imagine with finn wolfhard

Помнишь, нашу первую встречу? Нам было тогда…сколько? Четыре? Я наблюдал за тобой с момента, когда только увидел. Это было на детской площадке, я сидел на скамейке и смотрел на тебя, потому что твои /цвет твоих волос/, заплетенные в косички, привлекли меня. Ты играла в песочнице, нахмурившись. Ты так умело возилась с песком, делала всякие фигурки из формочек, что я просто не мог не смотреть на тебя. Потом к тебе подошли какие-то мальчики. Они были выше тебя на голову и стояли перед тобой с такими мерзкими лицами, что хотелось вырвать. Я не слышал, что они тебе говорили, но ты так мило им улыбалась и вроде предлагала, как я понял, поиграть с тобой. Но эти двое просто забрали у тебя все игрушки и ушли. Смешно, правда? Ты осталась стоять и смотреть в золотистый песок. Я думал, что ты разревешься на всю улицу, но нет. Ты опустила голову и шмыгнула носом. Ты плакала очень тихо. Даже сейчас мое сердце разрывается от боли, как в тот день, когда я вспоминаю твое миленькое личико. Я не выдержал и решил подойти. Ты не видела меня. — Привет, — поздоровался я с ноткой печали. Подняв, голову ты посмотрела в мои глаза. Я впервые смог понять какого потрясающего цвета и настолько глубокими они были. — Хочешь взять мои игрушки? — предложил я, а ты еще раз шмыгнула носом, взглянув на мои руки, — давай вместе сделаем замок? Ты помолчала несколько секунд, а потом кивнула. Я так хотел услышать твое имя, что, не выдержав, спросил: — Как тебя зовут? — Т/и, а тебя? — Финн. Я определенно подумал в тот момент, что у тебя самое красивое имя, которое так подходит твоей внешности. Так мы и познакомились. А помнишь, как мы учили таблицу умножения у меня на заднем дворе? Мы сидели на любимом диване мамы, склонившись над табличками, ну, точнее я, а не ты, потому что мисс «я уже выучила» так быстро запоминала информацию, чему мне было очень завидно. Даже сейчас. — Скажи-ка мне, Финн, — начала ты, задумавшись, и пробежалась глазами по картонке, — сколько будет трижды три? — Трижды три? — хмурюсь, — Ээ…14? Ты глубоко вздохнула, а затем ударила меня таблицей по голове. — Нет, Вулфард! Будет девять! Ты накричала на меня, а я проныл в очередной раз. Ты продолжила: — Учи нормально. Буркнув себе под нос, я взял с твоих рук дурацкую картонку и начал учить по новой. Мы определенно были лучшими друзьями. Даже наши родители не сомневались в этом. Хей, а помнишь, то как мы первый раз поссорились? Я твердил тебе, что Саймон тебе совершенно не подходит. Он и правда не подходил тебе, потому что, во-первых, он не был «вау», как ты говорила, во-вторых, он был грубияном, и я знал, зачем он с тобой встречается, ну и в-третьих, он оказался геем. Я объяснял тебе, что он будет обижать тебя, что тебе будет больно, но твое упрямство победило меня. В тот вечер мы кричали друг на друга очень сильно. Я думал, что потеряю твою дружбу, что мы больше не будем здороваться. Мы не общались неделю. Чертовски длинную неделю, из-за которой я рвал на голове волосы. А потом меня осенило. У нас с тобой было маленькое, но важное правило в нашей дружбе: приносить любимое мороженое в качестве извинения. Это было /твое любимое мороженое/. Я поперся в магазин перед школой, купил тебе его, и прежде чем прозвенел звонок, я подошел к тебе. — т/и? — спросил я, а ты развернулась в мою сторону, молча смотрела мне в глаза, а потом на мою руку. — Прости меня. Я вел себя, как придурок, — сжав губы, я глянул в сторону, а затем на тебя. Твои волнистые волосы покоились на плечах, глаза самого красивого цвета смотрели в мои карие, а щеки покрылись румянцем. — Ты тоже меня прости, я тоже вела себя, как стерва. Я засмеялся и вручил тебе рожок сладости, который ты умяла за минуту. Через месяц у нас был самый лучший выпускной. Ты шла с Эриком Смитом, а я с Карделией Кларк. Эрик был хорошим парнем, так что я не кипятился, что он тебя обидеть. Но я очень сильно ревновал, потому что этот парень танцевал с тобой, он держал тебя за руку, он поцеловал тебя в ту ночь. Он, не я. Мои чувства к тебе повысились в возрасте 16 лет. Это так странно. Влюбиться в лучшего друга. Почему я не признавался? Потому что боялся быть отвергнутым. Боялся, что ты не ответишь мне тем же. Было так невыносимо с тобой находится, тем более ты становилась с каждым днем все красивее и красивее. Это причиняло мне боль. Ты причиняла мне боль. Мои страдания облегчало то, что ты была счастлива. Что нашла прекрасного парня, с которым мы проводили иногда время. Ты рассказывала о нем так тепло, что это создавало во мне боль и счастье. Я был рад за тебя. Очень. Ваши отношения длились 3 года. А потом тот день, когда ты сказала, что выходишь замуж… Я был разбит. Я знал, что все так и будет. Черт, я ведь знал. И вот сейчас я стою где-то у стены большого зала, смотрю на тебя, своего лучшего друга, и не могу скрыть улыбки. Ты такая красивая в этом белом платье, твои волосы так красиво лежат на плечах. Ты буквально сносишь мне голову. Но потом мое сердце болезненно сжимается. Осознание того, что это не я стою с тобой в дорогом костюме, это не я танцую с тобой танец, не я сижу рядом и смешу шутками — это все сводит меня с ума. Ведь я любил тебя всю свою жизнь. Я любил буквально все в тебе. Глаза, улыбку, голос, характер. Всё. И сейчас, стоя с бокалом шампанского в руке, по моей щеке скатывается слеза. Она пропитана горечью и болью, счастьем и радостью. И вот ты смотришь на меня. Улыбаешься и машешь мне рукой, а я смеюсь и отвечаю тем же. Будь счастлива, мне только это нужно. Люблю тебя. Финн