Euphoria

I wake in the night, I pace like a ghost The room is on fire, invisible smoke And all of my heroes die all alone Help me hold on to you I've been the archer, I've been the prey Screaming, who could ever leave me, darling But who could stay? (I see right through me, I see right through me) Taylor Swift — The Archer.

      — Если ты не перестанешь ныть, то я затолкаю этот горошек тебе в глотку.       — Я — мужчина! Мне нужно мясо! — надрывается Флэш, с отвращением смотря на тарелку, на которой лежали овощи.       — Мужчина? Не смеши меня, — Гвен усмехается (удивительно, хоть какая-то эмоция), нанизывая зернышки кукурузы на вилку. — От «мужчины» в тебе одно название.       — Да и ты на женщину не тянешь, — огрызается он. — Механические действия и голос, ты, кажется, робот, Стейси, а не человек. Чего ты смеёшься, Джонс?       — Ничего, — Мишель прыскает, прикрывая рот ладонью. Флэш прищуривается.       — Я бы на твоём месте не смеялся. Какого мужчину может привлечь твоя копна волос и взгляд, словно тебя всё достало в этом мире?       — Перестань, Флэш! — Бетти смотрит с возмущением, делая глоток зелёного чая.       — Поверь, может, — парирует Мишель с ухмылкой.       — Когда будешь писать речь, то не забудь упомянуть, какой он придурок, — обращается к Бетти Натаниэль, откидывая лезущую в глаза чёлку.       — А, так ты ещё живой? — Томпсон решает нарваться на фингал под глазом.       — У него все органы проспиртованы, можно студентам медицинского в качестве экспонатов показывать, — Гвен распределяет на тарелке еду по группам: красный перец, горошек и кусочки варёной курицы.       — Тебе говорили, что ты особенно красива, когда язвишь? — Натаниэль склоняет голову, прищуривается и лукаво улыбается.       — Это что, флирт, Килленгстон? Если да, то я не опознаю его. В моей системе нет такого понятия.       — Печально, — вздыхает он, — а то я уже представил, как мы продолжаем наш флирт дальше, когда поступим в университеты. Ты, кстати, знаешь, куда будешь подавать документы?       — От тебя подальше.       — Невозможно быть ещё красивее.       — Присяду? — Питер подходит бесшумно, и Мишель едва заметно вздрагивает, потому что до сих пор не привыкла к тому, как он оказывается близко. — Что обсуждаем?       — Дальнейшие перспективы обучения, — отвечает ему Бетти, что-то помечая в своём ежедневнике. Напротив неё препираются Гвен и Нат, причём делают это…       — Бог мой, они что, флиртуют друг с другом? — шепчет Питер Мишель на ухо, устраиваясь на соседнем стуле. Она пожимает плечами и поворачивает к нему голову.       — Я бы сказала, играют друг с другом.       — Тоже можно. Будешь апельсиновый сок? Взял для тебя.       — Да. Спасибо, — Джонс забирает бутылку с подноса Питера. Он улыбается ей, прежде чем приступить к еде.       —…Да я повешусь, если ты появишься на пороге моего университета.       — Тогда готовь мыло и верёвку, Гвен, потому что я появлюсь.       — И кто что решил? — перебивает «воркующую» пару Бетти. Первым берёт слово Флэш.       — Думаю изучать программирование, хочу создать свою игру. Но я не решил, куда буду поступать. Есть несколько вариантов, но я всё ещё присматриваюсь.       — Семейная династия бизнесменов, — глядя Гвен в глаза, отвечает Натаниэль. — Изучу бизнес, как хочет семья, и буду свободен делать то, что я хочу. По крайней мере, я на это надеюсь. А так я хотел бы в театральный. Или в модельный.       — Журналистика, — пожимает плечами Стейси, переводя взгляд с одного лица на другое за столом. — Кто-то же должен писать о плохой еде в школьных столовых. Неплохая перспектива, как мне кажется. А ты?       — Я тоже рассматриваю этот вариант, — соглашается с ней Брант. — А что касается вас, ребята?       — Ну, я ещё не определилась, — Мишель закрывает бутылочку и ставит её на стол. — Думаем над этим вопросом с мамой. Она не давит на меня, и на том спасибо.       — МТИ, — помолчав несколько секунд, произносит Питер, и лица присутствующих за столом вытягиваются.       — Вот это ты «метишь», — комментирует Натаниэль.       — У него есть все шансы, — Стейси подцепляет вилкой листья салата. — Стажировка у Старка открывает все двери, да?       — Старк сам закончил МТИ, — не даёт Питеру ответить Флэш. — Решил пойти по его стопам?       — Разве плохо? — отвечает вопросом на вопрос Паркер, усмехаясь. Видимо, время затягивает раны, раз сейчас он без дрожи в голосе упоминает человека, ставшего ему намного большим, чем наставником.       — Женщины любят амбициозных мужчин, — подытоживает Гвен, одобрительно кивая.       — То есть, если я тоже подам туда документы, то у меня есть все шансы? — оживляется Натаниэль, и одноклассники не выдерживают — начинают смеяться.       — Попробуй — посмотрим.       — И попробую.       — Любовь зла — подашь документы и в МТИ, — негромко произносит Питер. Мишель усмехается, мысленно давая себе обещание проследить, чем закончится эта история, начавшаяся с коктейлей на вечеринках.       Сейчас ей кажется, что у неё может быть счастливый финал.

***

      — Привет, пап. Я обещала, что приду и сообщу, чем я решила заниматься в будущем, — Мишель крепче вцепляется в мамину руку, смотря на надгробную плиту. — Мы с мамой долго думали. У меня было несколько вариантов, сам знаешь. Мисс Ланкастер говорила, что у меня талант, и мне стоит подать документы в театральный, а наш учитель по физике убеждал меня попытать счастья в этой области. Мне от мамы достался неплохой голос, так что я могла бы стать певицей. Могла бы на первых порах петь вместе с мамой в клубе. Но ты всегда говорил, что у меня обострённое чувство справедливости.       — Ещё какое, — замечает Сара, поглаживая дочь по волосам и убирая ей за ухо непослушную прядь. — Живу с ней несколько месяцев и уже в этом убедилась.       — И после всего, что произошло, я решила, что хочу помогать людям. Я, конечно, не Тони Старк или Стив Роджерс; не умею колдовать, как это делает Ванда Максимофф, но в меру своих сил могу что-нибудь предпринять. В общем, я решила подать документы в полицейскую академию. Да, в ту самую, в которой ты учился. Я уверена в своём решении. И, надеюсь, что ты бы за него меня не убил. Вот.       — Детка, подождёшь меня в машине? Хочу кое-что сказать твоему папе.       — Конечно, — Мишель кивает. — Ещё увидимся, па. Обещаю навещать почаще, — подходит и обнимает плиту, зажмуриваясь на несколько секунд. А затем идёт к машине, в первый раз не плача.       — Мы приняли это решение вместе, — Сара присаживается на корточки и одергивает полы пальто. — Я не стала её отговаривать, Дэвид. Она знает, что это опасно и всё прочее. Но это её жизнь. Если поймёт, что ошиблась с выбором, то я помогу ей, не буду ругать или осуждать. Буду делать так, как сделал бы ты, — она усмехается. — Буду беречь её здесь, а ты — там, пообещай мне, Дэвид Джонс.       Порыв ветра скользит по щеке, нежно треплет волосы, и Сара улыбается.       — Спасибо.

***

      Мишель кажется, что время становится Флэшем (и не тем, кто с ними учится). Оно — быстрое, неотвратимое и проносится так, что тебе остаётся лишь срывать листки с настенного календаря.       Позади остаются экзамены и выпускной, который и не особо отложился в памяти, ведь ничего такого «выдающегося» и не было.       — Чего ты там смеёшься? — Джонс опускает жалюзи и садится на пол к Питеру, прислоняясь спиной к кровати. Питер, улыбаясь, протягивает ей фотографию, на которой изображена она сама. На Мишель — брючный костюм и белая рубашка, на ногах — каблуки. Она придерживает волосы Гвен, которую рвёт из-за смеси алкоголя и очень энергичных танцев.       — Выражение твоего лица бесценно.       — Да. «Что я здесь забыла?» или «Женская поддержка?»       — Всё вместе, — Питер вновь начинает смеяться и запрокидывает голову. Мишель с жадностью скользит по его лбу, носу, губам и останавливается на кадыке. С тех пор, как она приняла простую истину, — влюблённость в Питера Паркера — жить стало легче, словно гора с плеч свалилась. Жить стало легче, да, но не настолько, наоборот, и без того непонятные отношения стали ещё более запутанными.       — А как тебе эта? — она отвлекается от его рассматривания, моргает и вытягивает из стопки фотографий в руках Питера ещё одну. — Драка Натаниэля и Флэша, как мне кажется, была эпичнее. По крайней мере, то, как Томпсон пытался в прыжке ударить его в лицо.       — Да там вся драка эпичная, — Питер усмехается, забирая у Мишель фотографию и откладывая стопку в сторону. — Знаешь, даже и не верится.       — Что?       — Завтра мне уезжать, и раньше я не думал, что буду переживать по этому поводу. МТИ — моя мечта, и я не знаю, как бы жил, если бы у меня не получилось туда поступить. Я благодарен Мэй за то, что она поддержала меня в моём решении. И благодарен тебе, Мишель.       — Почему?       — Потому что ты тоже понимаешь, как для меня это важно. И не умоляла остаться, чтобы я передумал и поступил в университет поближе к дому.       — Всегда пожалуйста, — впервые в жизни Мишель больно улыбаться. Но нужно, чтобы показать, что Питер всё делает правильно, ведь для него это так важно. А раз важно для него, то и для неё тоже. Так же поступают друзья? Ну или кто они там друг другу.       Она знает, что Питера устраивают их отношения. Воистину, дружба между парнем и девушкой имеет множество плюсов. Тебя и выслушают, и в постель пустят. Два в одном, прямо как кофе с сиропом.       Самое главное, не влюбиться.       Мишель усмехается своим мыслям и встаёт с пола, направляясь к ноутбуку. Она щёлкает клавишами, и спустя несколько мгновений в комнате Тейлор Свифт начинает петь «The Archer».       Пока она включает песню, Питер поднимается и садится на кровать. Когда песня включена, Джонс оборачивается.       — Иди ко мне.       Он улыбается, подбадривая её. Мишель подходит, смотря на Питера сверху вниз. Питер привычно кладёт одну ладонь на талию девушки, а вторую устраивает на сгибе её локтя, поглаживая мягкую кожу большим пальцем. Мишель в свою очередь опускает ладони ему на плечи.       — Ты такая красивая в свете заходящего солнца. Повезёт же кому-то с тобой.       «Хотела бы я, чтобы тебе», — Мишель облизывает пересохшие губы.       — И тебе. То, как ты относишься к девушкам… Вскружит же это кому-то голову.       «Мне уже вскружило», — и чуть сжимает пальцы на его плечах.       — Мишель?       — Да?       — Я могу?.. — Питер убирает руку с её локтя, и пальцами уже двух рук берётся за низ её майки. Мишель склоняет голову. Каждый раз он спрашивает её разрешения, интересуется, не больно ли ей, и она не может отказать.       — Да, — на выдохе, почти неслышно, но не для Питера. Он встаёт с кровати. Мишель поднимает руки, и Питер снимает с неё майку. Белая ткань медленно скользит по телу Мишель, делая кожу вместе с солнцем сквозь жалюзи ещё смуглее. Сняв её, Паркер отпускает её, и она падает на пол. И в следующее мгновение, обхватив её лицо ладонями, целует. У него это получается жадно, с какой-то тоской, словно он не хочет, чтобы этот миг кончался. Мишель отвечает с не меньшей отдачей.       Движения отработанные за несколько месяцев, раздеваются неторопливо. Можно не торопиться, ведь Мэй вернётся домой с работы только завтра, но они не хотят торопиться. Питер прижимает к себе Мишель, скользит ладонями по её спине, по линии позвоночника, гладит лопатки и обхватывает её талию одной рукой, вторую запуская в вьющиеся волосы Джонс. Она — тёплая, податливая и дорогая, и он не хочет думать, что впереди у них — разлука на несколько месяцев. С каждым толчком и вздохом Мишель на ухо он понимает, что это — невыносимо.       Мишель обхватывает шею Питера, прижимаясь щекой к его щеке. Его пальцы поглаживают её по волосам, губы покрывают поцелуями шею и ключицы. Когда до Мишель доходит, что, скорее всего, это их последняя ночь вместе, её прошибает. Он уезжает, его ждут новые знакомства, там боль притупится, а она со смешной копной волос и взглядом исподлобья сотрётся в памяти. Мишель зажмуривается и рвано выдыхает, ещё сильнее прижимаясь и впиваясь ногтями в лопатки Питера.       Когда Питер засыпает, по её щекам катятся слёзы, и Джонс не пытается их сдержать.

***

      Может, конечно, стоило заглянуть домой, привести себя в порядок и потом уже направляться в общественное место, но Мишель решает пропустить эти стадии и сразу направиться в любимую закусочную. Она заказывает бутерброд и занимает место у окна, доставая из сумки книгу. Устроившись, она смотрит на часы на левом запястье — самолёт Питера взлетел, отправляя его к мечте и оставляя её с разбитым сердцем.       Пиликает телефон — сообщение от Гвен, и Джонс усмехается, прочитав его.       «Не верю, что я пишу это, но, кажется, я согласилась встречаться с Натом. И я трезва, если ты хочешь это спросить», — пишет Стейси, прибавляя в конце смайлик девушки, пожимающей плечами.       «Совет да любовь», — Мишель отправляет бокал шампанского и сердце, возвращаясь к прерванному завтраку и книге.       «Тебе тоже — на одного пассажира в самолёте стало меньше», — приходит ответ. Джонс несколько раз перечитывает строчки. Вроде бы, не очень и похоже на шутку, не в стиле Гвен так издеваться над людьми, но это странно. Не могла же она перепутать слова.       Рядом со столиком кто-то останавливается, ставя на него бокал колы. Мишель несколько мгновений хмуро смотрит на часы на чужом запястье, а затем поднимает голову, сталкиваясь глазами с глазами Питера. Он кладёт сумку с вещами на сиденье напротив Джонс и произносит:       — Я определился с тем, что ты мне закажешь. «Эйфорию», пожалуйста.       — Ты не улетел, — удивлённо произносит Мишель. Питер усмехается.       — Я просто понял, что без тебя в Массачусетсе не будет эйфории. И какой тогда смысл учёбы?       — Питер, МТИ же твоя мечта!       — В мою мечту теперь входишь ты.       — Но ты не полетел, остался здесь…       — Чтобы забрать тебя.       — Что?       — Скажи… Тебе подойдёт юридический факультет Гарвардского университета?       — Ты стоимость обучения там видел? Да я ни за что это не потяну с мамой…       — Стипендия имени Энтони Эдварда Старка, — Питер кладёт перед ней папку, которую до этого держал в руках. — Мы верим, что у Вас есть потенциал, мисс Джонс, ведь мы будем хотя бы в пределе одного города. И, надеюсь, ты простишь меня за то, что я подал документы от твоего имени. Сама бы ты этого ни за что не сделала.       — Глазам и ушам своим не верю, — она касается папки, продолжая смотреть на Питера.       — Я не отказываюсь от своей мечты, Мишель. Я всего лишь дополняю её тобой.       — Если это признание в любви, то я…       Питер лукаво улыбается.