Идеи

По “главной улице” поселения выживших, чинно раскланиваясь с окружающими, шествовал пожилой японец. Да и как могло быть иначе: “Здравствуй, Кента-кун! Как твоя последняя партия с Ичиро? – Победил, молодец. – Госпожа, Наоко! Как внуки – не безобразничают? Вот сорванцы”. Обликом своим этот пожилой японец, по имени Хагамото Рюитаро, походил на типичного деревенского старичка, как себе его представляют городские. Только ухоженная, аккуратно подстриженная борода, и выбивалась из образа. Так что никто из встреченных им людей и мысли не допускал, что перед ними, аж целый профессор психологии, выпускник Тодай (времен, когда его диплом еще чего-то стоил!), почетный член Ассоциации военных медиков, майор медицинской службы Сил Самообороны в отставке. Впрочем, такой облик, хоть и помогал в работе, но не являлся её причиной. Он был обусловлен, как внешними данными так и подражанием достойному человеку. За свои 68 лет, весьма насыщенной жизни, Рюитаро встречал очень мало людей, достойных такого же уважения, как его дед- Хаято. Этот малограмотный, всю жизнь тяжело работавший человек, был для него настоящим источником жизненной мудрости, оптимизма и человечности. Весь его жизненный опыт и образование лишь подтверждали те, на первый взгляд, простые житейские истины, что изрекал старик в разговорах со своими шебутным внуком. Пусть его фигуре не хватало дедовой монументальности, а его спину не согнула многолетняя работа на полях, сходство со старой выцвившей фотографией было огромным. Вот и сейчас, шествуя по улице, он делал, научно обосновано и сознательно, то же что и простой деревенский староста когда-то – работал с людьми. Облик его и доброжелательность, впрочем, отнюдь не были рабочим реквизитом. Дед был прав – люди, с которыми живешь рядом, прекрасно чувствуют неискренность, даже если сами этого не понимают. Вот так, неспешно Рюитаро дошёл до дома Такаги-сама, и вошел в него. Никто его не останавливал ведь такие визиты были регулярными. Вот и сегодня, его уже ждали. За широким столом для совещаний восседали Такаги-сама, чуть в стороне, как обычно, его жена, Тэцутаро Дой и, он мысленно поморщился, его коллега – Осаму Момо. Дело было отнюдь не в зависти или конкуренции, просто Момо-сан, во многом, воплощала то, что он, в профессии, осуждал. Он посвятил свою жизнь помощи людям вообще и бойцам Сил Самообороны в частности. Силы Самообороны, вопреки расхожему мнению, вовсе не были сборищем беззубых бездельников; раньше не были. Прекрасно подготовленные офицеры, осознающие меру своей ответственности бойцы – все это не так-то то просто привести к упадку. Даже в худшие годы американской тирании (все любят осуждать японские зверства в Китае – справедливо, по его мнению, но никто не хочет осудить американские зверства в Японии) наследие императорской армии сберегали как могли. Ведь честь – дороже жизни! Продолжалась борьба и после “усечения”, один страйкбол чего стоил. Да и позднее, помощь психолога солдатам и офицерам требовалось регулярно (это уж не говоря про береговую охрану) и это помимо работы с кадрами. Жаль, что то, что не смог сделать враг – смогли “родные” политики. Он, как и многие сослуживцы, был категорически против американских стандартов в работе с кадрами. Они не только не подходили японскому менталитету, но и в целом, многократно подтверждали свою несостоятельность. Что за глупость такая, считать стойкие моральные убеждения, у бойцов специальных подразделений, недостатком. На что тогда такой боец должен опираться в сложной, а то и безнадежной ситуации. Да даже в обыденной службе, он должен понимать зачем он здесь, а не боятся командирской палки! Доводилось ему слышать, что некоторых таких, “подготовленных в духе нового времени”, после вылета со службы, не подбирали даже якудза! Он был слишком “громким”, что бы его игнорировать и слишком заслуженным, что бы его заткнуть. Пенсия, а после друзья, такие же неравнодушные к судьбе страны люди, свели его с Такаги-сама. Тому как раз, для его организации требовались люди с его опытом и знаниями. Пожалуй, вот уж лет 7 прошло. О своём выборе он не жалел, а за такую удачу: в Тот День, его на работе навещала дочь с внуками, он будет благодарить богов до конца дней. Осаму Момо-сан была человеком совсем иного склада. Чрезвычайно одаренная, из состоятельной семьи, она получила лучшее возможное образование, а после нашла себя в мутных и зловонных водах корпоративного сектора. Это, пожалуй, говорило о ней все, что нужно знать. Впрочем, стоит добавить, что её услуги были востребованы отнюдь не изможденными работниками дзайбацу, а топ-менеджерами. Разумеется, их интересовало не сколько собственное ментальное здоровье, сколько успехи в корпоративных интригах. Хотя, большинство из них, эти два понятия и не разделяли. В Тот День, хотя говоря о ней вернее будет, в тот час, она за некой надобностью посещала пустой родительский дом (те были в Сингапуре) не подалеку от поместья Такаги, а после подтвердила свою квалификацию корпоративной акулы, быстро сориентировавшись и предложив свои услуги Такаги-сама. Собственно, они вдвоём и составляли психологическую службу острова Таканосу. Произошедшее стало травмирующим событием для всех, без исключения, а если принимать во внимание доклад Такаши-куна, то можно сказать, что они скорее служба Борьбы за Живучесть, их маленькой общины. Пока Рюитаро, по стариковски, неспеша усаживался подошел последний участник заседания – капитан Кавомото Кота-сан, руководитель оппозиционного Такаги-сама силового блока. - Начинаем. – Такаги-сан, как всегда, был не многословен. - Прошло 2 недели с момента обсуждения Доклада о Природе Произошедшего. У всех было достаточно времени чтобы успокоиться и принять новую информацию. Коротко, о ваших замечаниях к принятым мерам. - Принятый комплекс мер считаю достаточным, на данный момент, - после короткой паузы начал Кавомото-сан. - В свете Дополнения № 3 к Докладу, считаю решение засекретить и максимально ограничить круг посвященных не только целесообразным, но и жизненно важным. Вся собранная нами за 2 недели информация, как минимум не противоречит изложенной в Докладе. С нашей стороны, о содержании Дополнений № 2,3 и 4 буду знать только двое - я и мой заместитель. - Трое, - тут же, снова, испытала прочность своего положения Момо-сан. – Минами Рика-сан знает о содержании, как бы не больше нас всех вместе взятых. У неё имеется непосредственный доступ к источнику, и я не думаю, что она откажется им воспользоваться для укрепления своей пошатнувшейся позиции в ваших рядах. - Для того чтобы, в том числе, выяснить в чьих “рядах” ныне прибывает Минами-сан мы здесь сегодня и собрались – примирительно заметила Юрико-сан. - Полагаю заключение о том, что бактерии вызывающие Изменение, в малых количествах, способны влиять на эмоциональное состояние человека, путем воздействия на железы и гормоны, а так же тот факт, что чрезмерно возбуждённое, как и чрезмерно подавленное состояние человека, способствует прогрессу инфекции – не опровергнутым, - словно ничего и не было продолжил Кавомото-сан. Для себя Рюитаро отметил, что капитан мало что понял из обосновательной части Доклада, уж больно характерно стекленеет его взгляд, но честно пытался понять. - В таком случае сообщать общественности о том, что Измененные не какие не «зомби», а больны своего рода бешенством – катастрофически не разумно. До личного состава я доведу лишь информации по мерам противодействия и, новым мерам обнаружения. Теперь “мяч оказался на поле” Такаги-сама и тот, разумеется продолжил. - Вышеперечисленное означает, что для обеспечения нашего выживания необходимо обратить особое внимание на психологическое состояние жителей острова. Более пристальное, чем было бы необходимо, в подобной ситуации. Сегодняшнее заседание посвящённое этой теме, а если точнее, то состоянию психики отдельных, ценных представителей нашего общества. Начнем с самого одиозного, при этом не заменимого, в данный момент – Комуро Такаши. Его состояние давно вызывает у меня опасения. После последних слов Такаги-сама Момо-сан мечтательно закатила глаза, да еще и, едва заметно, причмокнула, словно предвкушая удивительное лакомство. Ах, вот из-за такого он и испытывал к ней недоверие. - Если позволите, то я начну, - начала она хорошо поставленным, «профессиональным» голосом. - Если коротко, то Комуро Такаши – клинический социопат, демонстрирующий ряд психопатических черт, что впрочем не отменяет того факта, что он гений. После столь шокирующей новости за столом воцарилась тишина. Впрочем, случайных людей здесь не было и по лицам присутствующих, за исключением, в определенной степени, Тэцутаро-куна, ничего нельзя было прочесть. - Вы уверены, Момо-сан? Такаши, конечно, несколько высокомерен и ... своеобразно воспитан, но социопат, психопат? Он, очевидно, любит свою мать, у него есть друзья, даже девушка есть. – Аргументы Юрико-сама были поданы логичные, но тот факт, что она сама вступил в разговор и несколько замешкалась при подборе слов говорил о многом. - Действительно, я слышал много скверного об этом юнце от своих бойцов. Сам я с ним говорил лишь однажды и его высокомерный взгляд мне не понравился, но социопат? Я встречал преступников с таким диагнозом, они вели себя совершенно по другому, - продолжил тему капитан Кавомото. - Гениальность вы не оспариваете? Хорошо, потому, что для нас с Сакамото-саном именно в ней и таились сложности, с социопатией все классически и очевидно. В таком случае тему гениальности предлагаю закрыть сразу, скажу лишь, что за всю мою практику он наиболее полно воплощает в себе архетип гения. Рискуя показаться вульгарной, замечу, что он словно персонаж манги, а не реальный человек. До недавнего времени, я бы не поверила, что такое вообще возможно. - Проблему гениальности Такаши-куна, как имеющую фундаментально-научное значение, действительно, предлагаю обсудить позже, а пока, думаю, стоит многое пояснить, - пришлось принимать эстафету, что бы сбить накал. - В современной массовой культуре представление о социопатии сформировалось совместными “усилиями” американских комиксов, и как следствие – манги, и Голливудскими же фильмами. Чего стоит образ Ганнибала Лектора? Представленные там персонажи вмещают в себе целые букеты расстройств и патологий, причем как герои так и злодеи. “В лучшем случаи” изображается крайне острая форма социопатии с примесью безумия. В реальности же 80% социопатов это несчастные больные люди для которых, жизнь в обществе тяжкое испытание, а не преступные гении. - Видите ли, Кавомото-сан, социопаты, вопреки тому образу, что создает телевизор, отнюдь не лишены возможности создавать социальные связи или испытывать эмоции. Как, впрочем слово социопат не синоним слова импотент, это к слову о наличии, вполне довольной, девушки, - не смогла не съязвить Момо-сан. - Как верно заметила Момо-сан, - снова приходится сглаживать углы, - социопаты, хоть и испытывают трудности (от случая к случаю они варьируются) с созданием социальных связей, на них вполне способны. Вот только причины и критерии этих связей могут быть совершенно невообразимы. Иными словами, социопат может испытывать “любовь” или “дружбу”, но смысл который он вкладывает в эти понятия, под час, совершенно дикий. Впрочем, подобное характерно для, относительно, небольшого процента больных. Предвосхищая ваши вопросы – друзей у Такаши-куна нет. Что же касается содержания того, что он вкладывает в любовь к матери или к Саэко-чан, то без личного, предметного разговора это установить невозможно. Случай Такаши-куна и вовсе очень сложен, но в тоже время крайне интересен. В другое время его значение для науки сложно было-бы переоценить, - а вот теперь стоит сделать небольшую паузу, чтобы слушатели прониклись. - Дело в том, что по нашему общему мнению социопатия Такаши-куна является, так сказать, лично приобретенной. Она возникла и развилась в следствии его гениальности. У русских есть такой афоризм: “Горе от ума”, они имеют в виду кое-что иное, но точнее здесь и не скажешь. Забегая наперед, должен сообщить, что Такаши-кун прекрасно понимает, как функционирует общество, а также необходимость определенных социальных норм. Проблема в том, что он попросту не видит смысла в большинстве социальных институтов или даже определенных сфер человеческой деятельности. Он, признавая необходимость группы “управленцы” не видит объективных причин существования группы “политики”. Катастрофической ситуацию делает тот факт, что Такаши-кун, в отличии от даже весьма одаренного и состоятельного человека или группы людей, вполне может что-то с этим сделать, если захочет конечно. - Причем может как сейчас, так и вполне мог-бы в мире до Инцидента. Там даже больше, – не смогла долго молчать Момо-сан. - Но мы поторопились, лучше начинать с начала. Противопоставление Такаши обществу началось еще в раннем детстве. Речь сейчас не о реакции нашего общества на матерей-одиночек, а о более “остром” моменте. - Хотя у меня и не было возможности сколь-нибудь долго работать с его матерями наличие определенных признаков позволяет, с высокой вероятность, предположить, что Такаши-кун воспитывался в однополом браке, - начала потрясать слушателей Момо-сан. К сожалению, здесь он мало что мог сказать. Конечно, в армии ему доводилось сталкиваться с неуставными отношениями такого плана, но с огромным опытом Момо-сан ему было не тягаться. Он конечно, всегда знал, что корпорациями руководят не ангелы, но простодушно полагал, что их грехи лежат исключительно в денежной сфере. После некоторых оговорок Момо-сан он начал подозревать, что те люди живут в своем отдельном мире, где мораль не только деловых, а любых отношений вообще, в лучшем случае, анекдот. - К сожаления, не могу достоверно утверждать, что тогда или сейчас присутствует интимная связь, - продолжала Момо-сан,- но как минимум, подобные желания их наверняка посещали. В остальном же все классические признаки на лицо. Достаточно заметить, что роль авторитетной отцовской фигуры в жизни Такаши-куна занимает Кирико-сан. Думаю, все здесь имеют представление о её характере. Если кто-то располагает информацией о её деятельности на посту собственной банды босодзоку – пожалуйста поделитесь, но думаю и обычные для такого рода “должности” забавы наверняка повлияли на её предпочтения в личной жизни. Хочу также добавить, что демонстрируемая ею, в связи с исчезновением мужа реакция, является раздражением, а отнюдь не скорбью. - Кирико-сан, несмотря на некоторую эмоциональность, прекрасный офицер и у вас нет права обвинять её в несоответствии должности. В конце концов, будь она чем то большим, чем обычная лихачка – её бы не взяли в полицию, - ожидаемо защитил честь мундира Кавомото-сан. - Боюсь вы меня не понял, Кавомото-сан. Мы не сомневаемся в ею профессиональных качествах. Более того, она была на своём месте как следователь Отдела Транспортных Преступлений. Уверена она знает всех профессиональных угонщиков и “черных” механиков префектуры лично и общий язык с байкерами и им подобными находит легко. Мы не ставим под сомнение её верность присяге, просто хотим, чтобы все поняли, что от неё мог взять Такаши-кун. В полиции ведь все еще ходят пересуды о обрядах посвящения практикуемых некоторыми чисто женскими бандами? – опять съязвила Момо-сан. - Одно из слагаемых проблемы в том, что Такаши-кун, уже в детстве вполне мог понять подоплёку увиденных им странностей. Он ведь был достаточно умен, чтобы понять как сильно окружающие “любят” тех, кто действительно отличается. Его способности к социальной мимикрии поражают, но меркнут по сравнению с тем , как рано он начал. И не надо ссылаться на его нынешнее поведение: во-первых социопатия начинает прогрессировать именно в подростковом возрасте; во-вторых, он просто больше не видит смысла притворяться. Если, даже для нас с вами нормы “старого мира” остаются константами воспитания, то для Такаши-куна они всегда, в любой ситуации, были осознанным актом актерской игры. Нет смысла в старых нормах, а для Такаши-куна в них никогда не было смысла. Для него общество, как воспринимаем его мы, бездарный затянувшийся, безвкусный водевиль. - Впрочем, именно сейчас, я хочу сказать, что когда Такаши-пьен увидел, изучил и осознал не одобряемость (а то и неприятие) обществом поведения своей “матери”, то его симпатии явно были не на стороне общества. - Следующим фактором стоит признать его интеллект. Если все упростить и сократить, то сейчас выделяют два вида интеллекта: собственно сам интеллект и интеллект эмоциональный. По мере взросления ребенка они, соответственно, развиваются. У Такаши-куна же, на фоне просто чудовищного интеллекта, которым он и познавал мир – логически и аналитически, эмоциональный просто потерялся. Если позволите аналогию из компьютерных игр то, он имеет 10 единиц эмоционального и 1000 – интеллекта. При этом Такаши-кун прекрасно умеет читать людей, просто феноменально – если хочет и сосредоточится на этом, конечно. Хочет он этого, правда, редко, но сам факт делает для нас с коллегой незаметную работу с ним невозможной. - Отсюда перейдем к иным его феноменальным способностям. Я имею ввиду физическое и ментальное развитие. Контроль эмоций, действительно относительно несложный процесс для специально подготовленного человека. Но не с такой скоростью и не в таком объёме. Это даже не контроль эмоций, а перераспределение “вычислительных мощностей” мозга выходит. Уверена, контроль тела у него на столь же высоком уровне. И в этом кроется опасность. Техники и практики медитации и любой другой работы с сознанием, не зависимо от традиции, безопасны только на начальном этапе. Для прочего нужен учитель и огромная осторожность. Что впрочем не помешало Такаши-куну достичь того, о чем многие, посвятившие этому пути всю жизнь, и мечтать не смеют. - Говоря примитивно – его социопатия, во многом, результат того, что он сам “накрутил” в своём сознании. Если честно, то факт его пребывания в своём уме можно считать чудом. Рискну предположить, что Такаши-кун может в любой момент времени полностью, по своей воле, повлиять на любые процессы происходящие с его телом и сознанием. Насколько это позволяют человеческие пределы конечно. Если позволите, я бы даже назвала его состояние псевдо-Пробуждением. Как вы понимаете, с таких вершин обычные люди едва заметны и едва ли значат много больше муравьёв. Поэтому, Кавомото-сан, Такаши-кун отнюдь не смотрел на вас высокомерно, он вас и вовсе не видел. Вы, я, все здесь – для него, в лучшем случае, инструменты. И говоря инструменты, я имею ввиду буквально, не объект манипуляций, а именно инструмент. Гаечный ключ, например, - продолжила активно и осознанно топтаться по самолюбию капитана Момо-сан. - Момо-сан хочет сказать, что у Такаши-куна нет практически никаких общих интересов с обычными людьми. Он не злодей из комиксов, - Момо-сан очень «воспитано» фыркнула в этот момент, - не маньяк и не угроза для нашей общины. Мы просто ему не нужны. Мы полагаем, что он воспринимает наши взаимоотношения, как своего рода симбиоз: он нам свои услуги, мы удовлетворяем потребности его семьи. Сам он себя частью нашего общества не считает, как не считал и до Инцидента. Собственно, это и есть социопатия – не способность стать частью общества. Поэтому, если исключить возможные недоразумения, главная опасность от Такаши-куна, это, то, что он, в любой момент, может уйти. Разумеется, если найдет себе более подходящую “среду обитания”. Поймите правильно, это не предательство или эгоизм – для него мы обычный работодатель и если мы считаем по иному, то это наша проблема. Власть ему не интересна, я бы даже сказал противна. Все чего он хочет, в данный момент, это обмениваться необходимыми ресурсами и что бы ему не досаждали общением. К сожалению, у него так-же просматривается явная склонность к мизантропии. - Опасность “инцидентов” так же не стоит приуменьшать, - вернулась к докладу Момо-сан. – У него наверняка, что-то припасено на случай угрозы с нашей стороны. Все ведь помнят про происшествие с Красным Слоном, и в особенности, про прототип рельсового ружья. Поделка Такаши-куна явно могла свободно перемещаться одним человеком, тогда как все потуги военных различных стран едва помещаются на линкоре. Не забываем про его глубокие познания в области производства БОВ. Не удивлюсь если в подвале храма он, из различного хлама, собрал нейтронную бомбу. - “Работа” на неизвестную нам организацию не могла не оставить свой след в его характере. Имеющиеся у нас сведения крайне фрагментарны, но постараемся выделить из них главное. Такаши-кун, помимо существенных знаний в области биологии, обладает сопоставимыми знаниями в области программирования и цифровой безопасности. Поверьте моему опыту, за тот факт, что он как следует подготовился к своей “шалости” нам следует благодарить всех богов. Его ведь искали, вполне возможно, и сейчас ищут. Специалист такого масштаба, каким он себя проявил не может быть сам по себе, он нужен всем. Если же организации, наверняка обладающая ресурсами иной маленькой страны, а другие фундаментальные исследования в области биологии не ведут, не может найти человека периодически с ним контактируя, это показатель. С высокой долей вероятности, корпоративные сети для него также проходной двор. Именно оттуда он мог черпать информации о концептах и технологиях, что “замели под ковер”. Это также часть проблемы. Наблюдение за работой подобных организаций изнутри, как вы понимаете, характеризует общество не лучшим образом. - Такаши-кун, вполне может полагать, что сможет прожить жизнь обычного автомеханика с необычным хобби, но это крайне маловероятно. Не обладая имеющейся у нас информацией (я если честно, до сих пор с трудом верю в увиденное: панациллин, компьютер на сапфирах, рельсовое ружьё, компетентный анализ инфекции, в частности уровней – без необходимого оборудования) кое-кто мог бы переусердствовать в поисках, а при удаче в вербовке. В таком случаи он легко мог бы превратится в кого-то вроде Виктора фон Дума, а там и прощай старый мир, – он с вздохнул про себя, глядя как вздрогнули все присутствующие. Момо-сан конечно хороша, сыпать соль на свежую рану, но образ для сравнения она выбрала своеобразный. В другое время он бы нашел забавным тот факт, что представители ультранационалистической партии так близко знакомы с американскими комиксами, но не сейчас. Это ведь очень страшно, когда сказки оживают, а комиксы ведь отнюдь не добротой к окружающим славятся. - Впрочем, чтобы не городить пустые теории, отметим, что нам действительно известно. Организация с которой он сотрудничал имеет, как минимум, военные контракты. Поданный Такаши-куном Доклад без рецензии бы допустили к слушаниям на Ассамблее Академии Наук, но нас интересует Дополнение №1. То самое, где излагаются меры противодействия Измененным и способы их уничтожения. Кавомото-сан, вам Дополнение странным не показалось? - Нет, напротив все очень понятно, – после минутного раздумья ответил капитан. - Именно это и странно, - здесь нужно взять слово самому, - это Дополнение, по сути подробнейшая и не допускающая иного толкования инструкция, как именно устранять Измененных. Все описано подробно, но при этом лаконично, простым языком. Охвачены все вероятные ситуации и даны четкие принципы для руководства при невероятных. Уязвимые места, использование подручных средств, тактика использования местности, техника безопасности при работе с электричеством и БОВ. Даже картинки есть (нужно признать, что Такаши-кун весьма не дурно рисует). Иными словами, это классические наставления для солдата любой армии (по умолчанию, человека не слишком интеллектуально одаренного). Вот только: я, как специалист, не уверен, что смог бы лучше, и я не могу представить где, а главное зачем, он научился их составлять? - Отметим, также, что Такаши-кун явно предусматривал ситуацию возможного конфликта в будущем. В свете этого его познания, прямо скажем, диверсионного характера, прямо указывают на готовность использовать наиболее эффективную тактику для одиночки против некой системы. Максимальный урон – в минимальную единицу времени. Это многое о нем говорит, – не могла не «порадовать» окружающих Момо-сан. - Думаю, пока оставим Такаши в покое (это ведь предварительный отчет) и перейдем к его кругу общения, его Фракции. Его матерей мы уже рассмотрели, отметим, что мы продолжим работу в этом направлении. - Первая по значению здесь Бусудзима Саэко, и вот она уже психопатка, – кажется, Момо-сан испытывала искреннее удовольствие от того, что её слова заставили, всегда невозмутимого, Такаги-доно поморщится. - А вы не преувеличиваете, Момо-сан? – счел необходимым уточнить Такаги-доно. - Эх, проклятый телевизор. Нет, Такаги-доно. Психопатия – это “всего на всего” искажение некоторых личностных черт, то есть определенные черты характера либо приобретают гипертрофированные качества, либо напротив низводятся до весьма незначительных величин. У Саэко-чан это вспыльчивость и тяга к насилию. Однако, поскольку она не имела возможности удовлетворить свои позывы в современном цивилизованном обществе, все это приправлено изрядной долей садизма, как последствия не удовлетворенной потребности. Да вы и сами все видели, когда она “развлекалась” с Измененными. Для вас это бой, для Такаши утилизация отходов, для Саэко-чан – наслаждение. Впрочем есть и хорошие новости. Её способность к эмпатии не пострадала, если её как следует не “завести” она вполне способна на сопереживание. Сложилась уникальная ситуация: они с Такаши-куном одновременно, как ограничивают друг друга, так и усугубляют проблемы, считая отклонения друг друга нормой. Если уж мы сегодня используем образные аналогии, то вернемся к массовой культуре. Саэко-чан – это как раз та самая зловещая красавица при главном злодее, та, что сбрасывает некомпетентных слуг в яму с акулами и убивает, различными экзотическими способами, соратников героя. Да, предвосхищая ваши вопросы, для Такаши-куна она подобным займется с удовольствием. Остается только порадоваться, что эта парочка не сложилась в мирные времена. Под прикрытием своего парня она бы развернулась. - Вы удивительно спокойны, для человека, сообщающего такие новости? – впервые за вечер подал голос Тэцутаро-кун. - Не вижу повода для паники, Тэцутаро-сан. Из присутствующих за этим столом только я и Хагомото-сан никого не убивали. Да у вас на то были причины, у неё они тоже есть. Разница, пока по крайней мере, в том, что она получает от процесса удовольствие. Относительную угрозу для окружающих она может представлять месяца через три, когда наконец поймет, что прежняя жизнь ушла и можно больше не опасаться неприятия общества. Она может сломать пару костей кому-нибудь из подчиненных Кавомото-сана, за дурацкую шуточку. Люди Такаги-доно, зная о его дружбе с её отцом, себе такого не позволят. Ну и конечно, в случаи угрозы для Такаши-куна она убьёт не задумываясь. - Теперь, если никто не хочет обсудить не вылилась ли её психопатия в отклонения и в интимной сфере и что происходит за закрытыми дверями их спальни, предлагаю продолжить, – ловко закрыла тему Момо-сан. - Следующая – Минами Рика-сан. - Она тоже психопатка? – холодно поинтересовался капитан Кавомото. - Нет, она вполне, для своей профессии, нормальна. Просто, в свете последних событий, она все ближе и ближе к Фракции Такаши. Минами-сан третья по званию среди ваших людей капитан, считая и вас. Вот только, в последнее время, к её приказам наблюдается очень свободное отношение и её особые отношения с “детишками” здесь, во многом, лишь повод. Вашим бойцам, “древние и славные” традиции, подчинятся женщине не велят, особенно если оная женщина, по протекции, их всех обошла в звании. Да к тому же имеет наглость игнорировать их как мужчин. Крайне не разумно, учитывая, что индикатором, реагирующим на критическую концентрацию бактерий мы обязаны, во многом ей. Многие ли могут попытаться отчитать Такаши-куна? - Рика-сан сделала потрясающую, для женщины, карьеру, пусть и по протекции своего отца и дяди. Что четко характеризует её как очень целеустремленного человека, который не смиряется с трудностями и противодействием общества. Сюда же следует добавить её ориентацию (да они с Марикавой-сан, куда больше чем подруги), впрочем маркерам чистой лесбиянки она не соответствует. Такой человек не станет терпеть дискриминацию от тех кого, пока еще, считает товарищами. А вот на стороне Такаши-куна она найдет, как минимум принятие её особенностей. Точнее там всем на это начхать. Ее мотивы практически те же, что и у Саэко-чан: возможность быть собой и любопытство, конечно же. Рика-сан, не безосновательно, надеется, что когда Такаши-кун закончит оружие против Слона и разработает средство для уничтожения колоний бактерий, до того, как они сформируют колонию нового уровня, он даст ей пострелять. - К тому же ей активно помогают принять “правильное” решение. - Кто? – голос Кавомото-сана вполне мог заморозить воду в стаканах. - Наш следующий объект обсуждения – Марикава Шизука-сан. - К сожалению, у нас не было времени поработать с Шизукой-сан так, как она этого заслуживает. Но определенные выводы мы сделать смогли. Шизука-сан очень умная женщина, – с этим Рюитаро был полностью согласен. Только умный человек знает, когда притвориться дураком, и лишь очень умный изображает дурака постоянно. – И она видит их с подругой будущее в рядах Фракции Такаши-куна. Мотивы отчасти те же, к тому же возможность занять положение выше чем в иных блоках, но главный мотив безопасность - видимо Шизука-сан уже изрядно в жизни обожглась. Ресурсы Фракции Такаши-куна и своеобразные личные качества её членов обеспечат максимальную возможную безопасность. Широта же её взглядов вполне позволит закрепиться понадежней. Особенно когда Саэко-чан пресытится обычными развлечениями, – последнее высказывание смутило лишь Тэцутаро-куна и, в некоторой степени возмутило капитана Кавомото, в очередной раз доказывая: что Уолл-стрит, что высшее общество – та еще клоака. – Впрочем ей есть, что предложить и помимо плотских забав. Надеюсь, все здесь обратили внимание на тот факт, что Шизука-сан активно принимала участие в первичном сборе данных для Доклада. Она является вторым, после Такаши-куна, по квалификации нашим медиком, таким образом мы практически имеем ситуацию, когда Фракция Храма имеет монополию на любую наукоёмкую деятельность, в том числе высококлассные медицинские услуги. Все по историческим лекалам, так сказать. - Что ж, это крайне беспокоящая, но очень ценная информация. Теперь – ваши рекомендации, – решил перейти к обсуждению услышанного Такаги-доно. - Простите, Такаги-доно, но это еще не все, остался еще один достойный обсуждения кандидат, – продолжила Момо-сан. - Кто? - Такаги Сая-сан. После последних слов Момо-сан в комнате повисла тишина, но взрыва не последовало. Только чета Такаги обратила свои взгляды на него. Неужели в этом и был план Момо-чан? Дурашливым поведением преподнести новость “полегче”, что бы родители, как и много раз за этот вечер, обратились к нему за подтверждением, и пока он тянет паузу, начали принимать новость. Равнодушный профессионализм вместо предвкушения, в глазах Момо-сан дал ему и Юрико-доно ответ. Мерзкие корпоративные интриги! Ему же осталось только кивнуть. - У Саи-сан нет проблем с психикой, не считая постоянного стресса, конечно, – начала совершенно иным, клинически-равнодушным тоном Момо-сан, – но поработать с ней моему коллеге необходимо (мне она не доверяет, а завоевывать доверие нет времени). У неё та же проблема, что и у Такаши-куна, пусть и значительно меньшем объёме, она слишком умна. Настолько, чтобы не считать никого из сверстников равным себе, что неминуемо сказалось на характере. Особенно остро проблема встанет при поиске спутника жизни или хотя бы попытки построить отношения. Если бы не Инцидент, без огромной удачи Сая-сан, став старше и циничней, была бы обречена на тщательно подобранные случайные связи. Про счастливое замужество, в рамках брака для укрепления положения семьи, говорить и вовсе не следует. - Мы любим дочь и не считаем её объектом торга, – не смогла промолчать Юрико-сан. - Без сомнения любите, но в вашем кругу брак без слияния возможностей и капиталов нонсенс, – продолжила играть с огнем Момо-сан. - Не случившееся не важно, а важно, что Сая-сан едва ли найдет себе парня среди выживших её возраста (у Коты-куна есть шансы, но потребуется значительная помощь со стороны) даже в случаи многократного удачного расширения. Ну или, при встрече со столь же многочисленной и организованной общиной как наша - брак как союз двух общин. - Как бы обстоятельства не сложились у неё перед глазами всегда будет Фракция Такаши и их вольные нравы и равнодушие к общественным нормам. Учитывая её к нему симпатию, ситуация становится очень шаткой. Впрочем, попробую объяснить иначе. - Юрико-доно, вы отдаете себе отчет, что Сая-сан, возможно не сознательно, ненавидит вашу улыбку? – шокировала всех Момо-сан. Ответом послужили расширившиеся глаза Юрико-доно. - У вас очень располагающая улыбка и львиная доля того, что делает Сая-сан она делает с одной целью – доказать, что этой улыбки достойно исключительно она и больше никто. Мне ведь не нужно объяснять, что происходит если человеку приложившему сверх усилия не дают желаемое? - Пусть они постоянно спорят с Такаши-куном, которого она, кстати, зовет просто по имени, но с ним она именно, что спорит, а не объясняет глупцам их неправоту. Хотя она и раздражает Такаши-куна, но он выделяет её из безликой массы, которой ему видятся окружающие, значит она всегда может рассчитывать на его помощь. - Такаги-доно, вы истинный воин и политик, нет ничего удивительного в том, что вы не понимаете, что значит для женщины быть уникальной в глазах мужчины. – высказалась Момо-сан, в ответ на вопросительный взгляд Такаги-доно. Юрико-доно же, нахмурившись, похоже погрузилась в анализ ситуации, игнорируя всех вокруг. - Таким образом, при определенных обстоятельствах, Сая-сан вполне может перейти во Фракцию Такаши-куна. - Учитывая обилие не самых простых для принятия новостей, предлагаю поступить как в прошлый раз – собраться для разработки плана действий через три дня, – пришлось выступить с предложением закончить совет, ведь судя по виду окружающих конструктивного обсуждения сегодня не выйдет. Предложение единогласно одобрили и участники стали расходиться. Первыми ушли Тэцутаро-кун и капитан Кавомото, Юрико-сан и Момо-сан вместе направились куда то во внутренние помещения, Такаги-доно, сделав ему знак, что разговор переносится, зашагал к черному выходу. Уже на крыльце он встретил Тэцутаро-куна и капитана Кавомото, оба наблюдали за парой малышей запускающих воздушного змея с фонариком. - Среди нас очень мало детей, но даже так, что бы они уцелели, а после выросли в прекрасные цветы, нам всем придётся приложить множество усилий, – словно прорвало капитана. – Дети цветы родительской жизни, только сейчас я начал это понимать. Цветы разных цветов, форм, размеров, с разным запахом, но даже самым отвратным из них нужна наша помощь. Теперь я знаю, что на любой клумбе могут таится сорняки. Эти сорнякам помощь не нужна, они уцелеют где угодно, они цепкие, живучие, колючие, и как я сегодня узнал еще и смертельно ядовитые. Они случись такая надобность сами сожрут любую угрозу, а еще они способны завлекать в свои побеги другие растения. Если бы не обстоятельства, то я бы сходил в храм, но помолюсь всем богам дома. Вознесу хвалу, что сорняки не переплелись между собой в мирное время, буду молиться о нашем выживании, ведь если уцелеют только они, каким же будет тогда новое человечество? Мы ДОЛЖНЫ спасти наши цветы или новому миру лучше и вовсе не быть!