Потерянный дневник.

Реальное время, ночь. Рокудо Мукуро сидел в заброшенном кинотеатре и с интересом читал чужой дневник, при этом даже не замечая, что его ужин благополучно утопает в желудке Кена, что устроился на полу и играл в карты с Чикусой и Хроме, незаметно подворовывая кусочки из порции ужина своего друга. А Мукуро был слишком углублён в изучение дневника, чтобы замечать что-либо вокруг. Страницы дневника заставляли перечитывать одни и те же строки сотни раз и даже этого не хватало Мукуро. " 13 лет. Сегодня мама выгнала меня из дома в дождь. Я просидел около дома до вечера и только потом она меня пустила. Я промучился с температурой до утра, а в школе снова уснул и меня отчитывал учитель. А ещё, завтра я не пойду на медосмотр, хотя бы потому, что им нельзя видеть синяки на моём теле.» «14 лет. Зимой холодно. Мама выставила меня ещё утром, а к вечеру началась метель и меня не пустили домой. Хулиганы снова меня избили и поваляли в снегу. Было холодно сидеть и искать тепла в тонкой куртке, а ещё, кажется, у меня слишком сильно замерзли пальцы, ведь перчатки отняли хулиганы. В школу я пойти не смог, я ужасно сильно кашлял, а у мамы были дела и я позволил себе остаться дома. В этот раз я смог сделать себе вкусный чай с мёдом, но не думаю, что мне повезёт. Мама редко уходит по делам, но для соседей она примерная мать, кому нужно смотреть в окна в дождь или метель? Правильно, никому. П.С. Вру, плохой день. Мама снова избила, на спине следы от ремня, теперь мне больно даже двигаться. У меня больничный ещё на два дня и болит всё тело. А ещё я очень хочу есть, но, кажется, меня не станут кормить чаще чем раз в неделю.» «15 лет. Пришлось провести ночь на улице. Правда проливной дождь ужасно холодный, но зато завтра выходной и я отосплюсь. Скоро приезжает отец, и я готов просить его, чтобы он провёл всё свободное время с мамой, но не со мной. Она очень на подобное злиться и сильно бьёт, кажется, у меня были трещины на рёбрах в прошлый раз, а ещё у меня на спине уже довольно давно не сходит шрам от ремня, римская цифра десять не сулит что-либо хорошее, если её увидит кто-либо из людей, за исключением Хибари.» «15 лет. Папа устроил мне хороший выходной, и теперь у меня сломана левая рука и большой синяк на скуле. А ещё на животе следы от металлической пряжки ремня. Кажется, эта жизнь с каждым разом всё более и более ужасна. Недавно видел у Хибари пачку сигарет, кажется, его нервы сдают. Наверное к нему относятся не лучше чем ко мне, а может быть и хуже. Он никогда не снимает пиджак, а ночные прогулки, это лишь патрулирование города. Наверное, мы оба скрываем эту часть жизни как можем. А ещё я очень часто специально падаю, особенно с лестниц, мне верят, что синяки на руках от падений, а я лишь пожимаю плечами и снова и снова падаю, дабы не было проблем. Мне больно жить.» " 15 лет. Меня пугает мой кашель. Недавно я стал задыхаться от этих хрипов. А ещё на небе сгущаются тучи и кажется мой кашель станет ещё страшнее.» «15 лет. Сегодня один странный тип, когда я «гулял» ночью, подкинул мне непонятную пачку таблеток, но кажется кашель стал не таким страшным, а температура опустилась и я смог хоть немного послушать учителей на уроках, и даже написать контрольные на приличные 56 баллов. А ещё кажется Хибари не считает эти таблетки хорошими, но он молчит. Мама начинает меня пугать и, кажется, скоро она перестанет кормить меня даже раз в неделю. Мне всё меньше хочется жить.» Мукуро устало закрыл тетрадь, выделив самые интересные записи и закрыл глаза. Половина записей были пропитаны болью, одиночеством и лишь иногда встречались жалобы на жизнь. Рокудо вздохнул и тихо сказал. — Хроме, кажется, нам живётся гораздо лучше одного мальчика-неба. — Девушка скривила губы и посмотрела на тетрадь в руках парня, девушка лишь пожала плечами слыша его тихий шёпот. — Почему я так хочу ему помочь? Я должен его убить, а не спасать. Игра в карты возобновилась, а Мукуро задумчиво вышел из заброшенного здания и, вдохнув холодный воздух ночи, пытался понять себя. Тетрадь в его пальцах исчезала и теперь аккуратно проявляла себя в комнате одного из офицеров Варии. Иллюзионист хрустнул пальцами и посмотрел на звёздное небо, прошептал в пустоту. — Спокойной ночи.