Одна ночь может изменить всё

— Надеюсь, что мы с тобой ещё увидимся, псина.  — Обязательно. — закатив глаза, ответил Рейх, а после СССР вышел и немец закрыл за ним дверь. СССР добрался домой быстро, подойдя к двери, своего дома, русский достал связку ключей. Найдя нужный ключ, он вставил его в замочную скважину и прокрутил два раза, затем дверь была открыта и коммунист вошёл внутрь. Дома было тихо, вероятно, что дети ещё спят. «Если дети спят, значит, что ещё нет девяти» — подумал русский, тихо поднимаясь по лестнице, дабы никого не разбудить. Союз открыл первую дверь, где спал Россия. Проверив своего сына, СССР умилялся такой картине, ведь когда его дети спят, они такие милые. После русский зашёл в следующую комнату, где спал Украина, затем комната Беларуси и Казахстана. Все детишки спали и коммунист вздохнул с облегчением. Советский Союз прошёл на кухню, дабы приготовить, всеми любимый, завтрак. Он достал из холодильника нужное количество яиц, чтобы потом дети не возмущались, что у кого-то больше, а у кого-то меньше. Коммунист поставил сковородку на плиту, подготовил её к приготовлению и пошёл процесс приготовления яичницы. Потратил СССР, на готовку яиц, немного времени. Он достал тарелки и положил каждому яичницы. После русский поставил тарелки на обеденный стол и вернулся к холодильнику, откуда достал колбасу, нож достал из выдвижного шкафчика, который располагался в кухонной тумбочке. Союз отрезал пять кусочков колбаски и хлеб, такого же количества, что и колбасы, затем достал сыр и отрезал также пять кусочков. После приготовления бутербродов, коммунист заварил чай себе и детям. Итого, русский приготовил завтрак, в который входило: яичница, бутерброды и чай. Накрыв на стол, Советы взял свою кружку с чаем и бутерброды, и пошёл в гостиную. Там он включил телевизор и стал просматривать разные каналы, как ему попались новости, где рассказывалось о том, что будет проводиться некий фестиваль в центре города. Советского Союза это заинтересовало, но праздник начнётся вечером, а конкретнее, в 22:00. С детьми идти — не вариант, а одному скучновато будет, так что, русский решил, что пригласит Рейха, скажем так, на дружескую выходку. Нормально позавтракав, СССР взял свой мобильник и стал искать номер немца в контактах. Найдя нужный номер, коммунист стал звонить нацисту. Тем временем в доме немцев После ухода СССР, Рейх облегчённо вздохнул, ему хотелось не вспоминать о той ночи, где они с Союзом переспали. Хотя…где доказательства? Могло случиться всё, что угодно и им пришлось раздеться до гола, необязательно у них был близкий контакт, но в это очень трудно было поверить. Но и признавать то, что у него с этим русским что-то было, тоже не хотелось. Рейх вернулся на место их «преступления», он заметил, что вокруг царил беспорядок. «Да уж, кажись, мы перебрали с выпивкой» — подумал, немец и принялся за уборку квартиры. Взяв уже пустые бутылки, он выбросил их в мусорку, бутылок было всего три штуки. Ладно русский, он не так быстро пьянеет, наверно, потому что он уже привыкший к алкоголю, а вот немец никогда не употреблял выпивку в таком количестве, максимум полтора бутылки, но никак не три. От этих мыслей, Рейху стало не очень хорошо, ведь он не знал, как со временем на такие перемены отреагирует его, и так слабый, организм. Выбросив все бутылки, Третий взял две пустые рюмки и стал их вымывать от остатков коньяка. После он протёр кофейный столик, также от остатков алкоголя. Сделав уборку наполовину, нацист услышал, что у него звонит телефон, а вот в какой комнате-то? Придётся искать, он обошёл весь дом и, следовательно закону подлости, он нашёл его на самом видном месте, от чего немного нахмурился и подумал: «Да уж, тупость — это мой конёк», посмотрев, кто звонит, Третий слегка удивился. «Да что этому чёртову коммунисту надобно от меня? Ему что, мало той ночи?» — рассуждал в уме нацист, а после вздохнул и всё же поднял трубку, откуда сразу услышал до боли знакомый голос. — Здравствуй, псина фашистская. — Да пошёл ты, чёртов коммунист. — Ой, да ладно тебе, я ж «любя». — Ага, как же. Сколько раз тебе повторять, что я не фашист, а, блять, нацист?! — Да всё-всё, угомонись, я просто пошутил, ясно? — Предельно. Чего хотел-то? Тебе мало того, что между нами произошло? Или хочешь ещё? Или просто поиздеваться захотелось? Если так, то рекомендую пройти нах… — Да успокойся ты. Я просто позвонил, чтобы пригласить тебя прогуляться. — Прогуляться? Меня? Ты? Ха-ха, смешно. А если серьёзно? — А похоже, что я смеюсь? Вроде серьёзно с тобой разговариваю, разве не так? — Союз, мать твою… — Да-да, мою мать, как обычно. Так что.пойдёшь со мной? — Куда? — Сегодня в центре города будет проводиться фестиваль, он начнётся в 22:00. Как ты понимаешь, детей взять с собой я не могу, а одному туда идти — скучно. — Опять фестиваль? Дай угадаю, в твою честь? — Да нет, просто фестиваль, дабы люди развеялись. — Вчера вполне развеялись…мы. — Ой, ты что? До сих пор об этом думаешь? Спокойно, я уверен, что между нами ничего не было. — Да? И с чего ты это взял? Может и было, откуда тебе знать? — Ну.а если всё-таки было, то я уверен, что мы оба были довольны. — Ой, придурок… — Да-да-да, это мы уже проходили. Так ты ответишь на мой вопрос или как? — Ладно, я пойду. Но это я делаю только ради того, чтобы ты от меня отвалил. — Ну, конечно, ага. — Сейчас передумаю. — Молчу-молчу. Ну тогда, до вечера? — Ага, до вечера. После последней фразы, немец положил трубку. Его напрягало то, что этот фестиваль будет проходить вечером, следовательно, закончится он глубокой ночью. На празднике, непонятно в честь чего, наверняка, будет алкоголь, а русский любить выпить. Значит, что он заставит Рейха тоже принять данный напиток, который является вредным для здоровья, они опять опьянеют, особенно Третий, ибо он быстро погружается в мир пьяного человека. Он надеется, что после такой выходки, они разойдутся по своим домам и никому не приспичит зайти в гости.

***

Восемь часов вечера. Нацист сейчас отдыхал, стоя на балконе и попивая свой, ещё горячий, кофе. День он провёл вполне нормально, ничего такого не произошло. Обычный будний день, обычного человека, а если конкретнее, страны. Третий размышлял о том, что ему предстоит сегодня встретиться с русским, гулять с ним, пить и… Веселиться? Насчёт этого сомнения имеются, ибо он не чувствовал, что с Союзом весело. Также он твёрдо решил, что после окончания фестиваля, пойдёт домой. Ни при каких обстоятельствах в дом русских он не пойдёт, в свой тоже не впустит. Достаточно ему коммунистов, всё, хватит, ещё не хватало, чтобы он думал о том самом. Девять часов вечера. Немец был уже готов, посмотрев на время, он подумал, что собрался слишком рано. Немного подумав, Рейх всё же пойти сейчас, не спеша пойти, как раз прогуляется на едине, подышит свежим воздухом, окунётся в свои мысли, да и просто насладится моментом.

***

Уже было 22:05. Рейх стоял и ждал появления его ненаглядного друга. На улице было уже темновато, Где-то вдалеке слышен гром, ветер был сильный. Хорошо, что немец надел тёплую кофту.        — Да где же тебя носит?! — раздражённо произнёс Рейх себе под нос. Тем временем, СССР чуть ли не бежал к месту встречи, ведь сейчас было 22:15, он думал, что Рейх его мог не дождаться и уйти. Поэтому он ускорился ещё сильнее. Через пару минут, он всё же добрался до места встречи. Рейх стоял к русскому спиной, ибо не заметил, как тот прибежал. СССР решил немного подшутить над немцев, поэтому отдышавшись и приведя дыхание в норму, тот тихо подошёл к Третьему сзади. Аккуратно и немного ласково, коммунист приобнял того за талию, реакцию немца не пришлось долго ждать, потому что в одно мгновение, локоть немца прилетает в живот русского, от чего тот болезненно зашипел.        — Ёб твою мать, нацист хренов. — зашипел СССР на Рейха, тот сначала не понял, что сделал, а когда до него дошло, он стал извиняться перед Союзом, неловко вышло.        — Ой, это ты…прости, рефлекс, — на эти слова, пострадавший бросил злобный взгляд на нациста, от чего тот усмехнулся и продолжил, — Сам виноват. — пожал плечами немец, сдерживая смех.        — Вот же псина… — тихо сказал коммунист, а после выпрямил спину и глубоко вздохнул, — Ты всех так? — спросил русский, держась рукой за место, где произошёл удар.        — Да нет, только избранных. — пошутил нацист, на что СССР сначала нахмурился, а после слегка усмехнулся и решил пошутить в ответ.        — А, так всё-таки, я занимаю у тебя особенное место в сердце? — после такого вопроса, Рейх слегка покраснел.        — Это тут ни при чём!        — Ну да, ну да. А чего тогда покраснел? — продолжал русский свою «шуточку».        — Да иди ты. — Рейх отвернулся от Союза, смотря на землю.        — Ну ладно, не обижайся, я пошутил. Пошли лучше, прогуляемся и оторвёмся по полной программе? — с ноткой веселья предложил Советский, а Третий повернулся в его сторону и с улыбкой кивнул и эти двое пошли веселится.

***

Веселье шло на ура, только вот гроза началась не в самый подходящий момент, СССР и Рейх спешат домой к русскому, дабы укрыться от дождя. Как же Рейх решился на это? Всё просто, до своего дома ему бы пришлось долго бежать, а Союз рядом живёт, ну, не то, чтобы рядом, но ближе, чем Третий. Да и промокнуть ему не хотелось, а то, что потом делать? Лежать неделю, а то и больше, в кровати с температурой? Ну уж нет, такого в планах Третьего Рейха не было, поэтому бежать к коммунисту — это лучшее решение на данный момент. Прибежав домой, они оба зашли в укрытие, разулись и прошли в гостиную. Гроза за окном, конечно, разбушевалась.        — Рейх, снимай с себя всю одежду, которая промокла, я постираю и высушу. — обратился коммунист к нацисту.        — Подожди, это что получается, я остаюсь у тебя на ночь? — немного нервно и раздражённо задал вопрос тот.        — Ну да, ты видел, что за окном творится? Тут без всяких вопросов, ты должен остаться.        — Эй, нет-нет, я иду домой. Подумаешь, маленький дождик. — Рейх двинулся к выходу.        — Стой, ты с ума сошёл? Куда ты пошёл? — спросил коммунист, следя за действиями своего гостя.        — Домой, ясно? — Рейх уже был в обуви, Союз не пытался его остановить, он знал, что тот не уйдёт. Рейх уже открыл дверь и хотел выйти, как тут ночную улицу осветила молния, а следом прогремел гром, даже можно сказать, устрашающий гром, от чего немец заметно испугался и быстро закрыл дверь, — Ладно, уговорил, я останусь. — на выдохе произнёс напуганный, если честно, то Союз сам не ожидал такого грома, поэтому тоже вздрогнул. Но на слова своего бывшего врага, он усмехнулся. Коммунист повторил, чтобы Рейх раздевался, а он приведёт в порядок его одежду. На этот раз немец послушался и стал выполнять то, что ему сказали. СССР решил по пути в свою спальню проверить детишек, а то вдруг кто-то испугался грома и проснулся, зайдя к каждому, многодетный отец убедился, что всё в порядке. Стоя возле шкафа, русский искал одежду для его гостя. К нему зашёл его сын, отец же этого не заметил и продолжил копаться в вещах, как его откликнул Россия.        — П-папа. — сказал малыш, шмыгая носом и вытирая свои глазки от слёз. Сам СССР не ожидал кого-либо увидеть или услышать, поэтому слегка вздрогнул.        — Ох, блин, Россия. — облегчённо вздохнул отец, — Что случилось, мой мальчик? — ласково спросил Союз, подойдя к своему сыну.        — Гром… — тихо ответил Россия.        — Ну что же ты так? Ничего страшного, это просто гром. — нежно говорил русский, обняв своего сына. Тот стал заметно успокаиваться, после коммунист отвёл Россию обратно в его спальню и уложил в кроватку.        — Спокойной ночи, родной. Закрывай глазки и ничего не бойся, всё хорошо. — ласково и тихо произнёс любящий отец, а после поцеловал своего сыночка и вышел из комнаты.

***

Союз и Рейх сидели в гостиной и пили чай, просматривая ночные телепередачи, всё было хорошо, пока не засветилась молния, ибо после этого электричество выключилось.        — Твою ж мать… — ругнулся Рейх вслух, поставив свою кружку с чаем на кофейный столик.        — Да ничего страшного, скоро включат.        — Ага… — вздохнул немец. Где-то минут десять, двое мужчин сидели в тишине, как тут Советскому Союзу приспичило вспомнить одну ночь, которую Третий Рейх предпочёл бы не вспоминать.        — Слушай, Рейх, а мне всё же интересно, что было той ночью?        — Ты опять начинаешь?        — Ну, а что? Интересно было бы посмотреть на тебя в исполнении роли пассива, — ухмыльнулся СССР и положил свою руку на колено Рейха, плавно проводя до пояса. — А, Рейх? Что ты на это скажешь?        — Ты… Ты совсем умом двинулся? Руку убрал, извращенец! — немного повысил тон немец.        — Тише-тише, не кричи, детей разбудишь. — нежно ответил русский.        — А ты меня не провоцируй и я не буду кричать! — чуть тише уже произнёс немец.        — И в мыслях не было. — почти шёпотом сказал Советский, положив свою руку на щеку Третьего, он повернул его лицо на себя, а после медленно, но уверенно стал приближаться к нему. «О чёрт...» — напоследок подумал Рейх.