозаписи? Или что-то личное?       - Где же я их видела?.. - бормотала я, ища наушники, которые я точно где-то видела. А потом вспомнила, что видела их в рюкзаке, который остался у похитителей.       - Чёрт!       Я выбежала в зал, где «папа» смотрел телевизор.       - Пап, у нас есть в доме наушники?       Не отрываясь от просмотра телепередачи, родитель произнёс:       - У тебя же есть наушники, зачем тебе ещё одни?       - Те остались у похитителей. И мой рюкзак тоже теперь их собственность. - недовольно проговорила я, а про себя добавила: - Как только М-21 станет нашим другом, сдеру с него деньги за сумку, да с процентами!       «Отец» немного помолчал, видимо, вспоминая, где гарнитура находится.       - В моём кабинете на компьютере висят наушники. Возьми их, но аккуратнее, не сломай. Напомни, чтобы я завтра купил тебе новые.       - Спасибо! - я выпорхнула в коридор и внезапно остановилась. - Па-а-ап, а где твой кабинет?       Мужчина сам принёс мне наушники и попросил к вечеру вернуть их. Я горячо заверила «отца», что через пару часов верну гарнитуру сама, без лишнего напоминания, и побежала в комнату, слушать то, что было на плеере.       Но едва я вставила штекер от наушников в плеер, как услышала за окном скрип колёс. И в этот же момент «мама» с кухни прокричала:       - Куанг, директор Ли приехал!       - Бестактный крендель! - выругалась я на Франки, который приехал на 20 минут раньше назначенного времени. Убрав плеер и наушники в стол, я пошла встречать блондина. Но тут меня ждала неудача: торопясь, я не заметила косяк и со всей дури приложилась об него рукой с наложенной на неё шиной. Мой вопль услышал даже Франкенштейн, который только заходил в наш дворик.       - Здравствуйте, директор Ли. - со слезами боли на глазах поприветствовала блондина я. Тот, как всегда, улыбнулся своей обворожительной улыбкой, и я сразу забыла, что у меня что-то болит. Кажется, отруби ногу мне в тот момент - и то не заметила бы.       «Мама» предложила расположиться в гостиной, но я лаконично намекнула Франкенштейну, что хотела бы аудиенции. Директор подержал мою идею, и «матушка», как бы не сопротивлялась, сдалась.       Через 10 минут после появления Франки в «моём» доме, мы сидели с ним в моей комнате и смотрели друг на друга. Я просто восхищалась его красотой, которая в реальности была ещё охренительней, чем в манхве, а сумасшедший учёный, смотря на меня, видимо, ждал, когда я уже начну рассказывать свой секретик. Но я, заворожённая, этого не замечала до тех пор, пока Франки не сказал, указав мне на щёки:       - Ты нездорова, Куанг? У тебя странный румянец.       Я встрепенулась.       - А, нет, директор Ли, всё в порядке... Итак, давайте поговорим с вами о том, про что я говорила вам по телефону... - я перевела дух. Как бы не весомы были доводы, идущие в пользу раскрытия своего секрета блондину, я всё ещё сомневалась.       - Ты так сильно волнуешься, Куанг. Не надо волноваться; глубоко вдохни, выдохни и расскажи мне всё.       Я последовала совету Франкенштейна и, проделав все махинации с дыханием, более-менее спокойная, начала:       - Знаю, всё, что я вам буду говорить, будет выглядеть, как бред сумасшедшего, но вам придётся поверить. И да, это не последствия амнезии, - сразу добавила я, потому что усмешка на губах директора немного раздразнила меня, - это... это всё по-настоящему. Помните, я сказала вам, что проснувшись утром, не узнала свою комнату? Это не потому, что я её забыла. По правде говоря, никакой амнезии-то и нет, - нервный смешок сорвался с моих уст, - просто я... просто я попала сюда из совершенно другого мира. Эта комната, этот дом, - я широко развела руки, показывая пространство вокруг себя, - этот город и эта страна - мне всё это незнакомо. Я ничего этого не знаю. Сначала я подумала, что это сон, но... но ведь это не сон, это же реальность? - посмотрев в глаза блондина, спросила я и почувствовала, как холодеют руки. Пожалуйста, только не скажи, что я сплю!..       Франкенштейн смотрел на меня серьёзно, немного щуря глаза. Его сосредоточенность радовала меня: он слушает меня, а, значит, пытается вникнуть в суть дела. Но его молчание затягивалось; я тревожилась всё больше и больше.       Наконец, Ли вздохнул и спросил:       - Какие таблетки тебе прописали?       - Таблетки? Что? - я не сразу поняла, что он имел в виду, а когда поняла, чуть не задохнулась от негодования. Он что, серьёзно думает, что это побочное действие каких-то таблеток?       Взволнованная и недовольная, я принялась расхаживать перед кроватью и перед глазами Франки, соответственно. Мой мозг активно работал: как ему преподнести информацию, чтобы он понял, что я не вру и это не действие от пилюль? «Хорошо, предпримем ещё одну одну попытку. Если и она провалится, пойдём с козырей» - твёрдо решила я, остановившись напротив директора.       - Вы мне не верите, директор Ли. - усмехнулась я и тут же добавила: - Если вас можно так называть...       Лицо мужчины, как я и ожидала, было непроницаемым. Милая улыбочка плотно засела на нём, скрывая истинные чувства её владельца и обескураживая меня.       - Директор Ли, поймите, я говорю правду. Я не из этого мира. В моём мире вы и все, кто здесь есть - нарисованные. Вы - комиксы, веб-манхва, вымышленные.       - Хорошо, - наконец подал голос мужчина, деловито закидывая ногу на ногу, - пусть так. Тогда встаёт вопрос: как ты здесь оказалась, если этот мир - вымышлен?       - Вот в этом я и хочу разобраться! - горячо ответила я, видя отдачу на свои старания. - Поэтому я и обратилась к вам. Я надеюсь, что вы поможете мне...       - Прости, Куанг, но твоими странными видениями и мыслями занимаются другие люди. Я тут тебе ничем помочь не могу. - лицо Франки приняло сострадательный вид, но голос выражал только равнодушие. Я аж замерла на месте. Он не верит мне и всё тут!       Набравшись смелости, я подошла к мужчине вплотную, наклонилась к лицу и, глядя в глаза, тихо и убедительно произнесла:       - Нет таких дел, в которых ты был бы бессилен, Франкенштейн.       Сложно было не заметить, как потемнели голубые глаза мужчины. Я удовлетворенно улыбнулась и, отпрянув от стула, на котором сидел блондин, отошла. Несомненно, Франкенштейн старался из-за всех сил подавить в себе удивление или интерес - не знаю, что это было - но глаза выдавали его. Странно, в манхве этого я не замечала...       Видя, что процессор у красавчика завис конкретно, я мягко продолжила дальше:       - Да, я знаю твоё настоящее имя. Хочешь знать, откуда? Да всё оттуда же, из своего мира. Знаю я и про твоё оружие, название которого я и произносить боюсь...       На последних словах мужчина самодовольно улыбнулся.       - Я не уверена, что удовлетворила твоё любопытство, поэтому продолжу. Я знаю, что школа Ё-ран всего лишь прикрытие, которое ты создал с целью разыскивать незаметно мастера. И, как я заметила вчера в школе, всё прошло успешно. А точнее: Кадис Эстрема ди Рейзел сам нашёл тебя, потому что его сон потревожили одни очень интересные люди. И хочешь знать? Эти же самые «люди», - я показала в воздухе мнимые скобки, - вчера похитили меня. Ну что, я удовлетворила твою ненасытную душу?       Кажется, Франкенштейн умер от моей болтовни. Неподвижный стан, замерший взгляд - всё говорило о том, что блондин сейчас не здесь, а где-то глубоко у себя в голове. Как говорится, ушёл в себя - вернусь не скоро.       Я со стоном опустилась на кровать и с отчаянием проговорила:       - Франкенштейн, что мне ещё рассказать или сделать, чтобы ты поверил?       Мужчина по-прежнему молчал. И я решила бить сразу в печень.       - Думаю, небольшой рассказ о том, как Мастер растратить всю свою силу, защищая бедных школьников твоей же школы, хоть чуть-чуть заставить тебя поверить в правдивость моих слов.       - Замолчи. - хладнокровно приказал блондин. Я кинула на него взгляд и сразу же отползла к другому краю кровати: от Франки исходила та самая фиолетово-чёрная аура, присутствие которой навевало немалый страх и оцепенение.       - Т-тихо, Франки! - пошла на переговоры я, прикрываясь здоровой рукой. - Меня и так знатно потрепали, осталось ещё от тебя оплеуху словить...       - Как ты меня назвала?       - А что? В нашем мире тебя все так зовут.       Фанатик обозлился ещё больше и потребовал, чтобы я заткнулась и больше никогда его так не называла.       - Хорошо, скряга. Теперь я буду называть тебя так, потому что ты заноза в заднице!       - Ты понимаешь, что ведя себя так, ты рушишь жизнь этой замечательной девушке, телом которой ты завладела? - между делом заметил блондин. Я, присмиревшая, поджала губы.       - Знаешь, Франкенштейн, мне самой не комильфо находиться в этом теле. Но я не собираюсь забывать о том, кто я есть на самом деле, и слепо следовать принципам этой девицы. Тем более, - я указала на плечо, - я уже навредила ей. У неё на любые изменения в погоде теперь будет болеть плечо.       - Нам с тобой ещё многое нужно обсудить, но сейчас главное - те двое похитителей, о которых ты, дай угадаю, тоже осведомлена в большей степени, чем любой из нас.       Я кивнула и рассказала о том, что нападавшие - модифицированные люди, которые просто выполняют приказ. Они, на самом деле, безобидные, но вынуждены подчиняться, иначе головы им не сносить.       - Поэтому не сегодня-завтра ждите нападение на Юну. А потом на побежавших её спасать Шинву и Ик-Хана. - закончила я и выдохнула: мне стало гораздо легче, будто груз скинула.       - Боюсь, что и на тебя может повториться нападение. Ведь ты умудрилась убежать от них. - Франки посмотрел на меня поверх очков. Ох, и горяч, сволочь!       Я закивала. А ведь и правда, мне грозила сейчас опасность не меньше, чем Шинву.       - Было бы гораздо проще, будь мы все вместе... - задумчиво проговорила я. - А так за каждым не уследишь. Оу, - я щёлкнула пальцами; в мою голову пришла идея, - я знаю, что делать. Я приглашу Юну, Ик-Хана и Шинву к себе на ночёвку. Родители не буду против, а ребята будут вместе. Может, мне удастся хоть как-то их защитить с теми знаниями, которыми я обладаю.       - Бесспорно, зная весь канон, ты становишься хорошим помощником, но откуда мне знать, что в какой-то момент ты не соврёшь? Ведь ты в праве и не помогать нам.       - Хорошо, чего-то такого я и ожидала от тебя, красавчик. - я подошла к нему и протянула руку. - Давай заключим сделку: с этого момента я буду предупреждать тебя о всяких опасностях, которые будут грозить Мастеру или миру в целом, а ты... ты будешь помогать мне выживать здесь до тех пор, пока я не найду выход отсюда. Идёт?       Мужчина с недоверием поглядел на мою руку. Он колебался с минуту, затем пожал мою руку, сказав:       - Я хотел преложить тебе закрепить кровью нашу сделку, но потом подумал, что ты можешь бояться до ужаса крови.       - Доля правды в этом есть. - улыбнулась я и поглядела на часы: почти 3.       - Значит, сегодня может случиться похищение Юны? - Франки отпил приостывший чай. Я побарабанила пальцами по подоконнику, вспоминая.       - Точно не помню, но, кажется, да. Если я, конечно, не нарушила планы модифицированных.       - Здесь замешаны модифицированные? - в голосе мужчины послышалось подозрение. Я кивнула.       - Вспомнила: ещё у них есть один заражённый или как его там звать. Вампир, короче. Именно с ним я дралась прошлой ночью.       - Ты? - Франкенштейн рассмеялся. Я недовольно отвернулась и стала глазеть в окно.       - Вместо того, чтобы смеяться, как кобыла сивая, лучше бы обеспечил подросткам защиту.       - Подросткам? Сама-то далеко от них ушла?       - Мне 22, на самом деле. - я резко обернулась. - Знаю, тебе пофигу, но как бы я не выглядела, а чувствую я себя на свои 22. поэтому и обращаюсь к тебе на «ты», хотя стоило бы к тебе на «вы» обращаться, учитывая твой возраст...       - Знаешь, а ты мне нравишься. - мужчина с лёгким стуком поставил чашечку на тарелку. Я проследила за его движениями и про себя отметила, что всё-таки этикет - это красиво.       - Да? И чем же?       - Ну, во-первых, ты сразу же сообразила, к кому надо обратиться за помощью, чем очень польстила мне. Во-вторых, ты сразу перешла к делу и даже заключила сделку, довольно выгодную для тебя. Это говорит о твоей сообразительности и тактичности.       - Ну-у, с последним я поспорила бы, хе-хе...       - Такая Куанг мне нравится. Тем более, в качестве союзника.       - Польщена.       Мы замолчали. Франкенштейн допил свой чай и, поблагодарив, откланялся.       - Я поставлю охрану у домов Юны, Шинву и Ик-Хана и сразу же узнаю, если кто-то попытается проникнуть на территорию их домов. А ты тогда собери всех у себя...       - Эм-м, Франки...       - Я тебе голову откушу.       - Х-хорошо! В смысле, хорошо, не буду тебя так больше называть, а не хорошо, откуси...       - Ты что-то хотела?       - Да. Одолжи Рейзела на вечер.       Директор побелел.       - Как ты смеешь обращаться к Мастеру, как к вещи?       - Ой, смотри-ка! Пыль на пиджаке! Ай-яй, - я стала яро стряхивать несуществующую пыль с плеча директора Ли, одновременно выпихивая его в коридор, где его уже встречала «мама». - Мам, мы с директором Ли обсудили все проблемы, и знаешь - он неплохой психолог. Правда, директор?       Франки сухо кивнул; я видела, как у него дёргалось нижнее веко левого глаза.       - Теперь он торопится: у него совещание. Ах да, едва не забыла! Мам, можно у нас сегодня друзья заночуют?       Услышав такое предложение, женщина прищурилась.       - Какие друзья?       - О, не переживайте. Они - одноклассники Куанг и очень хорошие ребята, в целом. Просто не известно, сколько ещё подростков пострадает от лап этих похитителей, поэтому я призвал всех учащихся, по мере возможностей, пребывать небольшими группами. Конечно, если вы откажитесь, но я пойму...       - Нет, что вы! - отмахнулась родительниц, польщенная таким вниманием директора. - Конечно же, я не против. Тем более, Куанг просто нуждается в общении: это часть её реабилитации.       - Тогда замечательно. - улыбнулся Ли. - И ни в коем случае не выпускайте ребят одних в тёмное время суток. Лучше не выходить вообще с наступлением темноты: кто знает, вдруг маньяк решит поживиться вами? Будьте осторожны, до свидания!       - До свидания, директор Ли. - попрощалась я с Франкенштейном. «Мама» пошла провожать директора до машины, а я прислонилась к окну в своей комнате, наблюдая за тем, как родительница что-то разъясняет Ли, а тот внимательно её слушает, изредка кивая.       «Неужели он и правда поможет мне? Я так хочу этого. Мне так хочется узнать тайну своего появления здесь. Зачем я тут? Какая у меня здесь миссия? Есть ли путь назад?» - эти вопросы целым роем крутились у меня в голове. Кажется, я сходила с ума.       - Франки, скряга, накаркал...