Некромант...

      Константин Петрович Князев родился восьмого августа тысяча девятьсот пятьдесят второго года в России, в маленьком селении под названием Хреново в Кировской области. Ныне этой деревни уже нет, но на картах ещё значится, по другую сторону дороги от Коршика. Сейчас там просто большое и заросшее поле. В далёком прошлом это была маленькая деревенька в 13 домов с хозяйством и полями пшеницы. Там и жила семья Кости.       С малых лет мальчика боялись из-за того, что происходило рядом с ним. Трава становилась жухлой, птицы умирали ещё на подлёте, а звери покрупнее — заболевали и умирали чуть позднее. Люди боялись его и сторонились, а дети, которых было всего трое на всю деревню, дразнили его, насмехались, и, когда тот отходил глубже в лес, закидывали или привязывали к деревьям, надеясь, что беды исчезнут. Но, каким-то чудесным образом, парень всегда возвращался обратно домой, к своим родителям. Которые любили его, несмотря ни на что, хоть и тоже побаивались собственного чада.       Когда мальчику исполнилось семь — в деревню пришла старая женщина преклонного возраста. Она целенаправленно шла в дом Князевых. Старушка представилась как Анастасия Григорьевна Невская, учитель в школе для особых детей. Для таких, как Костик. Родители сразу обозлились, думая, что его считают умалишённым, ведь это было не так. Их сын был умнее и взрослее любого из детей и даже подростков, что жили в ближайших двадцати километрах от их деревни. Но Анастасия Григорьевна убедила их в обратном. Он был одарённым. Он был магом, ведьмаком. И его нужно было обучить. Она сказала, что в России есть школа-интернат, в которой обучают всем аспектам и наукам магии, чтобы мальчик был образован и случайно не навредил окружающим. Но школа оказалась полностью закрытой от внешнего мира. Всё было ради безопасности.       На решение было дано три дня и Анастасия Григорьевна вновь придёт, уже за ответом.       Все три дня длились споры родителей и, на вечер третьего дня, они спросили своего сына — хочет ли тот покинуть родной дом, чтобы его обучали. И мальчик ответил:

Хочу.

      Костя понимал, что долго не увидит родителей, но… Для его малого возраста он считал, что так — будет правильно. Он любил отца и мать, и станет скучать по ним. Однако он чувствовал, что, если поедет в эту школу — узнает много, намного больше, чем мог бы узнать тут, в Хреново.       Так Константин покинул родную деревню, уйдя вместе с Анастасией Григорьевной в новый, незнакомый, но такой интригующий мир.       И не прогадал.       Школа магии и волшебства Колдовстворец поражала своими размерами. Вся территория была скрыта от любопытствующих взоров. А располагалась школа глубоко в лесах, чуть восточнее реки Пеша и южнее от озера Хайминское. Летом, когда бывали особенно жаркие деньки, детей водили на это озеро, чтобы поплавать и развеяться от учёбы. Ведь в Колдовстворце учились даже в летнее время, хоть и меньше.       На следующий день после поступления всех первоклассников проводили в кабинет, где за учительским столом сидел мужчина преклонного возраста. Он подзывал к себе детей по одному и что-то спрашивал, а потом записывал у себя в простой тетрадке в клетку. Когда очередь дошла до Князева, то мальчик понял, что это за мужчина. Им оказался мастер-артефактов, который изготавливал артефакты-инструменты волшебникам, чтобы было легче колдовать. Инструмент мог оказаться чем угодно, палочкой, заколкой, кольцом, посохом… чем угодно. И спросил Костю, чего бы он хотел и какими свойствами обладал бы его инструмент. Костя попросил сделать кулон из самого прочного материала, а на форму ему было всё равно. И цепочку из того же материала, но такую, которую невозможно порвать, снять и увидеть. Чтобы никто и никогда не смог забрать у Кости его концентратор. Мастер был озадачен, но принял заказ.       Свой концентратор Костя получил только спустя месяц. Всё было изготовлено из самого крепкого сплава, который существует на земле — палладия. Как только Князев одел на себя цепочку с кулоном, то замочек на цепи тут же исчез. Кулон, что вначале выглядел как шарик, раскрылся при закреплении цепочки и стал выглядеть, как два раскрывшихся крыла. Это было очень красиво. Мальчик душевно поблагодарил мастера и тут же опробовал наколдовать первое заклинание, которому уже многие его одноклассники были обучены — Люмос. Маленький огонёк тут же загорелся на указательном пальце мальчика. Сам Костик, когда колдовал, почувствовал течение магии по руке, которое шло от кулона.

Мастер был доволен.

      Учиться было интересно. Все учителя рассказывали интересно, полностью влившись в свой предмет, каковых было немало. Тут были и простые науки, которые изучались простыми людьми — не магами. Такие как: русский язык, английский язык, математика, химия, физика, биология, и, как бы это не было странно, финансы. Остальными же предметами являлись: травоведение, зельеварение, преобразование, история магического развития, магия рун, магия чисел, магия слова, магия, магические животные, артефакторика, алхимия, некромантия, анимагия, вольтование, физические нагрузки и ментальная магия. Дисциплин было много. Так же были воскресные кружки: бытовая магия, геомантия, магия крови, музыкальная магия, боевая магия и метеомагия. Обучение делилось на четыре этапа: — Первый этап: поступившие студенты посещают все предметы и кружки, изучая вводную информацию, выполняя задания, которые задали, чтобы в будущем решить — в каких направлениях будут учиться углублённо в течении первого года обучения. — Второй этап: последующие три года изучаются минимум 12 предметов, в том числе и немагических, которые студенты выбирают по своему желанию. — Третий этап: следующие четыре года ученики выбирают те же, или другие предметы. Минимум 18 предметов. Также они должны поступить в один, или больше, кружок и обучаться и там тоже. После — они могут покинуть школу и начать зарабатывать и жить. — Четвёртый этап: — ученичество с наставниками для получения мастерства. На это отводится три последних года обучения. Можно выбрать любое количество наук, но только магических, в которых студент намеревается получить в гильдии метку «мастера».       По окончанию третьего этапа студенты получают два образования: магическое и не магическое. По окончанию четвёртого — ещё и метку мастерства.       Система обучения оказалась удобной для всех слоёв общества магического Союза Советских Социалистических Республик. В школу поступали все на одинаковых условиях. Чистокровные, полукровки, рождённые в простых семьях, буржуа и бедняки — все в одной лодке. Около 40% учащихся оставались на последние три года обучения, желая получить хоть одно мастерство. Некоторые осиливали, и две, и три науки. Остальные же желали поскорее вернуться к своим родным, а кто-то просто хотел уйти, устав от запертой, от всего мира, жизни.       Костя оказался парнем немного глуповатым, но очень старательным. Ему, по сути, давала школа огромное количество информации и, что самое главное, возможностей. И мальчик это понимал. С другими ребятами, своего года, старше или младше, парень общался охотно. У каждого были свои бубенцы в голове. Парень хотел быть лучшим, что получалось не всегда и, в очень редкие моменты, были и плохие оценки, которые огорчали хуже, чем уход из родного дома. Но Костик не отчаивался и продолжал учиться, пытаться понять тот или иной материал самостоятельно и в итоге всегда находил решение и отстаивал правильную оценку своих знаний. За это учителя его очень уважали и иногда, когда Князев не шалил с другими ребятами, любили.       Его одногодок прибыло не так много, как в прошлые годы — всего 48 ребят, вместе с Князевым. А на четвёртый этап осталось всего 9 человек. Зато учителя могли уделять им большое количество времени, чем и пользовался юноша. Мастерство он решил получать по трём наукам — артефакторика, некромантия и алхимия.       Артефакторика включала в себя обязанность знать другие науки, без которых невозможно создавать артефакты — руны, зелья, магия слова и преобразование.       Алхимия — зелья, преобразования и магия крови.       Некромантия же включала в себя не только магические науки, такие как — магия крови, вольтование и големлика. Но и другие знания. Латынь учила говорить, писать и читать. Экзорцизм учил призывать или отзывать души умерших. А также проделывать все необходимые ритуалы. Ритуалистики, как науки, в школе не было. Зато был создан кружок, на который ходили далеко не все, и даже не многие. Единицы, если не всего один.       Цель юноша себе поставил очень тяжёлую. Но учителя всегда помогали ему, делились теми знаниями, что были нужны и полезны. Так подходило время, когда нужно было ехать в гильдии и представлять свои работы.       Первой наукой Костя представлял — Алхимию, создав состав, который преобразовывал человека в зверя. — Но ведь такое зелье существует. Его называют «Оборотным зельем», юноша. — усмехнулся над Князевым один из магистров, что принимал у парня экзамен. Сам же Костя, оскаливаясь в злорадной и издевательской ухмылке, заставил половину присутствующих вздрогнуть. Оскал походил на звериный. — А кто сказал про Оборотное? Оборотное зелье может превратить только в того, чей генетический материал добавишь. Я же прошёл много дальше, господа критики и экзаменаторы. — немного наклонил юноша голову на бок, теперь смотря исподлобья, — Мой алхимический состав преобразовывает тело человека под любой образ. Нужно его лишь представить. Не магический, магический зверь. Или, даже, новопридуманный. Внешность любого существующего человека, либо, новая внешность. Действие моего состава составляет два часа времени, если судить по моему количеству магии. У кого магической энергии меньше — соответственно и время уменьшается. Однако масса мага и его преобразование, останутся одинаковые. В слона вы, может, и превратитесь. Да только в маленького. — усмехнулся от собственной шутки Константин.       Демонстрация удалась на славу. Тот самый магистр, что задал ему вопрос про Оборотное зелье, и выпил состав, сделав себя в образе уменьшенной копии жирафа. Однако…       Магистры были в неведении, что им решить. Работа была представлена не по уровню мастера, а выше. Преобразование животных — очень тонкая и сложная работа. А тут какой-то малец создал такое! Судьи удалились, чтобы обратиться за помощью к архимагу. И уже он поставил юноше, после повторной демонстрации, метку магистра. — О-ху-еть… — на выдохе сказал парень, когда понял, что его прозвали не мастером, а магистром. Тем и были хороши метки — они отличались друг от друга. Архимаг же, на его удивление, лишь рассмеялся и дал своё напутствие. — Прославь знамя Алхимиков, Князев. Уверен, что мы о тебе ещё услышим, юноша.       Далее Константин поехал в гильдию Артефакторов. Там он представил пару обуви, под шагами которой исчезали все звуки. Даже раскидал несколько сухих веток, во время демонстрации и прошёлся по ним. Ветки ломались, но не произвели ни звука. Так он получил метку мастера-артефактора.       А вот чтобы стать мастером-некромантом, нужно было поднять 30 зомби, каждого из которых нужно контролировать одновременно. Юноше было предоставлено необходимое количество трупов. Некоторые были ещё свежие, не разложившиеся. Некоторые наполовину высушенные. Остальные же оставались скелетами. С большим трудом, но Косте удалось контролировать каждого. Даже смог заставить показать мастерство акробатики. Так Костик получил метку мастера-некроманта.       Когда все формальности были улажены, последний день в школе отмечен и получены все аттестаты — Князев Константин Петрович покинул школу. За получение меток в гильдиях ему выдались премии, которые давали ему возможность доехать до дома и начать своё дело жизни. Однако, увиденное его ужаснуло.

На месте его старого дома был пустырь. Не осталось даже разрушенных домов. Совершенно пустая земля, покрытая жухлой травой.

Что же тут случилось?       Дойдя обратно до Большого Коршика, юноша узнал, что деревня сгорела. Мальчишки подожгли сено для лошадей, а оно перекинулось на дома. В том пожаре сгорело всё. Умерло 3 лошади в стойлах, несколько коз и свиней, а также его родители и ещё три старика, что не смогли выбраться из домов. — Огонь было видать из-за деревьев. Ужасно было. Мы проснулись среди ночи, услыхав далеко женский вопль. — старушка, что приютила у себя Костика, рассказывала о той ночи. От воспоминаний её передёрнуло, — Случилось это 9 лет назад. Я сына тогда послала, чтобы он помог тушить, но сам понимаешь. Когда горят уже все дома — нельзя позволить огню перекинуться на лес. Тогда все бы полегли. — горько усмехнулась старушка и посмотрела мужчине в глаза, — А ведь я помню твоего папку. Он с моим сыном в молодости часто кутил с девками с Коршика. Там и с мамкой твоей встретился. Вот ведь пара красивая была. — горестно стала вздыхать старушка, — Но главное, что тебя оставили. Долг свой родительский выполнили. Ты ж вон какой стал! — взмахнула руками бабушка, — Высокий, статный, красивый. А теперь ещё и образованный. В будущее тебе надо идти. Нельзя тебе тут прозябать, как нам всем. — покачала головой женщина. — Спасибо вам, что рассказали. И за приют спасибо. — с грустью во взгляде улыбнулся Костя, — Я завтра уйду, не стану насаждать. Пожалуй, и вправду уеду отсюда. Далеко-далеко. — мечтательно вздохнул Князев.       В тот вечер старушка напоила, накормила парня и уложила спать. Сын-то у неё уехал в город после той ночи, не смог пережить ужасной смерти давнего друга. Так что старушка совсем одна осталась.       На следующее утро, распрощавшись с хозяйкой дома, парень ушёл к дороге. Когда никто его не видел, тот перенёсся по знакомым координатам в город. В местном отделении магической СССР, парень приобрёл разрешение на выезд из страны и артефакт-портал.       Так молодой мастер-магистр покинул границы родины, решив пожить какое-то время в Англии. В стране, о которой очень часто лестно отзывалась его учительница в школе. Та самая, что привела его в мир магии и волшебства — Анастасия Григорьевна Невская. Её мать была родом из Англии, но сбежала с её отцом в, тогда ещё, Русь-матушку. Её матерью являлась дочь Финеаса Найджелуса Блэка и Эллы Макс — Элладора Блэк. Элладора сбежала с отцом Анастасии Григорьевны в возрасте тридцати восьми лет. Перед самым побегом с будущим мужем она привнесла традицию в дом Блэков — обезглавливать домовых эльфов, когда они становились слишком стары, чтобы носить чайные подносы. Анастасии Григорьевне тоже передалась эта традиция, в дань уважения и памяти перед мамой.