Шум моря

      — Эй! Это моё! — закричала Гермиона, кружась вокруг Тома. Сейчас они находились на неизвестном пляже.       — А у кого ты это украла? — спросил парень, закидывая на плечо сумку с остатками провизии.       Её рот открывался и закрывался как у рыбы, выброшенной на берег.       — Я ничего не крала, просто одолжила! Я бы заплатила за это, когда смогла.       Том повернул голову и посмотрел на Гермиону через плечо.       — Можешь называть это как хочешь, женщина. Но это не отменяет того факта, что ты обокрала самого страшного пирата на всех Карибских островах. Знаешь, с такой отчаянной и глупой храбростью, ты могла бы стать хорошим пиратом.       Том отошёл от неё и направился в сторону леса. Парень не смог сдержать победную ухмылку, когда услышал, что она следует за ним.       Он ухмыльнулся ещё шире, когда она остановилась сзади и проворчала:       — Я никогда не стану пиратом. Я не такая, как ты.       — Если будешь сильно стараться, то всё может быть, — сухо ответил Том.       Гермиона быстро обогнала пирата и предстала перед его лицом. Том остановился. Он заметил, как крепко сжались её кулаки, когда девушка ответила:       — Это был не комплимент, Том.

***

      Гермиона поймала себя на том, что наблюдала за Томом, когда он мылся под маленьким водопадом, который они нашли. Она отвернулась и нахмурилась из-за того, что почти всё время глазела на него. Нет, она больше не будет туда смотреть и точка! Гермиона всё повторяла, что это не её вина. Просто он казался таким привлекательным, когда снял майку. Но это не важно. Он просто мерзкий, злобный и эгоистичный пират.       Гермиона снова посмотрела на Тома, но он этого не заметил. Она отвернулась. Он был опасен, а Гермиона – не маленькая дурочка. Девушка всё прекрасно понимала.       Гермиона ничего не могла с собой поделать, поэтому снова взглянула на Тома. Вода покрывала его худощавое тело. Она вдруг подумала, что слово «привлекательный» тут не подходит. Нет, совсем не подходит. Лучше сказать, что он был красивым.       Гермиона случайно дотронулась до губ, когда наклонилась, чтобы набрать немного воды. Тогда она вспомнила о прикосновении его губ. Девушка ненавидела себя за то, что хотела, чтобы это повторилось снова.

***

      Проливные дожди в джунглях заставили их спрятаться в маленькой сырой пещере, чтобы переждать шторм.       — Что ты имела в виду? — спросил Том.       Гермиона посмотрела на него. Парень копался в сумке с провизией, чтобы найти что-нибудь для себя. Наконец он достал сухое печенье. Гермиона пыталась прочитать одну из его книг, но ничего не получалось: страницы намокли, а размазанные чернила были похожи на вены. Она закрыла книгу и вздохнула.       — Можешь выражаться яснее?       — Когда ты сказала, что я никогда не буду значить больше, чем я есть на самом деле, что ты имела в виду? — повторил Том, напряженно вглядываясь в её лицо.       — Думаю, ты точно знаешь, о чём я говорила, — ответила Гермиона и нахмурилась, наблюдая за тем, как он медленно откусил печенье.       Он немного пожевал и ответил:       — Просвети.       Она решила, что пора уже прекратить ходить вокруг да около. Если бы он хотел убить её, то давно сделал бы это. Больше никаких секретов.       — Я знаю, кто ты, Том.       Том посмотрел на неё и замер, терпеливо ожидая. Его чёрные глаза, похожие на океан, манили и затягивали в свои глубины. Подождите.       Воспоминания о шустром юнге, пресном печенье, сахаре, закате и море, и… Гермиона вздрогнула.       — Ты, — выдохнула она. — Я знаю, кто ты.       Гермиона не заметила, когда Том приблизился. Он опустился на колени, а руки положил возле её ног. Его лицо было близко, близко, близко, оченьблизко. От него пахло солью, железом и дождём. Запах ударил Гермионе в нос, и она почувствовала слабость.       Том наклонился ещё ближе, исследуя её глаза. Он тихо скомандовал:       — Скажи мне. Кто я, Гермиона?       Руки девушки слегка задрожали и опустились на его плечи, когда она горько прошептала:       — Лжец.       Она резко толкнула шокированного Тома на землю и выбежала из пещеры, прямо под ливень.       Да, она знала, что это было глупо. Гермиона знала, что могла заблудиться, пораниться или ещё чего похуже, но девушка просто не могла выносить его присутствие в данный момент. Нет, не из-за того, что Том солгал, что является Капитаном Волдемортом. Она поняла это ещё тогда, когда мужчина, похожий на волка, беспрекословно подчинился Тому. А из-за того, что он знал, кто она, знал её отца и не сказал ни слова. Гермиона думала, что он спас её жизнь, потому что не был таким уж ужасным, но нет, он был даже хуже! Он притворялся, хоть и совсем чуть-чуть, что защищает её, но только для того, чтобы потом использовать. Все хотели использовать Гермиону для своих нужд. Она устала от этого.       У неё никого не осталось в этом мире. Совсем никого.       Широкая ладонь схватила её за руку и потянула назад.       — Отпусти! — закричала девушка, пытаясь вырваться из хватки Тома.       — Нет! Ты ведёшь себя, как идиотка, Гермиона, — он перекричал гром. — Ты потеряешься здесь!       — Отлично! — прокричала Гермиона, словно капризный ребёнок, безмолвно благодаря дождь, который скрыл её слёзы. Она знала, что вела себя ужасно, но какая сейчас разница. Девушка слишком расстроилась.       — Почему ты продолжаешь убегать от меня, Гермиона?       — Какая разница? Ведь тебе просто что-то от меня надо, как и всем остальным. Ты ничем не отличаешься от других.       Том приблизился к Гермионе, его глаза опасно блестели. Девушка попыталась отойти, но упёрлась спиной в большое дерево. Гермиону раздражало то, что её сердце билось так быстро, когда он был рядом.       Том наклонился ближе и спросил:       — И почему же я не отличаюсь от других?       — Потому что я знаю, кто ты! — закричала Гермиона, яростно колотя его в грудь. — Ты лжец, убийца, юнга моего отца и ты…       Гермиона замолчала. Она вдруг осознала, кого сейчас пытается ударить.       — Скажи это, — холодно приказал Том, неторопливо проводя рукой по её рёбрам и поднимаясь к груди.       Гермиона наблюдала, как ладони ударялись и прикасались к белой мокрой ткани, прилегающей к его грудной клетке. Как будто у них был свой разум, но она знала, что это не так. Гермиона ужасно не хотела этого признавать, но ей хотелось прикоснуться к нему.       Она посмотрела на Тома. Бездна его океанических глаз затянула её, но Гермиона не сопротивлялась и позволила себе утонуть.       — Волдеморт, — закончила девушка.       Он резко прижался и поцеловал её. Их тела соприкоснулись, создавая прекрасную катастрофу.       Том запустил пальцы в её волосы, Гермиона снимала его рубашку через голову. Том решил, что они сдерживались слишком долго, поэтому просто бросил ненужную ткань в кусты. Он снова поцеловал её, а Гермиона рвано выдохнула, когда его пальцы коснулись груди.       — Повтори ещё раз, — скомандовал Том, задевая её сосок.       Гермиона не понимала, что случилось, потому что она отчаянно хотела от него чего-то, чего не должна была хотеть.       — Волдеморт, — повторила девушка, позволяя ему делать всё, что угодно, когда…       — Прикоснись ко мне, — внезапно приказал Том, и она подчинилась.       Том снял её рубашку и бросил на тот же куст. Гермиона запустила пальцы в его волосы и застонала, когда он обвёл языком её соски. Том поспешно избавился от остатков ненужной одежды.       Находясь здесь, рассматривая их тела под проливным дождём, Гермиона удивлялась, о чём она только думала. В силу своего воспитания девушка никогда даже не думала, что будет делать такое, но сейчас она не хотела останавливаться. Гермиона точно не знала, что делать, но Том, кажется, был в курсе.       Парень снова наклонился и поцеловал её. Он положил руки на её бедра, прижался пахом и застонал.       Гермиона опустила руку и дотронулась до его члена, проводя вверх и вниз. Том отпрянул от неё и зашипел. Затем он прислонился лбом к её лбу и медленно двинулся бёдрами вперёд. Гермионе показалось, что он пытается контролировать себя и сдерживается изо всех сил.       Она провела пальцем по головке, отчего ноги Тома подкосились.       — Знаешь, ты никогда не говорил, почему тебя всё это волнует. Так почему, Том?       Том посмотрел ей в глаза. Гермиона заметила, что его зрачки расширились. Он вдруг подхватил её и поднял, отчего девушка вскрикнула и вцепилась в его плечи.       — Потому что я не хочу, чтобы ты снова сбежала от меня, — прошептал Том, целуя её грудь.       Гермиона стукнулась головой о дерево и застонала, почувствовав его пальцы внизу.       — Почему ты не хочешь, чтобы я сбежала от тебя? — выдохнула Гермиона, рассматривая капельки дождя, стекающие по их телам.       Том подхватил её и резко вошёл. Гермиона закричала, но он заглушил крик поцелуем. Больно, но не так сильно, как она ожидала. Через несколько секунд он вышел и снова начал медленно входить.       Гермиона схватила его за волосы, и каждый раз двигалась бёдрами навстречу. С каждым толчком её мысли закручивались в одном-боже-быстрее-пожалуйста-Том-не останавливайся-направлении.       В конце Гермиона обращалась к каким-то богам, которых не существует, но Том заставил её в них поверить.       Его длинные бледные пальцы скользили по её руке. Том прижимал её к гладкому дереву.       — Не хочу, чтобы ты меня боялась.       — Я не боюсь тебя, Том, — тихо ответила Гермиона.       Он дотронулся ладонью до места, где находилось её сердце, и обвёл его.       — Это единственное, что мне от тебя нужно. Я хочу, чтобы оно было моим и только моим.       — Моё сердце? — с нотками недоверия в голосе спросила Гермиона.       Том кивнул, поцеловав её в подбородок.       — Ты отдашь мне его, Гермиона? Своё сердце?       — Ты не можешь просить меня о таком, Том, — прошептала девушка, зная, что он кончиками пальцев чувствовал, как билось её сердце.       Он снова поцеловал её и толкнулся внутрь в последний раз.       — Моё навсегда принадлежит тебе.

***

      На следующий день они нашли дорогу, покрытую свежими лошадиными отходами. Это значит, что рядом должно быть поселение. Так сказал Том.       И он оказался прав. Рядом было довольно большое поселение. Том не знал этот город, поэтому сказал Гермионе ждать возле торговцев, пока он не найдёт способ, как сесть на один из кораблей в порту. У них не было денег, чтобы поторговаться, поэтому Гермиона предположила, что он собирается использовать нестандартные методы.       Она должна была поспорить с ним по этому поводу, но лишь отдала ему меч, который украла.       Том взглянул на неё, ожидая объяснений.       — Мне кажется, что тебе он понадобится больше, чем мне, — ответила Гермиона.       Том прикоснулся пальцами к её руке, когда забирал клинок. На его лице ненадолго промелькнула улыбка.       — Я вернусь за тобой, — ответил парень.       И в первый раз она поверила, что это правда.       После того, как Том ушёл, Гермиона начала медленно расхаживать по рынку, рассматривая различные вещи, которые продавали торговцы. Многие игнорировали её присутствие, чему девушка была благодарна. Многие же смотрели на неё подозрительно, но Гермиона подумала, что это из-за грязной одежды, в которой она ходила последние несколько недель.       Девушка хотела подойти и посмотреть на розовый цветок на прилавке, как на её голову набросили холщовый мешок и схватили сзади.       Она вырывалась и кричала, но никто в городе не пытался помочь.       Она звала только Тома, но понимала, что он, скорее всего, её не услышит.

***

      — Я не хочу проблем, мальчишка, — сказал неприветливый торговец специями, который сидел перед Томом.       — Мы не причиним вам неудобств, сэр. Мы с женой будем работать на вас всю дорогу до Тортуги, если вы обеспечите нам безопасное путешествие, — заверял Том, продолжая лгать.       Мужчина погладил длинную бороду и с подозрением взглянул на Тома.       — Как я могу быть уверен, что вы не какие-нибудь шпионы, разнюхивающие обстановку для конкурентов?       Том изо всех сил старался не закатить глаза, начиная уставать от человека, который сидел напротив. У него обычно не было такого, что надо убедить кого-то в чём-то. Но сейчас, видимо, ещё и внешний вид оказывал отрицательное воздействие. Том выглядел довольно потрёпанным.       — Я даже не знал, чем вы занимаетесь, пока вы не сказали об этом, сэр. Меня не интересует торговля специями. Я просто хочу вернуться вместе с женой домой, в целости и сохранности, — сказал Том мужчине.       Парень уже было подумал, что он готов согласиться, когда вдруг заметил какую-то вывеску за плечами торговца.       — Так как, ты говоришь, выглядит твоя жена? Чёрные длинные волосы, да? — коварно произнёс мужчина, продолжая говорить. — Молодое лицо сердцевидной формы. Так, правильно?       Том напрягся, надеясь, что Гермиона не решит прийти сюда, чтобы найти его. Он ещё не знал, как этот мужчина относился к людям со смуглой кожей. Парень медленно обернулся, ожидая увидеть там Гермиону, но её не было.       Вот тогда он и заметил жёлтый плакат с портретом Гермионы. Рядом был ещё один плакат с изображением мужчины, ужасно похожим на него.       Чёрт.       Том повернулся обратно, но встретился лицом с дулом пистолета, наведённым на него.       — Я бы хотел увидеть твою жену, — проговорил торговец. — Есть у меня ощущение, что сейчас она на вес золота, если ты понимаешь, о чём я.       Том ещё не успел придумать план, как сбежать отсюда, когда большая стеклянная бутылка разбилась о голову мужчины, и он без сознания упал на пол.       — Боже, он всё никак не мог заткнуться, да? Бред, бред, чистый бред.       Том в шоке уставился на Беллатрикс Лестрейндж, которая бросила осколок от бутылки с ромом на мужчину, будто ей было противно.       — Капитан, мой дорогой Капитан, — игриво усмехнулась Белла, слегка поклонившись. — Ты скучал по мне?       Том не сказал бы, что скучал, но он был счастлив, что она здесь. Это значит, что его корабль и экипаж находятся рядом.       Кончики его губ медленно поползли вверх.       — О, я так рад видеть тебя, Белла.       «Том!»       Парень нахмурился. Ему показалось, что он услышал голос Гермионы снаружи. Он махнул Белле, что пора выбираться отсюда, когда она на цыпочках кружила возле тела торговца. Всем вокруг было плевать, что ни капли не удивило Тома. Похоже, мужичок не пользовался особой популярностью у других торговцев.       Они вышли наружу и очутились на шумной улице. Том быстро оглядел толпу, но Гермионы нигде не было.       — Чёрт, ты притащил с собой эту девчонку? Она что, твоя новая игрушка? — пожаловалась Белла.       — Это из-за неё я пропал на две недели. Помоги найти её, — приказал Том.       — Кто-то схватил её! Вон там! — прокричала Беллатрикс, и указал на небольшой холм возле причала.       Какой-то здоровый мужчина тянул вырывающуюся Гермиону. Как раз тогда он заметил корабль Малфоев рядом с портом.       Том выругался и рванул за Гермионой.

***

      Мужчина грубо посадил Гермиону на деревянный стул и снял с головы мешок. Девушка заморгала, ожидая, когда глаза привыкнут к яркому свету в комнате.       — Это она, — послышался знакомый голос, который пробрал до костей. — Вы нашли её!       Гермиона смогла сфокусировать свой взгляд как раз в тот момент, когда Драко передавал награду крепкому мужчине. Разбойник ушёл, и Малфой повернулся к ней. Он сел на колени перед Гермионой, осматривая её тело на наличие травм.       — Гермиона, любимая, ты в порядке? Не могу поверить, что мы нашли тебя! Я начал думать о худшем, — сказал Драко.       Гермиона посмотрела на него, чувствуя, как внутри всё наполняется раскалённой яростью. Как она снова оказалась в их руках? Во второй раз сбежать будет не так просто.       — Всё отлично, — огрызнулась Гермиона, высвобождая руку из его хватки. — И не называй меня «любимая». Я тебе не любимая.       Он проигнорировал её высказывание, только крепко сжал зубы.       — Как ты смогла сбежать? Ты оказалась на корабле Капитана Волдеморта, самого страшного пирата на всех Карибских островах. Наверное, это было непросто, — спросил Драко.       Она не хотела говорить ему всю правду, поэтому солгала.       — Они спустили якорь рядом, поэтому я сбежала, когда пираты ушли в город и напились в стельку, — бесстрастно ответила Гермиона.       — И ты просто… осталась в этом же городе? — спросил Драко, подняв бровь.       Она проигнорировала его вопрос, чувствуя, как внутри нарастает отчаяние.       — Я хочу домой.       Выражение лица Драко смягчилось, и он погладил её лицо ладонью.       — Мы скоро отправляемся. Будем дома примерно через пять дней, и тогда…       Гермиона отодвинула его руку и резко встала, отчего стул упал на пол.       — Я не хочу возвращаться в твой дом! Я хочу к себе!       Драко поднялся, возвышаясь над ней. Сейчас он выглядел угрожающе.       — Я не понимаю. Сейчас ты уязвима и находишься в большой опасности. Я же предлагаю тебе комфортные условия и защиту, но ты продолжаешь отказываться и не принимать меня.       Гермиона сделала шаг назад и ответила:       — Мне бы не пришлось так часто отказываться, если бы ты понимал чёртовы намёки. Драко приблизился к ней и сказал:       — Кто тут и должен понять намёк, так это ты. Когда ты уже поймёшь, что принадлежишь … мне?       — Я никогда не была твоей, — резко ответила Гермиона и потянулась за тяжёлым объектом за спиной, готовясь ударить его, как дверь открылась.       — Драко, — начал потрёпанный и задыхающийся Люциус Малфой, захлопнув за собой дверь. — Они нашли нас.       Драко вздохнул, явно не очень довольный тем, что их прервали.       — Кто нашёл нас, отец?       В воздухе прогремел пушечный залп. Затем послышалось, как одна из разрушенных мачт упала в воду.       Люциус гневно посмотрел на Гермиону, и её сердце забилось сильнее. Неужели он пришёл за ней…? Он сказал, что придёт. Но как? Нет, это точно не он. Такого не может быть, ведь Пожиратель Смерти сейчас очень далеко. Гермиона затаила дыхание, ожидая ответа.       — Капитан Волдеморт.

***

      Том не верил в удачу, но сейчас он просто не знал, как это назвать. Город, в котором они находились, оказался одной из остановок их торгового маршрута. Беллатрикс была его правой рукой, поэтому строго следовала заданному плану. Он точно выпишет ей премию, когда всё это закончится.       Потребовался час, чтобы догнать корабль Малфоев. Как только они оказались рядом, Том приказал поднять флаги и выстрелить.       В течение нескольких минут его соратники атаковали экипаж Малфоя. У тех не было ни единого шанса.       Том умело замахнулся мечом и проследовал к комнате Малфоя. Он почему-то был уверен, что Гермиону держат именно там.       Человек, одетый в форму, больше подходящую для визита к Королеве, набросился прямо на Тома. Он издал боевой крик, но быстро замолчал, когда Том вонзил клинок в его шею.       Том двинулся вперёд, позволяя мёртвому телу упасть на пол.

***

      — Драко, ты с ума сошёл?! Они убьют тебя! — кричал Люциус.       — Я больше никогда не позволю отобрать её у меня, отец! — закричал Драко в ответ, закрепив свой дорогой меч на поясе.       — Она не стоит твоей жизни! Она вообще ничего не стоит! Чёрт, ситуация начинает выходить из-под контроля!       Гермиона сидела тихо, но внутри она была полностью готова к бою, придумывая различные способы спасения. Она просто хотела быть свободной.       Гермиона перебирала в голове идеи, когда услышала, как Драко сказал отцу, чтобы тот защищал её и держал здесь, заперев дверь. Люциус слушал, но смотрел в сторону Гермионы. Она впервые увидела на его лице такое презрение.

***

      — Ты! — послышался чей-то крик.       Том быстро отыскал глазами Малфоя-младшего, который прорывался к нему сквозь толпу. Кажется, он был решительно настроен на то, чтобы свести счёты. Том слегка усмехнулся, когда Драко достал свой нелепый меч.       — Ты тот, кто забрал мою невесту! Как ты посмел показаться на моём корабле? — кричал Малфой.       — Мне о нём позаботиться, Капитан? — спросил рядом стоящий Антонин, на лице которого играла ухмылка.       — Капитан? — слабо протараторил Драко. — Ты Капитан Волдеморт?       Том улыбнулся, махнул Антонину головой и взмахнул мечом.       — В этом нет нужды, Долохов. Это личное дело.       Антонин кивнул и быстро удалился.       — Личное? Как это относится к тебе? Это для меня личное, потому что ты украл мою невесту…       — Ты же уже понял, что она ненавидит тебя, да? — Том прервал его и слегка наклонил голову, соприкасаясь клинком с лезвием меча Драко.       — У нас… была целая история, которую она не сможет забыть. Но это не значит, что она ненавидит меня. Она просто упрямая женщина, — сказал Драко.       — О, я лично знаю, насколько упрямой она может быть.       — О чём ты? — спросил Драко, нахмурившись.       Том улыбнулся.       — Скажем так, у нас тоже была… история.       Драко бросился на Тома, когда осознал, что тот имел в виду. Каждый раз, когда Малфой замахивался, Том отражал удар. Он не хотел признавать, что Драко хорошо обращался с мечом, правда, не достаточно. Мечи ударились друга от друга так сильно, что они отскочили.       Драко навёл клинок на Тома и сказал:       — Гермиона моя. Мне плевать, кто ты, но ты никогда её не получишь!       — Никогда? Но она уже моя, — Том жестоко ухмыльнулся, наслаждаясь этой маленькой игрой. — Дважды моя.       Драко яростно закричал и бросился вперёд, замахиваясь мечом.       — Готовься к смерти, пират!       Раздражённый ожиданием и парнем перед ним, который думает, что имеет какие-то права на Гермиону, Том решил со всем покончить. Он быстро развернулся, присел и резко ударил Драко в живот. Затем парень также быстро достал меч и отскочил назад, смотря на сцену, открывающуюся перед ним.       Драко пошатнулся и дотронулся ладонью до раны. Затем он отодвинул руку и обомлел: она был в крови. Малфой выронил меч. Он хотел что-то сказать, но подавился кровью, которая уже заполняла лёгкие.       Том подошёл и обнадёживающе положил руку ему на плечо. Драко напрягся, понимая, что скоро умрёт.       Том наклонился поближе к Малфою и прошептал:       — Я – смерть. Ты был готов встретиться со мной?       Глаза Драко расширились в последний раз, когда клинок Тома настиг его тёплое сердце.

***

      — Если мой сын умрёт из-за тебя, я…       — Ты что, Люциус? — прервала Гермиона. — Что ещё ты можешь сделать, чтобы моя жизнь стала хуже, чем сейчас?       Малфой засмеялся.       — Ты правда думаешь, что твоя жизнь настолько ужасна? Тебе дали шанс, который ты никогда не смогла бы получить, учитывая твоё положение, но ты всё равно отказалась от него. Невероятно!       — Никто не хочет быть пленником, и не важно, насколько прекрасна клетка, — пылко ответила Гермиона. — Я хочу быть свободной.       Он снова жестоко засмеялся.       — Ты никогда не будешь свободной, глупая девчонка. А подтверждает это цвет кожи твоей матери, который ты унаследовала. Можешь бежать, но тебя схватят быстро, если я прикажу.       Гермиона нахмурилась.       — Это не так. Я видела много мужчин и женщин с таким же цветом кожи, но они не были рабами. Ты говоришь это, чтобы напугать меня, потому что хочешь забрать плантации и всё состояние!       Если раньше Люциус просто злился, то сейчас он истерил.       — Ты правда так думаешь?       — Я знаю это, — твёрдо ответила Гермиона, быстро ища глазами оружие.       — Ты, маленькая мерзавка, — выплюнул Люциус, и быстро подошёл к столу рядом с Гермионой. Он схватил её за руки, чтобы девушка не смогла ничего взять для защиты. — Ты такая же, как твоя мать: неблагодарная тварь, которая думает, что заслуживает большего.       — Не смей так говорить о моей маме или обо мне! — закричала Гермиона.       — Я буду говорить так, как захочу. Кто меня остановит? — огрызнулся Люциус, и вцепился ногтями в её руки. Он был слишком занят оскорблениями, что не заметил, как Гермиона выхватила его рапиру, болтающуюся на поясе.       Гермиона подняла кончик клинка к его горлу и опасно ответила:       — Я.       Люциус моментально убрал руки, как будто только что обжёгся. Он нахмурился.       — Отдай назад, пока не поранилась.       Гермиона быстрым движением порезала его щеку и снова вернула меч в прежнее положение. Капля крови скатилась по его лицу, когда девушка ответила:       — Наверное, ты имел в виду то, что мне стоит его вернуть, пока я не поранила тебя.       Люциус молча стоял, сжимая челюсть.       — Ты ведь подделал документы, да? — спросила Гермиона. Ей смутно послышалось, что за дверью кто-то звал её.       — Я мог, — Люциус оскалился.       — Зачем? — спросила девушка. Теперь она была уверена, что кто-то колотил в дверь.       — Ты, глупая девчонка. Неужели всё ещё не поняла? Всё, что имел твой отец, всё, что он создал – он забрал у других. А я просто делал то же самое, — усмехнулся Малфой.       Гермиона чувствовала, как чистая ярость захватывает разум. Она схватила его за рубашку и навела меч. В какой-то момент Тому удалось выломать дверь. Гермиона не смотрела, она просто знала, что это он. Люциус посмотрел куда-то за её спину, где и находился Том.       — Мой отец был хорошим человеком! Не смей порочить его память своей грязной ложью!       На лице Люциуса появилась высокомерная улыбка, когда он снова повернулся к Гермионе.       — Знаешь, быть хорошим – субъективное понятие. Кто-то может сказать, что я тоже хороший человек. Я ведь многого достиг.       — Ты не сделал ничего хорошего в жизни, Малфой. Не вводи себя в заблуждение. Ты вовсе не хороший человек. Ты отброс, который пользуется слабыми и доверчивыми людьми. Мой отец доверял тебе, и вот как ты ему отплатил, да?       — Спроси у него, как умер твой отец, Гермиона, — сказал Том, подходя к ней.       Она нахмурилась, слушая слова Тома, но, не сводя глаз с Люциуса. Она видела, как в его глазах что-то промелькнуло. Что-то, похожее на страх.       — Он умер от пневмонии, — неуверенно ответила девушка.       Тишина была настолько удушающей, что Гермиона едва могла дышать. Присутствие Тома тоже было удушающим, но не таким. Оно похоже на тепло. Тепло палящего солнца, когда они вместе плыли по морю на маленькой шлюпке. Тепло его дыхания, когда он прикасался к ней. То тепло, которым он заполнял её лёгкие.       Гермиона почувствовала, как у неё появились новые силы.       Девушка нахмурилась и снова прижала холодную сталь к бледной шее Малфоя. Он зашипел.       — Как умер мой отец, Люциус?       Повисло долго молчание, но Люциус наконец взорвался:       — Мне обещали эти плантации после смерти твоего отца. Они принадлежат мне!       — Плантации переходят ко мне, с чего ты решил, что они достанутся тебе?       — Потому что ты просто маленькая мерзость. Генри влюбился в какую-то проститутку и появилась ты. О, он так любил тебя, — мстительно выплюнул Малфой, будто такое красивое слово было ядовитым. — Плантации никогда не достались бы тебе, но Генри нашёл какую-то лазейку, поэтому они легко переходили к тебе. Вот поэтому мне нужно было найти другой способ. Я предложил брак по расчёту, но Генри сразу же отказался. Он считал, что мой сын недостаточно хорош для тебя. Боги, для тебя!       Гермиона едва могла поверить в то, что слышала. Она была в шоке от его признания, от чистой ненависти, сочащейся из каждого слова.       — Ты убил отца прямо на смертном ложе и подделал документы, — Гермиона рвано выдохнула, наконец, осознавая суровую правду.       Люциус усмехнулся.       — Весь ром, который я отправлял ему последние несколько лет, был отравлен медленнодействующим ядом. Я хотел, чтобы он умирал медленно и мучительно. Это за то, чем он мне отплатил за годы службы. Ещё я не хотел, чтобы меня раскрыли. И что теперь? — Люциус замолчал. Гермиона заметила, как двинулась его рука. Но она была готова.       — Это твоя вина! — закричал Малфой, направляя кинжал в сторону Гермионы. Она отразила удар рукояткой своего клинка, отчего Люциус выронил свой кинжал. Затем девушка приложила всю свою силу, чтобы ударить его ладонью в район подбородка.       Малфой отскочил, но быстро пришёл в себя. Только было уже поздно.       Гермиона с отчаянным криком вонзила лезвие клинка в его грудь.       Люциус уставился на металл, торчащий из его тела. Кровь начала наполнять лёгкие.       — Это мой подарок для тебя, Люциус, — сказала девушка. Её голос дрожал из-за подступающих слёз. — Блаженны мёртвые. Но только не ты, Малфой.       Гермиона выпустила меч из рук и позволила ему упасть.       Она не успела взглянуть на Тома, как тот подбежал и прикоснулся своими губами к её. Она чувствовала соль на его потрескавшихся губах и его руки в своих волосах.       Гермиона отпрянула и спросила, не веря в происходящее:       — Ты пришёл за мной?       Он слегка сжал волосы и потянул её голову вверх, чтобы Гермиона взглянула на него. Она почувствовала его горячее дыхание и поёжилась.       — Я же сказал, что вернусь. Никто не украдёт то, что принадлежит мне.       — Я никогда не была твоей, — прошептала Гермиона ему в губы.       — Я знаю, — пробормотал Том.       Гермиона не знала, почему её сердце забилось быстрее после этих слов. Два простых слова, которые имеют глубокий смысл – обещание. Тепло начало распространяться в груди, и она слегка нахмурилась.       — Что это за чувство? — спросила девушка у Тома.       Но в ответ получила только лишь тепло его губ и вкус её собственных слёз. Единственное, что они слышали на поле брани – шум моря.