Вместе?

      Уже во вторник омегу выписали из больницы. Казалось бы — счастью не было предела. Вот только альфа предложил ему переехать к себе. На что парень, конечно же, согласился. Оба понимали, что Тэхён больше не будет один. Но для начала омега должен быть окрепнуть.       И сейчас Тэхён жил с Чонгуком. Квартиру омеги решили сдавать, потому что продавать он её отказался. Пока что… И во время течки, которая началась слишком неожиданно, Тэхён пришёл именно в туда, возненавидев себя за то, что убежал от помощи. Остался один, гордый и мучался, потому слишком больно. Чонгук приставил омеге охрану, которая докладывала ему каждый час о любых изменениях. Но потом парень вернулся домой к альфе и ещё долго извинялся перед ним. А чуть позже Чонгук продал свою квартиру и вместе с Тэхёном переехал в огромный дом на окраине Сеула, где соседями оказались Чимин с Юнги и Уёном. Джин и Джун остались «в городе», но они жили близко к друзьям и работе омеги.

***

      Вы помните самый счастливый момент своей жизни? Тэхён запомнил его навсегда — это та самая встреча с Чонгуком, его альфой… Именно с того момента вся жизнь перевернулась с ног на голову. Сейчас Тэхён стоит на крыше их с Гуком дома и смотрит на звёзды.       — Тэ, ты лучшее, что со мной случилось. Только благодаря тебе я снова могу ощущать все прелести жизни… Я просыпаюсь по утрам с любимым человеком, завтракаю… Смотрю фильмы, гуляю по ночному городу, забегаю в уютные кофейни и ужинать в ресторанах. Рядом с тобой я чувствую себя живым. Ты — мой свет, который помогает мне двигаться вперёд, который всегда рядом со мной… Я не могу тебя потерять.       — Гукки, я… Чувствую тоже самое…       — Я до сих пор не могу простить себя за то, что привёл тебя на тот вечер, ненавижу себя за то, что ты попал в ловушку и я позволил украсть тебя. Хочу стереть это из твоей памяти, чтобы ты забыл все слёзы и страдания, всю боль… Чтобы не видел на себе эти страшные последствия…       — Чонгук… Ты же рядом со мной, а когда ты рядом, я ничего из этого не вижу… и не помню. Благодаря тебе у меня только хорошие воспоминания!       — Тэхён, я люблю тебя и мне никто кроме тебя не нужен.       — Я…       — Ты выйдешь за меня?       — Ты…       — Ты станешь моим мужем?       — Да… — прошептал омега, закрывая рот руками, чтобы подавить всхлипы, — Да, да, ДА!       Омега бросился в объятия альфы, который поднял его и начал кружить по всей крыше под очаровательный смех истинного, а потом споткнулся о матрас и оба упали на него. Тэхён лежал на Чонгуке и смотрел в его глаза, которые искрились бесконечной любовью и нежностью. В глаза, в которых была для него целая Вселенная. В глаза, в которых омега утонул уже очень давно, и теперь точно никогда не вынернет. Чонгук смотрел в глаза, такие детские и невинные, такие любимые и бесконечные. Смотрел на лицо, на котором хоть и остались следы его чудовищной ошибки, но всё равно абсолютно прекрасное, смотрел на губы цвета вишни — немного сухие и где-то потрескавшиеся, но такие манящие. Он так счастлив осознавать, что вот здесь, прямо в его объятиях его омега, муж, будущий папа их детей…       — Я так люблю тебя, Тэ.       — Я тебя тоже.       Чонгук накрыл его губы своими, утягивая в сладкий поцелуй. Долгий, нежный…       — Я готов… — вдруг прошептал Тэхён. Чонгук сначала не понял, к чему это, но потом…       — Малыш, ты уверен?       — Да, я хочу тебя. Прямо здесь. И прямо сейчас… Прости, что заставил тебя так долго ждать…       — Я готов ждать целую вечность. Главное, чтобы ты был рядом.       Теперь альфа целует более напористо, требовательно и мокро, забираясь руками под кофту и поглаживая торс омеги, задерживаясь на его талии. Тэхён стонет в поцелуй, податливо подставляясь под ласки. Чонгук лёгким движением снимает кофту с омеги, а потом резко переворачивает его, меняясь местами, и теперь уже сам нависает сверху, спускаясь поцелуями все ниже и ниже. Шея, ключицы, соски… На них он особенно долго задерживается, играет, заставляя Тэхёна окончательно потерять голову от ощущений и от того, что их запахи стали сильнее и смешались в воздухе, создавая неповторимый аромат вишни в шоколаде. А альфа продолжал, спускался все ниже и прошёлся прикосновениями по возбужденному члену омеги сквозь джинсы, от чего Тэхён дернулся.       — Я не причиню тебе боль, Тэ… — прошептал хриплым от возбуждения голосом альфа.       — Я тебе верю, Гукки…       Чонгук снова начал подниматься поцелуями вверх к шее, а после и к губам, при этом расстёгивая пуговицу и ширинку на джинсах возлюбленного, в то время как Тэхён ослабшими руками пытался расстегнуть пуговицы на рубашке альфы, но после нескольких попыток психанул и просто разорвал её.       — Эй, это была моя любимая! — притворно возмущенным голосом воскликнул Чон.       — Хоть сто таких куплю.       — Но именно в ней я сделал тебе предложение…       — Это только начало нашей истории.       Чонгук рывком снял джинсы Тэхёна вместе с боксерами и закинул его ноги себе на плечи, покрывая внутреннюю часть бедра мокрыми поцелуями.       — Как это всё смущает… — прошептал омега и запрокинул голову назад, закрывая пылающее красное лицо руками.       — Не нужно, Тэ, — альфа положил ноги омеги обратно и снова навис над ним, — я хочу, чтобы ты смотрел мне в глаза, — Чонгук отводит его ладони от лица, — поможешь мне, — приподнимая бровь, он взглядом указывает на свое возбуждение, скрытое под одеждой.       Тэхён кивает, переводит туда взгляд и уже хочет начать расстегивать пуговицу, как его останавливают:       — Глаза в глаза, Тэхён-и.       Чонгук блуждает пальцами по разгоряченному телу, но ни на секунду не отрывает взгляд, а потом начинает рукой водить по члену, медленно, плавно вверх и вниз, заставляя омегу сладко стонать. Руки Тэхёна, напротив, перестали слушаться, поэтому он всё никак не мог расправиться с джинсами Чонгука, постоянно задевая бугорок, имеющий совсем явные очертания сквозь ткань, что забавляло альфу и раззадоривало его желание. В итоге он жадно впился губами в омегу, попутно расстёгивая джинсы на себе, а когда отстранился, провёл указательным пальцем по губам омеги и проник им внутрь.       — Прости, малыш, но смазки с собой нет, поэтому будем надеяться на то, что я хорошо тебя возбудил. Ну и на это…       Тэхён старательно вылизывал палец альфы. Так, что когда он его высунул, за пальцем потянулась ниточка слюны. Чонгук приставил палец ко входу и неуверенно посмотрел на омегу, который слегка улыбнулся и кивнул. Альфа наклонился для поцелуя, одновременно с этим проталкивая палец как можно глубже. Тэхён болезненно простонал, а Чонгук начал покрывать поцелуями всё лицо, стараясь забрать всю боль себе, но останавливаться не стал, начал шевелить пальцем внутри, чтобы растянуть получше. Затем он вытащил его и собрал естественную смазку с члена любимого, и снова вставил, но уже 2 пальца, сразу и целиком. Тэхён как в бреду вертел головой и что-то шептал, пока альфа его растягивал на манер ножниц и вставлял третий палец.       — С-стой, я передумал.       — Малыш, назад пути уже нет.       — П-пожалуйста, хватит.       — Тэ, Тэхён, посмотри на меня, — омега посмотрел на Чонгука глазами полные слёз и боли, — я знаю, что тебе больно. Но нужно расслабиться. Понимаешь? Выдохни, всё хорошо. Это я. Я хочу доставить тебе только удовольствие… Но если ты не расслабишься — это причиню тебе боль, а я этого совсем не хочу.       — Чонгук…       — Расслабься, маленький мой. Всё в порядке.       Чонгук начал целовать омегу повсюду: лицо, шея, руки… И Тэхён расслабился. Ему самому стало легче. И теперь он стонал из-за удовольствия, выгибаясь и подстраиваясь под ритм пальцев внутри. Альфа отстраняется и смотрит влюбленными глазами на истинного, а после вытаскивает пальцы, пошло облизывая каждый.       — Ты такой вкусный.       — Фу, Господи, Чонгук, хватит! Это мерзко.       — Что естественно — то не безобразно…       — Только не это. И вообще, почему ты остановился?       — Малыш хочет ещё?       — Я хочу тебя в себе. Очень хочу. П-пожалуйста, хватит издеваться!       — Твоё желание для меня закон.       Чонгук приставил свой член налитый кровью ко входу и посмотрел на омегу, который весь сжался от предвкушения.       — Так не пойдёт, малыш.       Альфа снова начал целовать Тэхён, заставляя его стонать, а потом резко укусил за шею, обновляя метку и при этом вставляя член до упора. Омега вскрикнул и выгнулся, боясь даже вздохнуть, а внутри все сжалось, доставляя дискомфорт Чонгуку.       — Тэхён, всё хорошо.       — Н-нет, это чертовски больно!       Альфа начал подбирать губами слёзы, а потом сладко прошептал на ушко:       — Тэ, если ты сейчас не расслабишься — сделаешь себе ещё больнее. А я этого не хочу.       — Ты уже делаешь! Нет, стой, не делай ни малейшего движения больше! — в криках омеги отчётливо сквозила паника.       — Ты мне доверяешь?       — Да…       — Тогда успокойся и расслабься.       — Н-нет.       — Давай, Тэ. Тебе понравится.       — Я л-люблю тебя.       — Я тебя тоже. И ты даже не представляешь насколько сильно.       Тэхён завлёк его в страстный поцелуй, а для Чонгука это послужило зелёным светом. Он стал медленно толкаться, делая слабые толчки. Но когда услышал первый стон наслаждения, который сорвался с уст омеги, — не выдержал, сорвался. Темп и сила толчков начали нарастать с бешеной скоростью. Техён стонал громко и протяжно, а хриплый голос сводил Чонгука с ума…       — Б-быстрее, глуб-бже… Да…       Альфа вдалбливал омегу в матрас, а у того перед глазами стояли звезды. Он поймал кайф, почувствовал эйфорию и не хотел, чтобы это прекращалось. А потом Чонгук попал по простате. И чёрт… Это лучшие ощущения, которые только может испытать человек.       — Боже, да… Ещё, ещё. Быстрее, Кукки пожалуйста! — кричал омега, срывая голос.       Температура смертельно высокая, как и скорость. Два до безумия влюблённых друг в друга человека стонут в унисон, выкрикивая признания в любви. И не существует никого кроме них и звёзд над головой. Когда альфа почувствовал скорую разрядку, он взял член омеги и начал ласкать его член рукой, пытаясь попасть в сумасшедший темп, который сам же задал. Омега уже давно сорвал голос, но все равно продолжает сладко стонать, пока…       — Ч-чонг-гук, я… с-сейчас… кончу…       И через толчков 5 они кончили одновременно, выкрикнув имена друг друга. Чонгук успел выйти из Тэхёна и кончил ему на живот, туда же, куда и омега. Чонгук полностью обессиленный лежал на боку и прижимал к себе Тэхёна, как будто боялся, что он сейчас уйдёт. А омега смотрел на звёзды.       — Гукки, звезда упала.       — И что ты пожелал?       — Не скажу, а то не сбудется.       — Как скажешь, малыш.       — Чонгук…       — Что такое?       — Ты прав, это просто прекрасно.       — Я рад, что тебе понравилось. Это действительно незабываемо.       — Прости меня…       — За что?       — Что не разрешал…       — Ох, Тэ… Тебе не стоит извиняться. Я всё прекрасно понимал. После всего, что с тобой случилось, это было естественно. И я был готов ждать сколько угодно. Но… Спасибо тебе, что доверился.       — Боюсь представить, что будет во время течки…       — Будет не так больно и в миллиарды раз приятнее.       — Умру сладкой смертью?       — Я этого не допущу.       Тэхён приподнялся на локтях, а после провёл пальцем по сперме и слизнул её.       — Мы такие вкусные…       — И кто из нас ещё мерзкий?       — Ты…       — Устал?       — Очень.       — Пойдём домой, малыш. Сначала в душ, а потом в кроватку. Пора спать.       Чонгук встал с матраса и поднял Тэхёна на руки, после чего зашёл в комнату и закрыл окно. Он нежно опустил омегу в ванну, настроил тёплую воду и смыл с него следы их вечера. Потом укутал в пушистое полотенце и отнёс в комнату, где уложил на мягкую кровать и укутал одеялом.       — Я сейчас вернусь, солнце.       Чонгук вернулся на крышу и забрал их одежду, оставляя матрас до утра. Быстро приняв душ, альфа залез под одеяло и притянул к себе Тэхёна, утыкаясь носом в макушку истинного.       — Я люблю тебя, ТэТэ.       — А я тебя больше, — прошептал хриплым голосом омега и ещё сильнее прижался к альфе, который дарил тепло и защиту.       — А я тебя ещё больше.