Знамения во время чумы

Из чистенького домика на окраине Йорка вышел чумной доктор. Тяжело опираясь на клюку, он словно протащил себя до переулка и свернул в него, чтобы скрыться с глаз случайных прохожих. Там Азирафель стянул дурацкую клювастую маску и попытался отдышаться. Стоило немного прийти в себя, иначе он не смог бы идти дальше: ангела немного мутило, и он был совсем не уверен, что сумеет идти не шатаясь даже с клюкой. Шел июль 1349 года. Минул год с тех пор, как чума приплыла в Англию, и Азирафель уже не помнил, сколько домов он вот так посетил. Каждый раз он входил и чуть задерживался на пороге, ощущая присутствующее здесь зло. Оно прыгало по половицам, забиралось в складки одежды, перебирало крошечными лапками и впивалось в человеческую кожу, чтобы насытиться и оставить после себя болезнь. О, если бы это были обычные зараженные блохи, каким бы счастливым был Азирафель! Но нет. Каждый раз он с надеждой искал простых тварей Господних, пусть и заболевших, но вместо них почти всегда находил их. Любимцев князя Вельзевула[1]. Уничтожить их и вернуть людям здоровье было несравнимо сложнее. В конце такого вот рабочего дня Азирафель начинал ощущать у себя симптомы болезни: жар, дурноту и ломоту во всем теле, и ему хотелось кашлять. Небесное тело не может заболеть, и это была, конечно же, не чума, а только ее отражение. Нельзя уничтожить начисто чуму, началом которой озаботился сам Князь Тьмы. Ангел лечил тех, кого еще можно было вылечить, изгонял зараженных блох, но дьявольская суть так просто не исчезала. Ему приходилось забирать себе то, что оставалось, чтобы его собственная божественная суть поглотила демоническую сердцевину болезни. Добро всегда сильнее зла. По крайней мере, если ему не мешать и не подсовывать для уничтожения кроме самого зла что-то еще. Ангел снова натянул маску и поплелся в свой дом. Поскольку Азирафель всегда ценил комфорт и одиночество, он заботился и о том, чтобы у него было жилье в том городе, в котором ему предстояло работать. Здесь это был большой дом, принадлежавший раньше епископу. Тот предпочел сбежать куда-то в деревню незадолго до того, как сюда пришел ангел, избавив его таким образом от излишних чудес. Азирафель надеялся лишь, что епископ не уехал далеко, и его еще можно будет спасти, когда ангел доберется до той деревни. Заперев все ставни и двери наглухо, ангел опустился на колени перед распятием в бывшей спальне епископа. Вообще-то это было необязательно. В смысле, можно было и стоя, и даже где-нибудь в другой комнате. Но ангела все еще немного вело в сторону, если он ни за что не держался, поэтому лучше было присесть. И именно эта глухая комната с высоким потолком и почти без мебели отлично подходила для медитации. Потому что она нравилась Азирафелю. Для полного идеала ей не хватало только пары книжных шкафов. За спиной ангела с шелестом развернулись крылья, немедленно заняв собой почти все свободное пространство и перепугав паука в дальнем углу потолка. По комнате прошел легкий вихрь и сбросил забытую на прикроватном столике бумагу. Ото всей фигуры крылатого ангела сейчас исходило сияние, и Азирафель с облегчением ощущал, как Небесная Благодать исцеляет его тело. Прогоняет миазмы зла, всякое недомогание и усталость. Так бы Азирафель и восстановил свои силы, если бы догадался еще и закрыть глаза. Однако это тоже было необязательно для отдыха, и он открытыми глазами смотрел на распятие, и на падающий из маленького окошка розовый свет заходящего солнца. Так что, когда справа от него возникла знакомая фигура любимого босса, Азирафель немедленно отвлекся, спрятал крылья и поднялся перед Гавриилом на ноги. Еще не хватало на коленях его упреки выслушивать! Азирафель примерно представлял, что ему сейчас скажет босс. — Ты чем занимаешься? — строго спросил Гавриил, совершенно не обманув ожиданий ангела. Азирафель аккуратно присел на стул, поскольку в голове еще немного гудело, а в глазах слегка потемнело, когда он резко подскочил с пола. Гавриил, как всегда, одевался по самой свежей земной моде, этим напомнив ангелу, что он давно не общался с другом-демоном. Кажется, последний раз они виделись еще до начала эпидемии. Интересно, какое задание он сейчас выполняет? Ангел так задумался о Кроули (а точнее, о прекрасной маленькой таверне, где они ели чудесного поросенка на углях), что полностью проигнорировал вопрос Гавриила. Тот, впрочем, обошелся без его ответа, и продолжил разнос: — Тебя зачем отправляли по городам и селам? Не для того, чтобы ты их всех вылечил, слышишь?! — Гавриил, как всегда, выглядел строгим и понимающим боссом. Таким, каким, наверное, очень хотел быть, подумалось Азирафелю. — Ладно, ты молодец, что так стремишься нести людям Благодать. Твой энтузиазм очень ценят наверху. Но не забывай, пожалуйста, о своем задании. Ты все равно не сможешь ничего сделать против самого Князя Ада! На последней фразе ангел окончательно распрощался с воспоминаниями о прекрасном ужине из прошлой весны и растерянно уставился на Гавриила. Это… было неприятно слышать. Очень, очень неприятно. Так неприятно и противно, что ангела заново настиг приступ ломоты во всем теле. — Но… Гавриил, — беспомощно проговорил Азирафель, полностью понимая, что ни одно его слово не услышат. Он хотел бы сказать, что его миссия звучит для него, как полный бред. Заниматься идиотскими и совершенно бесполезными фокусами, которые бы вселяли в людей веру, чтобы все они, все эти отчаявшиеся смертные, умирая, попадали на Небеса. Но умирали. С любовью к Господу и верой в Небо на душе. Умирали. И еще умирали. Желательно чтобы таких умерших было больше, чем… всех остальных. Которые принадлежат Аду. Вроде тех, что, по слухам, являлись в людные места нарочно, чтобы заразить побольше народу. По правде, лечить людей вообще излишне, когда у тебя такая миссия. Это уменьшает полезную производительность труда. — Что «Гавриил»? — переспросил босс с едкой иронией, какую от него Азирафель редко слышал, и потому неловко отвел взгляд. — Ты будешь выполнять задачу или нет? — Я… ее и так выполняю, — отвечал ангел, преодолев приступ тошноты. — Вчера люди видели столб света над архиепископским дворцом. И слышали ангельские трубы. Они верят, что Господь их не оставил. «И моя экскурсия по домам только укрепляет их веру», — упрямо подумал Азирафель, впрочем, будучи совершенно не в силах спорить с боссом вслух. — Что ж хорошо, — смягчился тот. — Но вчера — это очень давно. Следующее чудо у тебя по графику в ближайшей деревне, а до нее еще добираться! Давай-давай, поднимайся и отправляйся прямо сейчас. — Но… я еще не закончил… — слабо попытался возразить Азирафель, однако Гавриил уже подхватил его под локоток и ненавязчиво подтолкнул к выходу на лестницу. Ангел послушно пошел на конюшню к оставленной там кобыле Перышку. Ладно. По крайней мере, обход зараженных домов Йорка он успел завершить. А с собой как-нибудь разберется попозже.