Бандитские штучки

      Попивая коньяк, я наслаждался тем, что тёмная, терпкая жидкость обжигала приятно горло. Каждая клеточка моего организма щебетала о приятности вкуса и мелком покалывании внутри. Крутя в руках бокал, я рассматривал фотографию, которая на протяжении всего времени не выходила у меня из головы. Я отчетливо видел себя, но что-то внутри тревожило и не давало покоя. На фотографии отец так тепло обнимал меня за плечи, а я стоял, улыбался и держал в руках мяч. На фоне наш дом, где немного в кадр попал сад, который очень любила мама. Она за ним ухаживала, как за маленьким ребенком, я слышал даже как она общалась с растениями переживая о том, что те могут засохнуть. Она отдыхала морально и физически в саду.       В тот день отец не пришел на мой важный матч там были только мама и Полина. Тогда я разозлился на отца, и мы не разговаривали месяц, я тщательно избегал его, я был зол на него, но спустя время, отец сам со мной помирился, попросив прощения, и мы с ним вдвоем сыграли в футбол.       Я сидел в библиотеке с раннего утра и смотрел на эту фотографию. Сделав глоток коньяка, я поставил фоторамку на туалетный столик и посмотрел на неё издалека. В ней что-то было скрыто от меня. Отец так тщательно хотел донести во снах свои подсказки об этом человеке, который ему очень дорог, и сейчас я сидел и думал о нём. Громко вздохнув, я облокотился на спинку дивана, прикрывая глаза, пытаясь сопоставить всю информацию. Услышав, что ручка двери дернулась, я приоткрыл один глаз, замечая, как Ульяна пыталась бесшумно пробраться в кабинет, как она тихо закрыла за собой дверь и маленькими бесшумными шажками, словно мышонок, шла ко мне. — Ты похожа на маленького мышонка, который крадется, чтобы его не услышал кот, — сказал я, чувствуя как моя улыбка становилась все шире. — Напугал! — дернулась русоволосая, немного испугавшись. — А кот — это ты?! — начала заигрывать со мной русоволосая, прикусывая губу, и подошла ко мне ближе. — Может быть, — притянул хрупкое тельце девушки к себе и посадил её на свои колени, умещая руки на тоненькой талии. — Тогда я не против быть съеденной, — прошептала Ульяна, дотрагиваясь совсем чуть-чуть до моих губ своими, как будто дразня меня.       Её нежные ручки обвили мою шею, а наше горячее дыхание обжигало кожу, заставляя сердца биться быстрее. Обхватывая тоненькое тельце девушки руками, моя правая рука сползла с изгиба талии и устремилась к низу живота. Пальцы скользнули по тонкому шёлку просторных пижамных шортиков, нащупывая приятное кружево, которое будоражило меня. Проводя указательным пальцем по половым губам сквозь ткань, я услышал томный стон, который издала девушка. Прикусывая губу, я чувствовал весь жар плоти, которая от моих действий ещё больше намокла. Смочил пальцы в выступившей смазке и пробрался медленными движениями к клитору, начиная круговой массаж. — Хах, — сорвался еле слышный стон девушки, заставляя меня ускорять движения, и русоволосая, словно змейка, выгнулась в спине. Мои глаза были устремлены только в зеленые, потемневшие от накала наслаждения. Крепко держа левой рукой талию девушки, а правой двигая по клитору, я положил хрупкое тельце на диван, оказываясь сверху, прижимаясь к ней плотно. Целуя шею девушки, я ускорял движения пальцев, слыша протяжные стоны, которые ласкали мой слух. Опускаясь поцелуями на ключицу, я прикусил нежно кожу, оставляя покрасневший небольшой след от зубов. Моя левая рука пробралась через тонкую шелковую ночную майку девушки и прошлась по плоскому животику. Я двигался вверх к груди, задевая затвердевший сосок пальцами. Спустил одну бретельку, и мой взор упал на правую грудь русоволосой, которая мне открылась, а затвердевший сосок так и просил с ним поиграть. Обходя поцелуями правую грудь, я обхватил губами крупный розовый сосок, немножко покусывая его зубами, и услышал громкий стон. Пальцами правой руки проскальзываю внутрь влагалища и начинаю быстрые движения, которые заставляют девушку извиваться подо мной. Почувствовав, как маленькая ручка подползла к моему члену и начала расстёгивать ремень на черных джинсах, я отстранился от соска русоволосой и поцеловал любимые губы, которые тут же начали мне отвечать. Перебирая властно губы Ульяны, я услышал, как пальцы девушки ловко расстегнули пуговицу, а после и ширинку на моих брюках. Её теплая ладошка поглаживала мой и без того твердый член, готовый вырваться через черную ткань трусов.       Прикусив нижнюю губу русоволосой, я почувствовал металлический вкус, который ещё больше нас раззадорил. Вынимая пальцы из влагалища, я спустил с себя джинсы, оставаясь в трусах, и резким рывком руки вниз я освободил Ульяну от ненужной одежды и плотно прислонился к её невыносимо тёплой промежности. Девушка простонала мне в рот, прижимаясь ещё сильнее. — Выпусти его. Дай ему почувствовать, какая ты внутри мокрая и горячая, — прохрипел я Ульяне, которая тут же послушно одной рукой выпустила мой член из черных трусов, которые невыносимо жали от возбуждения.       Нетерпеливо от охватившего желания она одной рукой направила мой член внутрь, и я словно простонал и почувствовал, насколько эта малышка внутри была горячая и мокрая. Её смазка давала плавно двигаться внутри, а наши стоны начали заполнять комнату. Двигая бедрами, я задавал темп, смотря на девушку, которая двигала своим тазом со мной в такт. Толчки становились с каждым разом сильнее, и я словно рычал, дыша в шею девушки, обжигая её. Возбуждающие стоны Ульяны оставляли все меньше шансов продержаться дольше. Мало кому удавалось столь сильно воздействовать на меня, но эта малышка влияет на меня по-другому. Мне хочется каждый раз приносить нам обоим удовольствие, и именно поэтому решил сменить позу, иначе секс мог закончиться быстрее, чем того хотелось. — Вытяни ноги вверх и скрести их на моей талии, — простонал я.       И так девушка и сделала, а я смог зайти ещё глубже в неё, чувствуя как внутри все сужается ,и ощущения дошли полностью до мозга, заставляя наши тела дрожать. Ускоряясь, я слышал, как мы стонали в унисон, наши сердца бились в такт друг друга, а на телах образовались капельки пота. Я стонал прямо в грудь русоволосой, не держась на руках: они словно дрожали от возбуждения. Нам было настолько хорошо вдвоем, что не хотелось упускать ни одной секунды. Ульяна стонала громче, словно крича, а я понимал: ещё чуть-чуть и она кончит. Ускоряясь, я слышал шлепки, которые ещё больше заводили. Схватив русоволосую за руки, я смог войти в неё сильнее и глубже. Толчок за толчком, я чувствовал, как нас накрывает экстаз и мой член начал пульсировать, выпуская сперму и заполняя девушку. — Я люблю тебя! — словно на последнем пике экстаза, прокричала девушка, тяжело дыша. Сперма смешалась со смазкой девушки и плавно стекала по моему члену, капая на кожаный коричневый диван. — Это взаимно, малышка, — сказал я, вставая с тела девушки и взял стопку салфеток, которые лежали недалеко на столике, и начал вытирать член от нашей смазки. — Каждый раз, когда я сажусь к тебе на колени, это заканчивается сексом, — говорила русоволосая, поправляя на себе одежду. — Тебя что-то не устраивает?! А что в этом такого, когда двое влюбленных занимаются сексом? — посмеялся я, натягивая трусы. — С тобой бесполезно спорить! — сказала Ульяна, показывая мне свой язычок, и встала с дивана, направляясь к туалетному столику, где осталась фотография.       Русоволосая сосредоточенно изучала фотографию, я даже мельком видел, как её большой палец прошелся по месту, где был изображен мой отец. Её губки скрутились в тонкую полосочку и я увидел, что её тело задрожало. Подойдя к ней ближе и обвивая руками со спины, я прислонился к её телу и уткнулся носом в шею, вдыхая аромат девушки, который кружил мне голову. — Ты похож на своего отца, — прошептала девушка, не отрывая свой взгляд от фотографии. — Спасибо, — сказал я, чувствуя как внутри меня все задрожало, как нижняя губа начала трястись от эмоций, которые готовы были выйти наружу. Одинокая слеза скатилась по моей щеке, и я непроизвольно издал глухой стон. — Ты бы понравилась моей семье. Моя сестра сразу бы увела тебя сплетничать, а отец сказал бы, что вот наконец-то хорошая девушка, которая тебя любит. — продолжил я, смотря на отца, который улыбался своей искренней улыбкой. — А мама? — шёпотом спросила русоволосая, поворачивая свою голову на меня. — Мама жива, и она даже в этом доме, только уже долгое время она находится в коме, и я ничего не могу с этим сделать, — сказал я, вытирая рукой слезы, и отпустил Ульяну, присаживаясь обратно на диван, опуская глаза вниз. — Я благодарна тебе, что ты поделился со мной своим горем. Твоя мама обязательно выберется из комы, и мы с ней непременно поладим. — Я тоже в это верю, — успокоился, выдавливая улыбку, потому что на другое сейчас не был способен. — Я смотрю на эту фотографию и не вижу в ней ничего такого, что ты так трепетно ищешь в ней, — сказала Ульяна, присаживаясь со мной рядом, пытаясь сменить тему. — Эта фотография выделяется тем, что моего отца не было со мной в тот день, когда у меня был матч по футболу. — Ты хочешь сказать, что на этой фотографии возможно и не ты? — Да. Я заметил в ней две противоположности себя. Нет татуировки, которую я набил себе в тринадцать лет, и я, по-моему, никогда не улыбался в детстве открытой улыбкой, — сказал я, смотря на фотографию, которая возможно начала мне раскрываться. — А не хочешь сравнить свою фотографию в подростковом возрасте и эту? Я думаю, так мы больше поймем и увидим. — предложила Ульяна, а я понимал: хоть это и безумная идея, но может сработать. — Можно попробовать, хоть это и безумно все, — сказал я, поднимаясь, и мы выходим из библиотеки, направляясь на чердак, где теперь хранятся все воспоминания.       Открывая дверь чердака, я сразу почувствовал, как воспоминания прошлого окружают мой разум. Я чувствовал, как всё моё тело остолбенело: я не мог пошевелить пальцами ног, а во рту все пересохло. — Я с тобой! Мы вместе преодолеем старые воспоминания, — сказала Ульяна, аккуратно взяв меня под руку, и повела к тем самым коробкам, которые стояли посередине чердака с надписью «Воспоминания».       Склонившись над одной из коробок, я открыл крышку и взял фотоальбом с толстой обложкой. Открывая его, можно увидеть первую совместную фотографию, которая, видимо, сделана ещё в роддоме: счастливая мама держала маленький белый свёрточек; счастливый отец стоял рядом и улыбался в камеру, а маленькая сестра всеми силами пыталась на меня посмотреть.       Переворачивая страницу, я увидел фотографии в домашней обстановке, где мне был всего месяц. Я лежал на животике и улыбался. — Ты такой милый, — протянула Ульяна, смотря на фотографии в фотоальбоме, который я листал. — А тут так вообще, — захихикала девушка, увидев мою фотографию, где я был совершенно голенький в маленькой ванночке наполненной водой. — Тааак! Заканчиваем смотреть этот альбом, — смутившись сказал я, закрывая фотоальбом и отставляя его в сторону. — Ой, а кто это у нас смутился?! — издевалась Ульяна, немного посмеиваясь надо мной.       Пропуская мимо ушей слова девушки, я взял другой фотоальбом. Еще не открыв его, я понял, что именно этот альбом нам и нужен.       Листая фотографии, мы пытались найти что-то похоже с тем снимком, который я нашел в комнате отца. Нам попадались разные фотографии, но что-то внутри мне подсказывало, что это все не то - на них я не видел свою татуировку и улыбался не так, как на том снимке, который я нашел. Пролистывая до конца, я остановился на последней фотографии, где я стоял с мамой и обнимал её обеими руками. Год совпадал с годом на фотографии с матча. — Вот она! — Воскликнул я, радуясь от подходящей фотографии. И мы начали осматривать тщательно эти два снимка. — Ты прав! На фотографии с матча у тебя нет татуировки, а на снимке, где ты с мамой, она у тебя есть. И фотография на отдыхе сделана раньше, чем на матче, судя по датам. Улыбка твоя более закрытая, я бы даже сказала, она пафосная какая-то, а на снимке с твоим папой, твой близнец улыбается радостной, открытой улыбкой и татуировки нет. Это не ты с отцом, а твой брат, — закончила рассуждать и сравнивать Ульяна, а от слова близнец, я понимал, что родители от меня скрывали многое. — Стоп! У меня в голове не укладывается! Если это так, то я получается жил всю жизнь не зная о том, что у меня есть брат-близнец?! — говорил я в шоковом состоянии, все никак не переварив информацию, которую мне озвучила девушка. — Возможно, при вашем рождении, что-то повлияло на то, что твои родители оставили твоего брата в детском доме, и ты о нем ничего не знал, — сказала Ульяна, бережно кладя свою руку мне на плечо, поддерживая. — Они врали мне! У меня есть брат, а я даже о нем ничего не знаю, только то, что мы близнецы! — кричал я, не контролируя свои эмоции, и начал расхаживать по комнате, хватаясь за голову и прокручивая все в голове. — Так вот почему, когда я был в магазине и покупал продукты для нашего романтического свидания, продавец спутала меня с кем-то. Она думала, что вернулся мой близнец! Мы были тогда в одном магазине! — дошло до меня спустя столько времени, а русоволосая только горько вздохнула.       Я все так же расхаживал по комнате в моей голове не унималась мысль о том, что где-то в Москве живет мой брат-близнец. За все это время, что родители были живы они ни разу не заикнулись о том, что у меня и Полины есть брат. Я только наблюдалй как мама и папа иногда ранним утром уезжали из дома, но тогда я думал, что они уезжают на работу, а на самом деле они навещали моего брата в детском доме. — Я думаю тебе нужно успокоиться. Твои родители совершили большую ошибку, но время не вернуть, — сказала Ульяна, а я остановился и посмотрел ей в глаза, полые сочувствия, и понял, что сейчас мои нервные хождения по чердаку, ничего назад не вернут.       Протянув свою крепкую руку русоволосой, которая приняла её в ответ, мы вышли с чердака, оставляя фотографии и небольшой беспорядок, который там устроили. Только после этого я почувствовал некое облегчение внутри, что вот я знаю правду и смогу найти своего брата, чтобы отец обрел покой.       Ступая вниз по лестнице, мой взгляд упал наручные часы, которые показывали, что уже четыре часа дня, а встреча у меня запланирована на пять часов. — Черт! Я совсем забыл о встрече! — громко сказал я, понимая, что на сборы остались считаные секунды. — Что за встреча? — спросила меня Ульяна, поднимая свои бровки вверх. — С потенциальным покупателем, который готов купить у меня товар, — сказал я, быстро поцеловав в щеку девушку, и, оставляя её в одиночестве, спускаюсь вниз к парням, которые громко разговаривали у себя в комнате.       Забегая в комнату к парням, я увидел удивлённые глаза банды, которые тщательно рассматривали мое лицо. «Ну да, за сегодня, я испытал безумно много эмоций.» — План все так же в силе? Ничего не дополняли? — спросил я, пытаясь всех отвлечь от своего лица и направить на работу, которая предстоит нам. — Да, только я добавил некое усовершенствование в него. У нас появился оператор, который будет снимать на скрытую камеру все, что происходит в твоем поле зрения, — сказал Артем, немного волнуясь, а я осматривал каждого, кто был в комнате пока не услышал, как дверь комнаты открылась, и зашла Ульяна в черном облегающем платье, только на её лице не была макияжа. — НЕТ! КАКОГО ЧЕРТА, АРТЁМ?! — закричал я после осознания того, что Артём затеял. — Мы не можем всей бандой завалиться в этот бар, а Ульяна одна проникнет и сядет возле бара, чтобы было видно нам всем твою сделку. Я не говорю о том, чтобы она участвовала, я только хочу, чтобы операция прошла успешно, а при виде нас покупатели сбегут. Ты, когда нам рассказывал о них, говорил о том, что они очень влиятельные и осматривают всех, кто есть в этом баре. Думаю, милую и симпатичную девушку они трогать не будут, а мы в случае чего будем недалеко, — закончил Артём свое рассуждения, а внутри я понимал, что он прав, но я так же понимал, что не могу подвергать её опасности. — И вообще я согласна, — неожиданно подала голос Ульяна, заставляя меня посмотреть на неё своим невозмутимым взглядом. — СУКА! Какого ЧЁРТА ты мне говоришь об этом только сейчас, когда времени остается совсем мало?! — кричал я. — Потому что так ты бы не согласился. — Думаю тебе нужно соглашаться, а то мы опоздаем, — сказала Ульяна, а я сжал зубы и понял, что выхода нет и придется последовать этому плану.       Вооружившись и собравшись, мы двинулись к машинам, которые нас довезут до встречи с моим потенциальным покупателем. Раньше я думал, что справлюсь без банды, но, поняв какие серьезные люди меня будут окружать, я решил перестраховаться, рассказав месяц назад все парням.       Ожидая возле машины русоволосую, которая немного задерживалась, я поднял глаза вверх и увидел самую красивую девушку, которая вальяжной походкой от бедра двигалась ко мне. На её плече висела небольшая сумочка, куда здорово поместилась маленькая камера. На ней было все так же черное облегающее платье, а сверху белоснежное ослепляющее пальто. На ногах высокие сапоги под цвет платья, а на лице был макияж, который подчеркивал всю её сексуальность. — Ты потрясающе выглядишь! — сказал я и услышал свист с машины парней, которые точно так же, как и я были шокированы. Показав им средний палец, я двинулся к девушке. Улыбаюсь и обнимаю её за талию, говоря всем, что это моя девочка. — Спасибо! А тебе чертовски идет черный классический костюм, а пальто подчеркивает твой образ! Ты такой сексуальный, — прошептала последние слова мне на ухо Ульяна, а я почувствовал, как в моих брюках становилось тесно.       Помогая Ульяне сесть в черный внедорожник, я захлопнул дверь и обежал машину. Сел на водительское сиденье и завел мотор. Тронувшись с места, я положил свою руку на колено русоволосой, поглаживая пальцами кожу девушки, через капроновые колготки.       Мы молчали. Я думал о том, как может пройти встреча и в случае провала выстраивал новый план. Въезжая в Москву, я сжал руль посильнее, не отпуская мысль о том, что на какой-то из улиц обитает мой брат. Я понимал, что прошло 25 лет и, возможно, когда я его найду, он скажет, что мы чужие люди, что нас связывает только внешность, но по крайне мере я узнаю, что хочет донести мне отец своими слова: «Он потерял себя и идет по неверному пути.»       Останавливаясь недалеко от бара, я посмотрел на Ульяну, которая оставшийся путь должна пройти пешком одна. В сумочке у неё находилась камера, которую она достанет незаметно и будет снимать происходящее. — Будь пожалуйста осторожней! Почувствуешь опасность - уходи! — сказал я, волнуясь за русоволосую, которая впервые на задании, где может быть реальная опасность. — Все будет хорошо, родной, — сказала Ульяна и, быстро поцеловав меня, вышла из машины.       Я незамедлительно тронулся с места и завернул к бару, в котором пройдет сделка. Мои руки стали словно ледяными, наверное, я бы так не волновался, если бы был один, но сейчас со мной в одном баре будет находится девушка, которая мне очень дорога. Я где-то понимал, что рядом будет и банда, но в случае провала, мне первым придется защищать Ульяну, которая может попасть под пулю. Останавливая машину на парковке, я заглушил мотор и вышел из автомобиля поправляя костюм на себе. Сегодня это заведение превратилось в бар только для VIP посетителей, и молодежи, которая тусуется все время в баре, не будет. Громко вздохнув, я пошел ко входу в бар, где стояла охрана, и протянул два билета-приглашения. — Будет ещё девушка в черном облегающем платье и в белом пальто, — сказал я, не отводя от охранника свой строгий взгляд. — Понял вас. Ваш столик и все продаваемое сегодня уже готово, — оповестил меня охранник и впустил внутрь.       Запах дорогой выпивки, кальяна и секса вскружит голову всем, кто только зайдет внутрь. Двигаясь гордой походкой, я ловил на себе взгляды всех присутствующих. Девушки, не скрывая своей похоти, раздевали меня глазами, а их папики злостно одаривали меня своими строгими взглядами и лапали своих спутниц, давая понять всем, что она только его. Усмехнувшись такому, я даже на пару секунд опустил голову, насмехаясь над этими стариками, которые сейчас бояться потерять своих женщин.       Присаживаясь за свой столик, я поднял один палец вверх, намекая официанту, что мне нужна выпивка. И через пару секунд на моем столе образовался стакан с темной жидкостью. Отпивая немного виски, я смаковал этот глоток, который поступил мне внутрь. Он обжигал все внутри, а приятное послевкусие заставило мои рецепторы на языке спеть свою мелодию радости. — Ооо, вы уже здесь! Я рад вас видеть, Егор Николаевич, — сказал мужчина в возрасте, а я только поднял на него взгляд и показал рукой на соседний стул впереди меня, доброжелательно улыбаясь. — Я не мог заставлять ждать такого потенциального клиента в виде Вас! Это была бы большая глупость с моей стороны! — сказал я, немного посмеиваясь, пытаясь расположить к себе клиента ещё больше, чем было. — Вы правы, и я бы хотел взглянуть на товар. Прежде чем я отправлюсь с этой красоткой в черном облегающем платье в VIP комнату, — сказал мужчина, а я обернулся на его слова, понимая о ком он мог говорить. — Не правда ли она прекрасна? И ещё одна… — не унимался мужчина, а я сжал кулаки пытаясь сдерживать себя, чтобы не врезать этому старикашке. — Даа. Эта девочка словно ангел в черном платье, — сказал я, отпивая виски и щелкнув пальцами официанту, давая понять, что можно выносить товар.        Один за другим официанты бережно выносили оружие и ставили на специальные подставки демонстрируя: винтовку, Пищаль — редкий артефакт, который сейчас нигде не найдешь, и самый главный претендент на этот вечер - Аркебуза, появившегося в Германии в 1379 году. Они были у многих коллекционеров, которые дорожат своим оружием, но разгромив одно казино, я увидел сейф, где и хранилось это древнее оружие. — Это неописуемая красота! — восторгался мужчина, а я понял, что все идет как надо. — Если вас все устраивает, то они ваши! — сказал я, ожидая, когда черный чемоданчик снизу окажется у меня в руках.       Мужчина щелкнул пальцами, и охранник, который все это время стоял рядом, поднял чемоданчик и открыл, показывая мне темно-зеленые банкноты. — Будете пересчитывать? — Спросил меня мужчина, уже во всю осматривая оружие. — Думаю, в этом нет нужды. Вы такой же влиятельный человек как я, и в случаи дальнейшего сотрудничества, мы должны доверять друг другу! — сказал я, захлопывая чемоданчик на защелки, и взял за ручку, вставая со стола. — Как будет следующий товар, я вам обязательно дам знать. — сказал я и ушел прочь, направляясь к русоволосой, которая улыбалась мне победной улыбкой.       Краем глаза я заметил, как открылась входная дверь и ворвалась полиция, стреляя в потолок. Быстро схватив Ульяну под руку, я бегом под крики остальных, направился к черному входу, где никого не оказалось. Выбегая на улицу, мы сели в машину, приготовленную парнями на случай необъяснимой ситуации. — Откуда полиция? — спросила меня девушка, но даже я сам не понимал, откуда они узнали. — Меньше вопросов! Пристегивайся и держись крепче! — сказал я, запрыгивая в машину. Со свистом колес мы двинулись с места, обгоняя машины, которые двигались слишком медленно.       Услышав звонок мобильного, я нажал на кнопку руля и принял его, слыша взволнованный голос Артёма. — С вами все хорошо?! Что произошло?! — распрашивал нас Артём, но сейчас мне меньше всего хотелось болтать по телефону, когда за нами началась погоня. — Все потом! — сказал я, выбрасывая телефон через окно, и он вдребезги разбился на пару частей, а в машине послышались протяжные гудки.       Я понимал, что полиция могла отслеживать нас по телефону, и поэтому единственное и правильное решение - просто выбросить его. Обгоняя машины, я чувствовал, как колеса скользили на дороге ото льда. Не лучшее время убегать от полиции. — Егор они догоняют нас! — кричала Ульяна смотря назад, где послышались выстрелы. — Не бойся! Оторвемся! — сказал я, резко заворачивая на повороте, и мы выезжаем из Москвы, где больше шансов оторваться. Набирая скорость, я смотрел в зеркало заднего вида и видел, как две полицейские машины отставали от нас: у них просто меньше мощности, чем у нас - я чувствовал запах победы. Заворачивая вправо к дому, я нажал на тормоз, который никак не реагировал, а внутри забилась какая-то тревога.       Увидев совсем близко дорожный трамплин, которого раньше не было, я понял, что машина взлетела, и я успел только повернуть голову на Ульяну, которая безумно переживала и смотрела на меня, а на её лице выступали слезы. — Помни, чтобы ни случилось, я люблю тебя! — прокричал я, чувствуя удар, который заставил все тело словно замереть, и последнее, что я осознал: моя голова соприкоснулась с подушкой безопасности, и я потерял сознание…