Прошу, мне не нужна твоя помощь.

Вскоре приехала полиция. Они арестовали друзей садистов. Пострадавших отвезли в больницу. Тяжелораненых, именно Феликса и Чонина, положили вместе. Остальных заселять в палаты не нужно было. Им только продезинфицировать раны. А ребро срастется, туда гипс не положишь. В палату к ребятам не разрешили заходить. Чонин был под капельницей, а Феликс уснул. Поэтому они ждали в коридоре. В больницу парни приехали поздно. На улице темно, а все тело болит, поэтому они снова остались ночевать в больнице. Эх, как эти девять ребят, однако, любят больницы. Постоянные гости уже... Ночью Чонин проснулся. Его голова раскалывалась на части. Тело безумно болело и ныло. На руках были видны следы от веревки, от ножа и миллион синяков. Перед его глазами всплыли воспоминания. Он видел Бан Чана, который защищал его, которого били по ребрам, но он не сдавался. Из-за этого по его лбу и вискам пошёл пот. В горле пересохло. Ноги стали ватными. Снова паника. Он вышел в коридор. На лавочках спали хёны. Они облокотились друг друга. У каждого что-то да было перевязано. Чонин посмотрел на Чана. Его рука была перевязана, а повязка была уже вся в крови. Поверх футболки был одет корсет, чтобы ребро быстрее срасталось. Паника усилилась. В глазах темнело. "Это всё из-за меня. Я виноват". Он повторял это себе и поднимался вверх по лестнице. На крышу. Бан Чан всю ночь не спал. Он видел, как вышел младший. Видел, как он смотрел на них. Видел слезы, которые катились по его щекам. И потом он резко убежал. Бан Чан не стал дальше сидеть и пошел за младшим. Когда он поднимался всё выше и выше. Парень начинал понимать, что младший бежит на крышу, и явно с плохими намерениями. Чонин подбежал к бортику. Только собирался поставить ногу, как его перебили. – Не делай этого, Ян Чонин, - голос Бана был спокойный и ровный. – Это всё из-за меня. – Но мы хотели тебе помочь. Мы не сожалеем о своём выборе, - Бан стоял на одном месте и смотрел на младшего. – Я думал, что моя жизнь наладится. Я думал, он отпустит меня. Я думал, я изменился. Я перестал вести дневник. Я перестал думать о желании умереть. Но сегодняшний день мне напомнил о нём... - голос парня становился всё тише и тише. – Теперь ты не так уверен в своих поступках. Ты ведь хочешь жить, разве нет? - сейчас Бан Чан начал подходить ближе к младшему. – Нет. Если не будет меня, у вас не будет проблем. – Марк в тюрьме. Проблемы больше нет. – Нет, я не могу вас видеть, зная, что вы страдали из-за меня. – Это не так, мы не страдали. Мы рады помогать тебе, - такое спокойствие Бан Чана немного напрягало. На какой-то момент они оба замолчали. – Чонин, ты нужен мне. Я буду всегда рядом с тобой. Поверь мне. Я не могу без тебя... Чонина пошатнуло. Эти слова были сказаны так искренне. Он впервые слышал такие теплые слова в свой адрес. – Не делай этого. Дай мне руку. Чонин начал плакать. Он не мог больше терпеть. Бан Чан взял его за руку и обнял. Он обнял его не крепко, так как его тело было таким худым и слабым, что казалось, если сделать хватку чуть сильнее - он рассыпится на крошечные кусочки. – Ты нужен мне, Ян Чонин. Чонин пытался бить маленькими кулачками старшего по груди. Пытался перестать плакать, но не мог. Объятия старшего были настолько теплые и родные, даже не хотелось из них выходить. – Успокойся, всё хорошо. Я буду рядом. Бан Чан взял лицо Чонина в руки и большими пальцами вытер слёзы. Он приблизился к его лицу. Они дотронулись лбами. Старший потерся своим лбом об чужой лобик, улыбаясь и жмуря нос до морщинок. Чонин улыбнулся на эти действия старшего. Бан Чан отстранился. Он посмотрел на всё также желанные губы, посмотрел в глаза младшего, которых почти не было видно из-за слёз. Он посмотрел, будто спрашивает разрешения. Но не успел, младший сам кратко поцеловал его в губы. Он поцеловал быстро и неуверенно. Позже отстранился и начал смотреть в пол. Бан Чан улыбнулся. Взял в ладошку щеку младшего, другой рукой взял его за руку и поцеловал. Это был первый искренний поцелуй Ян Чонина. Старший явно имел в этом опыт. Он просунул свой язычок. Сминал пухленькие губки. Все действия старался делать аккуратно, чтобы не причинить боль. Они не долго ещё посидели на крыше, держась за руки. Бан Чан переплетал свои пальцы с пальцами Чонина. Он целовал его в макушку и обнимал. Сегодня Чонин решил жить...

***

– Ян Чонин, вы знаете причины таких поступков Диаз Марка? Когда парню дали успокоительное и обработали раны, к нему пришел следователь. – В начале наших отношений он рассказывал, что был нежеланным ребенком в семье. Спустя несколько лет после его рождение его мама ушла. Он остался только с отцом. Марк говорил, что он запирал его в кладовке, морил голодом и за каждую провинность избивал. Я думаю, это сильно сказалось на его психике. Возможно, он таким образом хотел отомстить? – Значит, вы хотите сказать, что поступки Марка связаны с его прошлым? – Я лишь предполагаю...