Свет руин-2: Новое поколение.

(от лица Кваетуса) Я ворочался в своей постели. Мне то было жарко, то холодно, то одеяло «убегало» вниз, на пол. Да и защита моего зелья, точнее мази, должна была состояться через… А, уже через пять часов, сорок минут. Но спать, видимо из – за нервного напряжения, не хотелось. Или, точнее, хотелось, но все время мне что - то мне мешало. Мой взгляд гулял по, казалось бы, бесконечным складкам темно – зеленого, бархатного полога. И я в бессилии стукнул кулаком по подушке, чтобы не разбудить своих сокурсников. Мне надо спать! И я снова улегся поудобнее и закрыл свои глаза. Видимо, я все же смог заснуть. Так как меня разбудил Скорпиус, облив холодной водой из волшебной палочки. Я, отплевываясь от воды, подскочив спросонья, сразу же безусловным рефлексом нашарил свою. И уткнул ее кончик, безошибочно, прямо в его шею. Скорп нервно, испуганно задышал. Я резко встряхнулся: вода стекала по моей пижаме, впитываясь в кровать. Я уже сидел на коленях, вытянув свою правую руку с зажатой в ней волшебной палочкой. - Эй, эй, - Скорп развел свои руки, демонстрируя отсутствие злых намерений, - полегче. Ты не хотел просыпаться, а тебе надо идти. Профессор Слизнорт велел тебя поднять, если не проснешься сам. Может, ты отпустишь палочку? А? - Осторожнее, ты забыл, что меня растил сам Гарри Поттер! Я мог и проклянуть тебя! Впредь будь, пожалуйста, осторожнее. Да, и спасибо, что разбудил, все-таки… Глаза Скорпа все еще были увеличены от испуга, но я уже видел, как в них мелькают искорки веселья. - Я тебе отомщу! – в этот миг я левой рукой нашарил подушку и запустил ее ему в лицо. Скорп в долгу не остался. И вскоре по всей нашей спальне началась очень веселая драка подушками. На завтрак мы всей толпой опоздали: пришлось есть его побыстрее. В волосах и мантиях некоторых еще виднелись перья и пух. Но наша группа была в отличном настроении, глаза у всех сияли, и периодически кто – то хохотал. Я на время отбросил мысль о защите. Я ее не боялся: мне уже разбор компонентов во сне мерещился. Я знал малейшие нюансы и детали. Да и мой декан и директор безжалостно меня гоняли по составу, и задавали все мыслимые и немыслимые вопросы. Комиссия будет по составу не очень большая. Но зато будет присутствовать и мой отец, что меня очень радовало. Скорп и все мои одноклассники, когда я поднялся из-за стола, пожелали мне удачи. После завтрака однокурсники пошли на трансфигурацию, а я же – в некое подобие актового зала. Его создали из заброшенного кабинета на первом этаже. Я явился вовремя. Все пять волшебников волшебной комиссии занимали столы. Мне предназначалась кафедра. За которую я и стал. Отец, Снейп и Слизнорт заняли первые парты: один стол – отец и Снейп, другой – Слизнорт. Я начал говорить. И тут произошло чудо: я перестал нервничать. Мой голос делался все увереннее и четче. Мои руки автоматически чертили на доске за спиной формулы и состав. Я быстро подошел к концу. Комиссия по–разному реагировала на мой рассказ: кто-то шептался, чертили и писали что-то на своих пергаментах и свитках, заглядывали в книги. Я кончил. Меня попросили привести наглядную демонстрацию. Я тяжело вздохнул, но, тем не менее, был к этому готов. Отец мягко вышел вперед, на ходу доставая кинжал. Он полоснул им себя по ладони руки. Сразу же побежала струйка крови. Но это еще не все: он коснулся раны и ее края стали обожженными. Отец даже не поморщился, протягивая изувеченную руку мне. Я намазал ее своим Заживителем. И рана закрылась, ожоги исчезли. Снова рука была целой. Комиссия переглянулась. Мне начали хлопать. И тут до меня дошло: я защитился! Ура! Отец и преподаватели ликовали вместе со мной. Патент на мазь был выписан мне сразу...