Девять жизней

      Девушка устало открыла глаза от не то стонов, не то мычания за соседней стеной. Она встаёт, чуть потягиваясь, и проходит в ванну, где умывается и смотрит в мутноватое зеркало. Оттуда смотрит черноволосая девушка лет двадцати пяти с тёмно-красными глазами и длинными тёмными волосами, растрепанными ото сна. Помятая домашняя футболка, порванная в нескольких местах. — Ну, здравствуй, утро. — Её голос измучен и тих. Казалось, что девушка всю неделю работала сверхурочно, но нет. А лучше бы работала.       Она выходит из комнаты в коридор. Пол скрипит под её тощими ногами, но недолго. Она останавливается перед дверью, прикрывает глаза, а следом натягивает улыбку на лицо, открывает глаза, и они сияют добротой и заботой. Темноволосая толкает дверь в залитую солнцем комнату, у окна в инвалидной коляске сидит пожилая женщина. Она что-то обеспокоенно мычит, иногда переходя на визг и успокаиваясь мычит какую-то мелодию. Её блёклые, практически слепые светлые глаза смотрели за окно. Ветви огромных красных клёнов едва качались под ласковым утренним ветерком. Один лист, рубиново красный, сорвался и залетел через окно в комнату, упав на колени женщине. Та медленно перевела взгляд вниз и её глаза увидели этот лист. Лицо, испещрённое возрастными морщинами, и правая часть лица, перекрытая уродливым шрамом, что тянулся вниз по шее, исказилось в страхе и женщина громко, истерично замычала. — Мама, все хорошо не волнуйся. Это я. — Девушка улыбнулась, в пару шагов пересекая расстояние и скидывая красный лист с колен. Она аккуратно, нежно кладёт руки на колени матери и гладит, успокаивая.       Девушка тратит десять минут, стараясь успокоить мать. Следом аккуратно выкатывает коляску в коридор, а затем вниз на первый этаж и на улицу. Сама же она возвращается в дом, переодевается в светлые бриджи и майку, убирает волосы в слабую косу, перехватив светлой лентой к низу.       Брюнетка фиксирует коляску и напоследок улыбается матери, а потом разворачивается и уходит в город. На аккуратное лицо вновь падает пелена усталости. Плечи чуть ссутулятся, а глаза обеспокоенно бегают по улочкам. Паранойя почему-то зашкаливала. Сейчас, будучи в толпе людей, девушка чувствовала себя неуютно, уж лучше бы было закрыться в пещере у источника. Но именно сегодня нелёгкая понесла её в город. — Ахахаха, да ты явно шутишь Гектор! — Девушка оборачивается на достаточно громкий и смутно знакомый голос. В трёх метрах от неё шли молодые люди в светлых комбинезонах одного она знала заочно, а конкретно парня в забавной шапке, где было написано Пенгвин. Жительница острова ускорила шаг, разрывая расстояние и скрываясь в толпе. — Лия, как матушка? — Одергивает её на рынке женщина, приветливо улыбаясь. — Как обычно, не волнуйтесь. — Приветливо фальшиво улыбается Лия и снова скрывается в толпе. Она безумно устала от такой жизни. Устала тянуть на себе дурацкую секту и вместе с тем мать. Устала нести этот грех.       Когда, казалось бы, уже она была в безопасности и вылетела на людную улицу, то влетела в молодого человека. Он был выше неё на голову и облюбован солнцем, не то, что она. — Ирис? — Его приятный бархатный голос назвал женское имя с недоверием. Внутри у Лии всё похолодело, оборвалось и перевернулось. Отвратительное чувство. — Ты же пошла в магазин, тогда как…?       Пират провел на привычной высоте рукой, но ничего не ощутил. — Оя, Малыш Ло, я только отошла в магазин, а ты уже девушек обнимаешь, вот негодник. — Перед ним стояла его Кошка. Выше незнакомки, что налетела на него и была миниатюрным отражением Ирис. Трафальгар отодвинул незнакомку и цепким, холодным взглядом пробежал по практически идентичным чертам лица, глазам, что отличались буквально на пару оттенков, и с подозрением посмотрел на свою накама. — Да вот незадача, Ирис. — Брюнет щурится и успевает схватить Лию за руку, прежде чем та даст дёру. — Не знал, что ты научилась клонироваться.       Алые глаза Ирис недобро сверкнули в свете солнца из-под капюшона. Лже-Ирис обернулась, испуганно глянув на Кошку. Она не была готова к такой скорой встрече. — Это не копия Ло. — Пират наклонила голову к плечу, сардонически усмехнувшись. — Это моя младшая сестра, Эмилия. — Линнеа…       Лия нервно поджала губы, не зная куда деться и куда провалиться, в темно-красных глазах стояли слёзы. Какие боги потащили её в город. Ведь все знаки, что Неа вернулась были на лицо. Припадок матери, паранойя и тот парень. А вот теперь и вовсе сама старшая, воскресшая, сестра и её избранник, отмеченный Богиней Бастет.