О проклятых шляпах и цветах

Выражаться Санра не любила даже в своих мыслях, поэтому церемонию пришлось обозвать просто… долгой. Долгой, мучительно затяжной, неоправданно продолжительной, тянущейся, скучной- ужасно скучной. Поэтому она и не любила быть священнослужительницей на свадьбах — все слишком медленное. Санра видела перед глазами, как драгоценный песок часов ее жизни утекал в небытие. Она вздохнула, встряхнула руками давящее на шею жабо и в, казалось бы, сотый раз пролистала книгу клятв, хотя знала каждую страницу наизусть. Лея, ее замечательная помощница и подруга, выходила замуж. Санра видела ее сегодня утром: строгий, чуть ли не офисный костюм, украшенный золото-зеленым подолом, сидел на ней почти что вплотную. Сама невеста светилась от счастья, как ограненный топаз, и разве что не выпрыгивала из кожи, нервно меряя комнату шагами. — Я так рада, что ты согласилась читать клятву на нашей свадьбе! — все повторяла и повторяла она, ревностно проверяя свое лицо в зеркале и заправляя торчащие кудряшки за уши, — мне так жаль, что из-за этого ты не можешь быть подругой невесты, но, правда, жрицей не могла быть не кто иная, как ты! Я даже представить не могу… другого человека… Она запыхалась. Санра осторожно подошла и поправила воротник ее жилета. — Пусть меня это и утомляет, — призналась Гелиантус, улыбаясь уголками губ, — но я тоже не могу представить никого, кроме себя. И так Санра вновь обнаружила себя в старой, но не менее прекрасной рабочей одежде, за стендом, с Книгой Законов в руках. Она сканировала глазами зал, но поверхностно: гости были увлечены легкими напитками и повседневными разговорами, ожидая, когда им уже подадут свадебную парочку. Люди шептались и часто смотрели в ее сторону. У Санры болела голова, когда она начинала думать о количестве слухов (которые неминуемо расползутся) о том, что она начала давать благословления на свадьбах. Но — Санра вздохнула — она делала это ради лучшей подруги, так что пару месяцев можно будет потерпеть прилив «клиентов». В зал ворвалась торжественная музыка, а значит была пора начинать. Санра вытянулась по струнке, ее лицо приняло максимально расслабленную и радостную форму, а взгляд устремился на вход в зал. Молодая пара шла под ручку, о чём-то переговариваясь, и в то же время улыбалась загудевшей толпе. По левую руку шла представительница Леи, с которой Санра была знакома лишь по мимолетным рассказам, а справа от жениха лениво катилась на бабочках его сестра. Она обманчиво безынтересно осматривала зал и время от времени помахивала знакомым в толпе. Наконец процессия остановилась у алтаря. Санра церемониально обвесила их плащами с цветами, соответствующими фамилиям каждого супруга, и одним ловким движением остановила книжку на нужной странице (не то чтобы та ей понадобится). Перед тем как начать читать, она случайно встретилась взглядом с темными глазами вальяжной девушки-родственницы жениха, уголки губ которой успели приподняться. Санра беззвучно хмыкнула и мысленно закатила глаза. — Сегодня мы все собрались на сие знаменательное событие… Санра наизусть знала речь, поэтому слова выходили плавно и без запинки и она даже особо не следила, что говорит. Лея и ее жених стояли с глупыми, но счастливыми улыбками, все время обмениваясь любопытными взгляды, думая, что никто не замечает. Санра не сдержала мягкой улыбки, впервые в своей жизни проводя подобную церемонию искренне. Смущал ее лишь пристальный взгляд подруги жениха. Веки девушки были приспущены, а черные волосы занавеской закрывали от внимательной толпы выразительные холодные полумесяцы в глазах. Создавалось впечатление, будто они с девушкой были наедине, а не в шумном зале посреди свадьбы. «Лео и Аерис не кровные родственники, — вспомнились Гелиантус слова Леи, — если Кампанулы — хемеленцы, то их сестра — этесив». Санра считала, вопреки общественному мнению, что смотреть этесивам глаза гораздо страшнее, чем терсивам: мысли всегда можно скрыть, но не чувства. Закончив речь, Гелиантус начала большую паузу, чтобы собраться с мыслями. Приструнив глазами зал, она перешла к серьезной части. — Подайте, пожалуйста, ваши руки. Лея и Кампанула, пошуршав одеяниями из цветов, выпутали из них руки и положили ладони на стол перед Санрой. Санра почувствовала знакомое покалывание на кончиках пальцев — начало заклинания. Сила, способная вить судьбы, запульсировала в цепкой хватке ее ладоней. — Начиная с сегодняшнего дня, — огласила она властным тоном, достойным божества, — и во все дни последующие, вы будете неразрывно связаны судьбой. Готовы ли вы делить друг с другом тело, душу и жить одну жизнь? — Да, — сказали обрученные. — Клянетесь ли вы, что всегда будете поддерживать друг друга и в горе, и в радости? Клянетесь ли, что не погрязнете в раздоре и лжи, преследуя эгоистичные желания? — Клянемся, — хором ответили обрученные. — В глазах сотни смотрящих вы поклялись, и есть они как глаза богини Фемийон — клятва истинна. Коли нарушите ее, разобьет ваши руки в праведном гневе богиня Цессандера. И сейчас, с благословлением богини прекрасных чувств Этерис, с силой, дарованной мне великой Сансэос, я сцеплю ваши жизни воедино. Пусть за вами приглядывают все Двенадцать. Начнем! Санра профессиональной хваткой закрепила руки супругов вместе и начала вплетать в их кожу основы заклинания. Перед ее глазами проносились различные варианты будущего, и она старалась соединить их как можно гармоничнее. При этом она пыталась не слишком втягиваться в процесс, иначе невозможно было бы сказать, когда закончится церемония. Санра видела обрывки, совсем крошечные моменты, из которых не сложить полноценную картину будущего. Область судьбы слишком изменчивая из-за непостоянной природы мира, которая не предполагает точные предсказания, а в руках человека такая сила и вовсе не более чем нестабильная шалость в масштабе вселенной. И все же, каждый раз, когда Санра прикасалась к судьбе, она чувствовала, будто на секунду ей открывался мир-сам-по-себе, гораздо более обширный и сложный, чем она сможет когда либо быть. Завершив написание, Санра сморгнула усталость в глазах и, придя в себя, оглянула молодоженов. Те медленно расцепили руки и круглыми глазами смотрели на еще не потемневшие узоры их новоявленного союза. — Несмотря на то что я сама тысячу раз это проворачивала, — прошептала Лея своим пальцам, — я никогда не задумывалась, как это чувствуется для людей. — Я чувствую такой прилив энергии! — залепетал басом ее муж, радостно размахивая рукой. — Ну, рада, что вам понравилось, — хмыкнула Санра, хватая том под мышку. Сестра Лео — Аерис, да, Аерис — посмотрела на нее затуманенным взглядом, задумчиво разминая нижнюю губу большим пальцем. Гелиантус прокашлялась и развернула парочку к залу. — Трехкратное «ура» супругам! Зал взорвался «ура» явно больше, чем три раза.

***

— Ты какая-то подозрительно тихая сегодня. Аерис промычала что-то невнятное и налевитировала себе креветки. — Што, пвафда? — выговорила она, приоткрывая один глаз, чтобы взглянуть на Лео. Очищенные креветки полетели в ее рот одна за другой, весело шевеля «хвостиком» по воле Аерис, пока щеки Аквилегии не раздулись от тесного сожительства примерно пятнадцати ракообразных. — Аерис! — шумно вздохнул Лео, неловко маша руками перед сестрой, которая странно хрюкнула, чуть не умерла от колик смеха, а потом продолжила со слезинками в глазах тщательно жевать с ехидной кошачьей улыбкой. — И вот зачем надо было это делать… Где-то с полутора минуты Аерис разделалась с креветками и проглотила их шумным глотком. — Видишь, я жива, — рассмеялась она, поправляя цветочную накидку Леонардо. — В этой штуке жарковато, — сказал он, с дрожью в руках наблюдая за тем, как Аерис наливает себе вино. — Не бойся, я не собираюсь напиваться, — сказала она, проследив за его взглядом. — Хм. А два бокала зачем? — недоуменно спросил Кампанула. — Чтобы повеселиться, — Аерис подмигнула ему и поднялась. — Удачи вам с Ян Санвиталией. Лео хотел что-то еще сказать, но Аквилегия уже укатила в сторону зала. Ловко и быстро маневрируя вокруг гостей и столов, девушка завернула в сторону одного из углов помещения. Промелькнув в проходе меж колоннами, она заприметила цель. Цель с поникшими плечами смотрела на пышущий зеленью двор, облокотившись на одну из колонн. Рядом с ней в воздухе вились маленькие десерты. — Добрый день, — задорным голосом озвучила Аерис свое появление, переминая пальцами стебель бокала. — Что такая прекрасная девушка тут стоит, и одна? Аквилегия рассчитывала на какой-нибудь ответ, от которого она сможет играть, но девушка лишь выгнула бровь, показывая незаинтересованность, и демонстративно съела пирожное. Однако своим этесивским чутьем Аерис смогла разобрать нотки паники в ее чувствах. «Что. Что я сделала», — вопрошал голос глупой Аерис. «Пялилась на нее всю церемонию», — подсказал голос ехидной Аерис. Аерис ненавязчиво встала рядом и поднесла бокал в поле видимости Санры. — Как бы мне это… Я наслышана о вас, конечно, а также о том факте, что вы обожаете дорогое вино. Поэтому я решила принести немного прямо со стола моего брата, вы знаете, в качестве… благодарности. Санра наконец удостоила ее вниманием, и вместо того, чтобы взять его из рук, как нормальный человек, она резко, но осторожно вынула его с помощью магии, поднося к губам. Когда Аерис оправилась от легкого шока, она сказала: — Принимается. «А нам точно это надо?» — спросила ехидная Аерис. «Да???» — ответила глупая Аерис, неуверенно. Слава Двенадцати, Аерис не пришлось придумывать следующую тему для разговора, потому что Санра со смутным сомнением спросила: — Мы нигде раньше не встречались? Аерис прикусила губу и отвела глаза, сосредотачиваясь. Настороженность в Санре поубавилась и на смену пришло любопытство. Хорошо. Память у нее что надо. — А если я скажу, что встречались? — нагнулась к ней Аквилегия. Лицо Санры застыло в прекрасном неподвижном удивлении, и Аерис могла слышать, как проворачиваются шестеренки в ее голове. — И где же? Я вас не помню… — и задумчивое молчание, которое она выдавала за удивленное. «Я бы вас запомнила», — закончила Аерис про себя. — Можно на «ты», — легко выдала Аквилегия. — А вот как мы знакомы, тебе придется разгадать самой. В глазах Санры промелькнул тщательно скрываемый блеск, но от опытного этесива ничего не утаишь. Она молчаливо отпила вина, не сводя полуприкрытых глаз с Аквилегии. — Даже не скажешь, как тебя зовут? — Это тебе ничего не даст, — хмыкнула она. — Зовут меня Аерис Аквилегия, можно просто Рису. Ян Лея тебе не сказала? — Нет, сказала. Просто я хотела убедиться. Хочешь, покажу фокус? Нельзя придумать способа лучше, чтобы взбодрить Аерис. Она сразу вытянулась, заинтересованно повернула голову и уставилась на Санру. Та улыбнулась, поставила бокал с вином между ними на воображаемый стол (как ровно и неподвижно он стоял!) и протянула палец к ободку. — Смотри. Некоторое время ничего не происходило, но затем по алой жидкости начали расходиться колечки. Аерис заметила, что стенки бокала показывались все больше, а уровень вина уменьшался. Затем из «красного моря» вынырнули миниатюрные башенки, видимо, Салатового Собора. Его маленькая белая копия теперь покоилась на дне бокала. Аерис смотрела на искусно сотворенное здание с тихим восторгом. — Ты превратила вино в сахар! — Да, — Санра кивнула, довольная, — вина было мало, поэтому и фигурка получилась соответствующая. Моя специальность, помимо области судьбы — взаимодействие с мелкими предметами. — Ага, то есть ты миниатюрщица? — Не совсем. Это мое хобби, да, но как специалист я могу работать с малыми механизмами или, например, клетками организмов — тут, правда, довольно ограниченный список. — А обычно ты делаешь миниатюры зданий? — уверенно спросила Аерис. — Нет, — ответила Санра, — я делаю модели кораблей в бутылках. Они обычно не такие маленькие, но включают в себя большое количество мелких деталей. — Мгм. Понятно, — сказала Аерис, снова подпирая стенку, — а что ты еще умеешь? Санра самоуверенно заулыбалась. — Все. Аерис поморгала и сложила руки на груди. — Все? — повторила она. — Все. — Все… Аквилегия быстренько заглянула за колонну, осматривая зал. — Тогда, я думаю, ты умеешь танцевать? — Аерис покачалась из стороны в сторону, ставя руки в боки. — Ну… — протянула Санра, строя из себя неприступную девушку, но было заметно, что она развеселилась. — Если ты приглашаешь. — Конечно, — Аерис убрала бокал за спину и наклонилась, подавая руку, — приглашаю вас на танец, моя леди. Санра с видимым усилием подавила смешок. — Танец — это.? Тогда… кхм, мое удовольствие. Аерис воодушевленно приняла ее руку и плавно заскользила обратно во внутрь здания, замечая, что Санра следует за ней тоже на бабочках. Они послали бокал с сахарным собором и его пустого друга искать свободный стол, а сами встали в полукруг толпы. — Первыми дают танец супруги, — прошептала Аерис достаточно громко, чтобы перекричать гудящую толпу. Санра кивнула. Вступили скрипки, под звук которых выкатились Леонардо и Лея. Последняя была довольной низкой в росте из-за своей родословной, а Лео был типичным хемеленцем — двухметровым гигантом. Смотрелись они, однако, хорошо, учитывали особенности друг друга при танце. Леонардо был не очень силен физически, но стройность Леи позволяла ему периодически подкидывать ее вверх за талию. Девушка заливно смеялась, а потом он ставил ее обратно на землю. — Твой брат правда любит Лею… — произнесла Санра, поздно замечая, что кусает пальцы, и быстро убрала руки ото рта. Она смотрела на танцующих, не смыкая глаз. — Ты только сейчас заметила?! — удивилась Аерис, пытаясь перекричать оркестр, — кто им клятву вязал, а?! — Я только сейчас осознала! — Санра резко повернулась в сторону Аквилегии, ее волосы волной поднялись вверх, как у льва. Аерис разглядела у нее смущенное выражение лица, прежде чем она опомнилась и нацепила холодную личину. Аерис почувствовала забавность ситуации и придвинулась ближе, кладя руки Санре на плечи. — Теперь наша очередь, ты так не думаешь? — прошептала она в самое ухо, на что Санра ожидаемо застыла. Пока она медленно поворачивалась, Аерис успела скользнуть руками с плеч на талию, где ладони Гелиантус неосознанно накрыли ее. Аерис с величайшим удовольствием заметила, как она облизнула губы.

***

Когда они неспешно двинулись в зал, то попали под ненормальное внимание. Санра хорошо чувствовала толпу, и она пыталась понять, почему именно сейчас на них сошлось столько глаз. «Мы знакомы, — пронеслось у нее в голове, в то время как Аерис как бы невзначай положила руку ей на талию, — но каким образом? Как я могла знать ее и при этом не знать имени…» — Что бы ты хотела станцевать? — спросила Аерис, выводя девушку из мыслей. — Знай: я обычно танцую быстро и в одиночку. — Все, что угодно, — пожала плечами Гелиантус, — мне будет легче, если ты будешь вести. Аерис немного покачалась, начиная заводить ноги назад шажками, чтобы привести их в движение. — Хорошо подстраиваешься под ситуацию? Я обычно тоже. — Если что, я делаю тебе одолжение, — сказала Санра, задирая подбородок и смеряя Аерис взглядом. Аерис вывела их на середину зала, где они пока качались в медленном «вальсе». Поняв, что Санра так шутит, она сдавленно рассмеялась. — Хорошо, королева. Смотри не отставай. Когда Аерис резко рванула назад на бабочках, Санра действительно этого не ожидала. Лишь выработанная с годами хорошая реакция позволила ей не упасть и справиться с темпом Аерис. Та лавировала назад, не поворачивая головы и очень удачно обходя других гостей. Все время ее взгляд был сосредоточен на Санре, и Гелиантус словно начала замечать отблески другого человека в ее глазах. «Прямо как во время церемонии. Опять эта жуткая довольная улыбка. Почему? Что это значит?» Аквилегия уверенно поднималась вверх-вниз на плавно сгибающихся ногах. Санра догоняла ее темп длинными «шагами», вырабатывая импульс движения, чтобы красиво встретить девушку на поворотах и не сбиться. Они сделали пару кругов, у Аквилегии получилось несколько раз вполне успешно покрутить Санру вокруг своей оси. После Аерис притормозила и, когда Санра на секунду расслабилась и ослабила хватку, притянула Гелиантус к себе и сказала: — Отлично. Я тоже могу показать тебе один фокус. Братик Рик! Санра обратила голову в ту же сторону, куда она кричала, и смогла рассмотреть за фортепьяно кудрявого юношу, несомненно, музыкального гения — Риккардо Кампанулу. Тотчас мелодия сменилась на задорный джаз, и Аквилегия постепенно вернулась к прежней скорости. И тут Санра поняла, что все, что было до этого, являлось всего лишь разминкой, своеобразной проверкой. Аерис крутила зигзаги уже даже не предупреждая Санру, но все так же пристально на нее смотрела. Гелиантус чувствовала себя под гипнозом: ей приходилось принимать решения в считанные секунды, чтобы поспевать за Аерис. Аквилегия слегка приподнялась в воздух, как будто на маленький холмик, Санра повторила путь за ней, и в тот же момент Аерис крепко прижала ее к себе и, отрываясь от «рельсовых дорожек» в воздухе, покрутилась. Санра, пыша красными щеками и удивленно пялившаяся на ее довольную улыбку, хватала ртом воздух. Они впали в очередной пьяный танец, пока Аерис не отпустила ее и не стукнулась своими бабочками об ноги Санры, отчего зал накрыло характерным звуком бубенчиков. «Значит, так будем играть», — подумала Санра и озорнически ухмыльнулась, принимая вызов. Под ритмичный метроном звона тарелок, дрожащих на столах от их танца, они встречались ногами, отражая друг друга, как в зеркале. Одной стопой, второй, поочередно, смыкая руки, разнимая, то против друг друга, то вплотную. Санре этот танец очень напоминал битву, и даже в таком яростном вихре было видно, что Аерис не только прекрасно справлялась с напряжением — она им жила. В своей стихии Аквилегия преобразовалась: ее иная сторона сейчас была совсем не скрыта, и Санра чувствовала на себе ее голодные глаза. Гелиантус посетило странное чувство дежавю, как если бы она уже танцевала с кем-то в такой манере. «Кто же… — думала она, кружась в прыжке и идеально приземляясь, — кто же…» Санра начала слегка сдавать позиции, и Аквилегия это почувствовала, и потому незамедлительно сблизилась с ней. Оркестр издал последние аккорды, и Санра упала в руки Аерис, откидывая голову назад, в то время как та держала ее за талию. Санра с довольным лицом отметила, как с лица Аерис пот стекал ручьем, огибая уши. Девушка нависла над ней с тяжелым дыханием и взглядом пустынного странника, который дорвался до воды. Повисла пыльная тишина, в которой они слышали лишь шумные вздохи друг друга, но затем толпа взорвалась оглушительными аплодисментами. Санра осторожно посмотрела вдаль и нащупала в мозаике толпы лицо Леи. Она оказалась рядом с мужем с удивленно-радостной улыбкой. — Если мы не уберемся отсюда сейчас, — Санра вздрогнула от хриплого голоса у своего уха, — я не знаю, что я сделаю. Аерис подняла Санру в вертикальное положение, и Гелиантус, отрывисто кивая, нетерпеливо увезла их в сторону двора.

***

*** Прямо перед помещением с туалетными кабинками была еще и душевая. Как удобно. Санра быстро затащила их в один из душей, а Аерис с дребезжащим хлопком плотно закрыла дверь. Не в силах сдержать себя, она пригвоздила Гелиантус к стене спиной, кладя ладони по обе стороны ее головы. — Здесь люди не только проводят мероприятия, но и живут, — запыхаясь, начала Санра, чтобы успокоиться, — поэтому, кроме туалета, есть еще и душевые. — Ммм, — промычала Аерис ей в шею, совсем не нечаянно задевая губами кожу. Санра вздрогнула и толкнула ее за плечи. — Нет, я- нет… — отрывисто сказала Санра, одной рукой убирая волосы, а другой все еще придерживая Аерис, — подожди… Аерис сползла лбом с Санры на холодную стену душевой. — Хорошо, — прошептала она, — хорошо. Когда Гелиантус отдышалась, она потрясла Аерис за плечи и подняла ее голову на себя. Ее выражение лица можно было сравнить с тем у астронома, который почти доказал, что земля круглая. — Можно я украду поцелуй перед тем, как ты догадаешься? — попробовала Аквилегия нагло. — Нет, — отрезала Санра, наконец сложив два и два. Она потянулась к правому пучку прядей черных волос Аквилегии. К ее удивлению, та не отпрянула, но и улыбка ее потеряла блеск. Санра совершенно не удивилась, когда обнаружила у виска слегка выпирающий побледневший шрам размером с царапину. Если не знать, что искать, то его можно с легкостью не заметить. Когда-то давно Санре удалось задеть выстрелом из Айсангеса неуловимого революционера. Стрела зацепила висок, и из разбившейся маски на секунду показался маленький белый глаз. Гелиантус мысленно примерила на лицо Аквилегии тот момент. — Блэк Барлоу, — выдохнула она, не найдя в своем голосе никакой злости. — Она самая, — невесело усмехнулась Аерис. Хотя, нет, кое-что Санру все-таки злило. — Ты хотела поцеловать меня, а потом сбросить кирпич вроде «А-ха-ха, а я Блэк Барлоу»? Так что ли? — Санра неодобрительно подняла бровь и немного потрясла Аерис за грудки. Под ее взглядом Аерис поникла и, словно свесив уши, как обиженная собака, отвела взгляд на стену. — Ну, вообще, план был такой, да, — фыркнула она. Санра провела пальцем по давно зажившему шраму и чуть-чуть щипнула Аерис за кожу, на что та ойкнула, отстраняясь. — Сама знаешь за что, — усмехнулась Санра и продолжила, — тебе это неоткуда знать, но почти вся этесивская силовая структура должна мне денег за то, что ты, оказывается, девушка. Аерис посмотрела на нее и присвистнула. — А я думала, что они хоть немного мозгов имеют, — развеселилась она, но ее веселье быстро спало, и Аквилегия испуганно прошептала, — ты ведь не сдашь меня в полицию? — И повергнуть новоиспеченного мужа моей лучшей подруги в депрессию? — рассмеялась Санра и покачала головой. — Невыгодно. Аерис сразу же оживилась, ее повисшие руки с новой силой впились в стену, а сама она снова нагло вторглась в личное пространство Гелиантус. Санра почувствовала, как против ее воли ее губы сводит в довольной улыбке. — Мир тесен, хм? — произнесла Аерис несколько потрясенно. — Действительно, — Санра понизила голос, завороженная глазами Аерис. Ей было интересно, что та могла чувствовать сейчас. Были ли эмоции Санры для нее так же остры, как запах холодного росистого воздуха ранним утром? Как свет фонаря? Как жар кострища? Руки Санры обвились вокруг шеи Аерис, но взгляд все уходил в сторону. Аквилегия неуверенно помялась с ноги на ногу, благодарно принимая чужое тело, но все еще в смятении. Она подвинулась, в какой-то степени неестественно (из-за позы), стремясь вновь встретиться с золотыми глазами. «Думается мне… так ли хороши этесивы в сексе, как о них пишут?» Лицо Гелиантус посетило выражение исследовательского любопытства. Она молчаливо повернулась обратно, хлопая ресницами, и увидела, что Аерис интересно забегала глазами. Видимо, она почувствовала изменение в эмоциях Санры. — О чем… — хриплым голосом спросила она, — о чем ты думаешь? — О том же, о чем и ты, я полагаю, — удивительно для себя сладко сказала Санра, вжимаясь в Аерис, оставляю лишь тонкую кривую между их телами. Сотряс воздух дрожащий тихий вдох. Руки Аерис неспешно зашевелились, шурша одеждой, и остановились на, казалось бы, законном их месте — талии Санры. Та довольно промычала в плечо, когда Аквилегия начала исследовать руками ее спину, постепенно проминая пальцами покровы пиджака. — Я надеюсь, ты меня не гипнотизировала, — шумно выдохнула Санра, покачиваясь в такт с Аерис, — потому что я словно во сне. — Хорошо, — довольно прошептала Аерис ей в макушку, — хорошо. Она остановилась и опустила руки ниже. Поддернув края пиджака, а затем рубашки, она нежно погладила теплую кожу на боках и резко сжала, отчего Санра вздрогнула и вздернула голову. — Во сне нельзя почувствовать боль, — сказала Аерис. Ее выражение лица снова приняло эту странную холодность. Она подняла чужой подбородок кончиками пальцев, — к счастью. В этот раз, когда Санра встретилась глазами с Аерис, ее с головой накрыл темный ледяной океан. Она терпеливо выдохнула, но с удивлением обнаружила на кончиках губ щекочущие кожу пузырьки, стремящиеся укатиться вверх. Аерис тихо рассмеялась, но Санра не услышала ни звука, кроме равномерного журчания воды в ушах. Аерис приблизилась, и Санра вцепилась в ее плечи, как за спасительную соломинку, расслабленно выдыхая, когда их губы сошлись в поцелуе. Аерис успокаивающее гладила ее за ухом. Подобрав пальцами затылок, она потянула на себя. Санра закрыла глаза, нежась в жаре ее губ, и потянулась ладонями к шее, жадно ища кожного тепла. К тому времени как Аерис начала вдыхать в нее жизнь и пробираться за белоснежный забор зубов, у девушки подкосились ноги от ощущений, и Аерис ловко ее поймала. Продолжая свои начинания, Аерис легонько, для проверки, коснулась Санры языком, затем более уверенно провела языком по деснам, словно молоточком по ксилофону, заставляя Гелиантус выдохнуть рой пузырьков, содрогнуться всем телом и прижаться, ближе, ближе- Аквилегия подобрала ее нижнюю губу зубами и прикусила, отчего Санра распахнула глаза и сразу же прищурилась от яркого света. В ушах стояла громкая монотонная тишина душевой кабинки. Когда девушка сморщилась от легкого покалывания на коже, Аерис с глухим шлепком отпустила ее и заботливо вытерла слюну на уголке рта. Санра шатко вдохнула, несколько отстраняясь. Она задумчиво провела пальцем по месту укуса, находя там смятую кожу. — А ты… хороша… — прошептала она, стараясь выровнять дыхание. Аерис посмотрела на место, где рябиновым пылала ее губа и самодовольно улыбнулась. — М, конечно, это ведь моя специальность, — промурчала Аквилегия, вновь сжимая в руках ее талию. — Сновидения, значит? — спросила Санра, прикидывая что-то в голове. Гелиантус хотела заглянуть за туманное обличие Аквилегии. Почему-то она находила Аерис вовсе не пугающей, хотя ее пальцы то и дело кололо от желания перевернуть их местами, прижать девушку к стене, взять под контроль. — Сделай так еще раз, — рвано сказала Санра, сверкая янтарными глазами. Улыбка Аерис потеплела, и она повернула голову Санры на себя. — Смотри мне в глаза, — наставительно сказала она, сосредотачиваясь. Санра окунулась в глубоко-фиолетовую бездну, и Аерис, не сводя глаз, качнулась вперед и нежно поцеловала уголок ее уха. Гелиантус услышала запах полевых цветов, как если бы вдохнула в себя целый букет. Под ногами у нее заколосились мелкие травы, а над головой строго распростерлось градиентное небо. Аквилегия погладила ее по упавшим плечам, и, когда Санра подняла голову, мимолетно чмокнула ее в губы, на что Гелиантус недовольно похлопала ресницами. Развеселенная ее замешательством, Аерис сдавленно рассмеялась, что прозвучало больше как кашель, и снова свела их в тесном поцелуе. Санра удивленно округлила глаза, почувствовав на языке легкий вкус меда и лаванды. Она вскоре их закрыла, чтобы они не стали слезиться от близости. Чем дальше Аерис заходила, неистовая в своем желании облизать каждый уголок рта Санры, тем больше Гелиантус чувствовала, что все невыносимо горит от избыточного вкуса меда. Позорный прерывный стон вырвался из ее горла, дрожа между ними, но Аерис не позволила ей отстраниться, сжимая тремя пальцами ее подбородок. Нежно сладкий, но все же едкий мед стал отступать. Ему на место пришел то ли запах, то ли вкус какого-то цветка, который Гелиантус не могла опознать. Вкусы сменялись один за другим, и Санра сама не заметила, как стала за ними тянуться. В каком-то смысле такой поцелуй с Аерис напоминал поедание леденца. Когда Гелиантус, на секунду отстраняясь с мокрым звуком, стала сопернически пробираться в чужой рот языком, Аерис завыла нуждающимся плачем. Она неловко улыбнулась в губы Санры и забралась паучьей хваткой в золотые волосы. Санра уж было хотела отругать ее, но вдруг ее кожа покрылась мурашками от чувства, что она падает. С коротким вскриком она упала в руки Аквилегии, отмечая, что под ногами снова покоился плиточный пол душевой. Гелиантус будто сквозь вату услышала чьи-то остановившиеся шаги. Аерис плотно прижала ее к стене и с неспокойными глазами поднесла указательный палец к губам. Сначала послышался звук открытия дальней кабинки, потом соседней, а потом… — Гья! — из рта Аерис вырвался будто бы вовсе не ее голос. — Извращенец! — И-извините! — быстро выбежал ошеломленный мужчина, думавший, наверно, что тут кого-то убивают. Затем он ретировался в сторону туалета. Аерис дала Гелиантус свободного места, но придержала ее за локти. Санра качалась с ноги на ногу, пристально пялясь в пол со сведенными бровями. — Ты как? — шепотом спросила Аерис, наклоняя голову. Санра с трудом проморгалась, прикладывая руку к пульсирующей голове. Ей хотелось спать. — Что это такое… — простонала она, чуть ли не падая на Аерис. Та виновата на нее посмотрела. — Я услышала шаги, поэтому пришлось прервать заклинание, — все тем же приглушенным голосом объяснила она, — оно работает как настоящее сновидение, поэтому лучше не просыпаться от него резко. Итогом могут стать болящая голова и настоящая сонливость. Санра отметила для себя, что они поразительно долго тут. Должно быть, их отсутствие уже заметили. — Я так хочу спать, — прошептала Санра. — Моя прическа в порядке? — Конечно, это ведь был сон, — усмехнулась Аерис. — Но вот когда я тебя укусила, это было реально. — Ничего страшного, — вздохнула Санра, ловко вынимая из кармана помаду. Быстро, не заморачиваясь, она провела пару раз по губам, пока не проследила траекторию взгляда Аерис. — Нет, — сказала как отрезала она. — Ну, нет так нет, — вздохнула Аквилегия. — Пойдем, тебе не помешает немного воды. Может быть, мы даже найдем кофе. *** Кофе они не нашли. Аерис вела за плечо клюющую носом Санру, попутно ловя на себе взгляды примерно всех присутствующих в зале. Несмотря на то что она пыталась выглядеть снаружи весело и непринужденно, в душе Аквилегия издавала протяжный крик на множество букв «А». «Я пропадаю примерно на час с бывшей богиней судьбы (!) непонятно куда, потом возвращаюсь — а она чуть ли не падает с ног! Люди подумают, что я ее споила! — затем она задумалась, — стоп, а так ли уж это и плохо?» Аерис, не размыкая немного устрашающей улыбки, стала нашептывать Санре: — Слушай, а давай просто скажем, что ты проиграла мне в спор «кто больше выпьет»? — А давай я выкину тебя в окно, — злобно пробурчала Санра, озираясь по сторонам и стараясь выглядеть бодро. — Во-первых. Я не напиваюсь до такого состояния. Во-вторых. Я не проигрываю споры. — Какие-то взаимоисключающие утверждения, — хмыкнула Аерис, наконец доводя их до столика. Выгнав (вежливо и мило попросив уйти) соседа по стулу Гелиантус, Аерис опустила ее, а затем плюхнулась рядом. Аквилегия налила воды из графина и подкатила его к Санре. — Сейчас узнаю, что насчет кофе, — успокаивающе сказала она, выискивая глазами официанта. Опустошив весь стакан, Санра со вздохом уронила голову на плечо Аерис. — Э?! Не смей спать на мне! — громким шепотом возмутилась Аквилегия. — Это все твоя вина, — монотонно отчеканила Санра, обвивая ее левую руку, — прими ответственность. Аерис почувствовала, как краснеют ее щеки, и не без мелких ругательств придвинула Гелиантус к себе. Через пару минут Санра, как и ожидалось, спокойно себе засопела. Да, конечно, люди смотрели на них, но когда Аерис волновало какое-то там общественное мнение? Позвав наконец официанта и заказав у него злосчастную чашечку кофе, Аерис вздохнула и тупо уставилась на стол с закусками. Несмотря на заигрывания многочисленных блестящих ломтиков воздушных лососей и длинных бутербродов на шпажках, есть совсем не хотелось. Даже креветок не было видно нигде. В тот момент, когда Аерис уже успела несколько раз пожалеть о всех своих жизненных решениях, к столику приблизились зачинщики сегодняшнего безобразия. Оба выглядели совершенно взбалмошно: кожа Леи бронзовела от пота, и прическа будто взорвалась в разные стороны, напоминая ту у Кампанулы. — Ян Аерис! — радостно поздоровалась тяжело дышащая Лея, с энтузиазмом маша руками, — и, ой, Санра… — Мы вас искали, — сказал низким голосом Лео, вытирая тыльной стороной руки лоб. Аерис многозначительно посмотрела на брата. — Наверно, вы просто потеряли нас в толпе… — выплюнула она очевидную ложь. Рядом с подругой суетилась обеспокоенная Ян Санвиталия, которая проверила температуру, пульс, дыхание и, казалось бы, даже ее группу крови. — С ее божественных годов я не видела, чтобы она так вырубалась, — Лея свела брови, убирая с лица Санры пару локонов, — чем вы только занимались? Аерис сделала такое каменное лицо, какое только могла, и многозначительно посмотрела уже на Лею. — Танцевали. После повисшей паузы, которая была заполнена шумом музыки оркестра и людей, отрывающихся в зале, жених и невеста (уже муж и жена!) переглянулись. — Знаешь, Аерис — профессиональная танцовщица. Наверняка за ней трудно угнаться, — попытался отмазать сестру Лео. — Все, — Лея вздохнула и поднесла руку к переносице, скривив лицо так, будто она умирала от мигрени, — пойдем, я не хочу даже знать. Аерис весело помахала им вслед, радуясь, что неловкий диалог закончился. Скоро принесли кофе. Аквилегия поблагодарила официанта и принялась раскачивать Санру ото сна. Та вертелась и мычала, пока не проснулась с глупым выражением лица. — Где… — пробормотала она. Запах кофе неизбежно привлек ее внимание, — о… — Держи, — Аерис радостно поднесла Санре чашку. — Это бардовый. Специально для таких сонь, как ты. — Й' не соня… — сказала Санра, грея ладони об кружку, и затем ловя ртом капли кофе. Проглотив его, она поежилась, — ох, это этот кофе… пробовала я его как-то в столице. Потом десять часов не могла уснуть. — Какой кошмар, — весело сказала Аквилегия. — Я в свои студенческие годы бахнула его вместе с энергетиком. Было очень неловко потом объяснять, почему я в больнице, а не на экзамене. Санра фыркнула от смеха. — Представь сдавать экзамен по снотворчеству под бардовым кофе, — сказала она, делая маленький глоток. — Ну, вообще, это должно быть не так сложно. Он обостряет внимание как-никак. Но потом будешь страдать от сильного истощения… — Пожалуй, на этом я остановлюсь, — Санра отодвинула почти полную чашку подальше от себя и добавила обвинительно, — сколько ты будешь продолжать упорно игнорировать, что мы чуть ни занялись сексом в туалете? Аерис недоуменно похлопала глазами, то открывая, то закрывая рот. — Я думала, мы ведем светскую беседу, — честно призналась она, разводя руками. — А что мне надо сделать? Станцевать на столе брачный танец единорога? — У единорогов нет брачных танцев, — невозмутимо ответила Санра. — Но… не в этом дело? — громким шепотом зашипела Аерис, посмотрев на проходящих мимо них людей. Она беспомощно помахала руками вокруг Гелиантус, будто собираясь к ней притронуться, но не решилась. Аерис явственно ощущала недовольство вокруг нее, но насчет возможной причины ее мозг выдавал стройный ряд вопросительных знаков. «Все было хорошо минуту назад! Что я сделала? Почему она так обиженно мне это сказала… Смотреть в глаза сейчас будет слишком опрометчиво. Может, что-то есть в воздухе…» Потерянная Аерис обратилась в чувства, но едва ли уловила что-то кроме сгущающегося вокруг Санры чувства разочарования. При этом она не увидела какой-то особенной злости. Уголки ушей Санры чуть-чуть горели, что намекало на… что-то, а еще Аерис все же смогла наткнуться на… забаву? — Ох, ты издеваешься надо мной, да? — с кислым лицом спросила она, медленно осознавая. Санра мило улыбнулась, держа свои глаза с тем же оттенком жестокости. — Возможно. «О, Двеннадцать, она точно издевается, » — простонала в голове Аквилегия, откидываясь на стуле. — Вы, этесивы, интересно решаете проблемы, — продолжила Санра, — когда я заставила тебя подумать, что ты неправильно истолковала ситуацию, то ты сразу «обратилась в слух». Иначе ты ни за что бы не поняла, о чем я говорю. — Ты говоришь это так, будто это плохо, — вздохнула Аерис с грустными глазами, конфискуя чашку с кофе Санры. Возможно, ей понадобится сила десятичасового бодрствования. — Я компенсирую недостаток… как это называется…социальной внимательности врожденным даром, что в этом такого, — в следующую минуту Аерис стала откровенно преувеличивать, театрально ставя акцент на словах, — а ты в свою очередь обманула меня. Ты ужасный человек, Санра. Гелиантус тихо рассмеялась. — Да, я ужасный человек, — протянула она с интонацией самого ужасного человека на планете. — Очень ужасный, — довольно согласилась Аерис. Неожиданно Санра вздохнула, наваливаясь на Аерис. Она положила голову ей на плечо, совсем как когда она мирно спала на нем. Тихо улыбаясь, она небрежно переплела их пальцы под столом. Аерис беспомощно зарделась, чувствуя, как через гладкие длинные мягкие пальцы сквозь нее проходит щекочущее тепло. — Я просто нахожу это раздражающим, — закончила Санра тихим голосом свою мысль, — вот и все. Аерис уставилась на веселящихся гостей, которые мерцали по залу. Возможно, она даже разглядела Лео и Лею. Тугой ком застыл в ее горле, и она неловко перебирала пальцами в руке, которая держалась за другую. Санра выдохнула носом прямо ей в шею, из-за чего волосы на загривке у Аерис встали дыбом. — Ты не смущаешься обжиматься с незнакомками в туалете, но краснеешь, когда тебя держат за руку? — Санра посмеивалась, поудобнее устраивая голову. — Ты смешная… «Первое предложение звучит очень неправильно! — возмутился кипящий разум Аквилегии, — и вообще, мы не незнакомки… технически…» — Смешная? Не помню, чтобы нанималась в клоуны, — беспомощно произнесла Аерис деревянным тоном, пытаясь обратить все в шутку. Санра тихо усмехнулась и замолчала. Аерис честно попыталась опустошить чашку с кофе, но, морщась и высовывая язык каждый раз от вкуса пары капель, быстро прекратила свои попытки. Она неспешно покачивалась вместе с Санрой, пока та притворялась, что спит. Время близилось к вечеру. Несмотря на то что освещение в зале имелось, оно было выбрано достаточно неярким, в приглушенных тонах — видимо, чтобы поскорее уморить гостей и отправить их по домам спать. На некоторых же это производило обратный эффект: люди, ранее мирно сидевшие и наслаждавшиеся закусками, начали собираться на медленные танцы. Завывала тончайшим вихрем скрипка, и гости отправлялись в плавные кружения по залу. Аерис с прикрытыми глазами наблюдала за людьми. Напряжение испарилось из нее, как частицы ртути из тела при высоких температурах. Она по привычке «повела носом», с удивлением озираясь на Санру. Хотя девушка и лежала неподвижно, почти что как мертвец, Аквилегия почувствовала в ней бурю эмоций, исходящих от нее словно горящий ветер. Аерис посмотрела на спокойное лицо Санры, потом на развевающиеся языки пламени, потом снова на Санру, потом снова- «Я, что, сломалась? — ужасающая мысль пришла в голову Аерис, — в двадцать семь лет — уже все? Я скоро умру?!» Тем временем Санра несильно ее толкнула, недовольно складывая руки на груди. — Ты что там бормочешь? — сказала она, решив не открывать глаза. «Может, это кофе.?» — подумала Аерис, бегая глазами, и почему-то почувствовала себя глупо. — Говорю, это… — попыталась спасти ситуацию Аерис, — давай потанцуем. «Да я гений», — скромно похвалила себя Аквилегия. На это Санра оценивающе приоткрыла один глаз. Аерис сразу зацепилась за ее взгляд. — Опять? — устало спросила она на выдохе, но ее привлекла либо музыка, либо неспешные движения гостей, и Гелиантус ответила, пожав плечами: — Хорошо, пойдем. В девушке будто бы не осталось ни капли усталости. Она уверенно поднялась, выжидающе смотря в сторону Аерис, но как бы мимо нее. Взглядом они не встретились, и Аквилегия уловила некую общую зажатость в позе Санры, в которой она сжимала пальцами локти. — Почему ты говоришь «да», когда не хочешь танцевать? — попробовала Аерис, подымаясь следом. — А кто сказал, что я не хочу? — парировала Санра. Аерис растерянно опустила руки на плечи Санры и еще более удивилась, когда ничего не произошло. Решив, что терять нечего, она развернула Гелиантус к залу и, придерживая ее за спину, длинными рывками вывела их в больший круг. Этот танец оказался совсем не как первый, и Аерис чувствовала легкую тошноту. Санра красиво, но излишне податливо легла в ее руки. В процессе танца Аквилегия чувствовала, будто держит очень хорошую глину, а не партнершу. Аерис могла поднять ее руку вверх, и Санра безукоризненно подчинится; могла покрутить ее один, два, три раза (что уже слишком), и та не скажет не слова. Как снежинки, они кружились по кругу вместе с остальными, но вот только узор у них всех был одинаков. — Вау, — Аерис нервно усмехнулась, — лучший танец в моей жизни. В каком-то смысле это пробудило Санру. Аерис чувствовала в ней тугой комок эмоций, который тянул ее из стороны в сторону и никак не мог рассосаться. Ее это сильно расстраивало и злило, и она стала понимать почему. — Ты не из тех, кто честен со своими чувствами, — утвердительно спросила Аерис. Она плавным движением завернула их на очередной круг. — Я не понимаю, о чем ты говоришь, — уклончиво ответила Санра, не замечая, что уводит их влево. — Ну, слушай, — начала Аерис, возвращая их в больший круг, — я не умею читать мысли — я не терсив. Но, как говорится, для танго нужны двое, или что-то такое… Почему ты так себя ведешь? Губы Санры сжались в тонкую линию, выдавая ее беспокойство. Она резко крутанулась на месте вместе с Аерис, прибавляя им скорости, отчего паре впереди пришлось посторониться. Те ничего не сказали. Гелиантус старалась держать взгляд прямо, но то и дело ее глаза тревожно смотрели вниз. — Я не знаю, я.! — начала Санра, заметно пересиливая себя, — я никогда раньше себя так не чувствовала… — Как — так? — спросила Аерис, заворачивая вправо. — Жарко, — беспомощно сказала Санра, — ужасно жарко. Удушающе даже. И это делает меня слабой. И весь твой образ на людях — я ненавижу его, но я также чувствую жар, и я не знаю почему. В этот раз Аерис чуть не споткнулась и не отправила их в полет по залу. Она чувствовала, как они неизбежно набирают скорость, выходя с траектории большего круга. Ей пришлось не глядя за спину катиться назад. — Мой образ?.. Ты все еще думаешь, что я играю с тобой? Но это не так, — как бы в подтверждение своих слов, Аерис крепко схватила Санру и прижала ее к себе, оставляя немного места между ними и, тем не менее, достаточно много соприкосновения, чтобы чувствовать контур тела с каждым движением. — Это абсолютно не так. — Ты не до конца понимаешь, — вздохнула Санра, опираясь на ее плечи руками, — и я тоже, скорее всего… Просто как ты можешь выглядеть так беззаботно, и смотреть на меня вот так? — Как — так? — эхом повторила Аерис, чувствуя ветер в ушах и шелест собственных волос. — О, Двенадцать, — вздохнула Санра, стараясь затормозить. Они медленно, как лодка на воде, дошли до нулевой скорости. Санра позволила себе упасть в грудь Аерис и, когда она мельком глянула, где они оказались, поняла, что они в самом центре полузатемненного зала. Пока Аквилегия держала девушку, она почувствовала, как биение их сердец устаканивается. — Ты смотришь на меня так, — прошептала Санра ей в плечо, — будто хочешь меня съесть, не меньше. Аерис удивленно проморгалась, вовсе не дыша тяжело, несмотря на усталость. — Никто раньше не смотрел на тебя так? Она никак не могла понять, не могла ухватиться. — Постоянно, — призналась Санра. — Когда становишься известным человеком, то люди смотрят на тебя самым различным образом. Они и уважают тебя, и презирают, и любят, и ненавидят. Некоторые вожделеют. Но ты… почему-то ты — исключение, ты — другое, ты… Наконец-то поняла. — Ои, посмотри на меня, — мягко сказала Аерис, обхватывая лицо Санры двумя ладони. Когда Санра отстранилась и подняла голову вверх, в ее глубоко-карих глазах отразились два белых полумесяца. Пронзительным белым светом горели глаза Аерис, обрамлённые тонким занавесом волос. Мир вновь будто бы остановился, сузился до брезжущего света лун, которые горели зеркалами в кромешной тьме. — Если ты боишься — я тебя не виню, — сказала Аерис, переходя на шепот и придерживая слабо дышащую Санру, — но тебе ли не знать, как четко отражаются в глазах этесива его чувства. Я понимаю, что это может быть трудно для восприятия, но я с этим живу. Такова истинная глубина моих чувств, которые я держу в себе. — Это слишком, — выдохнула Санра, проморгавшись. В глазах ее стояли точечки-слезы. — Потерпи еще немного, — успокаивающе сказала Аерис, проводя большим пальцем по ее щеке и вкрадчиво спрашивая: — Как ты думаешь, что это за чувство? Санра решительно подняла глаза. Хотя она щурилась с каждым моментом все больше, Гелиантус не отвернулась ни на секунду. — Мне кажется, это печаль, — прошептала под нос Санра, не привыкшая быть неуверенной. Она подняла руку к груди, сильно сжимая на месте сердца, — так больно… Аерис виновато моргнула. — Ай, ой. Прости, — она быстро перевела взгляд в сторону и затем вновь посмотрела на Санру, наклоняя голову — а сейчас? — Сейчас… — Санра в этот раз удивленно похлопала глазами, — немного тепло. — Только лишь «немного»… — расстроенно и еле слышно прошептала одними губами Аерис. — Что это должно значить? — упрямо спросила Санра, ведомая врожденным любопытством и стремлением к правде. Аерис подтолкнула ее прямо к себе, намереваясь прошептать прямо в губы, но Санра вцепилась в ее плечи, железно удерживая на месте. Она скользнула взглядом по толпе, как бы говоря — «не на людях». Не поворачиваясь к Аерис, Гелиантус задумалась, почему-то продолжая внимательно всматриваться в чужие лица. — Обещай, что не будешь смеяться, — сказала Аерис. — Я не буду, — тихо заверила ее Гелиантус, бегающими глазами выискивая кого-то в толпе. Она не могла никого узнать — все гости не носили лиц! Когда Санра, пронзенная осознанием, резко повернулась к Аерис, гости с хлопком исчезли. Сверкающие кончиками ножек полумесяцы весело и жестоко вспыхнули, как и кончики ее улыбки. — Это любовь. С оглушающим осознанием Санра проснулась.

***

Когда Санра открыла глаза, то обнаружила, что они все еще мирно сидят за столом с блюдами. Парочки гостей поредели, остались лишь самые активные люди, которые никак не могли навеселиться, да семьи и приближенные молодоженов. Санре одновременно хотелось надышаться кислороду, как после хорошей пробежки, или вообще не дышать. Выбрав второе, она сняла голову с плеча Аерис и потрясенно вылупилась на нее. — Когда?.. — Когда ты посмотрела на меня глазком, вот так вот — просто ответила Аерис, пародируя ее. Затем она беспокойно зашептала, — ты вообще слышала, что я сказала? Санра уронила голову в ладони, с чувством цепляясь пальцами за волосы. Она издала негромкий, но протяжный стон. — Да, понимаю, — рассмеялась Аерис, потянувшись за чем-то на столе. Гелиантус уловила тонкий запах спирта. — Налей и мне, — разбито сказала она, не поднимая головы. Пока Аерис выполняла махинации со стаканами, Санра обратилась к себе и поняла, что чувствует себя намного свежее. Она покрутила плечами, медленно отходя ото сна. Аерис молча придвинула к ней крохотную рюмку с прозрачной жидкостью. — После бардового кофе так-то нельзя пить алкоголь, — вздохнула Санра, опрокидывая рюмку разом, — но сейчас уже… плевать. — Ты вообще пару капель выпила! — возмутилась Аерис, кашляя. — Какая гадость… Санра невидяще уставилась на пустой зал, левитируя из своих рук стекляшку на стол. Та неровно приземлилась и с повторяющимся звуком покрутилась, как монетка, а затем замерла на месте. Гелиантус задумчиво потерла ладонь о ладонь, все еще устало вздыхая. — Любовь… — с ноткой мечтательности протянула она. — Конечно! — весело произнесла Аерис, зачем-то отпивая еще раз. Она закономерно закашлялась. Санра посмотрела на нее, как на умалишенную, и отвернулась. Она не могла перестать думать о сне, который был вполне настоящим и нес реальные последствия. Она мягко провела пальцем по нижней губе, вспоминая, но резко отдернула ее. Хотя ее мысли все еще были в беспорядке, после того, как она поговорила с Аерис во сне, все стало немного понятнее. — Как такое может быть… — риторически прошептала она. Она посмотрела обратно на Аерис, постепенно выпрямляясь. Та смотрела с задоринкой и легкой улыбкой, но по тому, как она постоянно перебирала что-то руками, Санра поняла, что та сильно нервничала. Будто заколдованная, Санра потянула руку к волосам Аерис, находя пальцами на виске тонкий, почти не существующий шрам. Аквилегия тут же застыла, ее улыбка дрогнула. — Я бы пошутила что-нибудь про судьбу, — сказала Санра, наклоняясь к розовым губам. Она чуть примяла их, чувствуя легкую противную горечь, и отстранилась на мизинец, — но ничего в голову не приходит. — Не шути про судьбу — шути про свадьбу! — рассмеялась вновь Аерис. Не сдержавшись, Санра усмехнулась иронии. Ее успокаивало, что не одна она волновалась. Аерис раскрыла рот, но замешкалась, фокусируясь на Гелиантус. — Так ты все же не боишься, что нас кто-то увидит? — спросила она. Однако по ней было видно, что она хотела спросить нечто другое. Санра пожала плечами, отводя глаза. — Почти никого не осталось, — сказала она и добавила с тонкой улыбкой на лице: — В любом случае, я знаю, как заставить людей молчать. Аерис пропустила это мимо ушей и не добавила ничего, отстраняясь. «Ничего, — подумала Гелиантус, выдыхая, — я подожду». Тем временем Аквилегия нащупала руку Санры и неуверенно сжала ее. Ее брови нахмурились в раздумье, а рот с поджатыми губами сердито двигался из стороны в сторону, будто бы злобно ходя по комнате вместо Аерис. Санра развеселенно выдохнула носом, представляя подобное. — Не хочешь ли ты после, ну, это, самое… — начала Аерис, косо поглядывая на безынтересный зал. Ее пальцы нервно постукивали о тыльную сторону ладони Санры. — Ну, после свадьбы… — Заживет? — не удержалась Санра, улыбаясь. — Аргх! — всплеснула свободной рукой Аерис, ее хрупкое эго не выдерживает, что над ней смеются. — Я имею в виду, не хочешь… Нет! не так… М, может… Ай, черт с ним! — Поехали ко мне! — вспылила она, мгновенно сдуваясь, после того как на них обернулся редкий гость. — Я имею в виду, чтобы реально поспать, а не все эти штучки... Санра содрогнулась от беззвучного смеха, сдавливая пальцами руку Аерис. Она пыталась держать себя в руках, но пока что она держала в руках только Аквилегию. — У меня комната в одном из лучших отелей страны, — сказала она, не переставая улыбаться и по-птичьи наклоняя голову, — через дорогу. Думаешь, я правда поеду спать в непонятно какую дыру? — Э-э-э, — интеллектуально протянула Аерис. — Да, — в ее выражении лица промелькнуло сомнение, но все же она собралась и ответила достаточно прямолинейно. Санра чуть ли не рассмеялась в голос. Вдруг она почувствовала себя совершенно спокойной за остаток дня. — И ты будешь права, — сказала она, чувствуя странный прилив радости. Гелиантус вскочила на ноги, ища главных затейников вечера. Они стояли неподалеку и старались делать вид, что не вслушивались в их разговор последние пять минут. Санра уверенно потянула Аерис за руку в их сторону. — Не знаю, что ты сказала, м, что-то там в конце, но что-то мне подсказывает, что там не было ничего хорошего…

***

Лея с неописуемым выражением лица смотрела на стремительно приближающуюся к ним парочку. — Я их ненавижу, — беззлобно проворчала девушка. Лея буквально отобрала у Лео бутылку оставшегося шампанского с намерением плеснуть все в желудок и отправиться к праотцам. — Стой, не надо, — заботливый муж заставил бутылку выскользнуть из ее рук и отправил ее к остальным в ряд. — Я весь день выливала бокалы в горшки с цветами, — сложила руки на груде Лея, — так что дай мне… я не могу больше на них смотреть… Тем временем Аерис с Санрой успели подбежать, блестя глазами. Лея демонстративно прикрыла глаза рукой, в то время как Аерис обменивалась весьма напористым объятиями со своим братом. — Я не могу поверить, что вы чуть не устроили в душевой, — зашипела Лея, уворачиваясь от снисходительных поглаживаний Гелиантус. — Все ты знаешь, — хмыкнула Санра. — Но не бойся, мы уже убираемся. — Да мы тоже, — вздохнула Лея. Аерис слезла с взъерошенного Лео и взяла обе руки Санры в свои. Ее глаза блестели серебряными серпами, и Гелиантус поняла, что ее энтузиазм был весьма заразителен. Она резко расцепила руки с Аерис, смакуя, как на мгновение исчезла ее улыбка, а затем в один взмах подняла ее на руки. — У-а-а! — Аерис полусекундно махала руками, хватаясь за плечи Санры. — Мы пойдем, — улыбнулась Санра, смешливо глядя на молодоженов, и затем в ускоренном темпе направилась в сторону выхода. Лея с Лео невесело переглянулись. — Неужели мы были такими же? — М… От удаляющейся парочки были слышны радостные посвистывания Аерис.