Идеи

- Задумывая Черные дела, на небе ухмыляется Луна, - прилипчивая строчка, собственного сочинения, никак не желала отпускать Гарри. Пусть он и считал себя натурой не склонной к поэтическим изысканиям, но гляди ж прицепилось. Возможно, в пору винить чистое ночное небо да яркую, удивительно выразительную луну, под светом которой он и шевелил лапами. А может, некое чувство облечения, завершенности некой жизненной вехи все не оставляло его даже спустя два месяца после исключения из Хогвартса. Глупый ход, недальновидно растраченный политический капитал, которой сполна отплатит своим творцам даже без его значительного участия. Луну не просто так зовут Волчьим Солнцем. Не смотря на эффект зелья, прогулки в полнолуние были много приятнее сидения в пустой комнате, да и «внутренний волк» не так ярился. Изучение методов работы со Зверем стояли у Гарри в верхней строке списка приоритетов. Пока, можно было лишь сказать, что все полезное из метода Сивого он уже выжал. Умение разделять себя и Зверя было весьма полезным, а уж сливаться с ним, как советовали некоторые «добрые советчики» он точно не планировал. Это же вам не добровольная одержимость Духом Зверя в друидизме, а полноценное слияние с Темным духом из «глубин» Зимы. Ну, что может пойти не так при объединении с, практически, демоном? Реальность охотно показала, что даже для оборотня, прогулка по обычному, не волшебному, лесу, занятие далеко не безопасное. Стоило лишь выйти не небольшую поляну, посреди которой три дуба срослись в один, явив довольно мерзкую картину. Едва выйдя на поляну он замер. Казалось, что все вокруг осталось прежним, но запахи стали слишком чистыми, цвета слишком насыщенными… словом все вокруг стало слишком идеальным, при этом оставаясь самим собой. У иного человека или даже оборотня это мог бы вызвать ступор, и потребовало бы время на осознание неправильности окружения, но его таким, уже, не проведешь. Все вокруг кричало, что он очутился в Нереальности, а тот факт, что он даже не заметил переход был очень говорящим. Похоже, что кто-то из Героических «пригласил его в гости». - Прекрасная ночь для Охоты, юноша. Не так ли? – поприветствовала Гарри пугающе прекрасная женщина. Именно пугающе прекрасная, было единственно подходящим описанием. Казалось бы, за исключением ярко-желтых, с кроваво красными зрачками глаз, в облике незнакомки не было ничего, характерного для фей, необычного. Даже ногти на руках, скорее походившие на заточенные когти, небыли даже в первой десятке виденного им странного маникюра. Вместе с тем, каким-то образом, каждая черточка лица, каждый жест и поза просто кричали, что перед ним Охотница - Действительно, прекрасная ночь, леди Артемисия. – не понять, кто перед ним было сложно. После недавних событий он старался знать, кто есть кто в мире фей, а уж эту не узнать было не возможно. Его посетила сама Безумная Охотница, Госпожа Горькой Милости, Кровожада и еще много разных титулов. Осталось понять, что от мелочи вроде него нужно от одной из важных фигур Летнего Двора. Впору было бы паниковать, что его сочли интересной жертвой для Охоты, но, если подумать, это сомнительно. Ночь почти прошла, да и в коллекции леди есть трофеи много его интересней. По слухам, их чучела являли как волчьи, так и человеческие облики. От настроения Охотницы. По тем же слухам, в былые времена страсть Артемисии к охоте была невероятной даже по меркам Дворов. Не раз Зима и Лето, разом, пытались её урезонить, но все безуспешно. Пока, около тысячи лет назад, она, меж мирами, не столкнулась с некой «эльфийской драконицей». С тех пор длиться её главная, в данный момент, Охота. Она стремиться выследить и заполевать «коллегу», доказав свое превосходство. Ну, а окружающие смогли выдохнуть спокойно. Разумеется, такая высокопоставленная леди не могла все время уделять Охоте, и раздражение от этого, порой выливалось в странные выходки. Говорят, относительно недавно, она взялась обучать смертного искусству свежевания. Некоего Арчибальда Хобзеивича Хунту, кажется. - Волчонок, да? И в правду, до матерого волка, вожака или воистину впечатляющих экземпляров твоего рода тебе еще далеко, но, пожалуй, волком зваться уже можешь. Страшным Волком, хех. Черным Волком. Юным Волком, хах-хах-ха, – очень «вежливо» принялась говорить сама с собой Артемисия. Хорошо, что он уже давно отучился воспринимать поведение фей, кроме вполне определенного, как хамство или ожидать вежливости. - Из всех, кого я вижу, сейчас, ты наиболее подходишь. Мне нравиться твоя умеренная беспощадность. Охотник не должен колебаться, но и убивать больше необходимого не должен. Исполнишь мою просьбу? И пока ты не сказал нет, твоя знакомая Агуане присоединяется к ней, да и награда буде щедрой. - Избавление от проклятия? – сейчас главное не упустить момент и узнать все подробности. Наверняка, цена будет высока, да еще и с подвохом. - Нет. Мне нравиться ваш род. Коли хочешь, то сам иди по этому пути, но карту, что путь облегчит ты от меня получишь. - И что же вам угодно, леди. - Сущий пустяк. По праву рождения, Врата Миров мне не преграда, а тропы меж ними мне известны лучше многих, но это же вынуждает меня исполнять ряд обязанностей. Совершенно мне не интересных. В одном из миров те кого, вы смертные, назвали бы, пожалуй, нищими и предельно не далёкими деревенскими родственниками Зимнего Двора, затеяли очередную глупость. Цель у них достойна интереса, но как же не элегантны средства, – казалось, что на последних словах леди Артемисию буквально стошнит. - Ты должен будешь доставить одной юной дурочке рескрипт королевы Зимы. Хватит ей сидеть в своём Уделе Соломенной Вдовы и горевать. Дарование людям нашей природы редко проходит хорошо, особенно если делать как они с муженьком. Пусть взбодриться, и наконец, вколотит в своего Великого, хех, Генерала немного изящества. И со своим «королем» разберется, но это уже пожелание от меня. - Так же, найдешь место известное как Квохорсикй Лес. Это неподалеку от города Браавос. Там найдешь некоего заклинателя теней по имени Кьёк. Притащишь мне его самого или его «творения». Этот глупец смеет заявлять, что сотворенные им гончие теней «лучшие, что есть». На руинах моего жертвенника обитать и заявлять! Что ж проверим, – казалось, что ничего не изменилось в её облике, но когда леди Охоты произносила последние слова, Гарри чуть приступ медвежьей болезни не испытал. Она явно уже предвкушала встречу, и он четко понял – или он согласен, или должен быть готов лишится жизни и шкуры прямо сейчас. Воистину, дипломатия среди фей требует особого подхода и изящества. - Да там, возможно, тебе по дороге попадутся храмы некоего Р’глора. Можешь их смело грабить и разрушать. Только не сжигай. Жрецов жечь можешь, а жриц лучше заморозь. Вот потеха будет. Кажется, его приняли за кого-то не того. - Врата я открою на том же месте спустя год местного времени. Здесь пройдет лишь одна ночь. Все необходимое найдешь на той стороне в тайнике. По глазам вижу, что согласен. Так, что давай быстрее, Час Волка не долог, - на последних словах леди Артемисия захихикала. Немыслимо извернувшись, сросшиеся деревья образовали Врата, и последние, что услышал Гарри, влетая (словно хорошего пинка отвесили) в непроглядный белый туман, были слова: «Словом, как вы люди говорите только и забот: войти и выйти. И будь с девочкой галантен». *** Арья Старк не впервые сбежала от служанок. Не впервые, пусть так бывало очень редко, она сбежала от Джона, но вот в Волчьем Лесу она заблудилась впервые. И пусть она еще не была взрослой, но прекрасно понимала, что очень может быть первый раз станет и последним. А ведь все так хорошо начиналось. Брин, сын старшого псаря, рассказал ей об огоньках, что видны на опушке леса после заката. На следующую ночь она и сама их увидела. Тогда же у неё появился План. Никто не выпустит её из замка после заката, но можно же выбраться и раньше, а после затаиться, ну а служанки не проблема. Так и получилось. Она сбежала посреди урока шитья. И от септы, и глупой Сансы и её подружек. Глупая Рина уже давно к такому привыкла, потому не удивилась, увидев как она бежит к крипте. Там же, за одной из статуй, она оставила свой плащ (она не только храбрая как королева Немерия, но и очень умная), а сама выскользнула через пролом, слишком маленький для взрослых (пусть ищут). Далее, извалявшись в пыли и саже она затаилась среди Тома-рыбака с приятелями (дети гвардейцев), которые шли рыбачить. Взяв с них страшную клятву, молчать и заверив, что просто хочет посмотреть Зимний Городок, она, едва потеряв их из виду, побежала в лес. В лесу же она догадалась, что нужно найти хорошее место для наблюдения и затаиться там. Вот она здесь повернула, там пробежалась, а Винтерфелл уже не виден за широкими кронами деревьев. Тогда она впервые испугалась, но скора найдя тропинку, успокоилась и пошла по ней. Теперь ей очень холодно, она хочет, есть, очень устала и главное не видит огней замка и не слышит голосом людей отца. Вдруг она здесь замерзнет, или её найдут звери, или одичалые или Иные или… От одного из охотников она слышала, что в лесу далеко слышно и если шуметь, то тебя быстро найдут опасности, но она уже была рада кому угодно, и кричала, пока не охрипла. Она даже потеряла свой меч (палку) и не искала новый. На миг ей показалось, что рядом блеснуло пламя костра, и она снова закричала. - Я ЗДЕСЬ!!! ПАПА, МАМА, ДЖОН… Я ЗДЕСЬ!... КТО НИБУДЬ! - но никто не ответил, и когда она совсем отчаялась, то услышала за спиной. - И почему вы кричите, юная леди? - голос говорившего был глубокий и странно рычащий, но Арье было все равно на странности, она просто была рада. - Что бы меня услышали. Понятно? – сил на вежливость у неё не было, да и она не южная леди. - Да. Вот я вас услышал. Что дальше? Арья, обернувшись, уже хотела возмутиться глупостью собеседника, когда увидела… волка. Крупного (не лютоволка, но все равно очень большого) черного (так ведь не бывает) волка с зелеными глазами. От страха она застыла. - Да-да. – сказал волк? - Ты…вы…волк. – только и смогла выдавить она. - Очень тонкое наблюдение, но да, сейчас я волк. – ответил волк. - Ты меня съешь? - Нет. Я не ем людей, от них можно заразиться глупостью. – вот теперь Арья была зла. Она замерзла, устала, испугалась, встретила волка… а он обзывается. - Это не люди глупые, а волки, и волки не разговаривают. – выпалила она. - Да? А может волкам прост не о чем с вами людьми говорить? Вы для этого слишком глупые. – вот теперь она задумалась. Если так, то получалось очень обидно. - Правда? - Если честно, то не знаю. Никогда не говорил с волками на эту тему. Зато, я точно знаю, что нам нужно поспешить. Пока я сюда шел то спугнул стаю серых братьев. Пока ты со мной они не нападут, но здесь может был и кто-то по опасней. - Эм, я заблудилась и не знаю где Винтерфелл. – честно признала она. - Я тоже не знаю где Винтерфелл, но человеческим жильём пахнет вот оттуда – и волк кивнул мордой на право от неё. - Так я могу идти. Туда, – после её слов на морде волка появилось странное выражение. Несколько ударов сердца спустя волк тяжело вздохнул (разве волки вздыхают?) и подошел к ней. Не успела она испугаться, как услышала: - Забирайся. – а волк лег перед ней. План не привлекать к себе внимание местных – с треском провалился. Уже спустя пару минут визита в чужой мир он услышал крики о помощи. Можно было бы просто потрусить к тайнику, благо он неким странным образом прекрасно чувствовал направление на него, как и на Врата, убедившись, что он понимает местный язык. Но кричал ребенок. Гарри не сомневался, что легко сможет убедить себя в верности своего поступка, но не нашел в себе сил так поступить. Особенно, когда лучше почувствовал лес. В нем были крохи магии, а значит, в теории, мог жить кто-то пострашнее обычных зверей. К тому же луна здесь совсем недавно взошла и его ждала еще половина волчьей ночи (все оборотни могут чувствовать луну с точностью до секунды). Ребенок оказался девочкой лет 8-9. От ребенка странно пахло. Если запах страха был совершенно понятен, то собственно сам запах человека… Магл с тонкой щепоткой не пойми чего. Отвлечь её от страхов удалось весьма просто, но вот ищущих её, взрослых в округе слышно не было, а значит, пришлось тащить на себе, в сторону отчетливого запаха человеческого жилья и скопления людей (оборотни такие вещи чувствуют, но он был не уверен, что это именно запах, а не некое странное чувство магии). Пассажир оказался беспокойным, и если постоянное ёрзанье и попытки вжаться в него посильнее были понятны (она сильно замерзла) то попытки разглядеть что-то на бегу и зацепится за ветку он не оценил. Меж тем назревала проблема. Девочку трясло от холода, а запах стал лишь чуть сильнее. Нужно было либо двигать к тайнику, благо по пути (должна же там быть одежда) либо прибавить ходу с риском потерять «всадницу». Где носит этих ответственных взрослых? Шум впереди помог, определится с выбором. Ехать верхом на сире Волке (так она решила его называть) было странно. Совсем не похоже на пони. Видела бы её сейчас мать и септа. Точно бы устроили крик из-за езды без седла. Словно сир Волк даст себя оседлать. Сир Волк бежал довольно быстро, ловко оббегая густые кусты и перепрыгивая через выворотни (о прыжках он её предупреждал), вот только её руки дрожали все сильнее и она могла вот-вот упасть. Вдруг, они выскочили на берег маленького ручья. Сир Волк резко прибавил скорости, не боясь, что её зацепят ветки деревьев. Очень скоро они остановились у трех больших белых камней. - Слезай – прорычал он. Не успела она испугаться, что сейчас он её бросит, как он боком отпихнул самый маленький камень из трех. (Сир Волк сильный. Камень был большой и тяжелый.) - Лезь и доставай. – сказал Сир Волк, кивнув головой на большое, ранее прикрытое углубление в камне. - Что доставать? – не поняла она. - Все, но в первую очередь одежду. Лапами я этого сделать не могу. - А чей это тайник. –набралась она любопытства. - Мой. - А зачем? - Затем, что с рассветом лапы станут руками, а ходить, без штанов по лесу, не удобно. Сир Волк ЧЕЛОВЕК?! - Не успела она задать свой вопрос, как он, головой, подтолкнул её к тайнику. Так тоже интересно. В углублении был деревянный сундук. Он был не заперт, и она смогла поднять крышку. - Как ИНТЕРЕСНО!!! - Но Сир Волк потребовал, чтобы она не копалась, а выкладывала вещи прямо на песок. В лежащий сверху теплый плащ он приказал ей завернуться. Плащ был приятный и очень теплый, но великоват. Она словно взяла плащ Роба или Джона. Под плащом нашлись камиза (из дорнийского шелка, не иначе), сюрко, штаны и сапоги. Еще была, в другом отделении, серебряная фляга и теплый сверток (наверняка еда). В третьем – кошель и небольшой мешочек (посмотреть, что там не удалось), тубус и странный кожаный пенал. Под одеждой имелся еще один длинный мешок с лямками и завязками, а под ним, у самого дна, - пояс, на котором были ножны с мечем, кинжалом и ножом. Так делать очень некрасиво, но уж очень красивая была рукоять у меча (навершие в виде волчьей головы, с изумрудами в глазах. Того цвета, что и у Сира Волка. (Примечание: Я знаю, что такое навершее бред и что там нужна гайка, но спишем на фей и магию) и она, аккуратно, немного выдвинула клинок из ножен. Валирийская сталь (уж семейный Лед она видела не раз)! У рукояти была гравировка. Может она и не очень хорошо читала, но уже могла, да. А уж одно слово точно осилит, даже на высоком валирийском. Отец Вдов – вот как звали меч (намек на судьбу Люциуса Малфоя)! Больше посмотреть не получилось – Сир Волк потребовал, что бы она положила вещи назад (кроме плаща). Пока она складывала вещи одна мысль не давала ей покоя - Сир Волк сказал, что здесь опасно, а у неё нет оружия. Какая же тогда она воительница? - Сир Волк, а вы человек? – наконец спросила она. - Да, но это не важно. – Сир Волк был, словно сильно задумчив и почти её не замечал. - Если вы человек, то у вас есть имя? - Генри. - Просто Гендри? - Генри Эванс. Давай поспешим. Она почти закончила убирать вещи, но пояс с мечем, собралась положить сверху. - Сир Гендри, а можно я возьму нож? Вдруг нам будет нужно сражаться. - Просто Генри. Не будет нужно. – но она уже вцепилась в ножны с мечем. Мысль, что она может оказаться в лесу одна, беззащитная, дрожащая как Санса – пугала её больше леса. - Пожалуйста, Гендри! – Она смотрела на него тем взглядом, который мог разжалобить даже отца. - Только нож. - Спасибо. Спасибо. Большое спасибо! Дальше они еще немного шли через лес, а потом Гендри вышел к тропинке, с которой уже были видны огни и слышны зовущие её голоса. Гендри отказался идти к людям, что бы она не боялась (а она не боялась) в пути разрешил оставить себе нож. У Хранителя Севера лорда Эддарда Старка выдалась страшная ночь. В его жизни было много страшных ночей, но эта была особенной. Практически столь же ужасной, как та когда ему сообщили о судьбе брата и отца, но по другому. Тогда он ничего сделать уже не мог. Арья перехитрила их всех, но дело не только в этом. Если бы её раньше начали искать, если бы сразу поверили Джону, что в крипте её нет, и не тратили время в пустую. Если бы один из детей, наконец не пришел к отцу… Так много если. От осознания того, что Арья пришла совсем не стой стороны, где её искали он испытывал, казалось бы, давно уже, позабытый ужас. Были, в прочем, у него и иные заботы. Что должен чувствовать отец, когда его дочь приходит из леса в плаще мужчины? Вопрос старый как мир, но все еще актуальный. Пока Нед решил вознести молитву за то, что встретивший его дочь человек оказался достойным и вывел её к людям. Но добрые гости не скрываются в лесах избегая егерей и гвардейцев, да еще под боком у его семейного гнезда. Шпион, убийца, дезертир? Нед очень хорошо знал, на что способны такие люди и как бы они, скорее всего, поступили бы с маленькой девочкой. Арье несказанно повезло, но её удача и нелепые рассказы про говорящего волка не спасут её от воспитательных мер. Так он думал, пока один из егерей, стремясь вернуть благосклонность в его глазах, не потратил пол дня разыскивая след, а после, весь белый от ужаса, не умолял его взглянуть. Он, Джори Кассель и пять наиболее доверенных гвардейцев пошли с ним до описанных Арей Белых камней, пока еще три десятка охраняли окрестности. Там его ожидал новый удар. Пустой тайник, волчьи следы на влажном берегу ручья, следы дочери и неизвестного человека, и… жуткие следы, еще не рук и ног, но уже не лап, там, где волчьи следы обрывались и начинались человеческие. С таким новостями он собрал в своем солярии жену, сира Джори и мейстера Лювина. - Как моя дочь? - Все хорошо, мой лорд. Полностью здорова, пусть и устала. Уже успела подразнить свою сестру тем, что именно она встретила настоящего рыцаря, и одолевала меня просьбами рассказать о доме Эванс. - Сир Джори? - Выскользнуть у неё больше не выйдет. Все виновные ждут вашего решения. - Хорошо, но мы здесь не за этим. В солярии наступила полная тишина. - Пусть я и изучал Магию в Цитадели, но, встретить живого варга. – начал мейстер Лювин. Он всё еще пребывал в расстройстве духа от вида следов. - Он совершенно точно не кусал вашу дочь, но… за столько лет на Севере, наконец, узреть одно из его чудес и снова потерять. Да, я немедленно начну сбор серебра, на случай если некоторые легенды верны. - Сир Джори, напомню вам, что серебро очень мягкий метал, и повредить оружием из него очень сложно. - Спасибо, мейстер, но пока не нужно. Наш «гость» ничем не выразил свою враждебность. – пришлось ему унять старика. – И он совершенно точно не одичалый. – после этих слов все обратили свой взор на принесенный Арьей вещи. Еще одна его головная боль. Дочь, помимо спасения, сумела выпросить ценные подарки. Его жена, молча, встала со своего места и развернула плащ. Темно-зеленый, почти черный, в странной манере сшитый, с рукавами. Внешняя часть была словно из очень толстого и скользкого шелка, а изнутри он был подбит мехом норки. Дорогая вещь, и явно пошитая по мерке, но внимание привлекал, вышитый на левом плече, серебряными нитями, герб. Треугольный щит, а на нем волчья голова с изумрудными глазами (Вспоминаем амулет Школы Волка). Такая же венчала рукоять подаренного охотничьего ножа. Прекрасного ножа, надо сказать. Удобная рукоять, и острейшее лезвие с легким изгибом и двумя долами. Не валирийская, но и не простая сталь. Даже после того, как им перерубили один из кинжалов арсенала, на кромке не следа. Но сейчас всех интересовал идущий по сторонам ножа девиз: «В знании – сила». - Такой Благородный Дом мне не известен. – Признал мейстер Лювин. – Как и, я, никогда не слышал о Доме Эванс. Может, рыцарский Дом… - Рыцарский Дом с валирийским клинком? – Прервала мейстера его леди-жена. - Отец Вдов. – дополнил, сир Джори. – Никогда не слышал. - Сейчас мы можем точно, сказать только одно – варги вернулись на Север, – тяжело было произнести эти слова, но правдой они быть не перестали. – Среди них есть, по крайней мере, один Благородный Дом, старшая ветвь которого имеет изумрудные глаза. Они не желают привлекать внимание, но… нам нужна эта встреча. - Мейстер Лювин, отправите всем благородным домам Севера письмо, с просьбой. Если они увидят рыцаря с таким гербом и изумрудными глазами, то пусть, со всем возможным почтением предложат ему свое гостеприимство, и сообщат нам. Эта встреча должна состояться как можно скорее. Много еще было сказано и сделано тот день, ну а Гарри Эванс, отдыхая в зачарованной палатке (коей очень рад) планировал, для выяснения масштаба карты, путешествие в город Белая Гавань. Еще его изрядно раздражала мысль, что возможно, ему будет нужно пересечь море на метле, но это уже совсем другая история… Мы же скажем, что ему, определенно, удалось Войти, но выйдет ли Выйти?