devil in me.

От лица Мишель Джонс.

Иди к чёрту, Питер Паркер. Я помню, как уснула в его тёплых объятиях. Помню, как посреди ночи проснулась оттого, что он разговаривал во сне, а потом крепче обнимал меня и замолкал. Казалось, что всё встало на свои места, и сейчас мне стало по-настоящему хорошо, впервые за долгое время. Но, ничего подобного. Я проснулась одна. В пустой квартире, только кот мирно сопел на подоконнике. Ни записки, ни сообщения. Питер Паркер просто сбежал. Словно его и не было со мной всю ночь. Словно он не был со мной вечером прошлого дня. Словно не было ничего. Испугался? Или растерялся? Плевать. Как минимум, он поступил неуважительно ко мне, даже не объяснившись. Десять часов утра. Я одна в своей квартире, оставленная Паркером наедине со своими чувствами. Дура. Ужасная дура, позволившая себе открыться кому-то. К чёрту. Плевать. Я сидела на кровати, оббежала глазами комнату и увидела оставленную на комоде пачку сигарет. Недолго думая, я поднялась с постели, взяла её и подошла к окну. А я оставляла его открытым настежь? Или это Паркер решил так покинуть помещение? Вставив сигарету в зубы, я подошла к входной двери и обнаружила на месте ключи. Дверь была закрыта изнутри. Вы что, хотите сказать, что Паркер выпрыгнул в окно? Вернувшись к окну, я высунулась, прикурила сигарету и осознала самое странное в этой ситуации. Рядом с моим окном не было ни пожарной лестницы, ни козырька, куда бы мог приземлиться Питер. А какая мне, кстати, разница? Ушёл и ушёл. Он сделал свой выбор. Не самый приятный для меня, но всё же. Блять, нет. Вот эта забота и опека, это что, было просто так? От ничегонеделания? По приколу? Не понимаю. Решил, раз уж я нелюдимая, то, значит, ко мне легче будет подкатить? Как же противно. Получается, что он такой же, как все эти мерзкие парни в школе, которым в голову бьют гормоны и ничего больше. За одной сигаретой пошла вторая. Была суббота. В одиннадцать часов утра в Нью-Йорке не спали только любители бранчей и я. Ну и, возможно, Питер Паркер. Так, всё, забыли то, что было. Паркера больше нет. Только Паркер-одноклассник. И не более. Солнце слабо проблёскивало среди облаков и небоскребов. Свежий октябрьский ветер подметал улицы. Машины редко проезжали мимо окон. Добро пожаловать обратно, Эмджей, в царство одиночества и меланхолии. Вибрация телефона. Быстро отправляюсь на поиски, нахожу. На экране фотография Дэйзи. С момента, как я завязала, мы не виделись, но постоянно переписывались. Я очень подружилась с ней и с Майком за лето. Они поддержали то, что я решила завязать, но оба сказали, что будут не меньше рады, если я вновь пополню их ряды. Дэйзи звонила очень редко, только в двух случаях – либо что-то срочное, либо новости о крутых тусовках. – Алло, – отвечаю я. – Дорогая, привет! – хриплый голос Дэйзи на другом конце. Она не под кайфом. Как-то быстро я научилась определять, когда Дэйзи трезвая, а когда под веществами, при чем именно по голосу и манере разговора. – Как ты? – спрашиваю я и иду к холодильнику, достаю бутылку молока, а затем из шкафа – пачку хлопьев. – Всё супер! Звоню тебе по очень важному поводу! – она явно оживилась, – Сегодня в Бруклине жаркая вечеринка в клубе у друзей Майка. Я знаю, что ты не употребляешь, но можешь прийти, выпить чего-нибудь. Очень соскучилась по тебе! Я притихла. В принципе, что такого в том, что я пойду веселиться. Не сидеть же мне дома и съедать себя в одиночестве? А вдруг Паркер объявится? Нет, не объявится. А может? – Дэйз, я подумаю. Мне просто столько всего надо переделать по дому, как только закончу с делами - сразу набираю тебя, – выкрутилась, молодец, Эмджей. Только ради чего? – Ла-адно, буду ждать звонка! Целую! – и она положила трубку. Я решила подождать до вечера. Может быть, Паркер реально объявится? Что-то объяснит? Терпеть не могу состояние, когда ты ничего не знаешь и находишься в полном смятении. Весь день я провела дома. Убиралась, приготовила поесть, потискала кота, почитала. Часов в пять я включила телевизор, где показывали новости. Очередной репортаж о том, какой молодец Человек-паук. Остановил грабителей банка. Сегодня. Я выключила телевизор, ибо он за две минуты успел надоесть. Всё это время я ждала сообщения от Паркера. Или звонка. Хоть чего-нибудь. Не было ничего. Что и требовалось доказать. – Дэйзи! – говорю я в трубку, как только она её берет, – Говори адрес и время! В ответ слышу восторженный возглас и нужную информацию. – А что будет? – после небольшой паузы спрашиваю я, убавив восторг. – В смысле, ты про вещества? – Дэйзи тоже снизила тон. – Да, – говорю, а тем временем рука сжимается в кулак. – Мы с Майком планируем взять амфетамин. Майк берет у знакомого, говорит, высший сорт, где-то через час поедет забирать, – насторожено отвечает Дэйзи. Во что я снова ввязываюсь? – Я с вами, – отвечаю я и в ответ слышу приятное удивление. Прости меня, Питер Паркер. Или, всё-таки, пошёл к черту?

***

Arcade Fire — My Body Is A Cage

Я опаздывала. Дэйзи сказала мне быть к десяти. В такси я ехала, заканчивая подводить глаза. Взглянув на себя в зеркало заднего вида, я рассчиталась с таксистом и вышла из машины. Бруклин был залит огнями, в отличие от Куинза. Здесь жизнь текла куда быстрее. Как только я зашла в клуб, я сразу же захотела выйти. У меня было плохое предчувствие. Сомнение истерзали меня ещё во время сборов. Я никогда не пробовала амфетамин раньше. Но, он однозначно действует сильнее, чем кокаин. Эмджей, у тебя был тяжелый день. Возможно, я преувеличиваю, и всё будет о’кей. В любом случае, рядом Майк и Дэйзи. Они меня в обиду не дадут. Что бы подумал Питер, увидев меня здесь? Я прошла мимо столиков, к одному из самых дальних, где сидела моя любимая парочка. Дэйзи и Майк напоминали мне Курта Кобейна и Кортни Лав, а иногда Сида и Нэнси. Когда-то они реально сторчаться, но я ни разу не слышала, чтобы кто-то сказал о них что-то плохое. – Эмджей! – воскликнул при виде меня Майк и кинулся обнимать, – Отлично выглядишь! – Спасибо, Майк, – радушно ответила я, а затем сразу потянулась обнимать Дэйзи. – Ну, в общем, у нас все готово, – Дэйзи достала три не сильно наполненных шприца. Я вздохнула. – Вы пробовали это раньше? – спрашиваю я, но, понимаю, что это глупый вопрос. Эти двое перепробовали всё. – Конечно, – ответили они хором, но продолжил Майк, – Мы можем показать, как это делается, и чтобы ты убедилась, что всё будет в порядке. – Ну хорошо, – я опять вздыхаю. Дальше я напрягалась. Будет правильнее сказать, что я переживала. У меня бешено стучалось сердце, мне было не по себе. Казалось, что моя интуиция словно кричит мне, что что-то не так. Они вводят препарат внутривенно. Делают это синхронно и легко, словно это уже давно отработанный алгоритм. Откладывают шприцы и расплываются в улыбке. Я не вводила дозу. И не зря. Дальше все было, как в тумане. Гул музыки бил по ушам, освещение было отвратительным. У Дэйзи начались судороги. Каким-то непонятным способ она пыталась их подавить, но всё зря. Майк начал паниковать, и я тоже. Спустя минуты две её стошнило, я побежала искать воду в этом мракобесии. Взяв воды, я попросила бармена вызвать скорую, как можно скорее. Тогда запаниковали все. Подбежав к ребятам, я увидела, что Дэйзи в судорогах лежит на диване, а кожа её стало белой, белее, чем её высветленные волосы. Звуки были непонятными, я еле как разобрала слова Майка. – Беги отсюда, пока сюда не приехали копы! Я напишу тебе, когда мы приедем в больницу, – крикнул он сквозь музыку. Копы. За все те месяцы, что я знала Майка и Дэйзи, мы никогда не сталкивались с копами. Больница. Про своё здоровье мы вообще никогда не думали. Но теперь всё было наоборот. У Дэйзи передоз, Майка теперь могут посадить, а я бегу. Бегу со всех ног. Выбежав на улицу, ощутив прохладу ночи, я заплакала. Я плакала и продолжала бежать. Так я пробежала кварталов шесть и продолжала, хотя бежать уже было не от кого. В один момент дыхание стало сдавать, и я перешла на шаг. Я почти добралась до залива. Я прикурила сигарету и перешла на шаг. Слезы скатывались холодными каплями по лицу. Мне никогда не было так страшно. Не за себя, а за других. А нет, было. На декатлоне в девятом классе. Когда мы поехали в Вашингтон. Тогда всех спас Человек-паук. Но сейчас никакой герой не придёт на помощь. Какой супергерой захочет помогать наркоманам? Я дошла до залива, села на деревянную скамью. Вытерев слезы, я увидела звездное небо и затерявшийся в нем Нью-Йорк. И хоть здесь было тихо и спокойно, мне по-прежнему было страшно. Страшно за Дэйзи, страшно за Майка. Я проверила телефон. От Майка не было сообщений. От Паркера тоже. Ну и пошёл он. Решение глупое и детское, но плевать. Трясущимися руками, добавляю Паркера в чёрные списки. Не успеваю заблокировать телефон, как раздаётся звонок телефона. — Алло! – почти кричу в трубку я. – Мы в центральном госпитале, в реанимации. Тебе покажут, куда идти. Приезжай скорее, – это был Майк. Казалось, что он плачет. – Скоро буду, – я кладу трубку и теперь бегу в сторону дороги, ловлю машину и лечу в госпиталь. Больница встретила слишком ярким светом и бледными стенами. Женщина на стойке регистрации подсказала, что нужно сесть на лифт и подняться на четвёртый этаж. Я врываюсь в отделение реанимации и ищу глазами Майка. Боже, пожалуйста, пусть всё будет хорошо. Вижу Майка. Он видит меня. Быстро подхожу, и он тут же падает мне в объятия и начинает плакать в плечо моего пальто. Сердце уходит в пятки, а до ушей доносится всхлип: – Дэйзи больше нет.