reach the truth

      Некоторые поступки отнимают что-то, а некоторые, наоборот, что-то дают. Ты получаешь определенный опыт, делаешь выводы опираясь на свои чувства и внутренние ощущения. Что-то делаешь впервые, что-то ты делал уже много-много раз, а что-то не сделаешь никогда. Но все же, в конечном итоге, за любое совершенное действие будешь отвечать именно ты. Перед самим собой. Сделал добро — вернется добро, совершил зло — получил зло. Но что если бывают моменты, сбои в системе, и, вместо добро для добра, получается зло — для добра?       Выступление перед незнакомым для Хан обществом было лишь первым испытанием. На пути к достижению своей цели еще стояли принятие своего искусства и проявление любви к нему. Нет, ХеЧжу любит музыку и все, что к ней относится, всем сердцем любит, но к своему творчеству любовь проявляется меньше, потому что ей кажется, что работы, ее песни, все написанные слова, все недостаточно хорошо. Даже многолетний опыт написания песен не принес ей той самой любви к ее занятию. Она пишет стихи и песни со средней школы, должна быть более уверенной в своих способностях, но что-то все-таки мешает, стоит преградой на пути. Как решить эту проблему? Как устранить преграду, что мешает идти дальше и покорять бóльшие высоты? Как справиться с неуверенностью? Сколько вопросов… Хан пообещала себе, что найдет неисправность и приложит все усилия для ее устранения. Верно же? Она все сможет?       По окончанию небольшого концерта все стали выходить в коридор и громко обсуждать то, что обсуждали ранее. Холл возле актового зала вновь наполнился галдежом. Хан смешалась с толпой и направилась к выходу. В таком столпотворении она чувствовала себя некомфортно. Каждое невольное прикосновение другого человека вызывало у нее паническую атаку. Сердце замирало, а воздух, что скопился в легких, будто никак не мог найти выход наружу. Каждое прикосновение ожогом оставалось на коже, болезненным отпечатком на теле. Люди, сами того не зная, причиняли боль другому.       Прошлые сложившиеся ситуации и происшествия, что пережила Хан, нанесли огромную травму, тайком протиснулись в подсознание и оставили глубокий след. Раны, что появились в прошлом, каждый раз напоминали о себе, когда девушка сталкивалась с чем-нибудь похожим.       Прикосновение незнакомцев, специальное или случайное, может привести некоторых людей к дискомфорту или страху.       В больнице, когда Хан лежала после избиения, стала испытывать страх каждый раз когда ее касались врачи, медсестры или же случайные прохожие, с которыми она сталкивалась в коридоре. Прикосновения и объятия бабушки ХеЧжу могла перетерпеть, потому что доверяла… потому что знала, что близкий человек не навредит ей. Но остальные люди не вызывали доверия, лишь порождали такие чувства как: анальгерию, боязнь, панику и тревогу.       Обращение к психологу дало девушке доказательство того, что у нее психическое расстройство, связанное с боязнью к прикосновениям. Гаптофобия* с осложнениями.       Лечение, попытки притупить и обезвредить этот страх не увенчались успехом. Все, абсолютно все, что пытался предпринять психолог — не работало, только приносило еще больший вред девушке. Спустя некоторое время они оставили все попытки избавиться от фобии. Хан прописали таблетки на крайний случай и поставили диагноз ПТСР* на фоне предыдущего травматического опыта прикосновения, такого как преодоление нападения, то есть избиения. Неутешительный диагноз, верно?       Антидепрессанты всегда находились в сумке, всегда рядом. Девушка принимала их всего несколько раз, когда сталкивалась с ситуациями, где была в окружении огромного количества людей. Почти два года ХеЧжу провела в стенах дома, выходя лишь на задний дворик бабушкиного дома. Она закрылась в себе, перестала общаться с подругой, отключилась от мира и впала в депрессию. До этого жизнерадостная, весёлая и общительная девчонка, стала грустным, замкнутым и пугливым ребёнком.       Что же сейчас? Она отправилась в незнакомый и огромный для нее город, без семьи и большого количества знакомых. Ей придется заново учиться жить в обществе, контактировать с людьми, справляться в одиночку со своей болезнью, которая вызвала целый ряд фобий, что запрещают, ограничивают возможности. Отбирают все радости жизни, любимые занятия, чувство полноценности и защищенности. Страхи вгоняют в тоску, заставляют постоянно проверять окружающую среду и людей.       Прилипчивые, навязчивые мысли о том, что все вокруг может принести вред, нанести более глубокие раны на сердце и выбить из жизни — преследуют ее повсюду. Из-за постоянного опасения, девушка находится в состоянии меланхолии каждую минуту своей жизни, вместо того, чтобы радоваться и быть счастливой.       Дыхательные упражнения, которым ее научил психолог, успокаивали сердце, что бешено колотилось в груди, а объятие самой себя давало некую защиту.       «Пока ты есть у себя — ты под защитой. Главное не теряй себя» — проговаривала в голове девушка, отгоняя нарастающую тревогу и панику. Как только она подошла к выходу, чья-то теплая рука обхватила запястье и заставила остановиться. Тревога и чувство беззащитности с головой поглотили ХеЧжу. В грудной клетке громыхало сердце, колкий ком страха поднялся к горлу и встал поперек, не позволяя воздуху выйти наружу. Девушка продолжала стоять спиной к остановившему ее человеку. Жилистая рука нежно дернула Хан в сторону противоположную выходу. Напуганная ХеЧжу наконец увидела владельца руки, что заставил ее остановиться, а заодно и ее сердце. Чимин…       Узнав молодого человека, девушка выдохнула, хоть и чувствовала дискомфорт, ведь он все еще держит ее за запястье. Она медленно опустила взгляд с лица на руку парня и тот, проследив за глазами смотрящей, опомнился и отпустил девичью руку. Тепло его ладони все еще чувствовалось на коже.       — Я хотел сказать, что ты очень талантлива и твоя песня потрясающая, — галдящие люди продолжали выходить из зала, поэтому Хан ничего не услышала.       — Что? — она прищурилась и повернулась ухом к Чимину. Мгновение и кожу шеи обдало горячим дыханием юноши.       — Говорю, ты хорошо постаралась, агасси*, — склонившись над ухом девушки, проговорил Пак. Хан широко раскрыв глаза отодвинула голову в сторону. Слишком близко. Она чувствовала как щеки наливаются краской, но постаралась не нагонять панику и не вгонять себя еще в большую яму.       — Ч-что? — запнулась, но поразмыслив немного — продолжила. — Ах… Точно. Спасибо, — кратко поклонившись, она вышла из зала. Можно выдохнуть. Все идет хорошо ХеЧжу, все хорошо… хорошо…       Чимин в удивлении сложил губы трубочкой и вздернул брови вверх. Он что-то не то сказал? Чего она такая неразговорчивая и зашуганная? Расслабив плечи и томно выдохнув, он стал мотать головой в поисках друга, которого не видел все каникулы. Наконец под его взор попала темная макушка, сидящая в том же кресле, на котором сидела все выступление. Парень копался в телефоне и даже не заметил как Чимин ушел.       — Эй, задрот, — окликнул Пак друга. Тот поднял свои карие очи и уставился на блондина. — Мои родители устраивают празднование сегодня в загородном доме, придешь?       — Спрашиваешь? Я за, — широко улыбнувшись пролепетал Тэхен. Сегодня можно расслабиться, а завтра снова в бой. Он хлопнул ладошками по подлокотникам и поднялся с насиженного места. — Ах, да… Ты знаком с этой первокурсницей? Вроде первый день в универе.       — Она внучка одной знакомой моих родителей, — потирая нижнюю губу промолвил блондин. — Я мало знаком с ней. Все что успел узнать — это ее имя, и то, после того как ее представила моя мама. Странно очень. Зачем спрашиваешь?       — Просто ты видел бы какое у тебя лицо было, когда она поклонилась и ушла, — Тэхен хохотнул в кулак. — Прости, это реально смешно.       — Вот же ж… Как ты мог видеть мое лицо, если уставился в свою драгоценную игрушечку? — деловито повышая тон, проворчал Чимин.       — Это запрещенная тактика бокового зрения, а за драгоценную игрушечку ты отхватишь, — по-доброму проговорил темноволосый и подошел к надувшемуся Паку. — Пойдем, не то опоздаем.       — Как твое лицо еще не треснуло от такой харизмы и актерского мастерства? — Мин хлопнул друга по плечу.       — Ты хочешь, чтобы я напомнил тебе о звонке, который ты не совершил ни разу за всю неделю нахождения на родине? — демонстративно подняв телефон, пробурчал Ким.       — Ладно — ладно, один: один, — смеясь, парни покинули актовый зал, направляясь в следующий кабинет.

***

      — Ч-что это было? Почему ко мне постоянно нужно прикасаться? Языка нет? Разговаривать не умеем? — бормотала себе под нос ХеЧжу, пока искала нужный кабинет. Хоть Чимин и выглядел как человек, которому можно доверять, но выработанная привычка заставляла опасаться. Справиться со страхом, казалось, невыполнимой задачей. Постоянно сталкиваться лбом ко лбу с боязнью — есть лучшая профилактика. Правда чувства, что при этом испытываешь пугают еще сильнее. Как же справиться? Как?       Хан продолжала движение по длинному коридору вперед, скользя глазами по табличкам с указанием кабинета. Нервно покусывая нижнюю губу она почти завернула за угол.       — Эй, эй, подожди, — позади раздался высокий девичий голос. Хан остановилась и обернулась. — Ты из группы двести пятьдесят один? Прости, я просто тут ничего не знаю и помощь в поиске, да и новые знакомства пригодились бы, — протараторила миловидная девушка с большими глазами.       Русые волосы чуть ниже плеч, были аккуратно уложенны назад. Редкая челка спадала на лоб, чуть прикрывая собой большие выразительные глаза. На кончике небольшого носика красовалась маленькая родинка. Девушка была одета дорого, элегантно, в юбке карандаш и бежевой блузке со свободными рукавами. Легкий макияж добавлял привлекательности, а ее кожа казалась бархатной, совсем мягкой, с персиковым оттенком.       — Д-да, группа двести пятьдесят один, — промолвила Хан.       Небольшие губы незнакомки растянулись в лучезарной улыбке, а худенькая рука с маникюром потянулась вперед за приветствием. Хан бросила взгляд на ладонь и замешкалась. Чуть поразмыслив она протянула свою, дрожащую, холодную навстречу и коснулась руки напротив.       — Я Ким Дахён, приятно познакомиться, — девушка еще шире улыбнулась, пожимая ладонь.       — ХеЧжу, — кратко поклонившись, сказала Хан и улыбнулась одним уголком губ. «Так, первый шаг сделан, все хорошо ХеЧжу, все хорошо… Новые знакомства — это нормально.»       — О, это же ты выступала? Твоя песня хороша, — Ким поправила свои волосы и взяла лямку сумки в руку. — Ты из Сеула?       — Нет, приехала сюда из Пусана. А ты? — Хан осмелела и начала задавать встречные вопросы, чтобы продолжать разговор.       — Я родилась и выросла в Сеуле. Я столичная девчонка, — смело заявила Дахён и засмеялась. Она перевела свой взгляд на запястье, где красовались дорогие часы и удивленно округлила глаза. — Нам бы поторопиться, а то все на свете пропустим, — снова широкая улыбка. Хан кивнула и робко улыбнулась в ответ.       Девушки нашли нужный кабинет сразу же, после того как завернули за угол. На паре они сели вместе и время от времени что-то обсуждали. Дахён оказалась приятной и общительной, она не вызывала у Хан чувств страха или опасения, наоборот, заинтересованность и спокойствие. Новая знакомая много улыбалась и рассказывала о себе, о своих увлечениях, о музыке. Она, оказалось, начитанная и умная девушка, что хочет посвятить свою жизнь искусству.       Под конец учебного дня девушки достаточно близко познакомились и Хан стала более открытой, рассказывая о себе, о том как полюбила музыку и о месте где провела все юношество и детство. Настала пора прощаться, поэтому они, помахав друг другу ручками разошлись в разные стороны.       «Итак ХеЧжу… Первый учебный день прошел и закончился спокойно. Продолжай в том же духе»       Хан шла неспеша, оглядывая местность вокруг. Улицы были наполнены теплом из-за солнечного света и теплых тонов зданий. От дождя, что был утром, не осталось и следа. Каменные тротуары тянулись вдоль дороги, простилая путь к дому. ХеЧжу сунув руки в карманы теплого пальто, продолжала идти, изучающе осматривая город. В глаза бросилась знакомая вывеска кафе со скрипичным ключом. Девушка остановилась и подняла голову вверх.       — Нравится? — раздался низкий голос сбоку. Хан от неожиданности вздрогнула и схватилась за сердце.       «Сколько можно пугаться? Ох…», — пронеслась мысль в беспокойной голове. ХеЧжу медленно перевела взгляд от вывески на незнакомца. Высокий молодой человек стоял в шаге от девушки и широко улыбался.       — Необычная вывеска, верно? — спросил он. Хан слабо кивнула. — Вы бывали здесь? — она вновь кивнула.       ХеЧжу взглянула на здание кафе. Перед входом, рядом с дверью висел потрёпанный листочек с вакансией. …Если вы умеете петь или играть на инструментах, ждём вас…       — Вы поете? — вновь заговорил молодой человек. Хан и слова не произнесла с начала беседы, словно язык проглотила, будто слова все забыла, стояла и кивала как нервная.       — Не так чтобы хорошо, — выдавила из себя она.       — Я задал вопрос поете ли вы, а не то насколько хорошо. Вы любите музыку, я прав? — парень улыбнулся одним уголком губ и обнажил очаровательные ямочки. Расстерявшись, Хан нервно вздохнула и отвела взгляд в сторону, куда-то на асфальт.       — Больше жизни люблю, пол жизни пишу и пытаюсь полюбить свою, — закусив нижнюю губу, произнесла.       — Ким Намджун, владелец этого замечательного заведения, приятно познакомиться, — добродушный молодой человек представился, протянул руку и сделал шаг навстречу ХеЧжу. Девушка отошла на шаг назад. Эти опасения скоро будут отталкивать любого, кто только посмотрит на нее. Но все же паника и инстинкты взяли верх над разумом и здравым смыслом. Намджун остановился и поднял руки в жесте «сдаюсь».       — ХеЧжу, — кратко поклонилась девушка, топчась с ноги на ногу. Осень все же холодная и стоять на одном месте не самая лучшая затея. — Мне пора идти, — развернулась на пятках и быстрым шагом направилась в сторону дома.       А новый "знакомый" так и остался стоять, но уже с неким непониманием на лице.       — Чего так убегать? Я же не кусаюсь, — поправив воротник кашемирового пальто, произнес и открыл дверь кафе. Сегодня его ждёт плодотворный вечер. Первый день учёбы, последний день свободы и расслабленности. Молодые люди сегодня будут отдыхать по полной программе. ***       ХеЧжу почти перешла на бег, пока отходила от новых знакомств и направлялась в сторону дома. За сегодняшний день слишком много всего для первого раза, но надо же с чего-то начинать. Раздался звонок. Девушка остановилась и выудила мобильник из кармана. На экране высвятился номер.       — Алло? ХеЧжу? — знакомый женский голос раздался на том конце провода.       — Госпожа Пак? Здравствуйте, — произнесла Хан.       — Зови меня просто Синхе, ладно? Ты свободна в этот вечер?       — Вам нужна помощь? — задала встречный вопрос ХеЧжу.       — Нет, совсем нет, сегодня просто праздник у моей семьи, вот я и подумала тебя позвать, чтобы ты не скучала одна. Твоя бабушка попросила приглядывать за тобой и надолго не оставлять одну, так что, — ты свободна? — голос женщины был мягок и очень добр. Хан задумалась.       — Алло, алло, ХеЧжу ты тут?       — Да, да, простите, я свободна, — придерживая телефон, девушка начала кланяться, извиняясь.       «Зачем? Тебя никто не видит, что творишь?» — мысленно отругала себя она.       — Тогда я отправлю за тобой Чимина, он подъедет часов в восемь, хорошо? — радостно воскликнула женщина. — Точно, совсем забыла. Отправь мне свой адрес сообщением, — после этих слов она положила трубку.       «Если это семейный праздник, значит там будет только семья Пак, верно же?» — отправив короткое сообщение с адресом и убирая телефон обратно, в мыслях спрашивала себя Хан. Зайдя в тёплый подъезд она съежилась от приятных ощущений. Быстро взобравшись по лестнице вверх, она подошла к двери своей квартиры. Провела рукой по стеклянному экрану и ввела нужный пароль. Замок запиликал, дверь щелкнула и открылась. Все же инновации и новые технологии — это круто.       Квартира встретила Хан темнотой и тишиной. Приятной тишиной. Здесь мозг и организм смогут отдохнуть от окружающего мира и людей. Тяжело живётся интровертам, да ещё и с психическими расстройствами.       ХеЧжу скинула сумку и пальто в прихожей, а сама направилась в ванную. Надо смыть сегодняшние тревоги, макияж и мрачные мысли. Расслабившись девушка направилась на кухню. Быстро перекусив, она плюхнулась на диван в гостиной. Мягко, удобно, уютно. Блаженно прикрыв глаза и томно выдохнув, девушка схватила пульт, щелкнула кнопку включения и подготовилась лицезреть какую-нибудь романтическую дораму.       …Час новостей на канале NBS, здравствуйте…       Хан скучающе вздохнула, встала с дивана и направилась к шкафу с одеждой, чтобы переодеться. Монотонный голос женщины звучал на фоне, в слова которого Хан не вникала. Политика, экономика, мужчина спасший котёнка. Кто вообще придумывает сценарии для новостей? Кто пишет эти дурацкие заголовки, которые читает и слушает огромное количество людей?       ХеЧжу достала одежду и кинула ее на кровать. Если она наденет огромную толстовку и широкие джинсы, никто же не выпнет ее за порог и вообще пустят на этот самый порог? А как же удобство и остальные требования, которые предоставляются одежде? В ней же должно быть комфортно, тепло и свободно, чтобы чувствовать себя лучше. Повсюду расплываются стереотипы о том, что девушка должна ходить в платьях, юбках, каблуках, вести себя культурно, не прятать свою фигуру, а наоборот, показывать ее всем. Что за бред? Ну серьёзно, почему девушки должны следовать всем требованиям общества? Чтобы их приняли? Просто так это не работает? К черту стереотипы.       Хан стянула с себя платье и кинула его в шкаф. Позже повесит его на место, а пока пусть оно привыкает к своему пребыванию на полке гардероба. Стоя в одном нижнем белье, она взяла великоватую мужскую футболку и накинула ее на себя. Затем она вывернула джинсы и надела их.       … Председатель Хан ТэВон пожертвовал тридцать миллиардов вонн в фонд помощи детям «За детскую улыбку». Благодаря этому пожертвованию двое детей получили нужную врачебную помощь и справились с тяжелой болезнью. Счастливые родственники детей решили снять на видео слова благодарности и отправили его нам с просьбой показать в эфире. Мы не смогли проигнорировать эту новость и решили показать вам.       — Председатель… Нет. Хан ТэВон. Спасибо вам большое. Благодаря вам наши дети смогут насладиться своей жизнью, — со слезами на глазах говорила женщина лет сорока…       — Чёртовы новости, — выругалась девушка, схватила пульт и выключила телевизор. Лучше вообще ничего не слушать, не читать, не включать, не искать, не брать в руки пульт, телефон, поисковик и прочую белеберду, которая в конечном итоге приводит к новостям о ее семье. Хватит, хватит, хватит.       ХеЧжу подошла к кровати, взяла толстовку, надела ее и вернулась обратно на кухню. Лучше улучшить свои кулинарные способности, чем тратить время на телевизор. Хотя наедаться сейчас не лучшая идея. Чем тогда заняться? Прогуляться до магазина? Продуктов в холодильнике нет и ХеЧжу не отказалась бы сейчас от всяких вкусностей.       Откопав рюкзак в шкафу и закинув в него все необходимое она надела белые кроссовки с массивной подошвой. Оделась как местный гопник, но зато комфортно и ее это вполне устраивает. Покинув квартиру, девушка потопала прямиком к сладенькому. Мысли о еде затмили все остальные, плохие, глупые и совсем ненужные. Магия.       Глаза ХеЧжу сияли, а походка казалась совсем детской, словно ребёнка засунули в одежду отца и отравили в магазин. На улице светило солнце, протискиваясь сквозь листву, что ещё осталась на деревьях. Упавшие листья уложились в золотой ковёр, покрывая дорогу, окрашивая ее в яркие краски. Мило поморщив носик девушка пошагала по выученному маршруту. Музыка, что звучала в наушниках, добавляла этой осени ещё больше тепла.       ХеЧжу купила себе радужных мармеладных полос и радовалась как ребёнок, ведь ей не запрещено есть сладости. Она ухватилась за ручки пакета с продуктами, сунула одну мармеладку в рот так, что выглядела как единорог, сбежавший из сказки и направилась домой. Прекрасное настроение, чудесная погода, сладость во рту. Эта прогулка до магазина стала лучшим событием, что произошел за этот странный день.       — Это ХеЧжу? — прищурившись спросил Чимин. Девушка шла вприпрыжку, перескакивая с одной ноги на другую, словно ей десять лет. Эта привычка появилась с самого детства. Весело, свободно, легко. Ее глаза светились от счастья, а со рта свисала радуга. Откуда сбежал этот единорог? Тэхен, что сидел на пассажирском сидении, поднял взгляд на друга и проследил за тем, куда направлен взор блондина.       В этой дурацкой детской привычке он видел что-то знакомое, что-то, что он видел раньше, но никак не мог вспомнить где же.       — Мы приехали за ребёнком в садик, дорогой? — обращаясь к Паку, он исказил свои голос и пролепетал так, словно всю жизнь был женщиной.       — Конечно дорогая, — посмотрев на Кима произнес Чимин. Он усмехнулся и вновь вернул взгляд на девушку. Когда Хан почти подошла к своему подъезду, парень дёрнул ручку и вышел из машины.       — Милый прикид, — громко произнёс юноша и встал напротив причудливой. ХеЧжу застопорилась, вынула оставшуюся мармеладку изо рта и взглянула на молодого человека. — Ты готова ехать?       — Да, только мне нужно отнести продукты домой и убрать все в холодильник, подождешь? Я быстро, — закинув остатки радуги в рот, она открыла дверь подъезда и скрылась за ней. Чимин пошоркал ногой и решил вернуться обратно в машину.       — Почему она ушла? — Тэ заинтересовался. — Ты опять обратился к ней агасси*? — кашлянул в кулак, чтобы не засмеяться, за что получил шлепок по плечу. Тэхен разразился смехом. Эмоция непонимания на лице Чимина выглядела забавно, так, что сдержать смех было невозможно.       — Она понесла продукты домой, — спокойно сказал Пак и завёл машину. — Ты давно проверяла своё зрение или в глазки долбишься, дорогая? — он улыбнулся и взглянул на Кима, которому уже было не до смеха.       — Ты и так знаешь, что у меня со зрением проблемы. Я пакет от кота отличить не могу, что уже говорить про девчонку, но твоё выражение лица в момент, когда она оставляет тебя в который раз — бесценно, — темноволосый кашлянул ещё раз, на этот раз — последний и посмотрел в окно.       Осень — любимое время года матери. В голову прорвались воспоминания о том, как он бегал от неё и раскидывал разноцветную листву. Как делал с ней фотографии в кучке маленьких листочков. Тёплые воспоминания, приносящие боль — страшное оружие.       ХеЧжу вышла из подъезда и оглянулась. Чимин заметив ее, помахал рукой из машины. Девушка сбежала по лестнице и направилась в сторону автомобиля. Неожиданно со стороны выехала серая иномарка и остановилась в десяти сантиметрах от Хан. Сердце пропустило удар. Фары слепили, голова шла кругом. Что это? Ее сейчас чуть не сбили? Вспомнился кошмар, что снился два года назад, тело не слушалось, руки превратились в лед, а ноги будто вросли в землю.       Тэхен выскочил из машины и в три больших шага добрался до остолбеневшей девушки. Он схватил её за руку и аккуратно дёрнул на себя. Девичьи ноги спутались и Хан почти упала, но юноша успел словить ее. Иномарка с визгом сорвалась с места.       — Ты в порядке? — задал вопрос Ким, осматривая ошарашенную. — Тебя родители не учили по сторонам смотреть, когда дорогу переходишь?       — У меня нет родителей, — выдавила из себя девушка и высвободила свою руку из ладоней парня. Ее лицо было бледным, она испугалась, но она жива и это самое главное. Черт, она жива.