Diary of the afterlife.

В тот период, моя служба на Кри-Лар протекает в размеренном режиме командования и вылазок к пространственно-временному разлому. Медуза посылает туда экспедиции чуть ли не каждый день, уповая на то, что её муж может оказаться жив. Даже отправляет в сам разлом Тритона и мою соотечественницу Ра-Венн, вместе с самым лучшим кораблём Империи. Но всё безрезультатно. Черного грома нет. Нет и быть не может. Смерть прибрала его. Королеве придётся нести одной знамя власти, хотя бы ради своего сына. Чтобы сохранить престол для него. Она говорит об этом Максимусу и Карнаку, когда те задают вопрос. А после, обвиняет брата своего мужа в создании т-бомбы, но вскоре утихает, откидываясь на спинку трона. — Черный гром заблуждался, веря в то, что т-бомба смогла бы завершить войну — говорит она. — Это было лишь средством самоуспокоения. Все мы разные. Даже если считается, что Нелюди не воюют друг с другом. Я сама в это верила. План моего мужа казался мне благородным. На деле это всего лишь оружие, из-за которого он погиб. — Тем не менее, ваше величество, это сработало. — Попытался приободрить Медузу Карнак. — Бомба прекратила войну, уничтожила деспота Вулкана и вынудила ши'ар молить о пощаде. Она сделала нас победителями. — Она сделала меня вдовой! — Голос императрицы дрожит. — Мы привели Империю Крии к полной победе над древним врагом, — злорадно усмехается Максимус, пока Медуза отворачивается к панорамному окну, пытаясь скрыть горечь — народ Крии боготворит нас. — Хорошо… потому что я нас ненавижу. — Отнюдь — когда королева снова смотрит на хитреца, выражение его лица меняется, делаясь учтивым. — Впервые в жизни у Нелюдей достаточно высокие рейтинги. Особенно у вашей сестры и Горгона. Он герой Кон-Тара. Вместе с обвинителями он упразднил там акцию оппозиции. Местную аристократию начинает возмущать тот факт, что мы набираем вес. Они не хотят, чтобы нас считали героями. — Кристалл в последнее время совсем не выходит на связь и много путешествует, — задумчиво произносит Медуза, пропуская мимо ушей слова родственника о протестантах. — Такое ощущение, что она избегает меня. — Уверен, что это не так! — Карнак отметает предположение королевы, как фантастическое. — Она со своим мужем на Кри-Лар. — На Кри-Лар? Ты должен связаться с ней. Я хочу видеть её в Аттилане. — Всенепременно. — А как поживает мой племянник? — словно между делом, интересуется Максимус. — Где он? — Ахура в своей комнате. Он играет с Локджо — невпопад отвечает правительница, устремляя свой взор куда-то в пространство. — Сходи к нему. Он будет рад… И Максимус идёт. Несмотря на свою коварную идею по узурпации престола, он ценит племянника. Пока ещё ценит. — Привет, Ахура! — здоровается он, застывая в дверях опочивальни принца. — Как дела? — Привет, дядюшка Макси! — мальчишка рад такому неожиданному вниманию. Он лихо спрыгивает со спины огромного пса и улыбается своему визитёру. — Отлично. — Во что играешь? — В короля и его боевого скакуна — хихикает юнец. — Правда Локджо не умеет вставать на дыбы. — О, отличная игра — Максимус одобрительно фыркает и взъерошивает тёмные волосы на голове племянника. — Я сам играл в неё в детстве. Я тоже мечтал стать королём. — А сейчас уже не играешь в неё, дядя Макси? — с надеждой интересуется мальчик. — Эх… Ты, наверное, уже большой, для таких вещей. — Нуу… — приятная улыбка переползает в коварный оскал. — Даже не знаю. Все взрослые, время от времени, любят играть в эту особенную игру. По повелению королевы мы с Кристалл прибываем в летучий город, зависший в пяти километрах, над поверхностью Халы. Телепортируемся при помощи всё той же огромной псины. Принцессе следовало явиться одной, но она зовёт меня за компанию. — Путь с Кри-Лар был долгим — я пытаюсь проявить заботу, едва мы появляемся за дворцовыми воротами. — И этот длинный день… Ты наверняка устала? — Так и есть — соглашается жена, опираясь на мою руку. — Но прежде чем я отправлюсь отдыхать, мне нужно поболтать с сестрой и проверить терригеновые камеры. Запасы находятся на критическом уровне после того, как погиб наш… — она осекается, пытаясь подобрать подходящее слово, дабы не бередить душевные раны. — После взрыва т-бомбы. — Да, конечно — я прячу колючий взгляд. — Иди. Я подожду тебя в саду. — Ронан — Кристалл встаёт на цыпочки и целует меня в щёку. — Я скоро вернусь. С Медузой нам действительно нужно многое обсудить. Но, может быть, ты захочешь спуститься со мной к камерам после? — Я… — как легко ей удаётся выбить меня из колеи, — я бы хотел. Вот только позволит ли ваша стража войти представителю Крии в столь важное место? — Я была назначена смотрителем камер, мой дорогой лорд — соблазнительно улыбается принцесса, касаясь нагрудника моей брони острыми ноготками. — Для надзора за возобновлением роста и восстановлением кристаллов терригена. Но ты – мой супруг. Потому я уверена, что твоё присутствие будет одобрено. — Хорошо… — нехотя отстраняюсь я. Мысли в голове совсем далеки от рабочих. — Встретимся позже. — Да. Пока она идёт к стрельчатой арке, ведущей во дворец, я не могу оторвать от неё взгляда. Хочу и не могу. До того она прекрасна. До того хороша. Омут приятных размышлений затягивает меня, и я даже не замечаю, как натыкаюсь во внутреннем дворике на Ахуру. Мальчишка пытается скрыться из поля моего зрения, но я отрезаю ему путь к бегству, одним стремительным движением. — А ну, стоять. — Пропусти! — злиться принц, становясь похожим на свою мать. Маленькие кулачки яростно сжимаются. — Немедленно! — Он и не представлял, что человек в тяжёлой броне может так быстро перемещаться. — Конечно, ваше величество — соглашаюсь я, но не думаю исполнять его приказ. — Просто вы давно обходите меня седьмой дорогой. Решили больше не докучать мне своим присутствием? Мне просто интересно знать причину. — Это не твоё дело, обвинитель — Ахура с вызовом смотрит на меня из-под насупленных бровей. — А я думаю, что как раз моё. Раз перемена так резка. — Нет, не твоё! — Неожиданно он отворачивается и оседает прямо на посыпанную мелким гравием дорожку, закрывая руками лицо. — Уходи. — Слёзы текут из его глаз, и принц размазывает их по щекам рукавом туники. — Оставь меня в покое. — Почему? — я присаживаюсь на корточки рядом, прислоняя молот к пьедесталу какой-то статуи. — Ты тоже бросишь меня, как отец — наконец всхлипывает Ахура. — Тоже погибнешь. Я не хочу быть один! — Ах, это… — я качаю головой, трогая мальчишку за плечо. — Нет, вовсе нет. Я пока не собираюсь — мой хриплый голос срывается на шёпот. — Даю тебе слово. А в этой империи, моё слово хоть сколь-нибудь, да значит. — Правда? — хлюпает носом принц, поворачиваясь ко мне. — Правда.