2.
16 июля 2019 г., 21:08
Первая неделя съемок прошла довольно быстро, хоть для всех занятых в них людей они выдались изматывающими. Уже на третий день совместной работы, Себастиан поругался с режиссером. Не то чтобы сильно, но все же… У обоих остался неприятный осадок, хоть мужчины после и извинились друг перед другом. Себастиану не нравилось его видение истории, он привык, что часто режиссеры работали вместе со своими актерами, прислушиваясь к их мнению и к их видению персонажа, но это был не тот случай. Радовала его, пожалуй, только Т/И. И мужчина уже несколько раз упрекал себя в том, что поначалу был о ней плохого мнения, как об актрисе. Они много репетировали вместе в своем трейлере по вечерам. Ему нравилось наблюдать, как она становится другим человеком. Несчастной молодой девушкой, которая вышла замуж за неудачника только лишь потому, что сильно любила его. Он не ожидал такой эмоциональной игры от начинающей актрисы, она превращалась в совершенно другого человека, только лишь, пожалуй, глаза ее оставались все такими же грустными.
Он ничего не спрашивал у нее о том, как она попала в фильм, хотя любопытство в нем не унималось. С течением дней их совместной работы, незаметно для себя, Себастиан стал все больше и больше привязываться к ней. К их незамысловатым репетициям, когда они задерживались допоздна, а потом Т/И вдруг спохватывалась, что ей срочно нужно домой, молниеносно собиралась и исчезала из трейлера, оставив его одного, растерянного, с помятыми листами сценария на коленях, окутанного девчачьим запахом, который заполонил их трейлер. Этот запах напоминал ему те беззаботные дни детства, которые он проводил в лагере с другими детьми, интересовавшимися актерской игрой. Так всегда пахло в палатках девчонок — легкий запах, смешанный из запаха фруктов, жвачки, шампуня для волос и еще бог знает чего. Ему нравился этот запах. Он не имел ничего против.
Сейчас он ему нравился даже больше, чем в детстве.
«Я люблю тебя, Рик. Больше чем кого-либо, когда-либо. Я обещала и в горе, и в радости. Я помню. Но и ты обещал. С той лишь разницей, что ты об этом забыл…» — ее большие грустные глаза, полные слез стоят перед глазами Себастиана. Ее губы напротив. Стэн судорожно проводит рукой по волосам, взъерошив непослушную копну, и тут же принимает решение остаться ночевать здесь, в трейлере, окутанным ее девчачьим запахом.
Мужчина ложится на софу, еле-еле помещаясь на ней и, заняв более-менее удобное положение, закрывает глаза. Надо отдохнуть. Он сильно устал и вымотался. Себастиан закрывает глаза. Во мраке закрытых век он видит образ девушки с грустными глазами, полными слез.
Он не имеет ничего против.
Он улыбается, а затем крепко засыпает.
Т/И подъезжает на своем стареньком фольксвагене к одному из домов в фешенебельном районе Лос-Анджелеса и ждет, когда откроются ворота, не дождавшись, пока створки раскроются до конца, она нетерпеливо вписывается в промежуток, въезжая в просторный двор, освещенный несколькими фонарями. Во дворе особняка ее встречает разбитый черный «Порше», она паркуется, приглушает мотор и, выйдя из своей машины, смотрит на изуродованный автомобиль, пытаясь вспомнить, какой это по счету. И ей уже совсем не страшно за Джонатана, с ним никогда ничего не случается, каким-то чудом, он всегда выходит сухим из воды. Безусловно, во многом это заслуга влиятельных родителей, но частенько за то время пока они вместе, он столько раз попадал в передряги из которых любой другой человек не нашел бы выхода. Но только не Джонатан…
— Джонатан? — тихо произнесла Т/И, войдя в темный дом и прислушиваясь к тишине.
Ответом был храп парня, который раздавался со второго этажа, судя по которому Т/И поняла, что он в очередной раз чертовски пьян.
Она не стала подниматься наверх, без сил рухнув на диван в гостиной. Спать ей хотелось очень сильно, но она уже понимала, что вряд ли заснет сразу.
Она лежала в полумраке чужого фешенебельного дома и думала о Себастиане, почти не слыша храпа пьяного Джонатана и, несмотря ни на что, почти ощущала себя счастливой.
