Из-под медиатора

Перед глазами мелькали невысокие дома и пестрые вывески, трещащие ослепляющим неоном. В лицо бил прохладный ветер из открытого на переднем сидении окна. Старенький, потрепанный временем и бездумными гонками Форд Рейнджер очумело гнал по Дин-Стрит, вызывая иногда удивленные, иногда раздражительные взгляды других водителей. — Ох уж мне это левостороннее, — проорала сидящая за рулем девушка пассажирам сзади и лихо крутанула руль вправо, — все никак не привыкну! — Вал, прошу тебя, смотри на дорогу, — взмолился кудрявый черноволосый парень в очках и набрал в легкие побольше воздуха. — Брось, Брюс, — стукнул его по плечу широкоплечий коренастый молодой человек с роскошной светлой шевелюрой, — не будь занудой и лови от этой жизни кайф. Мы в Сохо, приятель! Оптимистичный мускулистый блондин, чуть ли не высунувший голову в окно машины от любопытства — Тор Одинсон, лидер новой, никому не известной рок-группы «Отомстители». Пока что никому не известной, конечно. И Тор, и остальные члены группы были уверены: несмотря на неудачное название, придуманное Одинсоном на скорую руку после просмотра одного американского боевика, команду ждал бесспорный успех в скором будущем. Идея поехать в Лондон принадлежала Вал — талантливой гитаристке, предпочитавшей не разглашать свое паспортное имя налево и направо. Именно она, напившись в стельку и непонятно как завалившись к парням в общагу в час ночи, настаивала на маленьком путешествии в Англию с целью прославиться и вообще показать себя. Тор с Брюсом долго отпирались и пытались положить девушку отсыпаться, однако у настойчивой музыкантки был козырь в рукаве, а точнее, бутылка коньяка в рюкзаке: прославленная на весь Нью-Йоркский Университет своими выступлениями троица твердо решила отправиться в самый шумный и творческий квартал Лондона во время очередной попойки, и на утро, страдая от старого-доброго похмелья, никто из них так и не осмелился выразить свое несогласие. Поэтому сейчас Отомстители гнали со скоростью восемьдесят миль в час по улицам Сохо и ни о чем не жалели: может быть, всему виной беспечная молодость или их творческая натура — кому какое было до этого дело? — Что насчет того, чтобы определиться с ночлегом, кстати? — снова подал голос Брюс, переводя дыхание после очередного неожиданного поворота. — Э-э-э.., — сконфуженно пробасил Тор, отвлекшись наконец от созерцания лондонских красот, — я как-то не подумал об этом. — Па-а-рни, — раздраженно протянула Вал и закатила глаза, — кто же спит ночью в таком крутом местечке? Предлагаю завалиться в какой-нибудь стриптиз-клуб и бухать до утра! «Па-а-арни» переглянулись и еле заметно пожали плечами. — Нет, ну… Звучит заманчиво, — высказал свое мнение Тор и выжидающе взглянул на Брюса, который частенько обламывал всем кайф из-за своего кроткого нрава. Не сказать, что Брюс Бэннер — тихоня. Этот парень — эталон спокойствия и безмятежности, однако злить его явно не стоило. В порыве гнева он мог творить безумные вещи, о которых лучше умолчать, дабы не портить этому невероятно милому парню репутацию. Большую часть своей жизни Брюс был кроток и даже иногда застенчив, и вывести его из себя было крайне сложно, но, занимаясь своим любимым делом — игрой на барабанах, Бэннер неожиданно для всех будто оживал: глаза искрились, на губах играла чуть ли не сумасшедшая улыбка, все его тело оказывалось таким энергичным и подвижным, и незнакомым людям сложно было поверить в то, что перед ними тот самый тихий молчаливый Брюс, который несколько минут назад стеснялся заказать в баре коктейль «секс на пляже». — И что изменится, если я скажу «нет»? — чисто для приличия поинтересовался он у друзей и поправил свои очки средним пальцем. — Да в принципе ничего не изменится, — хохотнул Одинсон и хлопнул Бэннера по спине, — ну что, ребят. Держим курс на самый шикарный ночной клуб Лондона! *** «Шикарный ночной клуб» оказался не таким уж и шикарным в силу финансов молодых музыкантов, однако впечатлений от него у друзей было не меньше: даже наоборот. В уши колотили биты жесточайшего дабстепа, на шестах вертелись большегрудые красотки, в глазах мелькали разноцветные кислотные огни, а большинство посетителей были настолько пьяны, что могли запросто облить любого попавшегося им на глаза прохожего алкоголем. Отомстители с восторгом глядели на весь этот громкий аляпистый хаос и не могли оторвать глаз от всего, что их окружало. — Вы как хотите, парни, — что есть мочи заорала Вал, пытаясь перекричать музыку, — а я пойду познакомлюсь вон с той очаровашкой! Гитаристки и след простыл, и Тор моргнуть не успел, как Брюс тоже исчез с поля зрения, предпочтя, скорее всего, компанию широкогубых блондинок, хихикающих на красном бархатном диванчике в углу. Одинсон вздохнул в стиле «я так и знал» и поплёлся туда, где мечтал оказаться с самого утра — к бару. Он уселся на высокий круглый стул у барной стойки и подпер рукой голову, размышляя над тем, каким лучше закинуться коктейлем в первую очередь. Он хотел даже спросить совета у бармена, но с этим пришлось повременить: работник явно был занят, вовсе отвернувшись от посетителей. — Эй, красавец, — громко завопил какой-то толстый мужик бармену прямо над ухом Одинсона, — выпьешь со мной за полтинник? Бармен резко обернулся и попытался сфокусировать взгляд на говорящем. Он сделал шаг вперед, споткнулся о какую-то видимую только им самим преграду, схватился обеими руками за край барной стойки и учтиво, но неловко наклонился к мужику, пялясь на него стеклянным взглядом. У Тора не было сомнений: этот парень явно был чертовски пьян. — М? — переспросил бармен, вскинув брови. — Я говорю, — захрипел толстяк, — за полтос выпьешь со мной? Бармен чуть зашатался, но продолжал сохранять псевдо-заинтересованный вид, не опуская бровей. — Да без проблем! — сжатым пьяным голосом ответил длинноволосый парень и потянулся за бутылкой текилы. «Мнда-а, — подумал Тор, наблюдая за еле стоящим на ногах барменом, — так и спиться недолго». Одинсон подождал, пока безотказный работник бара выполнит свое обещание, чтобы самому сделать заказ, но, как только жирдяй отошел от бара в чьи-то омерзительные объятия, бармен вдруг зашатался еще сильнее и уже через считанные секунды оказался на полу. Тор охнул и вскочил с места, подбегая к совсем перепившему пареньку. Он попытался поднять парня, бил его по щекам и тряс за плечи, однако тот брыкался и мычал что-то невнятное. Одинсон оглянулся по сторонам и понял, что никто из изрядно выпивших посетителей клуба не собирается приходить бармену на помощь. Тор постарался отыскать глазами своих друзей, но и их не было видно в клубном угаре. — Эй, слышь? — начал кричать он на ухо парню, попутно еле-еле поднимая его на ноги, — вставай давай как-нибудь. Можешь назвать свой адрес? — Не-не-не-не-не, — заплетающимся языком отвечал бармен, — пусти. Я за деньги ни с кем не сплю… — Да нужен ты мне, — приговаривал Тор, уже выводя его из клуба, — адрес мне свой назови. Тор Одинсон всегда отличался альтруизмом и особой добродушностью. Несмотря на буйный нрав, он часто не мог отказать никому в помощи, что иногда становилось причиной многих неприятностей как его, так и его друзей. Вокалист «Отомстителей» подкармливал бомжей, которые иногда воровали его мобильники или кошельки, подавал попрошайкам, скрывающим за своими обносками довольно приличные костюмы и сытые лица, спасал от угона автомобилей их же владельцев и так далее по списку. Иногда за свои «добрые поступки» он даже попадал в ближайшее отделение полиции, но и это никогда не останавливало Тора от актов безвозмездной помощи «нуждающимся». Вот и сейчас, ведомый чувством искреннего желания помочь, Тор вёл накидавшегося спиртным парня к их общей с друзьями машине. — К-кто ты вообще такой, мужик? — невнятно лепетал бармен и смешно хмурился. — Твоя фея-крестная, походу, — проворчал Тор, собираясь закинуть пьяное тело на заднее сидение, как вдруг ощутил чью-то тяжелую руку на своем плече. Он медленно повернулся и увидел перед собой трех бугаев в черных костюмах, хмуро поглядывающих на него. — Добрый де… здравствуйте, — запнулся Тор и с подозрением взглянул на амбалов, — чем могу помочь, парни? — Пацан-то не твой, — просипел один из них, — отдавай по-хорошему. Тор удивленно распахнул глаза и покосился на чуть ли не лежащего у него на руках парня. В голове у него не было ни одного адекватного объяснения происходящему. — Не мой, но и, я уверен, не ваш, — смело заявил Тор и все же кое-как запихал парня в машину. Бугаи угрожающе переглянулись между собой. Тор напряженно сглотнул, захлопнул двери машины и услышал глухое и пьяное «подружка, не отдавай меня им!» за стеклом автомобиля. Кажется, на этот раз Тор Одинсон серьезно влип. *** Один и тот же трек вот уже какой раз звучал в темных стенах ночного клуба. Вал, на самом деле, совершенно не удивило отсутствие бармена — какая-то рыжая красотка сама угощала ее принесенной с собой выпивкой. Она не любила танцевать, даже когда выпьет, зато Бэннер, изрядно перебравший самбуки, припасенной блондинками-сестрами, отжигал как в первый раз. Гитаристку и это не смогло впечатлить, но вот долгое отсутствие Тора уже начинало понемногу напрягать. Она освободилась от руки обнимающей ее девушки, встала с потертой тахты и направилась к ударившемуся в танцы Брюсу. — Эй, танц-машина! — закричала он ему на ухо, схватившись за его серый пиджак, — ты нашего-то не видел? — Видел! — так же громко ответил Бэннер и взял подругу за талию, — с каким-то пацаном прогуляться выходил! — И как давно? — Ну полчаса назад где-то! А что? Они вдруг резко изменились в лице, тревожно взглянули друг на друга и, помнившие бедовость своего солиста, бегом направились к выходу из клуба, расталкивая пьяные тела на своем пути. Свежий воздух ударил им в нос, отрезвляя после клубной духоты. Они оглянулись по сторонам и помчались на парковку. Рядом с их дешевеньким Фордом Рейнджером на коленях сидел Тор, прикладывая тыльную сторону ладони к окровавленному лицу. Второй рукой он держался за машину, пачкая ее серые стенки кровью. За стеклом машины виднелся чей-то мужской силуэт, мерно и умиротворенно похрапывающий в чуть приоткрытое окно. Друзья с ужасом наблюдали за открывшейся их взору картиной и впервые за этот день думали о том, что на их пути к славе что-то действительно может пойти не так.