Фроттаж

Представьте обычный мир, такой как наш. И утро, когда солнечные лучи робко касаются зелени, а соловьи щебечут, отгоняя поволоку ночи. Многие не любят утро — пьют литры кофеина залпом, либо начинают день с сигарет и алкоголя, но один человек обожал рассветы. И зовут этого человека Азирафаель. Его имя необычайно длинное, из-за чего он мог бы устроить конкурс самых смешных и нелепых сокращений. Сейчас он собирался на работу, выходя из дома и неспешно надевая пиджак, проверяя карманы на наличие мелких вещей. Улица встретила его свежим запахом росы и ночного дождя — Азирафаель вздохнул полной грудью в наслаждении. Это тихий район, не обременённый ни шумной техникой, ни бетонными стандартными домами-коробками. Каждый камень, каждая кованая решётка сделаны с любовью к мелочам, из-за чего мужчина обожал прогулки и вид из окна своей квартиры. Своих соседей он знал поимённо, всегда приветливо улыбаясь и желая им доброго дня. Его игнорировал только один человек — рыжеволосый худой парень по имени Энтони Дж. Кроули, который носил очки даже в помещении и постоянно строил унылые рожи, будто испил несвежего молока. Однако, именно этот мужчина больше всего запечатлелся в душе Азирафаеля — эта странная, но пафосная походка, шикарные длинные волосы, тонкая талия и соблазнительные бёдра, которые ткань обтягивала слишком сильно. Он обладал отменным чувством стиля, хорошо подбирая уникальные вещи (как, например, дорогущий пояс с гремучей змеёй), и не стеснялся носить футболки и рубашки с откровенным вырезом спереди. Из-за этого Азирафаелю внезапно становилось жарко, и он старался отвести свой взгляд куда угодно, лишь бы не смотреть на грудь соседа. Возможно, он бы и смог поговорить с Энтони, но он не был уверен в том, что какой-то книгочей и горе-переводчик может заинтересовать такого сексуального грубияна. Откровенно говоря, Азирафаель немного смущался, из-за чего его щёки приобретали красноватый оттенок, а сердце билось в унисон лошадиному галопу. Неожиданно он увидел припаркованный в неположенном месте Бентли. Кроули обожал этот автомобиль до такой степени, что готов был сожрать каждого, кто тронет его ласточку. И на лобовом стекле уже был штраф. Когда только полиция всё успевает? Происки дьявола, не иначе. Тем временем Азирафаель уже спускался вниз по эскалатору лондонского метро. Под землёй было прохладно, а проезжающие поезда создавали потоки воздуха и блики на светло-серых облицовочных плитках. Зайдя в переполненный вагон, блондин извинился за то, что наступил кому-то на ногу, стараясь втиснуться в узкий проход между людьми и стеной, чтобы так ехать ещё десятки минут до станции в центре города. Нацепив очки и достав излюбленную карманную книгу о латинизмах в современном английском, Азирафаель ушёл в свои мысли, благодаря чему не заметил как кто-то пролез позади. Мало ли что это может быть — широкая сумка, тяжёлая поклажа, нахальные подростки или соня, проехавший остановку — так думал и блондин. Конечно, до тех пор, пока вес не прошёлся точно между его ягодиц, заставив мужчину растеряться и вздрогнуть, затаив дыхание. «О Боже» — было его единственной мыслью. Он знал, что некоторые девушки сталкиваются с такой омерзительной проблемой, но не представлял, что кто-то захочет облапать его — мужчину в возрасте. Человек сзади чуть наклонился, из-за чего Азирафаель почуял шлейф его одеколона, смешанный с запахом бензина и обработанной кожи, который он уже где-то ощущал. «Не может быть» — обернулся блондин, краем глаза увидев рыжие волосы, сползшие на нос черные очки и самозабвенную улыбку. Он и не догадывался, что Кроули занимается подобными плохими вещами (не считая нарушения правил парковки и вождения, конечно же). Ладонь мужчины как бы невзначай огладила бок Азирафаеля, тело которого начало мелко дрожать, а в груди развёлся целый костёр, уходя в низ живота. «Что я делаю? Что я делаю?..» — повторял блондин, рассудком понимая то, что нужно было бы сделать. Но с другой стороны, ему нравилось трение тёмной ткани о его кремовые брюки и светлый тонкий пиджак. Потакая своим грязным желаниям, он чуть прогнулся в пояснице, подмахивая рыжеволосому. Не удержав шумный вдох, Азирафаель спрятал лицо в книге, когда горячий бугорок вжался в его зад, чуть приподнимая вверх, имитируя половой акт. Букинист хвалил Господа за то, что он выбрал место в самом углу поезда, скрытое от глаз. Но все равно обволакивающий стыд смешивался с жаром возбуждения, даря необычный коктейль, растекающийся по венам. Он не мог прямо сейчас дотронуться до себя, несмотря на то, что в штанах становилось всё теснее. Энтони положил руку на бедро Азирафаеля, вцепившись ногтями в хлопковую ткань, из-за чего блондин дернулся, чуть не выронив книгу. Ради тактильного контакта, он накрыл ладонь Кроули своей, что вывело рыжего из транса, окатив его ледяной паникой. Он шёпотом выругался, когда в белокуром узнал вечно вежливого и улыбчивого соседа. Казалось, что необходимо срочно бежать, собирая вещи на ходу для переезда в другой конец Лондона или мира, но тут ладонь любовно погладили, а губы букиниста умоляюще прошептали: — Пожалуйста… «Дьявол» — услышал отголоски ругани букинист, забывая обо всём, ощущая как на него навалились сзади, касаясь грудью спины и грубо потираясь стояком, заставляя блондина кусать губы, чтобы не простонать громче. Азирафаель сейчас мог только мечтать, чтобы его крепко прижали к стене и хорошенько оттрахали, но сделать это было крайне сложно в переполненном вагоне. Не говоря о том, чтобы остаться незамеченными. В этом плане ему помогала богатая фантазия, мысленно визуализируя как горячий член ласкает его между ягодиц, дразня и заставляя внутри сжиматься от возбуждения. Это опьяняло не хуже самого крепкого спиртного, а прерывистое дыхание Энтони огнём опаляло ушко и часть шеи. Кроули нагло прокрался к ремню Азирафаеля, ловко и резко поддевая его, чуть ли не до боли сжимая напряжённый член пассива. Букинист захлебнулся в стоне, но сделал вид, будто его мучает кашель, а не извращенец-сосед, надрачивающий ему необычными способами… Хитрые пальцы прошлись по груди, стараясь надавить на соски, далее оценивающе пробежалась по животу и ниже, наконец, лаская выступ между ног, замечая его жар и неплохой размер. От пары слитных жёстких движений по всей длине Азирафаель увидел настоящие фейерверки и разноцветные звёзды, рот открылся в немом стоне, а ткань намокла, разливаясь тёмным пятном. Всё тело сладко скрутило в истоме, ноги подкашивались, а вагон будто сузился до них двоих, оставляя соседей наедине. Рыжеволосого тоже согнуло пополам. Он тихо прорычал что-то, прикусив шею и воротник блондину, который всё ещё отходил от оргазма, вжавшись в него до боли сильно. — Позвони мне, ангел, — бархатным голосом с ухмылкой произнёс Кроули, исчезая так, будто его здесь никогда и не было. Он растворился в толпе на текущей станции. — Демон во плоти, — прошептал Азирафаель, ощущая пылающие щёки и удивительную лёгкость в голове. Хотелось рассмеяться из-за неловкой ситуации и сменить бельё, но сначала нужно дойти хотя бы до работы на ватных ногах, с надеждой, что мускусный запах выветрится. *** Прозвенел колокольчик, объявляя что кто-то пришёл в магазин. — Азирафаель? Какой-то ты сегодня потрёпанный, — отметила женщина в очках, у которой было очень странное и необычное имя — Анафема Гаджет*. — Всего лишь проспал, — очаровательно улыбнулся белокурый, стараясь уйти из поля зрения девушки, сортирующей новые книги, в подсобку, где можно было перевести дух и хоть чуть-чуть обдумать ситуацию. Взяв телефонный справочник, он аккуратно выписал номер своего дерзкого соседа на всякий случай.