Возвращение в Империю

      Фест-Айш и Эолин поднялись на стену, сплошь утыканную стрелами кочевников. Там они быстро нашли двоих здоровых арийвов, которые находились на левой её оконечности. - Ну что? – как можно спокойней и непринуждённей спросил Фест-Айш у своих соплеменников. - Караданские собаки отошли и что-то затевают, - отозвался варвар с синяком под глазом, которого звали Кен-Карит. – Если учесть, что Воин Серой Мглы не вернулся, то они его захватили. - И что, интересно, они с ним будут делать? – усмехнулся тот, что был с перевязанной рукой по имени Арак-Дун. - Наверное, помучат малость, а потом убьют, - отозвался Кен-Карит. - Значит, его мучения будут длиться вечно, - пробубнил себе под нос Фест-Айш и вслух добавил. – Просто так он им не дастся, если, конечно, не перейдёт на их сторону. Но я не верю в это, к тому же, здесь его женщина. - Что же там происходит? – спрашивала себя Эолин, вглядываясь в верхушки холмов, заполненные воинами клана Карадан. – Фест-Айш, у меня какое-то нехорошее предчувствие. Йегресу грозит опасность. - Нам всем грозит опасность, - заметил Арак-Дун. – Нам остаётся уповать на милость богов. Клянусь, я принесу большую жертву богам, если выберусь отсюда живым.       В это время в деревню пришло первое подкрепление в составе стапятидесяти кариров, вооружённых эльфийскими арбалетами. - Жизнь начинает налаживаться, - усмехнулся Кен-Карит. - Угу, - отозвался Арак-Дун, не поворачивая головы.       Эолин села и прислонилась спиной к деревянному столбу. Ей хотелось сейчас спешить на выручку Йегресу, который сейчас находился в плену, с другой стороны её держал страх умереть. Теперь её душа металась, выбирая жизнь или смерть.       Фест-Айш присел рядом, его рана на ноге ныла и горела. Он уже пожалел, что погорячился и выскочил на стену деревни. «А, ладно, пройдет», - думал он легонько потирая ногу. – «На мне ещё не то зарастало».       Прошёл час томительного ожидания, солнце пошло к горизонту, но до темноты было ещё долго. Ночью деревне не выстоять против нескольких тысяч кочевников, победитель должен будет определиться к концу дня и шансы явно не в пользу кариров.       Через час лавина кочевников ринулась к стенам деревни. - К оружию!! – вновь заорал Цырак.       Арбалетчики приготовились дать смертоносный залп по кочевникам, им готовы были помочь лучники. Остальные воины с оружием ближнего боя ждали рядом, прикрываясь еле живыми после обстрела щитами.       Караданцам оставалось до стен около ста метров, когда сквозь их рёв продрался треск молнии. Эолин увидела над одним из холмов голубую вспышку, а потом ей показалось, что воздух загудел от воплей боли демонического создания. У девушки замерло сердце: «Неужели Йегреса теперь не вернуть?» Лавина варваров накатила на деревянные стены деревни, поливая обороняющихся стрелами. Лучники и арбалетчики кариров старались как могли, но их усилия были тщетны.       Стена развалилась под натиском тысяч кочевников, завязалась бойня, в которой обороняющимся было уже нечего терять. В бой тут же вошли ещё два отряда из соседних деревень. Эолин увидела ещё одну вспышку над холмом, а потом стало не до вспышек. Караданцы, изрыгая ругательства, махали своими саблями, не щадя ни своих, ни чужих. Фест-Айша девушка потеряла из виду, как и Арак-Дуна. А вот Кен-Карит стоял к ней спиной, защищая её же спину.       Меч выскальзывал из залитых кровью рук, щит был разбит вдребезги ещё в начале битвы. Рядом валялись тела кариров и караданцев, а потом к ним присоединился и Кен-Карит, сражённый стрелой.       Эолин выбилась из сил, удар по затылку заставил её упасть на тела погибших. Она перевернулась на спину и увидела троих караданцев над собой. Один из них занёс палаш для удара. Что дальше произошло для ристанийки было словно в кошмарном сне. Меч варвара стал опускаться на её голову, девушка попыталась крикнуть, но крик застрял в горле. Ей показалось, что рядом мелькнуло серое облако. Эолин моргнула, облачка как не бывало, над ней стояли всё те же три варвара, но что-то в них было странным. Внезапно голова одного из них распалась на две половинки, потом эти половинки отделились от шеи, и так тело развалилось на кусочки. Через мгновение рухнул, тоже развалившись на части, ещё один варвар, а тот, кто занёс над Эолин меч так и остался стоять на своём месте. Меч его замер в нескольких сантиметрах от головы девушки. Она попыталась отвести клинок от головы, он вдруг затрещал и отвалился вместе с рукой варвара. Только тут ристанийка увидела и почувствовала ледяной холод. «О, боги! Так ведь он заморожен!» - мелькнуло в голове. В это время одна из стрел попала в эту огромную ледышку, варвар рассыпался на маленькие ледяные кусочки. Эолин не могла прийти в себя, так ей вдруг сделалось страшно.       А бой тем временем вокруг кипел, число мёртвых росло с каждой секундой. Только вокруг Эолин почему-то никого не было, только изредка появлялась серая тень, каравшая приближающихся к ней и новь удалялась в сутолоку боя. Там, где она появлялась враги теряли головы, руки, ноги, а также лишались сразу целой жизни. Замороженных, правда, больше не попадалось.       Эолин, наконец, пришла в себя и хотела вступить в битву, но тут вновь появилась серая тень. - Я тебе не позволял выходить на битву, - сказало облако, превратившись в имперца. - У меня не было выбора, - ответила Эолин и хотела обнять Йегреса.        Но тот вместо этого опять стал тенью и проскользил мимо ристанийки. Когда девушка обернулась, позади неё снова стоял Йегрес, а рядом с ним нижняя половина караданца. Верхняя половина варвара ещё дёргалась в судорогах на земле. - Потом наобнимаемся, - улыбнулся имперец и подхватил одной рукой Эолин.        Эолин показалось, что мир расплылся, потом вдруг она очутилась в комнате, где всё ещё лежали раненые варвары. - Как мы здесь очутились? – недоумённо спросила девушка. - Заклинание «ускорение», - немного хвастливо ответил имперец и обычным бегом выскочил прочь.        Ристанийка побежала за ним, но напоролась на прозрачную преграду. «Он замуровал меня здесь!» - обиделась она на имперца. – «Он меня ни во что не ставит! Я могу постоять за себя!» Эолин со злости пнула невидимый барьер, а потом подошла и села возле Дайру-Лан.        А наверху происходило следующее: караданцы ворвались в деревню и стали крушить всё подряд, кариры остервенело рубили кочевников на мелкие кусочки. Фест-Айша зажали в углу, но он отбивался что есть мочи, а затем наступило время караданцев думать как бы остаться в живых. На них с тыла набросились подошедшие силы арийвов и нескольких других кланов. Теперь у караданцев был один путь – в долину Смерти – Эрдаган, а туда ни один варвар ни за какие коврижки ногой не ступит.       Из горных деревень подтягивались всё новые и новые подкрепления кариров, а арийвы крушили опешивших караданцев налево и направо.       К восходу солнца всё было кончено. Груды трупов, море крови, земля утыканная стрелами, тошнотворный запах крови – всё, что напоминало о битве. Горстка человек в двести караданцев сдалась на милость победителя, кариры тут же заставили их восстанавливать деревню и хоронить своих павших соплеменников. Кариры кариров хоронили сами.       Йегрес шёл по лужам крови, выискивая Фест-Айша и вытирая тряпкой лезвие меча, вдоволь напившегося крови. Сапоги чавкали в грязно-красных лужах, эта жижа теперь была везде, куда не посмотри. Около поваленной стены имперец обнаружил варвара, тот, прихрамывая, шёл к центральной «площади» деревни. Фест-Айш был весь в грязи, избитый и израненный. Имперец помог ему добраться до комнаты, где лежали его раненые соплеменники. Теперь арийвов всё-таки осталось семеро: Арак-Дун и Кен-Карит пали во время битвы.       Когда, наконец, Йегрес смог вырваться из объятий Эолин, он вновь пошёл наверх: Фест-Айшу требовался лекарь, причём очень хороший.        В центре деревни возле поваленного шеста, где раньше развевалось знамя, стояли Цырак со своими вельможами и варвары из клана Арийв. Остальные кочевники разбили лагерь на месте стоянки караданцев. Арийвы и кариры не понимали языка друг друга, поэтому сейчас между Цыраком и арийвом происходил совершенно пустой разговор. - Благодарим за помощь, варвар, - Йегрес почтительно склонил голову. - Скажи, незнакомец, ты не видел сына вождя арийвов? – ответил варвар. – Его зовут Фест-Айш из рода Укаиров. - По-моему, он сейчас лежит вон в том жилище, - Йегрес указал на дом, из которого только что вышел. – Ему нужен лекарь. Там почти всем нужен лекарь, в доме семь раненых арийвов. - Да? Что же ты раньше молчал!? – воскликнул варвар и со всех ног побежал в указанном имперцем направлении. - Может, объяснишь, чего этот человек хотел? – спросил Цырак. - Он искал своих соплеменников, - ответил имперец. – Я указал ему дорогу. Вот теперь, я думаю, - произнёс он, - всё кончено. Теперь остаётся только вернуться домой. - Ох, и неспокойная у тебя жизнь, - покачал головой Цырак. – Зато будет, что детишкам рассказать. - Ага, - Йегрес кисло улыбнулся и снял шлем, подставляя голову первым лучам солнца. – Вот он рассвет нового дня и конца этой битвы… хотя бы на некоторое время. - Будем надеяться, - хмыкнул Цырак. – Что мне делать с пленными? Я не хочу обострять отношения с кочевниками. - Как только они завершат хоронить павших и отстраивать деревню – отпусти их, - невозмутимо ответил Йегрес. - Я сомневаюсь в их честности, - задумчиво произнёс Цырак. - Я тоже, - кивнул имперец. – Но есть и другой выход, - с этими словами чужеземец обнажил меч. Клинок замерцал тусклым зелёным светом. - Нет, я не хочу больше крови, - отрицательно покачал головой вождь кариров. – Земля и так уже напилась крови. - Это верно, - согласился Йегрес, убрав меч обратно в ножны. – Стало быть: подождём – увидим.