Брак по расчету.

      Чуя устало садится на диван.       Прошел месяц с их свадьбы. Ребята вроде как подружились. А еще к Чуе приставили охрану. Тихую девушку бету — Гин Акутагаву. Она была немногословна, но приятная. С ней было о чем поговорить.       Ужин готов, уборка сделана. Холостятский пентхаус стал более-менее домашним и не казался таким холодным, как раньше. Чуя доволен. Омежья сущность тоже.       Достав маленький блокнот, лежащий в заднем кармане джинс, и небольшую ручку,Чуя призадумался.       Написав небольшую записку и прикрепив ее скотчем к двери комнаты Дазая, Чуя довольный идет спать.

Я знаю, что за день ты ничего не съел (кофе не в счёт). Ужин в холодильнике. Надеюсь, подогреть ты в состоянии :). Приятного аппетита (Если я узнаю, что ты не притронулся к еде, найду и с ложки покормлю. К твоему несчастью я никогда не кидаю слов на ветер)

***

      Чуя выходит из душа. Утро началось лучше некуда. Приятное пробуждение от солнечных лучей и будильника с прекрасной песней.       Накахара из тех людей, которые просыпаются моментально. Неважно от чего, лишний громкий шорох, и глаза открываются. Но плюс был: он после этого совсем не хочет спать. До десяти вечера глаз сомкнуть не мог. Бодрость и энергия лились через край.       Легкий завтрак в виде кофе со сливками. До часу дня хватит.       Чуя осматривается. Все как и вчера. Встав и заглянув в холодильник, Накахара вздыхает: альфа ничего не ел. Но он точно был тут — на его чашке все еще остались капли воды.       Ну, он же предупреждал? Предупреждал!

***

      Чуя оглядывается. Так. Девяносто седьмой этаж. Пять минут назад началось совещание. Но Чуе плевать на то, что он прервет что-то важное. Дазай важнее.       Собравшись с мыслями, Чуя стучит.       — Кого там нелёгкая принесла?!       Голос Дазая ударяет по барабанным перепонкам как гром. Но отступать было поздно. К тому же Накахары не славились этим.       Чуя заходит в зал и бегло осматривается. Длинный стол. По бокам сотрудники, а во главе сидит Осаму. Прямо напротив мужчины электронная доска. Светлые стены. Неуютно.       — Чуя?       — Нам надо поговорить.       — Это не подождет? Я занят.       — Не подождет. Я вроде вчера говорил, что слов на ветер не бросаю.       — Не говори, что пришел сюда ради этой глупости, — шатен потер переносицу.       — Не буду. Но как видишь я все еще тут.       — Давай поговорим после. Подожди в коридоре.       Накахара молча выходит.

***

      Дазай устало вздыхает, как только за рыжим закрывается дверь. Ну кто же знал, что эта омега настолько серьезна? Он-то ту записку всерьез не принял.       «Побесится и успокоится» — примерно так подумал альфа.       Как бы не так.       Приперся, значит, такой весь красавец, «поговорить надо». Слава богу, что напрямую не сказал, из-за чего пришел.       Но то, что Чуя красив, Дазай пропустить не мог. Черные джинсы идеально подчеркивали стройные ножки и упругий зад. Белая рубашка на размер больше (явно принадлежала альфе) и классические черно-белые кеды.       Остальные, сидевшие в зале, уже пускали слюни при виде милого омеги. Ну, кроме Акутагавы. Тот уже имел истинного.       Осаму осматривает сотрудников и внутренний альфа берет свое: на его омегу позарились другие особи мужского пола. Это ему не нравится.       Мужчина прочистил горло и одаривает всех гневным взглядом.       — Прошу прощения за своего супруга. Продолжим наш разговор.       Жаль, что Дазай не замечает, как его голос потеплел на слове «супруг»

***

      Чуя схватил Дазая за руку и заставил посмотреть себе в глаза.       — Сколько у тебя свободного времени?       Краем глаза заметив подчиненных, Дазай усмехается. Как эти низшие вообще могут смотреть на его омегу? Да еще и раздевать того взглядом. Немыслимо!       — Для тебя сколько угодно.       Накахара краснеет, но, быстро сориентировавшись, ведет мужа к лифту.

***

      — Давай, открывай ротик.       — Слушай, Чуя, это не смешно.       — А я и не смеюсь. Вчера все было написано в записке. Ты меня послушал? Нет. Вот и ешь молча. А будешь дергаться, запачкаем костюм. Тебе это надо? Мне тоже не надо.       Дазай закатывает глаза. Но все-таки повинуется.       — Сколько ты уже не ел?       Осаму задумывается. Ну если думать про нормальную еду, то целый месяц. А если Накахара про кофе, то…       — Три дня.       Чуя задумался, а после отложил тарелку с супом.       — Пока достаточно. Я сделаю тебе чай…       Омега встает с колен мужа, но отойти не успевает: Дазай усаживает его обратно.       — А может позже? Я совсем не против десерта…       — Да? Но у нас нет ничего сладкого, — Чуя делает задумчивый вид. «Умные омеги, всегда знают, когда притвориться глупыми»       Осаму усмехается. Ну уж нет. Такими отговорками от него не сбежать.