reach the truth

Вы можете закрыть глаза на вещи, которые вы не хотите видеть, но вы не можете закрыть своё сердце на вещи, которые вы не хотите чувствовать. Честер Беннингтон

      Если сказать, что ХеЧжу захотелось испариться моментально — это значит ничего не сказать.       Видеть их, таких счастливых и смеющихся с какой-то взрослой шутки было… до тошноты больно и грустно. Не такими она себе их представляла, не с простым выражением на лицах и вроде искренними улыбками на губах. Она пялилась на них, не в силах оторвать взгляда и слыша бурлящую кровь в ушах.       — …ты будешь? — ворвался в сознание голос Тэхена, разрушая ту пелену, что её окутала словно кокон. Она только сейчас поняла, что не отрывала глаз от того конца зала и почти не дышала, пытаясь совладать с собственными чувствами.       — Что? — непонимающе взглянула на него в ответ и сглотнула ком, что встал поперёк горла. Видеть их здесь, среди других людей, а не в телевизоре или телефоне — было настолько непривычно, что она не удержалась и вылетела из момента по щелчку пальца, как на непристегнутой карусели — центрифуге, что с каждой секундой раскручивалась все сильнее и сильнее, заставляя сердце дрожать от прибывающего в кровь адреналина. Она не была к этому готова.       — Я спросил будешь ли ты что-нибудь пить, но ты видимо совсем не со мной. Что случилось? — он посмотрел внимательно в глаза и обеспокоено нахмурил брови. Заметил как на секунду её взгляд метнулся куда-то за его спину и захотел обернуться, чтобы посмотреть, но ХеЧжу не позволила. Перехватила ладонью его лицо и поднявшись на носочки — поцеловала в уголок губ, лишь бы отвлечь. Но Тэхен быстро отодовинулся и перехватил её ладонь своей, чуть сжимая. — Мне конечно нравится с тобой целоваться, но сейчас мне кажется, что ты делаешь это не из желания меня поцеловать. Что ты там увидела?       Он повернул голову в сторону и миновав бесконечное количество людей — наткнулся на лабызающуюся парочку в лице Джексона и Суен, что стояли в отдалении у широких колон. Тошнота все ещё присутствовала от вида их поцелуя, но больше не цепляла настолько глубоко. Как он и предполагал ранее — Джексон скользил своими лапищами по изгибам талии и бедрам, сжимал сильно пальцами упругие ягодицы, параллельно впихивая свой язык ей в рот. Тэхен напряг скулы и неконтролируемо сжал ладонь, чем заставил ХеЧжу шикнуть и потянуть руку на себя.       — Прости… — он вынырнул из омута, что его затянул на несколько десятков секунд и вернулся к девушке, что стояла рядом и прижимала ладонь к груди. — Ты этого идиота увидела? Я же говорил, что можешь не переживать из-за него.       — Мне нужно отойти, — ХеЧжу сделала шаг назад и утонула в толпе людей, быстрее улаляясь от Тэхена. Но он не дал ей и шанса улизнуть от него — перехватил за запястье и развернул к себе.       — В чем дело? — он вновь нахмурился, видя как постепенно скисает ее выражение лица и как сильно она от него отдаляется и вновь принял это дурацкое решение — не давить. — Ладно. Давай я тебя проведу, чтобы не переживать, потому что я сам не знаю на что способен Джексон и его дружки. Мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты в безопасности.       — У меня есть твой телефон, — Хан улыбнулась как можно искренне, чтобы убедить его и подняла вверх небольшую сумочку. — Я позвоню тебе, если что-то случится, но провожать меня в туалет не стоит, — ей с трудом удавалось держать эту струну, что натягивалась с каждой секундой все сильнее и сильнее. Ей до безумия сильно хотелось добраться до пустой туалетной кабинки и пережить бурю эмоций в одиночестве, переварить гущу мыслей в голове. И ей очень сильно хотелось, чтобы Тэхен поверил той полуправде, что она ему говорила. — Ты сможешь пока налить мне апельсинового сока? — и посмотрела умоляюще, чуть прикусывая нижнюю губу и до боли в пальцах сжимая сумочку. — Пожалуйста?       — Только при условии, что ты вернёшься ко мне, — Тэхен сдался. Он отпустил её ладонь и смотрел как её тёмная макушка плыла в море других, ощущая внутри непонятное волнение. Оно имело другой оттенок, совсем не соприкасаясь с тем волнением, что он испытывал в начале вечера. Он старался отметать ту тревогу, что заметил в её взгляде и движениях, но выходило с огромным трудом. Заставил себя отвернуться, когда ХеЧжу исчезла за поворотом и вернулся к друзьям, что остались у стола. У него был запасной план на случай, если она задержится в дамской комнате на большее время, чем пять минут. Слишком сильно волнение драло горло, поэтому он подошёл сразу к Дахён и наклонившись к её уху зашептал. — Дахён, ХеЧжу отошла в туалет, но выглядела для простой нужды слишком грустной. Ты сможешь сходить за ней минут через пять и проверить в порядке ли она, хорошо?       — Без проблем, — махнула рукой девушка и кивнула согласно головой.       — Эй, ты хочешь, чтобы я начал ревновать свою любимую к лучшему другу? О чем вы шушукаетесь? — недовольно придвинулся к ним Хеншик и сузил глаза, ожидая ответ на вопрос.       — Только о погоде, милый мой. Только лишь о погоде, — охладила его чувства Дахён, уложив на гладкую щеку ладонь и поцеловав коротко в губы. — Пошли танцевать, а то ты слишком подозрительный. Я что, зря надевала это прелестное платье?       ХеЧжу толкнула тяжёлую дверь туалета и омебой втекла внутрь. Дыхание сбивалось, но она старалась это контролировать, хоть и получалось с трудом. Отыскала свободную кабинку и забралась в неё, захлопывая и запирая за собой дверь.       Чувства внутри ощущались очень остро и болезненно скребли своими точенными когтями сердце. Ей хотелось плакать, но слез совсем не находилось, словно она давно осушила все запасы, не оставляя даже капельки, чтобы выплеснуть накопившиеся эмоции.       Отец и мать. Начало жизни. Люди, которые осмелились на шаг с зачатием, а на остальное не хватило смелости. Люди, которые должны были быть важными людьми в её судьбе, но стали лишь очень далекими и параллельными дорогами, до которых дотянуться было проблемой.       Она скинула с ног туфли на невысоком каблуке и подняла их, укладывая на диспенсер с туалетной бумагой, чтобы никто не видел, что она тут есть и страдает в необходимом прямо сейчас одиночестве. Стянула с себя сумочку, отправляя её туда же и с ногами забралась на унитаз.       Ей тяжело было признаться, что вид счастливых родителей выбил из неё все мысли, оставляя на их месте только пустоту и пульсирующие отголоски реальности. Она будто в мгновение очень глубоко и очень ощутимо провалилась в давний сон, где родные по крови люди вышибли из неё дух и в очередной раз мысленно раскромсали сердце.       Ей сложно было представить себя хотя бы крупиночкой чужой «родной» семьи, которая приняла все важные решения за неё, бросив на произвол судьбы и если бы не любимая бабушка — она бы просто попала в детский дом и не было бы той Хан ХеЧжу, которая есть сейчас. Возможно она стала бы злой и обиделась на весь мир за то, что всему миру на неё наплевать и зная собственную натуру — ей проще было бы покончить с поганой одинокой жизнью.       Родители обычно оказывают наибольшее влияние на становление и твердость характера, на видение окружающего мира и людей и она порадовалась, что попала под опеку к бабушке, которая научила многому. Она много раз пыталась представить жизнь иначе. Воображала как они собираются каждый день на семейный ужин и смеются с неудач в школе. Как в выходные они выбираются на пляж и играют в бадминтон или пляжный волейбол, а потом отец приглашает всех кушать свинину и овощи на гриле. Как она выходит из своей комнаты часов в десять, а весь дом наполнен тёплым солнечным светом и заходит на кухню, где мама заводит тесто на румяные блинчики. А после они все вместе шутят на кухне и журят младшего брата за плохие оценки в школе.       Но каждый раз ощущала внутри эту пустоту, которая вытягивала в себя все эти несуществующие воспоминания и возвращала в реальность, где у неё уже был человек с любящим сердцем и раскинутыми в стороны руками для самых теплых объятий. И пусть они иногда спорили, без возможности прийти к какому либо решению — все равно в конечном итоге мирились и становились лишь ближе.       Ей стоило ещё тогда проработать своё отношение к «важным», по мнению многих, людям. Стоило хотя бы попытаться сделать все возможное, чтобы не сидеть сейчас на толчке и осознать многие вещи, закрываясь от мира на маленькую щеколду.       По ту сторону двери раздался шум. Входная дверь ударилась ручкой о кафель и отрикошетив от стены — захлопнулась. В туалет ввалилось двое, издавая хлюпающие звуки, словно один другого пытается съесть. Она видела в промежутке кабинки их ноги и старалась громко не дышать, чтобы не выдать своего присутствия.       Девушка на высоких шпильках мычала своему партнёру в рот и немного скользила по мокрому кафелю, а парень тем временем все теснее жал её к раковинам. Их звуки были немного пошлыми и походили на сцену эротического фильма, но ХеЧжу так сильно старалась себя не выдать, что забыла постесняться развернувшейся картине. Она слышала треск девичьего платья и ощущала внутреннюю тревогу за невозможность испариться отсюда как можно быстрее.       — Хочу здесь! — приказным тоном прошептал парень и ХеЧжу с ужасом осознала чью страсть застала прямо в туалете.       — Но сюда могут войти… — возразила в ответ девушка и немного вздрогнула, что было понятно по её хриплому от долгих поцелуев голосу и чуть подкосившимся ногам.       — Плевать. Я. Хочу. Здесь. — с ещё большим нажимом произнес парень и схватив её за бедра — резко крутанул её тело, разворачивая к себе спиной. Девушка ахнула и гулко выдохнув, попыталась отстраниться, но сильные руки, больно удерживающие её — не дали этого сделать.       — Милый, ты сходишь с ума… А ещё ты пьян, поэтому давай не будем… — попробовала она его вразумить ласковым голосом и вскрикнула, когда ткань платья начала трещать по швам и громко рвать хрупкие дорогостоящие нити. — Тем более… Вокруг столько людей… — предприняла ещё одну попытку освободиться и закончить все не в университетском туалете, как варвары, а цивилизованно перебраться домой.       — Милий ти схедиш с умя… Ти пьян, дявяй не бюдем… — начал её кривить парень и вновь ее резко крутанул, заставив её неловко перескочить на высоких каблуках и чуть не сломав этим ноги, но она удержалась. — Тошнит от тебя уже! Вот здесь сидишь! Давай это, давай то, не делай это, делай то! Ты меня уже за-дол-ба-ла! Задолбала! — прощипел змеей ей в губы и начал подниматься ладонью вверх, преодолевая изгибы талии и объемную грудь, прочерчивая линию на её ключицах и смыкая пальцы на тонкой шее. — Вечно тебе надо повыпердриваться, прежде чем сделать то, что я сказал.       — Ты о чём?.. Я не понимаю… — трясущимся от страха голосом произнесла девушка и дернулась, когда рука на её шее начала сжиматься.       — Потому что ты тупая, а тупые всегда ничего не понимают, — рявкнул в ответ и засмеялся как умалишеный, продолжая надавливать на тонкую кожу. — Я думал, что ты давно уяснила — я сказал, ты делаешь, но вижу до тебя слишком плохо доходит… Стоит тебе показать, что я никогда не бросаюсь словами…       — Отвали от неё! Не трогай! — ХеЧжу выкрикнула, быстро вскочила с унитаза и толкнула тонкую дверь, заставив ту отлететь в дверь следующей кабинки. Босиком подбежала к ним и со всей силы толкнула ошалевшего, подвыпившего Джексона сначала в плечо, заставив того пошатнуться и разжать пальцы на девичьей шее, а затем отшвырнула в сторону одним ударом в середину груди. Она смотрела на него изподлобья, ощущая как в груди разрастается гнев, в смеси с всепоглощающей яростью на всех людей, кто считает, что сила все решает.       — Маленькая выскочка! — взревел Джексон и оскалился. В два шага преодолел расстояние между собой и ХеЧжу и с силой толкнул её в холодную стену, заставляя больно удариться затылком и лопатками. Повторил трюк, который вытворял пару минут назад с Суен, проходя похотливыми руками по её телу, по пути больно сжимая пальцами грудь и останавливаясь на шее. Он начал постепенно сжимать пальцы, заставляя ХеЧжу подниматься на носочки и свистяще выдыхать воздух, накопившийся в лёгких. Она схватилась руками за его, пытаясь отцепить их от себя, но что ей тягаться с парнем в два разабольше его. — Как же ты меня достала своим своеволием и этой чёртовой безнаказанностью! Что ты сделаешь, когда рядом нет твоего тупого парня Тэхена? А? Опять ударишь меня по лицу? Ну уж нет! — гадкая ухмылка на губах. — В этот раз не позволю.       Он тесно прижимался к ней всем телом, шаря свободной рукой по платью и опускаясь всё ниже, стараясь нащупать подол. Справившись с задачей — он вздернул его вверх, заставляя ХеЧжу испуганно дернуться и на краснеющем лице заплясал стыд за обнажённые ноги и выглядывающие трусики и страх уже за собственную жизнь. История повторяется дважды. За исключением того, что теперь её не бьют, а пытаются придушить и, возможно, воспользоваться телом. Но одно она осознавала точно — нет ничего страшнее смерти, которая сомкнула свои руки на её шее и перекрывает воздух.       — ХеЧжу, ты где? Тебя все поте… ряли… — раздался веселый голос Дахён, который резко переменился на испуганный. — Ты совсем спятил? Отпусти её сейчас же! — закричала, с ужасом рассматривая сцену удушения и домогательства. — Я сейчас позову…       — Заткнись! — крикнул Джексон в её сторону и уложил грубую ладонь на голую ногу ХеЧжу, поднимаясь вверх, задевая край хлопковых трусиков и перебегая пальцами к ягодицам. Больно сжал одну в руках и ослабил хватку на шее, позволяя ХеЧжу вдохнуть хоть каплю кислорода и насытить оголодалый организм. Голова шла кругом, разум уплывал куда-то далеко и она почти не осозновала реальность, но увидев в проходе напуганную и, уже плачущую, подругу — вернулась в сознание и немного собралась с силами. Чтобы оттолкнуть от себя Джексона их не хватит, а сказать…       — Беги! Пожалуйста… — выдохнула судорожно и сглотнув тугую слюну — предприняла попытку освободиться. Воткнула ногти в кожу Джексона, заставив того болезненно скривиться и оторвать от шеи и ягодиц руку. Он отшатнулся от нее, обтряхнул кисть и потерев повреждённый участок — свирепо уставился ей в лицо.       — Мразь… — он не успел среагировать, как в его лицо прилетел кулак, удар от которого заставил его отшатнуться в сторону, а помутненную алкоголем голову — обезуметь. — Я тебя…       — Что ты творишь, щенок? — его одной крупной ладонью отшвырнули в сторону и перед ХеЧжу возник… Отец. Он закрыл её своей мощной фигурой и раскинул в стороны руки, как если бы собирался наброситься на этого самого щенка с кулаками. — Это моя дочь и я не позволю никому её обидеть, — произнес, пока ХеЧжу обессилено опускалась вниз по стеночке и осозновала, что её сейчас есть кому защитить, а телу требуется восстановление сил, поэтому она решила, что наилучшим решением в этой ситуации будет немного передохнуть. — Я подключу все свои связи и вас с вашим отцом вышвырнут с ваших насиженных мест, петухи облезлые! Только и можете как крысы действовать за спиной, а вы попробуйте сделать что-то честно, прямо мне в лицо, получится?       — Да плевать! — выплюнул в ответ Джексон и пошевелил челюстью, ощущая как больно та ноет. Девчонка оказалась не промах и он просто не ожидал подобной прыти, поэтому на несколько мгновений ей удалось вернуть ему здоровый разум, без помутнений в виде алкоголя и той жизни, которой он жил, чтобы заглушить боль. — Мне осточертели все эти игры в сыщика и шпиона, я давно уже не ребёнок и мне все это противно! — он все кричал и вытирал поврежденный нос, размазывая кровь по щекам и губам. — Меня заебало, что каждый указывает как мне жить и если я сопротивляюсь — даёт задание на какую-то хуйню, которую сам не хочет выполнять! — он рассмеялся как безумный, хватаясь за живот и отходя на шаг назад. — А потом на меня же сливает все помойное дерьмо и спускает своих псов, потому что в очередной раз он проебал свое козырное место! — выплюнул, продолжая хохотать как безумец. — Я никогда не хотел ввязываться во все эти сраные интриги и ощущать себя мудилой, потому что так надо! — его голос сорвался и он дал себе пару мгновений, чтобы передохнуть. — А вы, «господин», чем лучше? Не позволите никому обидеть? Ха-ха, вы такой забавный и честный, просто пиздец. Оставили собственное отродье на бабку, а сами съебались за тридевять земель, чтобы больше никогда не пересекаться, а потом потрахаться хорошенечко, чтобы родить себе наследничка и жить припеваюче, — он бесстрашно приблизился к отцу ХеЧжу и начал тыкать тому в грудь, продолжая выливать наружу все то, что копил столько лет внутри. — А че вы и его к бабке в деревню не отправили насовсем? Не такой плохой экземпляр получился, как первый, да? Да ещё и сын. М-м… Вот как удобно… И бизнес есть кому передать и жопку вылизать или может заданице подкинуть какое-нибудь грязное, чтобы свои руки не марать, — он ткнул последний раз и оттолкнулся назад, чтобы сбавить тон и сплюнуть в сторону скопившуюся кровь. — А вы как? Тоже как мой отец — лабзаетесь с секретаршами, которые выглядят и ведут себя как шлюхи, да? Нет? Тогда поздравляю, вы не настолько глубоко прогнили как мой отец.       — Ты! Гребанный кусок дерьма! — вихрем ворвалось в туалет и на Джексона набросился разъяренный Тэхен, отталкивая того в сторону и обеспокоено подлетая к обессиленной ХеЧжу. — Маленькая… Девочка моя… Я же сказал, чтобы ты вернулась ко мне… — он ухватил её ладонями за щеки и попытался обратить все оставшееся в её глазах внимание на себя. — Смотри на меня… Смотри! Останься со мной, слышишь? Пожалуйста…       На ХеЧжу это подействовало. Она сделала один глубокий вдох и потянулась к нему за спасительными крепкими объятиями и получила их. Это был тот единственный человек, который появлялся всегда так вовремя рядом, чтобы спасти её. Она как маленькая уцепилась обеими руками за его шею и подтянулась ближе, утыкаясь носом в плечо и выплескивая некоторую часть тех эмоций, что хотела выплеснуть. Она позволила себе на пару минут побыть слабой и оказаться в другом мире, где она под надёжной защитой и напитаться силой для следующих поступков.       Тэхен немного отстранился и начал осматривать руки и ноги ХеЧжу, проходясь осторожно пальцами по голым коленкам и ощупывая предплечья. Потом протянул вперёд ладонь и аккуратно приподнял подбородок, чтобы увидеть… красные отметины от пальцев на бледной коже и в этот миг его охватила такая волна гнева, что он еле сдержался, чтобы не подскочить и не ударить пару раз Джексона о керамическую раковину башкой и не швырнуть его в стену, сжимая пальцами глотку, чтобы задохнулся. Он сделает это. Но позже.       Сейчас его волновала лишь обессиленная и расслабленная девушка в его руках. Было невыносимо. Смотреть на неё и не иметь возможности облегчить её боль. Он корил себя, что не продумал заранее, что все так обернётся и все, что мог сейчас делать — это крепко сжимать её в своих руках и целовать заботливо в макушку, давая ей время, чтобы успокоиться. Она не плакала. Только тяжело дышала и временами всхлипывала, будто остаточно, от долгой истерики.       Но потом она отпрянула. Убрала его ладони с себя и встав на четвереньки рядом — попыталась подняться. Тяжело. Но она сделала продолжительный вдох и через секунду уже сосредоточеным взором глядела на мужчину в возрасте, который некоторыми чертами был на неё похож.       — Давай я… — спохватился тот и сделал осторожный шаг в её сторону. — Помогу…       — Никогда не думала, что встречу вас подобным образом, — сухо сказала и зашлась в приступе рвушего горло кашля. Было больно. Но ещё невыносимее было видеть здесь отца. Она сделала шаг назад и выставила вперёд руку, предупреждая, что приближаться не стоит. — Я благодарна, что вы за меня заступились, но больше мне ваша помощь не нужна.       — Пошёл вон! — рявкнул рядом Тэхен в сторону потерявшего связь с миром Джексона, что оперся спиной о кафель женского туалета и смеялся как сумасшедший, чуть ли не задыхаясь от нехватки воздуха. — Каждый раз ты приходил в мою жизнь и каждый раз все портил! Я сказал, что не позволю никому, а особенно тебе — касаться её и причинять ей боль, а ты, ебанный кусок мусора, ещё и синяки ей оставил. Я буду убивать тебя за каждый болезненный миллиметр её кожи. Я…       — Хватит… — его руки коснулась холодная ладонь ХеЧжу и он замолчал, всматриваясь обеспокоено в её глаза. Там была мольба. Толи унести её подальше отсюда, толи остановить все это безумие и забыть как страшный сон, толи оставить её в покое. И единственная мольба, которая для него звучала наиболее разумной — была первой. Унести её отсюда.       Но эту мольбу увидел и другой мужчина. Он выдохнул шумно и проигнорировав выстроенную дистанцию — начал подходить ближе.       — Нет! — ХеЧжу дернулась в сторону и отошла за спину Тэхена, хватаясь дрожащими пальцами за ткань его пиджака. Он же, заметив её реакцию, закрыл ещё больше собой, расправляя плечи и ограждая от неизвестного ему человека. Встретив сопротивление — мужчина остановился. На его лице заходили желваки, а в глазах читалась абсолютно нескрываемая угроза.       — Отойди! — рыкнул Тэхен и ответил тем же взглядом, показывая, что не сдвинется с места ни на миллиметр дальше от ХеЧжу, что абсолютно точно не даст ему даже взглянуть на неё, если она сама того не захочет. И ему было абсолютно плевать кто перед ним стоит.       — Я хочу видеть свою дочь, — прозвучало оглушающе. Тэхен нахмурил брови, почувствовав как напряглись пальчики ХеЧжу на его предплечье и он накрыл их своими, в попытке успокоить, показать, что он рядом. — Поэтому…       — Дорогой! — ворвалась в туалет несдержанное и немного истеричное. — Дорогой, ты где? Там… — она распахнула дверь и застыла на пороге, сначала натыкаясь на потерявшего рассудок Джексона и кривя свои алые губы, затем на напуганную до чёртиков Суен, с некрасиво потекшей тушью под глазами и наконец находя глазами широкую спину мужа. — Тебя все потеряли. А что здесь происходит? — она процокала невысокими шпильками по кафелю и обойдя, схватила того под локоть, лишь потом заметив и остальных присутствующих. Напряжённого Тэхена и стоящую позади него ХеЧжу. — Х… ХеЧжу? Это ты?       — Нет, вы ошиблись, — абсолютно спокойно пробормотала ХеЧжу и поджала губы, продолжая упрямо смотреть вперёд.       — Но… — женщина подняла непонимающий взгляд на мужа и нахмурила аккуратные брови.       — Да, это наша ХеЧжу, — ответил на невысказанный вопрос жены ТэВон и заговорил уже жёстче: — Которая выросла такой же упрямой и языкастой, как её бабка…       — Не смей так называть человека, который меня вырастил! — грубо перебила его ХеЧжу и зло уставилась на них обоих, абсолютно не скрывая своего отношения к названым родителям. — Она — единственная, кому я была нужна, а вы… Вы мне никто! И я не позволю вам её обидеть!       — Доченька… Чжу-а, — прикрыла рот ХеВин и на её глаза набежали слезы, но ХеЧжу не поверила. Никто, кроме близких, не имеет права называть её сокращенным именем.       — Нет! — она отпустила руку Тэхена и выступила вперёд, показывая, что совсем их не боится. Если сразу не показать свою позицию — никто и в вон тебя не оценит. — Не хочу ничего слышать! Не хочу! — оглушительно громко для небольшого помещения крикнула она и на глаза набежала непрошенная жидкость. Обида, копившаяся внутри столько лет — дала огромную трещину на самообладании и сорвала все предохранители, позволяя выплеснуть эмоции, которые она так долго сдерживала внутри себя. Её губы предательски задрожали, но она вдохнула поглубже и взорвалась.       — Оставайтесь и дальше в своей идеальной жизни, а меня оставьте в покое, как делали это семнадцать лет подряд! Каждый день я просыпалась с вопросом: «А что же я сделала не так?» и чем заслужила то, что мои родители меня бросили! — слова вырывались сами собой и ХеЧжу даже не старалась их обдумывать, обрушивая на них все свои мысли. Столько раз за все года успела их обдумать, что сложностей с подбором не возникло, потому что все давно было продумано до мелочей. Она часто представляла их встречу, что скажет, что сделает и как поступит дальше. Часто представляла и их реакции на встречу с дочерью спустя столько лет. Один сценарий частично совпадал. В нем они были шокированы и в тоже время оставались хлоднокровными, продолжая гнуть свои линии и желая что-то заполучить с силой. В особенности отец. По рассказам бабушки он с самой первой встречи был грубым и сразу ей не понравился, но она постаралась смириться, ведь это выбор дочери.       — И не надо мне сейчас говорить, что мне так было лучше, что я была маленькой и за мной нужно было присматривать и что вы хотели вернуться, но не получилось — я не поверю! Никогда! Я никогда вам не поверю! И если вам нужно называть кого-то «доченькой», то заведите себе новую, у меня данного статуса нет! — она редко повышала голос. Ещё реже высказывала «такие» свои мысли, все чаще закрываясь внутри себя. Но сейчас ей хотелось, чтобы каждый их услышал и оставил её в покое навсегда. — А сейчас, без вашего позволения — я ухожу! — она зашла в кабинку, из которой некоторое время назад вылетела, чтобы спасти незнакомую ей девушку. Ухватила с диспенсера сумочку и туфли, сбежав в сторону двери, огибая широкую фигуру отца и дрожащую матери. Быстро распахнула дверь и выскочила, скрываясь за поворотом.       Тэхен был шокирован, узнав новую правду о девушке, которая нравится и даже не сразу смог сдвинуться с места. Он смотрел и смотрел на отца и мать ХеЧжу и щурился осуждающе, понимая, что для роли родителей они просто ужасны. В её словах было столько боли, столько накопленной обиды, что он абсолютно не понимал, как она раньше с этим жила.       Он догнал босоногую девчонку, когда та уже толкала дверь на улицу, чтобы выйти и хлюпала красным носом.       — ХеЧжу, куда ты идёшь? Ещё и босая! — он схватил её под локоть и развернул к себе лицом, чтобы посмотреть. Посмотреть, что чувствует.       — Я устала и хочу домой, — она попыталась вытащить свою руку из крепкой хватки, но Тэхен абсолютно не хотел её отпускать. Он выглядел расстроенным и обеспокоеным, что было абсолютно несвойственно его натуре, но не мог отрицать, что её отношение к нему совершенно отличалось от его к ней. Она снова от него сбегает, хотя он столько раз просил не отворачиваться от него. Опущенный взгляд и попытка побега очень задели, заставив и его обиду внутри зашевелиться.       — Хорошо. Домой, так домой, — он выпустил её локоть из своей руки и резко подхватил на руки, заставляя испуганно вскрикнуть и крепко схватиться за плечи. — Только не хочу, чтобы меня твоя бабушка убила за то, что ты заболела. Причём абсолютно не по моей вине! — он толкнул ногой дверь и разъяренный зашагал в сторону припаркованной машины. Возле неё он остановился и опустил одну руку в карман, чтобы достать ключ, открывая машину, а заодно и дверцу. Усадил аккуратно ХеЧжу на переднее сидение и жёстко оттянув ремень — пристегнул её к сидению.       ХеЧжу молчала. Только смотрела перед собой и периодически всхлипывала, после глубоко затягиваясь воздухом, чтобы успокоиться. В одно время ей хотелось и отблагодарить Тэхена за все, а в другое вообще не произносить ни слова.       Тэхен злился. И ощущал как внутри копошится его беспокойное сердце и как спирает дыхание от одолевающих его чувств. В одно время ему хотелось схватить её и тряхнуть хорошенько, чтобы к нему вернулась другая ХеЧжу, а в другое не делать абсолютно ничего.       Тишина между ними нарушалась только тихой музыкой из колонок и шумом проезжающих мимо машин. Тэхен въехал на территорию парковки, которую ХеЧжу никак не могла узнать и встал на свободное парковочное место, отстегивая ремень безопасности, поворачиваясь корпусом к ней, наконец сделав свой выбор в сторону возвращения к нему его ХеЧжу.       — Что происходит, ХеЧжу? — задал один вопрос и ожидающе уставился на нее, накапливая необходимое прямо сейчас терпение.       — Ничего, все в порядке! — очередной отрицательный ответ. Она закрылась. Смотрела отреченно в окно, разглядывая капельки дождя на стекле и маленькие кружочки на лужах. Скрестила руки на груди и чуть сжалась, когда её пробила крупная дрожь от медленно подступающей к горлу истерики, но она как можно дольше старалась игнорировать свое нутро.       — Зачем ты мне врёшь? — прищурившись спросил Тэхен и поджал губы, понимая, что она не собирается отвечать. Потом набрал воздуха в лёгкие и свистяще выдохнул. — Меня достало то, что ты мне не доверяешь! — он нахмурил брови и повернул голову, обводя взглядом пустую парковку. Он не хотел давить, не хотел быть грубым, не хотел пугать, но те эмоции, которые были у него внутри — вынуждали спрашивать напрямую и резко. — Почему? — он вновь взглянул на неё и заметил, как её тело пробивает очередная цепочка мелкой дрожи, уже не останавливаясь, как было раньше. Он хотел вывести её на эмоций и ему оставалось совсем чуть-чуть, чтобы это сработало. — Что я делаю не так? Почему ты относишься ко мне так, словно я ничего не стою?.. — его голос сорвался и стал сиплым, словно он проглотил огромный и острый ком, что стоял поперёк горла.       — Я же сказала, что в порядке! — сорвалась на крик ХеЧжу и перестала удерживать ту лавину чувств, что были внутри. Слезы брызнули из глаз и она почти до крови закусила щеку, чтобы сдержать тот истошный крик, что пытался из неё вырваться. Губы дрожали и совсем не слушались и это злило. Контроль над собой и своими эмоциями, что она так тщательно настраивала — ускользал из рук, как и все накопленные силы. Она не ощущала себя в пространстве. Просто сгусток темноты и оголенных чувств. Потянувшись рукой к защелке ремня — она отстегнулась и шмыгнув носом дернула серебряную ручку, но дверь не открылась. Она провернула это несколько раз, все это время безудержно рыдая и на последнем не выдержала и громко всхлипнула. Плечи содрогались и она никак не могла взять себя в руки, ощущая как внутри что-то разрывается. — Отпусти меня! Мне нужно ещё немного времени… — она продолжала сидеть спиной к Тэхену. Чтобы он не видел её такой. Сломленной и разбитой.       Но это подействовало на него совершенно по-другому. Он смягчился, удобно устроился на сидении и потянул нижнюю ручку, отодвигаясь назад. Нажал сбоку на кнопку и немного опустил спинку, чтобы в следующее мгновение схватить ХеЧжу за талию и потянуть к себе, перетягивая на колени. Развернуть корпусом к себе и прижать ближе.       — ХеЧжу, скажи мне, что изменится, если ты сейчас опять сбежишь? — он сжал пальцами ее ноги и приподнял, разводя коленки в стороны и усаживая ее удобнее на широких бедрах. ХеЧжу не сопротивлялась. Она отдала контроль в его руки, поддаваясь его действиям. — Даже если пройдёт это время — ты не захочешь открываться, потому что это причинит боль, — он протянул руку вперёд и приподнял её за подбородок, поворачивая лицом к себе. Потом осторожно прошелся пальцами по волосам, убирая их в стороны, чтобы в свете уличных фонарей рассматривать каждый сантиметр её кожи. Он смотрел внимательно в глаза и хмурился, видя как она плачет. Было невыносимо. Он прошёлся пальцем по мокрым щекам, вытирая с них влагу и задел дрожащую нижнюю губу. — Поэтому давай ты сейчас успокоишься и расскажешь мне что случилось, чтобы я мог тебе помочь или хотя бы понять.       ХеЧжу в ответ только больше разревелась. Она сама не понимала почему не может взять себя в руки и наконец успокоиться, но сидя в его объятиях — ей захотелось быть слабой. Сорвать все маски, за которыми она столько времени пряталась и показать себя настоящую. Для него.       Она опустила голову и уткнулась носом в плечо, давая себе возможность ещё немного поплакать. Она чувствовала запах его духов и его дыхание и это на миг отправляло в нирвану, заставляя все позабыть. Плечо Тэхена медленно поднималось и опускалось, с каждым его вдохом делаясь все тяжелее.       Её близость его волновала. Её запах сводил с ума. Её эмоции наполняли его до самого конца.       Он впитывал каждый миг. Каждый вдох и осторожное касание. Он чувствовал как постепенно дрожь из её тела исчезает, дыхание выравнивается, а сама она поднимает голову и смотрит прямо ему в глаза.       — ХеЧжу… — шёпотом выдохнул ей в губы и приблизившись поцеловал в щеку. — Хочешь куда-нибудь поехать? — он гладил её по спине, нежно проходясь вдоль позвоночника и немного задевая ягодицы, но потом снова возвращался наверх, понимая, что прямо сейчас она к таким прикосновениям не готова. — Зря я что-ли арендовал машину, которая тебе нравится на день? А если надо будет продлю ещё на день или два, лишь бы ты больше так горько не плакала… — его лицо все ещё выражало беспокойство, но уже с примесью чего-то пьянящего, что поселилось на глубине темных глаз. Он чувствовал, как огонь разрастается где-то в груди и спускается тонкими нитями вниз, оплетая вокруг все органы и приближаясь к низу живота, но он старался думать о чем-то неприятном или проблемном, чтобы другая проблема не застала его врасплох.       Он понимал, что это очень неподходящий момент для возбуждения, ведь ХеЧжу так сильно расстроена, но сопротивляться природе получалось с огромным трудом.       — Отвези меня в место, где будет спокойно, — пробормотала в ответ ХеЧжу и протерла руками лицо, чтобы хотя бы таким способом привести себя в порядок и не выглядеть размазней. — Туда, где ты чувствуешь себя спокойно. Мне это очень нужно.       — Моё место? — задал вопрос Тэхен и вновь принялся заправлять растрепавшиеся волоски за ухо. Он не понимал почему, но ему очень нравилось это делать. Не только заправлять волосы, но и касаться. Находится в такой чувственной близости и ощущать её дыхание на своей коже.       — Да… — её губы немного опухли от слез и казались сейчас как никогда соблазнительными, но Тэхен черпал и черпал из источника терпение, стараясь не наседать.       — Маленькая… — он прислонился лбом к её лбу, чтобы в очередной раз сдержаться и тяжело выдохнул, ощущая как пересохло в горле. Она очень близко… — Я всегда буду рядом и буду защищать тебя, что бы мне это не стоило, — он потерся носом о её нос и облизал сухие губы. Какое же сильное напряжение он чувствовал прямо сейчас, но старался это ничем не выдавать, пряча все за короткой улыбкой, чтобы вызвать ответную.       — Спасибо… — шептала ХеЧжу и скользила взглядом по его лицу, открытым острым ключицам, рукам, что поднимались вверх по её телу и опускались к ладоням, мягко перебирая пальцами фаланги. — Тэхен?       — Мм? — мыкнул он в ответ и поднял ладонь ХеЧжу вверх, чтобы в следующее мгновение поцеловать. Покрыл каждый маленький шрам и нежно коснулся косточек, оттягивая нижнюю губу, цепляясь за кожу.       — Прости, — произнесла и потянулась этой ладонью вперёд, чтобы коснуться гладкой щеки и погладить. — Прости, что втягиваю во все это. Прости, что сбегаю каждый раз, когда чувствую себя как-то не так. Прости, что заставила тебя переживать. Прости, что не доверилась, — она шептала и шептала, но в какой-то момент остановилась, заглядывая в глаза Тэхену и теряясь в той темноте, что там плескалась.       Он не сдержался. Всё терпение выветрилось, оставляя на своём месте только его желания. Он дернулся вперёд и притянул ближе, захватывая её губы в плен своих.       Поцелуй был горьким, терпким, но чем дольше он целовал, тем слаще тот становился. Он чувствовал, как ХеЧжу расслабляться в его руках, как укладывает вторую ладонь ему на плечо и несильно сжимает его, как отдаётся моменту и дарит ему свою взаимность, робкость и прощается со слабостью. Он опустил руки ей на талию и притянул ближе к своему животу, чтобы всем своим телом — чувствовать её тело. Чтобы каждой частичкой тепла — чувствовать её тепло. Потом опустился чуть ниже, охватывая пальцами бедра и впиваясь в мягкую кожу.       Позволил себе чуточку больше — спустился ещё ниже и сжал в своих руках округлые ягодицы. ХеЧжу тихо застонала ему в рот и невольно приподнялась вверх, позволяя ему сделать это ещё раз, но только для того, чтобы вернуть её обратно на свои бедра, прижимаясь как можно ближе.       У Тэхена шла кругом голова. Тихий стон, что он успел словить — сладким дурманом разлилось по его ушам и он сам чуть не застонал от удовольствия. Его руки сами поползли вверх, огибая ребра и поднимаясь выше, ненароком задевая упругую грудь, но десерт обычно остаётся на потом, поэтому он вернулся к тому, с чего начал — с её лица.       Чмокающие звуки их поцелуев и тишина салона лишь добавляли интимности этой ситуации, заставляя ХеЧжу густо краснеть, но страсть оказалась сильнее. Внутри них горел огонь и если они сейчас его не потушат — сгорят до тла.       Тэхен опустил ладонь с щеки на шею и в его голову ворвались непрошенные воспоминания и заглушенная ярость. Ублюдок.       Он нехотя оторвался от губ ХеЧжу и опустил свои пальцы и взгляд на красные отметины на тонкой шее.       — Конченный ублюдок, — разрушил он недолгую идиллию и зло стиснул челюсти. — Я его ненавижу, — выдал ту мысль, что крутилась у него в голове на протяжении последних двух лет. — Дахён мне рассказала, как он… с тобой поступил. Что он ещё сделал? — он осторожно провел кончиками пальцев по назревающим синякам и придвинувшись — мягко поцеловал, стараясь стереть его пальцы со своей девочки.       — Он… — приглушенно начала ХеЧжу и убрала ладони с его плеч. Те мысли, что ненадолго выветрились из головы пока они целовались — ударили в голову с тройной силой и она тяжело сглотнула, трогая то место, где недавно были его пальцы. Немного подержав — она начала их растирать до покраснения кожи вокруг, пытаясь стереть неприятности со своего тела и из своей головы. — Сделал неприятно и больно.       — Я его убью!!! — гневно взревел Тэхен и напрягся всем телом. Потом выдохнул прерывисто и протянул ладонь вперёд, откидывая назад её волосы и открывая себе ее шею. — Как я хочу сейчас все это стереть с тебя, — он вдохнул воздух возле её кожи и коснулся носом, проводя им вверх. Потом отстранился и притянул её ближе, оставляя на губах мягкий поцелуй.       — Не надо! — выдала ХеЧжу и поерзала на коленях у Тэхена, заставив того болезненно скривиться, потому что стояк из штанов никуда не делся. Даже холодная ярость его не остудила. — Насилие лишь порождает насилие. Он не по своей воле стал таким и… думаю…       — Каждый должен отвечать за то, что он делает, — твёрдо произнес Тэхен и посмотрев на ХеЧжу некоторое время — он ухватил её ладонями за щеки и впился в искусанные губы со всей своей страстью и чувствами, что испытывал. Потом он отстранился и посмотрел внимательно в глаза, отмечая, что девушка больше не дрожит. — Даже сейчас. Я целую тебя, потому что ты мне нравишься. Нравишься настолько, что я готов против всего мира встать, лишь бы целовать твои губы ещё и ещё. Я никогда не испытывал таких чувств и меня преследует ощущение, что я знаю тебя, но точно уверен, что до того, как увидел тебя в университете — я никогда тебя не встречал.       — Думаю… — начала ХеЧжу и разгладила ладонью пиджак на его плечах, стараясь отвлечь собственные мысли от смущения. — Я думаю, что мои чувства не идентичны твоим.       Она ошарашила.       Сердце Тэхена рухнуло вниз и он почувствовал сильную боль в районе горла, будто ему сдавили глотку. Её чувства не идентичны его. Он больно прикусил губу изнутри и отвёл взгляд, чтобы не выдать ту горечь, что осела на языке и на душе.       — Почему? — слова дались ему с огромным трудом. Он звучал приглушенно, а весь его голос был насыщен грустью и пониманием, что нужной ему взаимности он не получил. Он так сильно терзал себя внутри, что не сразу почувствовал тёплую ладонь на своей щеке. ХеЧжу повернула его к себе, еле сдерживая смех и широко улыбаясь.       — Потому что ты нравишься мне больше.       Шёпот. Тихий и волнительный. Улыбка. Сладкая и завораживающая. Губы. Мягкие и манящие.       Она.       Милая и любимая.       — Правда? — у Тэхена все внутри перевернулось. Он хотел услышать от неё эти слова, но все равно оказался не готов к ним. Его сердце застучало быстрее и увереннее, потому что слышать это от неё — было до невозможности прекрасно.       — Правда.       — Так нечестно… — он нахмурился и ущипнул девушку за кожу на ноге, заставляя испуганно ахнуть. — Играть с моими чувствами, — он в очередной раз внимательно посмотрел на неё, опускаясь взглядом на выпирающие ключицы и заставил себя остановиться. Выдохнул и тихо рассмеялся тому, что ей удалось застать его врасплох. — Ты очаровательна. Но нам стоит немножечко притормозить, потому что я не железный.       — Ты прав, — ХеЧжу поправила волосы, убрав их за уши и опустила смущённо взгляд, потому что впервые призналась кому-то в чувствах. Это было странно. Внутри все выкручивалось по несколько раз и скручивалось обратно в тугой узел, но стоило только взглянуть на его лицо, почувствовать на себе какой-то новый необыкновенный взгляд и из беспокойной головы выветривались абсолютно все мысли, оставляя лишь мерцающие огоньки безграничного счастья. Она не всегда действовала смело, а шутила ещё реже, но в этот раз ей захотелось ещё раз проверить его и свои чувства. Это было искренне. Он говорил правду и от этого внутри все дрожало, в который раз разгоняя по венам кровь и заводя по новой сердце. Она оттолкнулась от Тэхена и попыталась подняться, но он её остановил. Вопросительный взгляд и хмурые брови. — Отпустишь меня?       — Никогда, — выдохнул и дернув ручку на сидении — опустил спинку, чтобы их позиция сменилась на полулежачую и скользнув руками вверх по её талии — остановился между лопаток, прижимая её к своей груди и укладывая голову на её макушку.       — Но как же… — попыталась она возразить и даже уперлась в него руками, но он не позволил отдалиться и на миллиметр, поцеловав её в волосы.       — Позже, посиди так ещё немного, — сделал глубокий вдох и начал гладить её по спине, в глубине души наслаждаясь этим моментом, потому что он любил обниматься так же сильно как и поцелуи, секс и общение. Он был рад тому случаю в туалете так же сильно как и был зол. На идиота Джексона, на её родителей и на себя. Но одно было хорошо — она открылась, она доверилась и она призналась. Он, ещё днем понятия не имел как её раскрыть и узнать о чём думает — совсем не ожидал, что после благотворительного вечера она расколиться как орешек и он откроет для себя абсолютно новую ХеЧжу.

***

      — Это место я нашёл, когда гулял с Ентан, — Тэхен осмотрел небольшой парк с несколькими резными скамейками по периметру, небольшими аккуратно подрезанными кустами и дубами, которые постепенно меняли цвет листьев. — Этот парк очень похож на тот, в котором я гулял с мамой и бабушкой, — он улыбнулся и вытащил руку из кармана, мягко касаясь руки идущей рядом ХеЧжу, чтобы переплести их пальцы. На ней был его пиджак, потому что с каждым днем вечер становился все холоднее и его рукава были ей практически до колен, но видеть её в своей одежде… Было намного лучше, чем все закаты и рассветы.       Гулять рука об руку было непривычно. Но с каждой проведённой минутой становилось все легче и легче находиться рядом. Они разговаривали о мелочах, которых не знали друг о друге, о любимых местечках в Пусане и о жизни в Сеуле.       — Что для тебя влюблённость? — задал вопрос Тэхен, когда они сели на одну из лавочек. Это был тупой вопрос. Но ему хотелось ещё раз услышать, что это для неё значит.       — В старшей школе я мечтала о большой любви, — ХеЧжу не смутилась. Даже на секунду не задумалась, что это может задеть Тэхена за живое, но раз он спрашивает… — Я мечтала, что у меня появится хороший парень, что он искренне меня полюбит и что я сделаю тоже самое в ответ для него, а потом все резко начало рушится, — она скривилась, вспоминая глумящиеся лица одноклассников и отметая в сторону все ненужные мысли — продолжила. — Парни в школе меня не привлекали, парни с соседних домов — были парнями из школы и только однажды я допустила мысль о том, что мне кто-то понравился, — она отвела взгляд от Тэхена на свои ладони, начиная перебирать каждый палец по отдельности. — Он тогда был на пляже. Играл в волейбол со своей командой. Я точно не знаю как кого звали, но думаю они были из твоего или из параллельного класса. Он был радостный, улыбчивый и внимательный, потому что сразу подловил меня на подглядывании, но не смеялся надо мной из-за этого, а я сделала вид, что слежу за пляжем, — она усмехнулась и прикрыла ладонью лицо, только сейчас понимая как все тупо. И то, что она рассказывает ему прямо сейчас и ситуация на пляже. — Я не помню его лица, как не помню и все остальные лица из моего прошлого, потому что моя память навсегда заблокировала эти воспоминания, но я помню как он широко улыбался и махал мне рукой, — она тоже помахала рукой, на примере показывая как это было. — Это может показаться странным, но я почувствовала какую-то связь с ним, что-то невидимое, но очень сильное, но больше ничего со времен школы я особо не запомнила, поэтому утверждать, что я когда-то была по-настоящему влюблена — значит полностью заблуждаться, — быстро протараторила, чтобы поскорее закончить неловкий рассказ.       Тэхен слушал её внимательно и все больше хмурился, потому что ему естественно было неприятно слушать, что её сердце могло кому-нибудь принадлежать, а после, когда она углублялась в свой рассказ и давала больше деталей — осознание било в голову одно за другим. Он все помнил. Его память никогда не стирала эту девчонку-спасателя с пляжа, которая так храбро отстаивала свои права на защиту этого пляжа, когда воевала с безответственными родителями и пьяными посетителями. Девчонку, которая парилась в футболке с надписью «unicorn» и осматривала весь пляж в желтенький бинокль и когда он её подловил на подглядывании — она ещё не знала, что он делал это постоянно. Его взгляд постоянно цепляла девочка с короткими волосами, которая после оказалась в неприятной ситуации из-за парней из его команды.       Он и сейчас не понимал почему именно она стала целью спора и почему именно её хотели прилюдно унизить, но знал точно, что именно ей он никогда этого не желал. Она была милой маленькой девочкой, которая старалась для пользы общества, но особо никого это не цепляло. И когда она воинственно поднялась на ноги и зло посмотрела из-под бровей — зацепила лишь больше. Она была смелой, терпеливой и вежливой, но бывает часто, что таких людей высмеивают за их честность. Вот и в тот раз произошло то же самое.       — Понятно, — выдал он и выдохнул клуб пара перед собой, в очередной раз осматривая полумрачную аллею.       — И это все? — удивленно и даже как-то неверяще произнесла ХеЧжу. Она нахмурила брови и недовольно посмотрела в сторону, абсолютно не понимая к чему был этот вопрос, если он ответил свое сухое «понятно».       — А что ещё? — вскинул брови в ответ Тэхен и вернул взгляд на ХеЧжу, но она уже скрещивала на груди руки и дула губы.       — Панятня, — перекривила, издевательски дергая плечами и обиженно бухтя себе под нос.       — А что ты хотела услышать? — непонимающе удивился Тэхен и осмотрел её закрытую позу. Подождал немного ответа и практически вскипел. — ХеЧжу? Что ты хочешь услышать?       — Например историю твоей влюблённости! — выдала резко и хлопнула ресницами, внимательно наблюдая за его реакцией. Он хмурился и скрестив руки, толи от холода, толи от недовольства — оторвал от неё взгляд и сжал челюсти.       — Не думаю, что моя история будет такой же безобидной, как и твоя, — выдал искреннюю правду и расслабил плечи. Это стоило предусмотреть прежде, чем задавать свой глупый вопрос.       — Но она точно причинила тебе много боли, — толи о его любви, толи о бывшей девушке выдала ХеЧжу, не размыкая ладоней на груди и поджимая сухие губы. — Потому что я видела, как ты на неё смотрел и это вряд ли можно назвать полной свободой от прошлого.       — Что значит ты «видела»? — он в очередной раз нахмурился и попытался вспомнить когда же это он пропустил момент, где находилась одновременно и ХеЧжу и Суен и из чего она сделала свои выводы, но сколько не старался — не получалось.       — В коридоре, когда ты отдал мне подвеску, — ХеЧжу прикусила губу и завернулась поплотнее в пиджак, когда по коже пробежался осенний ветер. Погода портилась так же стремительно как и настроение их разговора. — Я вернулась обратно, чтобы узнать что произошло и как ты себя чувствуешь, но…       — Но я был с Суен… Так? — Тэхен не понимал причину своей злости, но обсуждать бывшую — это последнее, что он хотел делать с ХеЧжу. — И ты подслушивала наш разговор… А тебя не учили…       — Так, — обиженно и как-то приглушенно ответила сразу на два вопроса и мотнула головой в стороны, понимая, что тему он развивать не будет. — Но я сделала это не намеренно, а уйти не смогла, потому что…       — Потому что «что»? — грубо и необдуманно.       — Потому что мне был важен этот разговор, чтобы сделать свой выбор! — без запинки и с абсолютной уверенностью. — Потому что тогда, в один вечер ты целуешься с одной, а другая за руку уводит, прямо на глазаху первой. Ещё и поторапливает… — она отвела взгляд на вылепленную чашу фонтана, с местами потрескавшейся краской и почувствовала себя также. Разбито.       — Послушай, ХеЧжу, — начал Тэхен и расслабил руки, протягивая одну ладонь к девушке, но она отшатнулась, не позволяя дотронуться. Это задело. — Обсуждать бывших с нынешними, все равно что ковырять себе сердце ножом. Больно и режет по живому. Я ступил, когда задал этот вопрос и мне очень жаль, но…       — Ты говоришь мне про открытость, — внезапно резко перебила его ХеЧжу и выставила перед собой ладонь. — Хотя сам этого сделать не можешь. К чему это все?       — Мы встречались год, а потом она меня бросила, выбрав в качестве замены полного мудака, — чётко проговорил и не дожидаясь её реакции — продолжил. — Я пытался её вернуть, но не получилось. Как видишь — я сейчас с тобой, а не с «ней».       ХеЧжу молчала, обдумывая услышанное и смотрела куда угодно, только не на него. Чувствовала себя глупой из-за того, что вывела его на этот разговор и самолично заставила вспомнить прошлое.       — Ты прав, — она расслабила руки и брови, но взгляд все ещё не осмеливалась поднять. — Это было тупо. Причём с обеих сторон. Прости, — признала и опустила ладони на колени, чуть сжимая кожу на ногах, чтобы хоть что-то почувствовать.       — Нет, — ответил Тэхен и это заставило её поднять недоуменный, но все же взгляд, на него. — Это ты прости. Я не подумал, что этот вопрос поднимет так много всего личного, — он взял ладонь ХеЧжу в свою руку и накрыл второй, ощущая насколько у неё тёплые пальцы, по сравнению с его. — Но все это в прошлом, понимаешь? Мне нравишься только ты и твои закидоны.       — Мои закидоны? — не поняла ХеЧжу. — Это какие?       — Например — отвлекаться на все подряд, лишь бы не пересекаться со мной взглядом. Или становиться неприкасаемой, когда обижаешься, — начал с очевидного. — Ты просто невыносимая, когда начинаешь извиняться, — решил немного уколоть, но не для того, чтобы обидеть. — Но чертовски очаровательно злишься и обижаешься. А ещё… — он придвинулся ближе к ней и подтянул рукой к себе, заключая в полуобъятия. — Очень остроумно шутишь и мило смущаешься. И ты очень-очень… — он поднял её за подбородок и в очередной раз за вечер посмотрел в глаза. — Сладкая… — выдохнул и оставил выбор за ХеЧжу.       Время замедлило свой шаг и мир закружился вокруг. Как тогда в кофейне, когда все просто стерлось и исчезло, оставляя лишь стук их сердец и сбитое дыхание. С необыкновенной и необъяснимой силой их тянуло друг к другу и если они отдалялись, намеренно или случайно — их возвращало обратно и ударяло с утроенной силой.       ХеЧжу опустила взгляд на его губы и потянулась к ним, чтобы коснуться в осторожном поцелуе, чтобы не спугнуть ту искренность, что между ними раскрылась. Она действовала очень неспешно, а Тэхен подстраивался под выбранный темп, позволяя ей взять все под свой контроль, параллельно сходя с ума от внутренних и внешних ощущений.       Сердце колотилось как сумасшедшее, разгоняя по венам кровь и выветривая все оставшиеся приличные мысли. Он желал большего, но осозновал, что для всего придёт время, но…       — ХеЧжу… — он сам отстранился, размыкая их губы и прикрыв глаза — сделал глубокий вдох. — ХеЧжу… — прошептал ещё раз, когда она приблизилась и уложив обе ладони на её щеки — прислонился лбом к её лбу и сглотнул. — Я уже говорил, что не железный… А ты слишком соблазнительная для моих нервов и терпения. У меня просто не хватит сил чтобы и дальше себя останавливать, поэтому если ты… — он отпрянул и взглянул на неё, осознавая, что долгое воздержание играет с ним злую шутку. — Если ты продолжишь меня так обалденно целовать — я больше не смогу сдерживать себя и свои желания… — он заправил растрепавшиеся волосы за ухо и облизнул губы, в последний раз ощущая её вкус на себе. — У нас будет для этого время. Чуть позже, — он улыбнулся ХеЧжу и заключил в объятия, чтобы не замёрзла и просто так, потому что хотелось. — Поехали домой? На улице уже похолодало. Боюсь, что ты заболеешь…       — Поехали… — сказала ХеЧжу и уснула в машине, так и не добравшись до дома, а Тэхен…       Он второй и третий раз решил стать самоубийцей. Притормозив у своего дома — он осторожно отстегнул ремень безопасности, схватил свой телефон и выйдя из машины — набрал номер Ли ЫнХе. ХеЧжу будет злиться, но он совершенно не хотел отпускать её прямо сейчас. Тем более, что отметины на её шее вряд ли вызовут радость на лице женщины.       — Госпожа Ли… — выдохнул клуб пара и в сотый раз обдумал выдуманную причину, по которой ХеЧжу не вернётся домой. — Я звоню вам, чтобы сказать, что друзья позвали нас на ночевку и мы останемся у них дома.       — А почему об этом говоришь мне ты? — немного сурово. — Где ХеЧжу?       — Она уснула, — вот это было правдой, наверное единственной, которую он скажет за этот разговор. — Я позвонил, чтобы вы не переживали, но я скажу ей, чтобы она перезвонила как проснётся.       — Она в порядке? — беспокойство в голосе ЫнХе читалось очень отчётливо, но она прятала все за серьёзным тоном. — Как все прошло?       — Она в порядке, — подтвердил Тэхен и ему на долю секунды стало стыдно. — Просто очень устала и уснула как только легла на диван…       — Это так похоже на неё… — со вздохом проговорила ЫнХе и пошуршала чем-то на фоне. — Она вырубается везде где только можно лежать или сидеть…       — Я позабочусь о ней! — вторая правда и это означало лишь то, что соврал он только один раз, а это не так уж и страшно. Наверное. — А завтра привезу её домой.       — Хорошо, — ещё раз выдохнула женщина и кажется ненадолго отложила телефон в сторону, потому что вновь позади послышались шорохи. — Если честно… — вдруг прозвучало тихое. — Я рада, что она начала меняться. Я даже и не думала, что этот переезд решит её проблемы и трудности, — в этот вечер она будто бы хотела сказать что-то очень важное, но смелости на это не хватало. — Я давно не видела её такой… Живой! — призналась и шмыгнула носом, видимо расчувствовавшись настолько, что не получилось сдержать порыва. — Я очень надеюсь, что все это излечит её до самого конца.       — Я скажу, чтобы она вам позвонила! Увидимся с вами завтра, — Тэхену вдруг вспомнился отрывок надписей в дневнике ХеЧжу и он на мгновение задумался. Не о поставленном ли диагнозе говорит сейчас женщина и не означает ли это то, что ХеЧжу излечивается? Если это так, то он приложит все свои усилия, чтобы это продолжало быть правдой. — Добрых снов, Госпожа Ли.       — Просто ЫнХе, — «серьёзно» напомнила женщина и хохотнула. — И вам спокойной ночи. Спасибо, что позвонил.       Она сбросила трубку, а Тэхен ещё пару минут простоял на улице, ощущая как холод пробирается тонкими лентами под рубашку. ХеЧжу совсем непростая. И в этом и есть её загадка. И он проявит терпение и приложит все услия, чтобы распутать её тайны.       Он подхватил ХеЧжу под коленки и она раскрыла глаза, стараясь сфокусировать взгляд, но через секунду уже прикрыла обратно, удобно устроившись головой на твёрдом плече.       Раскрыв двери квартиры — он не сразу понял, по какой причине в кухне горит свет, но не придал этому особого значения, сразу направляясь в спальню. Он вероятно забыл его выключить, когда кормил перед выходом Ентан, но в любом случае особенно на этом внимание он заострять не стал.       Опустив ХеЧжу на кровать — он потянулся за одеялом и накрыл её с ног до подбородка, параллельно усмехаясь тому, как мило она морщит носик от щекочущих прядей и кутается в одеяло как в кокон, сворачиваясь на кровати маленьким клубочком, поджимая под себя ноги. Он опустился, убрал мешающиеся волосы в стороны и поцеловал её в лоб, ощущая внутри себя невероятное счастье. Она рядом. Она здесь и тихо сопит в кровати, на которой он недавно её представлял.       Идеально.       Он прикрыл за собой дверь, мысленно пообещав ХеЧжу, что скоро вернётся и только сейчас его посетило странное ощущение.       Почему Ентан до сих пор не вышла его встречать?       Он тихо прошёлся по дому и был благодарен себе, что не надел при входе тапочки.       Спиной ко входу, на высоком бырном стуле сидела Лиа в платье с открытой спиной и наливала в высокий бокал терпкую рубиновую жидкость.