Брак по расчету.

      Чуя удивленно смотрит на маму. Куда это она такая красивая?       Новая прическа, новое платье и новые туфли. Они с папой куда-то идут? Да, скорей всего.       Его зовут Чуя Накахара. Ему девять лет, и сегодня он останется дома один до одиннадцати вечера. По крайней мере так сказала мама. А разве она будет врать? Тем более своему любимому сыну?       — Веди себя хорошо, сынок.       После этих слов Озаки скрывается за дверью, а Чуя уходит в свою комнату. Сегодня ему кое-что взбрело в голову, и он обязан это осуществить. Для него это жизненно необходимо.       Мальчик достаёт из-под кровати коробку и открывает ее.       Туфли. В коробке лежат детские туфли на довольно высоком каблуке-шпильке. Чуя не знает откуда они у матери, но ему почему-то жутко хочется научиться на них ходить. Прямо как мама. Так же красиво и изящно.       Он с пяти лет знает, что он омега, и откуда появляются дети. Родители просто решили, что ему нужно знать правду, а не глупости о капусте и аистах.       Он знает, что он наполовину девушка и именно поэтому слабее некоторых мальчишек во дворе. И именно поэтому он ходит на дзюдо и каратэ. Он не хочет быть слабее других, даже если так решила матушка природа.       И вот сейчас, ему просто интересно. Он надевает туфли, и те идеально подходят ему. Ходить жутко неудобно, и Чуя уже жалеет, что надел их. Это сложнее, чем он думал.       Но вообще-то прикольно. Накахара младший крутится и ставит себе цель: научиться ходить на каблуках. Может, в будущем пригодится.

Не прогадал.

***

      Накахара с восхищением смотрит на черное фортепиано перед ним. «Я хочу научиться играть на нём»       — Учитель, а можно научиться игре на фортепиано?       — Да, Чуя. Ты заинтересован?       Накахара утвердительно кивает и смотрит на нового учителя музыки умоляюще.       Ему десять, и он, кажется, никогда в жизни не задумывался о музыке. Но сейчас…       На самом деле у него освобождение от этого урока. Родители почему-то решили, что ему это не надо, и Чуя не против. Был.       Сейчас ему почему-то до дрожи в коленках хочется научиться играть на этом инструменте.       Стоит ли говорить о том, что теперь он профессионально играет на фортепиано?

***

      Рыжий садится перед своим любимым инструментом. Сейчас он покажет родителям чему научился за год. От этого зависит его дальнейшее обучение.       Коё и Эрик сидят на диване, и оба в официальных костюмах. Именно из-за этого Чуе неудобно. Но он все-таки начинает. Нельзя подвести учителя. — Дом… Тихо-тихо в нем… Я открою дверь… Никого не жду… Мне теперь не верь! Больше не приду…       Чуя сосредотачивается на музыке полностью, отдается ей с головой. Закрывает глаза… И забывает обо всем на свете. — Я… строю этот мост… Чтобы не упасть… Ни тебе, ни мне… И не унесла… Тихая вода…       Коё заинтересовано смотрит на сына, а на губах Эрика появляется улыбка. Кажется, Чуя все-таки перенял от него любовь к музыке. — Танцы на стеклах — танцы не для слабых! Танцы без правил! Ты так не смогла бы! Танцы на стеклах — я бы не исправил!       Озаки хлопает и кивает учителю, даже не спрашивая мнения мужа. Чуе определенно стоит заниматься музыкой.       Через неделю он сыграл всё произведение дома, на его фортепиано.

***

      Накахара затягивается и резко кашляет. Да уж. Плохой первый опыт. Ему двенадцать, и почему-то молодому певцу захотелось научиться курить. Любопытство? Скорей всего.       Но почему-то он взял именно отцовские сигареты. С ментолом. Этот запах был приятным.       Это было неожиданностью, но после Чуя понял, что другие варианты сигарет на дух не переносит.       Ему предлагали с запахом арбуза, клубники, лимона, даже обычные. Но его выворачивало каждый раз при первой затяжке. А в тринадцать он уже не мог переносить даже запаха других сигарет.       Именно поэтому теперь Дазай тоже курит только такие. И по сей день в кармане рыжего лежит пачка сигарет с запахом ментола.

***

      Чуя садится на край сцены. Зачем он пришел в актовый зал? Да без понятия. Ему почему-то захотелось поиграть здесь. Вдохновение, так сказать.       Он аккуратно достаёт из чехла гитару и на слух настраивает ее.       Ему четырнадцать, он красив на лицо и тело, а еще в десять лет оказалось, что у него музыкальный слух. Он может играть на чем угодно: гитара? Нет проблем! Скрипка? Дайте пять минут, и я вам собственное произведение сделаю!       Талант? Определенно.       Накахара выравнивает спину и слабо ударяет по струнам. Перебирает аккорды: ля минор, ре минор, соль мажор… Нет, не то. Парень что-то тихо бормочет и закрывает глаза, не замечая, что в актовый зал очень тихо пробираются зрители, которым стало интересно, что тут после уроков делает рыжий парень.       Накахара не замечает зевак и продолжает перебирать аккорды. Парень слабо улыбается и начинает играть: — Сердце третьей планеты от Солнца… Дышит сквозь тонны пород… Почему в твоем сердце осколки… А не кислород? Покрытые инеем чувства… Как поверхность холодных планет… Ты узнаешь по линиям пульса — Притяжения нет!       Зрители заворожено смотрят на исполнителя. Голос рыжего сливается с мелодией в единое целое и кажется, эта музыка доходит до каждого находящегося здесь.       В зале становится еще больше людей, но Чуя не замечает. Он вообще ничего не замечает, стоит отдаться музыке. — Мне трудно дышать сквозь пульс… Моменты сомнения… Я снова твоя мишень… Для сердцебиения…       Некоторые начинают снимать именно с этого момента, а самые умные додумались до этого с самого начала. — Мне трудно дышать сквозь пульс… Добей же скорей меня! Я снова твоя мишень… Для сердцебиения…       Чуя еще много раз будет пересматривать эти видео и удивляться собственному голосу.

***

      Чуя удивленно смотрит на одноклассников. Что это с ними? Не разговаривают с ним, избегают будто… Боятся?       Да, похоже на то. Но это глупость. Он же ничего не сделал. То есть совсем.       Ему пару дней назад исполнилось пятнадцать, и все вроде бы было хорошо. Его поздравили, подшучивали над ним. А сегодня такие отстраненные. Странно это все.       — Ацуши. Что происходит? — интересуется Чуя у своего единственного друга в этом учебном заведении.       — Ты не в курсе? Помнишь ты играл перед родителями в десять лет играл на фортепиано? — Чуя утвердительно кивнул, — тогда мимо класса проходил Мори Огай, — Накахара удивленно посмотрел на друга, — ты ему, кажется, понравился.       — В каком смысле?       — Ну, не знаю. Но сейчас он снова заинтересовался тобой. Может будешь женихом его сына. Мало ли.       Чуя громко засмеялся и пропустил это предупреждение мимо ушей       Зря. Хотя может оно и к лучшему?