Scenery

НОЯБРЬ, 2016 — ПРОДОЛЖЕНИЕ

      Позже в тот же день, когда они были в общежитии, Чонгук принял душ и переоделся в самую удобную одежду, когда Тэхён пришел в его комнату.       «Куки?» — спрашивает старший, наблюдая за тем, как Чонгук ложится на бок спиной к нему.       «Мм?» — отвечает Чонгук.       «Можно я побуду здесь немного?» — голос Тэхёна слабый и нерешительный. Он наверняка устал, думает Чонгук. Младший пожимает плечами. Тэхён принимает это как «да» и идёт к нему, садясь на кровать. Они находятся в тишине некоторое время, Чонгук лежит спиной к Тэхёну. Он планирует сделать вид, что уснул. У Тэхёна же другой план.       «Куда ты ушёл? Сегодня», — старший спрашивает, прерывая тишину.       «Когда?» — Чонгук пытается звучать сонно, насколько это возможно.       «Когда мы были за сценой. Я хотел познакомить тебя с хёнами, но не видел тебя.»       Чонгук закусил губу достаточно сильно, что почти почувствовал вкус крови. Не видел тебя, фраза раздается эхом и колет куда-то в грудь.       «Я был там», — он стискивает зубы. Он может уверенно сказать, что его резкий тон пугает старшего, потому что Чонгук чувствует, как двигается кровать, когда Тэхён вздрагивает.       «Ты злишься на меня?» — Тэхён шепчет после паузы.       Чонгук колеблется, не зная, должен ли он ответить. Не зная, может ли он. Он знает, что не злится, потому что на это нет причин. Но он чувствует уродливое жжение в груди, затуманивающее его разум, в те моменты, когда думает о тех двух парнях рядом с Тэхёном, заставляющих его улыбаться, трогающих его. Чувство, которое он даже не может назвать. Он чувствует как Тэхён двигается ближе к нему.       «Я знаю, что ты не спишь», — старший издевается, тыкая его в бока. Когда кто-то расстроен, Тэхён превращается в этого очаровательного, прилипчивого человека, которому никто не может сопротивляться. И Чонгук не исключение. Он переворачивается на живот, пряча лицо в подушке, и громко стонет. Он не может дать старшему выиграть, не в этот раз. Он знает, что старший хочет, чтобы Чонгук сказал, что случилось, но в этом случае он бы просто не знал, что ответить.       «Почему ты прячешься, Кука-а?», — не унимается Тэхён, начиная щекотать его. Чонгук переворачивается, не отпуская подушку, закрывающую его лицо, пинаясь ногами во всех направлениях, каким-то образом всё равно не попадая по старшему. Он почти плачет от смеха, когда Тэхён наконец-то прекращает и тянется руками к подушке, которую держит Чонгук.       «Дай хёну взглянуть на твоё лицо», — его голос слышен так близко, что кожа начинает покрываться мурашками. И руки отпускают подушку, прежде чем парень успевает подумать. Она падает рядом с ним, и Чонгук поднимает голову. Тэхён улыбается, держа обе его руки в попытке помешать спрятаться снова. Если бы он только знал, что один его взгляд может заставить Чонгука остановиться. Младший вдруг почувствовал тяжесть и начал извиваться под ним.       «Ай, хён, отпусти меня!»       «Что, если я не хочу?» — Тэхён озорно улыбается, держа обе руки Чонгука одной, используя вторую чтобы пощекотать его снова. Чонгук остался безуспешным в попытках нахмуриться, потому что не мог остановить хихиканья то и дело вырывающиеся из его рта.       «Х-Хён! — он пытался, почти задыхаясь. — Хватит! П-просто иди со своими хёнами или ещё что.»       Тэхён перестал двигаться как только услышал это, и Чонгук тоже застыл. Он не мог поверить, что сказал это. Он зажмурил глаза, разочарованный собой. Тэхён сел.       «Поэтому ты был расстроен? Тебе… Тебе не нравятся хёны или что?»       Чонгук вздохнул и тоже сел: «Нет… Как они могут мне не нравиться? Я даже не знаю их.»       Старший нахмурился, оставаясь в замешательстве. Чонгук хотел кричать. «Забудь, хён. Ложись спать.» — он попытался опять повернуться спиной к старшему, но Тэхён остановил его.       «Нет! До тех пор, пока не скажешь, что не так!» — старший повысил голос.       «Я не знаю! — Чонгук закричал в ответ. — Я был там, хорошо? И видел тебя с ними, как ты был счастлив, как ты смеялся, и ты даже не замечал меня, поэтому я ушёл!»       Голос младшего испугал Тэхёна второй раз за вечер, и Чонгук смотрел, как постепенно удивление пропало из глаз, рот закрылся, будто бы он наконец-то понял что-то, и мягкая улыбка появилась на его лице.       И Чонгук ненавидит то, как сильно эта улыбка успокаивает его.       «Прости, Куки, — Тэхён сказал голосом, утешающим больше, чем обычно, складывая руку на затылок Чонгука. — Я был восхищен тем, что хёны впервые побывали на нашем концерте. Я не видел тебя там. Но я думал о тебе, ты знаешь? Всё это время я думал: «Ах, не могу дождаться когда Куки встретится с ними. Не могу дождаться, когда похвастаюсь, каким восхитительным он был во время концерта сегодня».»       Пальцы Тэхёна путались в волосах Чонгука, мягко их перебирая, и младший закрыл глаза, прежде чем осознал. «П-правда?» — он прошептал.       «Конечно, — Тэхён улыбнулся. — В следующий раз не уходи, ладно? Убедись в том, что я знаю, где ты. Ты же знаешь, я всегда наблюдаю за тобой.»       Чонгук почувствовал лёгкий румянец, появляющийся на его щеках, и обычно он бы скрыл его, но сейчас ему слишком комфортно от чужих прикосновений. Всегда комфортно. Он кивнул.       «Хорошо. Я… Прости меня, хён.»       Он открывает глаза как раз вовремя, чтобы увидеть улыбку Тэхёна, тающую в заботе и озаряющую всё его лицо, и улыбается в ответ.       «Теперь спать. Ты, наверняка, устал», — старший притягивает его ближе, и Чонгук просто позволяет, позволяет управлять собой, позволяет заботиться, зная, что он может оставить уродливое чувство позади, хотя бы сегодня, хотя бы пока Тэхён обнимает его так.       Он уснул с улыбкой на лице.

________________________________________

НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ

      «Сэр?» — голос, зовущий его, вытащил из воспоминаний. Он покрутил головой, замечая, что подошла его очередь, и что девушка с журналом давно ушла.       «Извините, — он улыбнулся работнику. — Отвлёкся. Чёрный кофе, пожалуйста. Большой, с сахаром.»       Девушка отдала ему заказ. Он покинул магазин, с потоком мыслей пробегающим тысячу километров за секунду. Тэхён правда встречается с кем-то?       Он знает как назвать это чувство теперь. Он достаточно вырос, чтобы понимать. Но это… Это чувство, которое он до сих пор не может признать самостоятельно. Не по отношению к Тэхёну. Потому что как только он признает его, он знает, всё остальное, что он чувствует, тоже станет реальным. Он отлично справлялся, игнорируя чувства. Но сейчас, всё вернулось.       Он шёл домой и думал о том, как встретится с Тэхёном вновь. Кофе ещё никогда не был таким горьким.

________________________________________

      Тэхён вошёл в здание, где у него была следующая встреча по расписанию, с нарастающей головной болью, из-за чего держать глаза открытыми было очень сложно. Он жалел обо всём, что случилось прошлой ночью. Он жалел о том дне, когда обнаружил сладкие алкогольные напитки и то, что они намного вкуснее по сравнению с другими, которые любят остальные, но он ненавидит. У него всё было отлично, пока он ненавидел алкоголь и спокойно пил свою содовую. Не имея такого адского похмелья. Плюс, ему пришлось проснуться самым ужасным образом. Его менеджер звонил и писал без остановки, потрясенный слухами об отношениях. Конечно, они должны были начаться. Тэхён привык к этому теперь. Каждый раз, когда он начинал работу над новым фильмом или дорамой, кто-то начинал распускать слухи об отношениях между ним и его партнершей. Хотя он должен признать, что в этот раз всё произошло удивительно быстро. Он вздохнул, входя в комнату.       «Привет! Давайте поработаем усердно и сегодня!» — он улыбнулся, кланяясь нескольким людям, сидящем вокруг стола. Его глаза оббежали комнату в поисках одного — Чонгука, но его ещё не было. Он сухо сглотнул. Он думал, что за столько времени потерял привычку искать Чонгука повсюду. Видимо, она вернулась.       «Тэхён-ши!» — актриса Йеджин встала, чтобы поприветствовать его. Она выглядела испуганно с бледным лицом и продолжала кланяться без остановки. Пожалуй, она должна быть смущена тем, что было вчера, думает Тэхён. Он хмурит брови, но всё равно кланяется в ответ, улыбаясь, пока занимает своё место.       Улыбаясь, потому что увидел это.       На столе лежат две копии журнала с их фотографией на обложке. Он посмотрел на девушку и увидел, как она одними губами произносит «извини». Тэхён вздыхает, закрывая глаза и потирая виски. Он не думал, что это будет предметом всеобщего обсуждения. Кто-то открыл дверь, заходя внутрь.       «П-привет!» — это Чонгук. Он улыбается всем. Его глаза ни разу не останавливаются на Тэхёне, пока он занимает первый свободный стул. Старший чувствует холод.       «Привет! Итак, я думаю, что все в сборе! — директор начал, — сегодня будет чтение сценария, один раз для себя, и затем мы посмотрим на актёров, читающих его для всех. Без игры, только чтение.»       Актеры кивнули.       «Но сначала, — он отметил, беря оба журнала в руки. — До моего внимания дошло то, что вы, двое, были вдвоём вчера?!       Мужчина посмотрел на двух героев. Йеджин нервно поднялась со своего места: «Извиние, сэр! Это было совсем не так! Мы были на вручении наград, и я потеряла контакт со своим менеджером, поэтому Тэхён-ши просто помог добраться до дома в безопасности! Мы не были на свидании, ничего такого.»       Тэхён удивлённо раскрыл глаза, потому что девушка брала вину обоих на себя. Она известна, конечно, но не настолько, как он, поэтому Йеджин намного больше рискует своим имиджем. Мужчина смотрел с недоверием.       «Это правда, Тэхён-ши?»       Тэхён посмотрел на обоих и встал, быстро кивая: «Да, сэр, — он подтвердил. — Между нами нет никаких отношений, кроме рабочих.»       Мужчина хмыкнул.       «Тогда хорошо, — он жестом показал им садиться. — Будьте осторожны, чтобы такого не произошло вновь, хорошо? Вы будете работать вместе теперь, и хотя слухи об отношениях привлекут больше внимания к фильму, я бы не хотел, чтобы ваша личная жизнь вмешивалась в вашу профессиональную жизнь на съёмках.»       «Конечно. Мы извиняемся», — Тэхён заговорил снова, обмениваясь взглядами с актрисой, которая теперь выглядела ожившей.

________________________________________

      Прошло два часа и голова Чонгука до сих пор была забита тем, как Тэхён отрицал отношения с актрисой. Как только он вошёл в комнату и увидел её, то сразу узнал. Он даже не запомнил её в прошлый раз, но теперь понимал, что именно она была изображена на обложке журнала. Он продолжал говорить себе, что это ничего не значит. Он решил попытаться не смотреть на старшего. И чувствовал, что не сможет справиться. Это так трудно. Тэхён привлекает внимание всех, куда бы он ни шёл. Каждый раз, когда он говорит, читает свои реплики, все взгляды обращены на него. И Чонгуку приходится кусать губы, чтобы не поднимать глаз.       «Но даже всё это время? Ты продолжал приходить сюда? Все эти годы?» — голос актрисы наполняет комнату. Она идеально читает свои строки.       «Как я мог дать этим цветам умереть? — читает Тэхён вслед. — Они были свидетелями того, как я впервые понял, что люблю тебя. Они ждали нас. Я всегда знал, что пока они живы, наши фиалки… Ты найдешь свой путь ко мне.»       Это одна из любимых строк Чонгука. Он кусает губы сильнее, в попытке сдержать свои слёзы. Старший даже не играет, всего лишь читает текст, но почему-то он пропитан столькими эмоциями, что бьёт прямо в сердце Чонгука. Через час последняя строка была прочитана. Кулаки Чонгука сжимают бумагу так сильно, почти разрывая на кусочки, его губы кровоточат, пачкая зубы. Все хлопают после окончания.       «Было отлично! Спасибо всем! — сказал директор. — Не могу дождаться начала съёмок. Сейчас вы свободны, но не забудьте проверить, что сценарии есть у вас на почте», — он улыбнулся и люди вновь начали улыбаться. Чонгук быстро поднялся и попрощался со всеми, держа голову опущенной, и почти побежал в туалет, который он видел по пути.       Когда он зашёл туда, то не мог больше сдерживать слёзы, чувствуя так много всего сразу. Он начал умываться и бешено тереть лицо руками, будто это бы остановило его слёзы. Когда он посмотрел на себя в зеркало, то увидел, что его глаза уже опухли, а губа кровила без остановки. Он вздохнул, рыдая ещё больше от разочарования.       Он ненавидит свою чувствительность. Обычно он хорошо контролирует её, пряча эмоции глубоко внутри, так что ему не приходится с ними разбираться, потому что чаще всего он не знает, как справляться с ними, но когда они выходят на поверхность, то происходит это. Абсолютно всё выходит из-под контроля. Он ненавидит это.       Он слышит как кто-то открывает дверь и быстро разворачивается спиной, хватая кусок бумажного полотенца, чтобы вытереться.       «Чонгук-ши?»       Это снова тот голос. Тот глубокий, бархатистый голос. Он запретил себе думать о том, насколько скучал нему, до тех пор, пока не услышал его вновь вчера. Он шмыгнул носом, пытаясь восстановить хладнокровие. По крайней мере, сейчас его лицо сухое, думает он, выкидывая мокрое бумажное полотенце.       «Привет, Тэхён-ши, — он оборачивается, буквально приклеивая свои глаза к полу. Молчание старшего пугает его. Он пялится на него? — Я… У меня аллергия. Простите, я пойду», — он попытался обойти его, но Тэхён положил руку на плечо, и этого было достаточно, чтобы Чонгук остановился.       «Чонгук-ши? — старший так близко теперь. — Посмотри немного выше.»       Тэхён делает шаг назад, так что он теперь стоит перед ним. Чонгук хочет, чтобы всё поскорее кончилось, поэтому делает то, что ему говорят. И жалеет сразу же. Глаза старшего внимательно рассматривают его, так близко. Он даже может увидеть себя в их отражении. Тэхён смотрит на него. Чонгук скучал по этому. Он стоит там, будто забыл как двигаться, пока старший идёт за бумажным полотенцем. Одной рукой Тэхён приподнимает подбородок Чонгука, а другой, прикладывает салфетку к его нижней губе. Чонгук забывает как дышать.       «У тебя кровь.»       Старший хмурится. Его слова заставляют Чонгука очнуться и сделать шаг назад, забирая салфетку из чужих рук.       «С-Спасибо. Я… Я в порядке! — он запинается, — Я… Мне нужно идти.»       Он проходит мимо, надеясь, что в туалете недостаточно тихо, для того чтобы Тэхён услышал, как быстро бьётся его сердце, и выходит. Тэхён остается там, провожая его глазами.