My Love Will Not Let You Down

Джонатан много пил. Несмотря на то, что это был ужин у его родителей. Все молчали, дабы не испортить вечер. Разговор за столом не клеился, каждый думал о своем. — Что нос повесила? — ехидно спросил Джонатан у Т/И. Он был уже в изрядном подпитии и особо не церемонился. — Ах да, я совсем забыл вам сказать, — он обратился к отцу и матери, — наша актриса вылетела из проекта. Фильм вроде как закрыли. Она завалила все, как впрочем, всегда. — И отчего же это так тебя радует? — строго спросил отец у сына. Если бы взглядом можно было убить — Джонатан был бы давно уже мертв. — Я схожу за десертом, — невпопад произнесла вдруг мать Джонатана, резко вставая из-за стола. На плечи этой женщины была возложена нелегкая роль в сглаживании острых углов в общении отца и сына. Иногда у нее это получалось. Но лишь иногда. — Я помогу, — Т/И тоже встала из-за стола и поспешила на кухню. Джонатан сидел угрюмым. Сегодня никто не хотел играть по его правилам. Обычно пара-тройка его колких высказываний и случался очередной скандал. Когда все присутствующие высказывали Джонатану все, что думают. Он обычно обижался и покидал родительский дом, громко хлопнув дверью, с угрозами, что больше никогда не будет общаться. Залегал на дно в своем особняке, в ожидании, когда отец сделает первый шаг к примирению, чаще в виде крупных денежных вливаний на его счет или дорогих покупок. Сегодня было все не так. Не по правилам. Это дико раздражало Джонатана. Он снова и снова наполнял бокалы присутствующих вином. Свой в том числе. Домой они возвращались на такси. Т/И молча наблюдала за скользящими за окном видами вечернего Лос-Анджелеса. Сколько своих надежд она возложила на этот волшебный город, о котором мечтала с детства. Сколько историй о том, как сбываются чужие мечты в этом городе она прочитала. Она была уверена в своей победе. Она не ожидала такого эпичного провала. Она не думала, что этот прекрасный город может причинить ей столько боли. Ей не хотелось оставаться с Джонатаном наедине. Ей была противна одна мысль о том, как он, пьяный, сейчас начнет приставать к ней. Поэтому когда такси остановилось возле его дома, она с неохотой покинула салон машины и медленно поплелась к входной двери, минуя разбитый «Порше», который отчасти напоминал ей ее саму в этот момент. Джонатан быстро расплатился с водителем и поспешил за девушкой. Т/И сама не знала, что на нее нашло. Но сразу же, как за их спинами закрылась входная дверь, она решительно, хоть и довольно тихо произнесла: — Джонатан, я от тебя ухожу. Далее последовал удар в живот, резкая, оглушающая боль. Она упала на пол, сильно ударившись головой, и провалилась в темноту… Себастиан улетел из Лос-Анджелеса на следующее утро. Он не видел больше смысла оставаться в этом городе. Тем более, когда мужчина прилетел в Нью-Йорк, по электронной почте пришло сообщение от его агента, в котором говорилось о том, что проект заморожен на неопределенный срок. Режиссера уволили, но актеров никто увольнять не собирался. Эта новость обрадовала Стэна, но кому как не ему было известно, что когда проект теряет режиссера — никогда неизвестно, сколько может понадобиться времени, чтобы подобрать новую кандидатуру и, тем более, часто случалось так, что с течением времени про проект забывали, а отснятый материал подолгу пылился на полке в монтажной. Дома ему полегчало. Друзья, занятия спортом, привычные дела — все это заставило его успокоиться и не думать о том, что он опять остался без работы. Но иногда, все же, выпадали такие дни, что у него не получалось ничем заполнить пустоту внутри. Несколько раз он звонил Т/И, а она не поднимала трубку. И не перезванивала. Ее образ не давал покоя, она снилась ему. Плачущая в его объятиях, там, в одном на двоих трейлере. Только во сне он был достаточно смел, чтобы взять и начать покрывать ее заплаканное лицо поцелуями. Сны были настолько реальными, что он чувствовал насколько соленые ее теплые слезы. Как она дрожала. Он просыпался и лежа в темноте казнил себя за то, что не смог найти нужных слов, чтобы она успокоилась, что не поцеловал ее, что не попрощался перед тем, как уехать, что так сильно обидел ее тем неосторожным высказыванием. Он дожидался утра и снова звонил. И снова без ответа. Гудки раздражали. Но оставалась надежда, каждый раз как он набирал ее номер, что когда-нибудь они прекратятся и он, наконец-то, услышит голос Т/И. Так пролетела неделя в Нью-Йорке. Как-то вечером они сильно напились в баре с друзьями. И он рассказал Уиллу Малнати о ней. У Себастиана не было привычки говорить о своих женщинах. Одно дело завязавшийся роман, а не это. Он говорил о человеке, которого, возможно, больше никогда не увидит. — Хреново все вышло. С этим проектом, — произнес Уилл, — да и расстались вы так себе. А помнишь? — Уилл вдруг взглянул прямо в глаза Стэна, — только не подумай, что это пьяный бред и все такое. Помнишь, как ты говорил, что хочешь сам что-нибудь снять? Может, это знак? Себастиан удивленно уставился на друга. — Я могу помочь, — продолжал Уилл, в его глазах загорелся вдруг огонь, кажется, мужчина сам был возбужден этой внезапной идеей, — завтра! Завтра сделаю пару звонков из офиса. Если что, снимать можно здесь, в Нью-Йорке, чтобы не мотаться черт знает куда. -Это безумие, — Стэн захихикал и отрицательно замотал головой. — Возможно это так! Но попробовать стоит. Ради интересной роли, интересного сценария. Ради нее… Стэн вернулся домой далеко за полночь. Всю дорогу до дома он обдумывал слова Уилла. И теперь они ему уже не казались таким безумием. Ложась в постель, он уже даже начал выстраивать в голове план действий. Что-то кольнуло у него в груди, мужчина взял телефон и вновь набрал номер Т/И. Вновь длинные гудки без ответа. Он сбросил, зажав телефон в руке немного полежал в темноте, а затем быстро набрал смс: «Кажется, я знаю, как все исправить. Пожалуйста, перезвони мне.» А на следующий день, когда они бурно обсуждали в офисе Уилла план запуска проекта, она позвонила. — Алло, — выкрикнул Стэн с надеждой, невольно улыбаясь своему счастью вновь слышать ее голос, хотя бы голос. — Добрый день, меня зовут Рейчел, — произнес в трубку чужой голос. Улыбка моментально исчезла с лица Стэна. — Кто вы? Где Т/И? — Я… Я ее подруга. Мы росли вместе. — Что с ней? — Она не хочет отвечать. Но вы так настойчиво звоните, я решила, что лучше перезвонить вам… пока она спит. — Что с ней? — еще раз спросил Себастиан более нетерпеливо, его раздражало, что незнакомка на другом конце не отвечает на его вопрос. — Вы Себастиан? — Да. Черт возьми, что с ней? — Она в больнице, Себастиан. Он… Джонатан… Он ударил ее, сломана пара ребер и еще она ударилась головой, довольно сильно. Но… в общем сейчас все более-менее в порядке… если так можно сказать. — Вы сейчас серьезно? Черт! Где вы вообще? -В Лос-Анджелесе. Где же еще? Стэн и сам понял, насколько глупый вопрос задал. — Пожалуйста, Рейчел, прошу вас, пришлите мне адрес на этот номер. Адрес больницы. Я постараюсь прилететь как можно скорее. — Не думаю, что она… — Вас никто не спрашивает, что вы думаете. Вы же позвонили мне… — Ты куда? — выкрикнул Уилл в спину другу, который уже практически вылетел из его офиса. — Мне надо в ЛА, очень срочно. Она в больнице. Сказав это, Себастиан молниеносно покинул офис. Не дождавшись лифта, он поспешил вниз по ступенькам, а выскочив на улицу, сел в свой «Ягуар», рванул с места и, вдавив педаль газа в пол, помчался домой собирать вещи.