Сломлен(а)

— По данным Миллара у врага будет три отряда, которые будут атаковать в разных направлениях, но неподалёку друг от друга. Предположительно их центральная точка — Трост. Именно туда и отправится один из наших основных отрядов во главе с Леви и четыре простых отряда, — сообщила главнокомандующая, чем заставила негодовать коллектив. — Ханджи, мне кажется, это рискованно. Если такое количество будет в Тросте, то в остальных точках будет только по… — Женщина не дала договорить Аккерману. — Только по одному основному отряду. Да, я знаю. Прекрасно знаю, — осознавая риск, говорила Зое. — Но я уверена, что все основные силы врага пойдут на Трост. Остальные отряды, скорее всего, направятся к лесам гигантских деревьев с обеих сторон от Троста, во главе будет по одному разумному титану из Девятки. Если марлийцы хотят быстрой победы, то сначала разведут панику по бокам и подождут, пока мы выпустим чёрные сигнальные ракеты, чтобы половина центра спохватилась помогать, думая, что атака проходит именно по тем двум сторонам, а после, немного подождав, враг ринется к центру с полной своей мощью и сразу же пробьёт стену Роза. Вот мои предположения, — закончила говорить Ханджи, после чего наступило несколькоминутное молчание. — А если к нам придут два разумных титана? К тому же явно приведут за собой мелких. Нас пятнадцать человек… И не все такие бойцы, как я. Что тогда нам делать? — спокойно поинтересовалась Микаса, не испытывая ни грамма страха. — Если расклад будет таков, то придётся действовать по ситуации, — задумавшись, начала говорить женщина. — Поделитесь на две части и пробуйте биться так. Если всё будет худо-бедно, то пустите сигнальную ракету для Армина. Она будет красного цвета. А после отступайте сразу же и не вступайте в бой, пока не появится Арлерт. В случае выполнения задания выстрелите зелёной сигналкой, — объяснила главнокомандующая. — Поняла. Есть предложение насчёт чёрных сигнальных ракет. Предлагаю их пустить в любом случае, чтобы запутать врага. Пусть их центр думает, что по бокам всё так плохо, как и задумывалось, и прёт к Тросту, а там уже будут ждать достаточно солдат, чтобы попытаться дать отпор, — предложила девушка. — То есть просто пустить ракеты, когда придёт враг? Как простое оповещение? Думаю от этого никому плохо не станет, даже можно застать врага по центру врасплох. Хорошо, — Ханджи одобрила идею. — Тогда нужен сигнал, чтобы мы могли оповестить о тяжести ситуации или провале. — Не думаю, что он уместен в этот раз. Тут либо смерть, либо победа; либо есть кому подать сигнал о победе, либо нет, вот и всё. Пути назад не будет, — серьёзно заявила Микаса. — Правда, она и есть правда. Даже такая, — подтвердил Леви. — Да… Ладно, переваривайте информацию и думайте насчёт вашей тактики, осталось чуть больше недели, нужно успеть подготовиться. Сегодня я уеду во внутренний город — нужно обсудить план. Вернусь завтра, в городе есть ещё кое-какие дела, поэтому Леви за главного, — дала указания женщина. — Будь аккуратней, Ханджи. Враг может поджидать на каждом углу, — напомнил Аккерман. — Я пошёл. — Мужчина покинул кабинет.       Микаса тоже хотела пойти следом, но её остановила Зое. — Пожалуйста, пока я буду в отъезде, не устраивай здесь мордобой. Ты могла его с лёгкостью убить, — с каким-то порицанием сказала женщина. — Как и он меня, — ответила девушка, не спрашивая, как Ханджи узнала об этом случае. — Понимаю, но ты прекрасно знаешь, что на него повлияло, поэтому стоило быть полегче. Ты переборщила. Ещё и на глазах у многих людей. Сейчас не время показывать свою силу, лучше прибереги её для поля боя. Свободна, — сделав лёгкий выговор, главнокомандующая отправила Аккерман за дверь, та лишь устало вздохнула и без лишних слов покинула кабинет. — Что за мордобой? — тут же поступил вопрос к девушке от мужчины, который так и не ушёл. — Проснулась любовь к подслушиванию? — Можешь считать так. Ну так что? — Неважно. Забудь, сейчас есть дела поважнее. — Я бы согласился, если бы снова не увидел это, — отвернув воротник рубашки девушки, Леви указал на отметены. — В последнее время какая-то мода на удушение появилась, не думаешь? — Издеваешься? — слегка возмутилась Микаса. — Конечно, сейчас же самое подходящее время, — съязвил Аккерман. — Негодую… — Эх… Надоело уже это всё, — с усталостью вдруг сказала девушка. — Ладно, дел и правда много. Я пойду. — Будь аккуратней, а то вдруг кто-нибудь ножом пырнёт ещё. — Не думаю, что такие идиоты здесь есть, но внимательней буду, до вечера.

***

      В последнее время в разведкорпусе слишком быстро расползаются слухи. О ночном инциденте уже знали чуть ли ни все, и поэтому настроение Микасы оставляло желать лучшего. Хоть внешне она была присуще спокойна, ребята из отряда девушки сразу поняли, что что-то не так, ведь испытали на себе все радости тренировки с УПМ, которая к концу дня оставила их абсолютно без сил. — За что она сегодня так с нами? — валяясь в сугробе без сил, не понимала Сэна. — Ого, ты заговорила?! — удивился Чан. — Обычно и слово не вытянешь из тебя, видимо, тебя сегодня сильно помучили, — заметил Фрест. — Сегодня я проверяла твою выдержку, Сэна, — к девушке вдруг подошла Аккерман и подала руку, на что та в ответ подала свою. — Я знала, что ты способный солдат, который все свои силы сразу не показывает, но сегодня я наконец-таки увидела больше. Ты мне будешь очень нужна на поле боя, поэтому не расслабляйся, — сказала Микаса, помогая подчинённой встать, а после ушла.       Времени было мало, а условия боя могли быть и лучше, но их застали в расплох — это надо было принять. Аккерман уже второй, если не третий час сидела над сотым листом бумаги и пыталась разработать наиболее удобную и наименее жертвенную тактику, но в любом варианте был какой-то косяк. Голова уже не варила, Микаса явно устала. Она откинулась на спинку стула и тяжело вздохнула, как вдруг её взгляд попал на полку, на которой лежали подарки.       «Точно, я их так и не открыла…»       Рука девушки потянулась к небольшой красной коробочке с белой лентой. Развязав аккуратный бантик, Аккерман открыла подарок и увидела небольшой флакон с жидкостью внутри, похожей на духи. Открутив крышечку, Микаса поднесла флакон к носу и вдохнула приятный цветочный запах. Капнув несколько капель на подушечки пальцев, Аккерман аккуратно размазала жидкость по шее. «Даже не раздражает», — подумала о запахе девушка.       Отложив подарок старика, Микаса потянулась к презенту Ханджи, но её отвлёк вошедший в комнату Леви. — Смотрю, дела у тебя совсем плохи… — сделал вывод мужчина, обратив внимание на кучу скомканных бумажек, раскиданных повсюду: на столе, на полу и даже на кровати. — Ты опять без стука? Заставляешь, вздрагивать каждый раз от неожиданности… — В последнее время ты прям на взводе, раньше так не реагировала. Переживаешь? — беспокоился капитан. — У нас война на носу, как тут быть спокойной, — тяжело вздохнула Аккерман и вернулась к бумагам. — Так ничего и не придумала? — интересуется Леви, подходя к девушке. — Ничего достойного в голову не лезет, в каждом плане нахожу трещену, которая может обойтись чей-то жизнью. — Не забывай, что всех не спасти, обо всех не позаботиться. Как капитан, ты должна это понимать. Будешь чересчур этим голову забивать — в первую очередь погибнешь, чего нам не надо, — напомнил мужчина и в ответ получил лишь молчание. — Аккерман… В этом и есть издержка высокого звания. Мы всегда знаем, что потеряем людей, так как не всегда реально спасти всех, точнее, почти никогда. Это есть самый тяжёлый наш груз, который мы несём сквозь года, так как какая-никакая, но ответственность за всех на нас лежит и давит на наши плечи, — капитан сделал небольшую паузу и продолжил: — Поэтому создавай план, думая о его успешном завершении для всех нас в целом, а не только твоего отряда. Проблемы будешь решать на месте, в чем и есть отличие хорошего командования, поэтому всё, чего не будет в плане, будет в твоей голове и только — запомни. — Не понимаю, чем я заслужила эту должность… — вдруг сказала Аккерман. — Разве не тем, что даже если дела идут не по плану, ты всегда находишь решения? Это весьма неплохое качество, — заверил Леви. — Может, отвлечёшься от этого? Думаю, что сегодня ты уже весьма запуталась, и тебе стоит отдохнуть или заняться чем-нибудь другим, — вдыхая приятный аромат, предложил мужчина. — Не замечал раньше этого запаха, у тебя появились духи? — поинтересовался Аккерман. — Это подарок на день рождения от старика из лавки, только сегодня открыла. Неплохой аромат, верно? — развернувшись, Микаса могла лицезреть лицо мужчины буквально в миллиметре от себя, что немного смущало. — Неплохой, — смотря в глаза девушки, ответил Леви и добавил: — Возбуждает… — Прямо здесь и сейчас? — Прямо здесь и сейчас, Аккерман, не отвертишься.       После этих слов мужчина не стал медлить и тут же впился в губы столь желанной девушки. Для удобства Микасе пришлось приподняться со стула. Как только Аккерман встала, капитан усадил её на рабочий стол, игнорируя кучу всяких бумаг и переходя к одежде девушки. — Постой… Может, пойд… — Нет, — сказал, как отрезал. — А дверь? Ты её закрыл? — переживала Микаса. Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь их увидел, ибо в последнее время её уж слишком часто посещают. — Не переживай об этом, расслабься уже. Будешь продолжать так напрягаться — будет неприятно, — снимая брюки и нижнее бельё девушки, говорил Леви. — Мне нравится твой полуобнажённый вид, поэтому пусть рубашка останется просто растёгнутой, — с этими словами мужчина сделал первый толчок и заставил Аккерман впиться в его плечи своими маленькими ноготочками.       Сегодня они справились быстро, ведь оба хотели быстрой разрядки. От такого непривычного темпа ни у кого не осталось сил, поэтому, что им и осталось, так это провести вечер, просто лёжа в постели.       Они молчали. Вроде бы в этом не было ничего такого, но чем дольше это продолжалось, тем больше это казалось странным и… напряжённым. Как будто каждый из них знал, о чём думает другой, и, может, не было бы так неловко, если бы они оба не думали о предстоящей войне и о том, что вот так спокойно они могут лежать в последний раз. — Боишься? — первым прервал тишину Леви. — Нет, — сразу же ответила Микаса. — А ты? — Нет. Страх мешает на поле боя, — был уверен мужчина.       Как бы они ни доверяли друг другу, прямо сейчас оба соврали — гордые Аккерманы. К чему же в конце концов эта гордость их приведёт? Что их ждёт? Счастливое будущее? Или же смерть?       Эти вопросы никого не оставляли в покое.

***

      После недавнего инцидента Микаса была уверена, что с Питом она все дела решила и доходчиво «объяснила» солдату, что с ним она вообще ничего иметь не хочет, но какого было её удивление, когда парень встал перед ней на колени и, преклонив голову, просил прощения. — Капитан Аккерман! Я был не прав! Прощу у вас прощения! — говорил солдат слишком громко, поэтому в коридоре перед столовой собралось много народу, отчего девушке становилось жутко не по себе. — Что ты здесь устроил? — негодовала Аккерман. — Разве я не дала тебе понять, что не хочу иметь с тобой какие-либо дела? — говорила Микаса довольно сдержано, хоть в голосе и были слышны раздражённость и злость. — Я помню… Но я решил, что мне стоит извиниться. Прошу, примите мои извинения! — Хорошо, принимаю. Теперь всё? Могут ли теперь все, собравшиеся здесь, пойти поесть? — девушка уже хотела сделать шаг вперёд, но Пит вдруг схватился за её ногу.       Сие действие разозлило Леви, который все время был позади, поэтому мужчина тут же сорвался с места и хотел было пинком избавиться от этого тупицы, но Аккерман сразу же преградила ему путь рукой, без слов попросив не лезть в её дело. — Это уже перебор, Пит. Я приняла извинения, чего ещё надо? — чувствовалось, что скоро Микаса выйдет из себя. — Капитан… Примите к себе в отряд!       В коридоре повисла тишина. Такого явно никто не ожидал.       Для Аккерман такая просьба показалось наглостью, поэтому девушка уже не сдержалась и наконец-таки отбросила этого паршивца от своей ноги. — Ты до сих пор не в себе что ли? — усталый вздох. — Если так хочешь попасть ко мне в отряд, то подай письменную просьбу на имя главнокомандующей, а там посмотрим. Ну а пока я подумаю, что с тобой можно сделать.       На этом их разговор закончился. Все разошлись, кто в столовую, кто дальше по своим делам, а парень остался посреди коридора с весьма странной улыбкой на лице, которая могла значить очень многое.

Обед

— Что это? — указывая на бумагу, спросила Ханджи у Микасы. — Там же всё написано, Ханджи-сан, — «Неужели он так хочет ко мне в отряд?». — Я вижу, что там написано. Почему ты просто не могла отказать? Знаешь, что у тебя и так много народу для специального отряда, — по главнокомандующей было видно, что она жутко устала и заниматься этим пареньком ей явно не хотелось. — Он и так там шоу устроил, если бы я ему сразу отказала, то не отстал бы. Я так поступила, чтобы усмирить его хотя бы на сегодняшний день, — объяснилась девушка. — Боже… — женщина устало отклонилась на спинку кресла. — Ладно, дадим ему шанс. Проведи ему вечером проверку способностей, да пожестче. Если выдержит и проявит себя, то бери в отряд, если толку от него никакого, то на нет и суда нет. Всё, а теперь оставь меня, мне надо отдохнуть, — Зое дала приказ и выпроводила Аккерман из кабинета.       «С чего же ты захотел со мной иметь дело, Пит?»       Вечер не застал себя долго ждать. В назначенное время все, кто был приглашён, были в тренировочном зале. — Чтобы попасть в специальный отряд, нужно обладать очень хорошими навыками, мне дан приказ как можно жёстче испытать тебя, поэтому сегодня твоими противниками будут эти трое ребят. Если достойно выстоишь против них, то я тебя возьму к себе, если окажешься ниже уровнем, то не видать тебе места у меня. Уяснил? — Да, капитан! — Тогда приступим. Ребята, начинайте, — дав приказ своим подопечным, девушка села на лавку неподалёку. — Помните, что ваша задача не победить его, а усложнить бой, чтобы выявить его способности и поведение, — напомнила Микаса.       Несмотря на то, что против Пита было трое хороших бойцов, он держался достойно. Аккерман с замиранием сердца смотрела на этот бой, ведь он был, как бы странно ни звучало, на равных, хотя и изначально выглядело по-другому. — Ладно, достаточно! Все хорошо потрудились. Пит, ты меня удивил, — в хорошем смысле сказала капитан, что не могло не радовать парня. — Но это ещё не всё. Всё-таки самое главное это умение маневрировать и ликвидировать титанов, да ещё при этом работать в команде, поэтому сейчас мы все переодеваемся, получаем снаряжение и выходим на улицу. — Сейчас? — удивился Пит. — Да. Тебя что-то смущает? — подняв правую бровь, с неким подозрением интересуется Микаса. — Сейчас снаружи темнота кромешная, да и холодно, зимний вечер всё-таки… — Да, хоть уже и конец февраля, холод стоит, как в январе, но твои отговорки смешны и даже позорны. С врагом собираешься в тёплом местечке и только при свете дня биться что ли? — весьма удивилась девушка. — Заканчивай с этой чепухой и собирайся, иначе заберу шанс ко мне попасть, всё? — Так точно, капитан.       «Сразу бы так. Странный он какой-то…» — всякие подозрения не переставали крутиться в голове. «Вот если он с тремя легко справляется, почему мне позволил его унизить тогда? Выглядел он ничтожным слабаком, а сейчас… Будто другой человек… Подозрительно».       Позвав в помощники ещё несколько человек, они небольшим отрядом вышли на улицу. Все тренажёры в виде ненастоящих титанов были подготовлены заранее, поэтому всё, что оставалось — это поднять их в самый неподходящий момент для Пита. В принципе вся бригада помощников уже знала план действий, поэтому быстро рассосалась по своим местам. После сигнального выстрела Пит и капитан Аккерман стартанули по заготовленному маршруту.       Солдат явно чувствовал себя напряжённо. Везде тьма и ни одного псевдотитана на пути. Парень думал уже, что что-то не так, но капитан не подавала подобных признаков, отчего становилось ещё более напряженно. Микаса чувствовала, что Пит не понимает, что происходит и теряет бдительность, что видно по тому, как он не в тех местах располагает тросы — весьма опасно для его жизни, если представить, что его ждёт настоящий титан. И вот, когда стало быть, его бдительность была ослаблена, появился первый титан. Казалось, что сейчас паренёк впечатается в него, но всё, что осталось после прохождения первой точки — это идеально вырезанный кусок шеи титана. Так было и с последующими. Сказать, что все были в шоке — ничего не сказать. — Ты специально дурачком прикидываешься? — спросила Аккерман. — Вы о чём, капитан? — не понимал парень. — Ладно, забудь. Завтра в 10 тренировка. Без опозданий, — да, ей пришлось принять его — слишком хорош. — Так точно!       «Я буду следить за тобой, внимательно…»

***

      Последняя неделя. Это словосочетание для всех значило многое. Последняя неделя тренировок; последняя неделя, чтобы окончательно завершить план; последняя неделя перед войной; последняя неделя всех приготовлений и… последняя неделя нормальной жизни, да и вовсе жизни.       Да, как бы прискорбно это ни звучало — так и есть. Не стоит строить планов на будущее в таком положении — это знали все, поэтому отдавались во всём на этой неделе. В корпусах даже стоял лёгкий переполох, который только добавлял масла в огонь и заставлял всё больше напрягаться.       На удивление Пит больше не подавал подозрительных признаков, и Микаса отступила, отдаваясь отработке плана. Незачем себе лишний раз грузить мозги и так дел много, да настолько, что с капитаном Леви они виделись только в столовой за столом и то не всегда.       И вот, когда пришло время, стояла тишина, будто гробовая — это даже немного пугало, хотя было вполне нормальным явлением. Аккерман была настолько взбудоражена, что долго находиться в своей комнате не могла. Как только она решилась выйти, вспомнила, что до сих пор не открыла подарок Ханджи-сан. «Если не открою сейчас, то позже могу пожалеть», — подумала Микаса и развернула подарок. Неожиданно, но подарком от женщины был новый красный шарф с завернутой в него подвеской на чёрной плотной верёвочке. Подвеска представляла собой необычный красивый бронзовый узор. Девушка немедля надела подвеску и новый шарф, и только после покинула свою комнату.       Когда Аккерман прибыла на место собрания, заметила взгляд Зое, которая была рада тому, что она наконец-таки надела её подарок. Им хватило только взгляда, чтобы сказать всё, что просилось, но сейчас было не к месту. А вот с капитаном Леви они перекинулись парочкой слов. — Я верю в тебя, капитан Аккерман, — сказал мужчина и подал руку для рукопожатия. — Удачи, капитан Леви, — девушка в ответ подала руку.       Рукопожатие было недолгим, но им обоим казалось, что оно было вечным. Был ли это их последний контакт? Они не знали, но понимали, что такое возможно. Единственное, о чём жалели эти оба — не сказали самых важных слов: «Я люблю тебя», — но они были людьми чести и не хотели опускаться на службе до любви, которая только мешает в бою, поэтому попрощались именно так.       Хотя, кто знает, может, именно в этих фразах звучали те заветные слова.