Девять жизней

      Город, как и природа были красными. Остров вечной красной осени и остров Бастет, красный как её глаза и реки крови, что она проливала. Остров, цвет которого кошкам никогда не узнать. Вариантов почему природа вобрала эти краски много и основным для жителей и последователей культа стал именно олицетворение богини как кровавого бога, но увы. Многие уже и не помнили истинного значения культа, как и не помнили значение цвета.       Уволочь главную жрицу-провидицу культа в красный парк оказалось просто, Лия даже не сопротивлялась. Девушка знала, что какой бы жестокой и обиженной сестра не была, угрозы для неё она не представляла. — Раз уж ты всё равно вышла прогуляться, то прогуляешься с пользой. — Глаза Ирис блестели в лучах солнца и оттого горели ярче обычного. Она шла между Эмилией и Ло, хищная ухмылка так и не сходила с её лица. — Неа, а что ты… — Младшая не успела договорить, когда получила тычок под ребра и недовольное цоканье сестры. — Ирис. — Хорошо, Ирис, а что ты хочешь узнать? — Лия сразу поняла, что именно не понравилось Кошке, ведь это имя на этом острове, принесло ей много боли и страданий. Да, и так она знала зачем пираты приплыли на этот остров. Если бы не проклятая нодати, то Ирис никогда бы не посетила этот остров вновь. — Пятнадцать лет прошло, Эмилия, а ты так и не научилась косить под дурочку.       Ло молчал, наблюдая за накама и частью её семьи. Дымчатая завеса тайн над Ирис начала приоткрываться, и капитан хотел узнать, что же было под этой завесой. — Кикоку, да? — Сама задает вопрос жрица и замолкает ненадолго, обдумывая как бы подать информацию.       Они шли по тропинке, усыпанной свежими листьями и травинками. Жрица ненавязчиво потянула сестру за рукав, увлекая ту на лавочку для разговора. Ирис, же не поведя бровью, сделала широкий шаг и обогнав свою маленькую копию уселась на лавочку, вальяжно закинув ногу на ногу. Эмилия скромно устроилась на краю, напряженно сжимая острые коленки под штанами. Ло же предпочёл обойти лавочку и облокотиться сзади по левую руку от Кошки. — Кикоку, после твоего ухода оказалась проклята. — Начала девушка и набрала в грудь побольше воздуха. — Она находится в глубине красного источника…       Глухой только не услышал, как заскрежетали зубы Ирис и из горла вырвался рык. — Ирис, прошу успокойся! — Вскрикнула перепуганная Эмилия. — Она даже не разозлилась, успокойся, девочка. — Вставил свои пять копеек Ло, уж кто как не он знал как выглядит злая и беснующаяся Кошка. А этот рык котёнка, обиженного на хозяина даже, не пугал. По крайне мере его.       Лия нервно дернула головой в сторону Ло. Этот человек пугал. Да, он молод, но Эмилия видела далеко в будущее и далеко в прошлое. Кровавый след что тянулся из детства и прокладывал дорогу в будущее этого молодого человека. Лии было искренне жаль этого мальчика, но она начала понимать почему именно он, а не кто-то другой был выбран Бастет.

***

      Ночью Ирис сидела на кухне подлодки и впутав руки в волосы устало смотрела в стену. Новости о том, где находится этот меч били по самому больному, что осталось в искалеченной с первой жизни душе. Впервые ей хотелось рыдать, рыдать как не рыдала десять лет назад. — Мы справимся, как обычно. Не волнуйся. — Ло накинул покрывало на тонкие плечи накама и легко касаясь пальцами пушистых ушек, пригладил волосы. — Поддержка твоего уровня, Ло. — Устало шутит девушка, поднимая красные глаза на капитана. — Как умею. — Пожимает плечами парень и усмехается. — Пошли спать. Завтра тяжёлый день. Очень тяжёлый, малышка Неа.

***

      Утро выдалось беспокойным. — Как это рыжее недоразумение умудрилось пропасть? — Первый вопрос задала Ирис, глаз которой дергался.        Гектор закатил глаза, как и Ло. Пенгвин просто молчал. А Бепо… Бепо был в своей атмосфере и рассыпался в извинениях. Шачи нёс вахту ночью, а под утро исчез. Его словно и не было. Единственное, что можно было сказать, Шачи пропал в районе пяти-шести утра. Запах был ещё свежим, но было что-то ещё, это и заметил Бепо. А Ирис случайно увидела клочок одежды, на краю. И явно это был не комбинезон рыжего косатика. — Красный, да? — Даже не пытаясь разглядеть цвет, Кошка протягивает клочок одежды команде. — Лия? — Задаёт вопрос Ло, первое что пришло ему на ум, а Ирис смеется, нервно. — Ты видел её? Она и кошку не украдёт, а тут Шачи. — Девушка замолкает, забирая пальцами передние пряди волос наверх. — Культ, жрецы или кто-то из этой компании.       Что оставалось делать команде Пиратов Сердца? Идти и отвоевывать своего косатика.       Команда А Бепо и Гектор. Команда В Ло и Пенгвин. Команда С Ирис.       После разделения все разошлись на поиски. Кошка дала короткие инструкции, где могут быть адепты и как их найти, обговорив время и место встречи все принялись за пропажу.       Тёмный переулок с помойками и их заядлыми посетителями кошками. Ирис ухмыльнулась, как же все жители низко пали, что забыли свою историю и природу. Она прокашлялась и звонко рыкнула. Скрежет, грохот и через минуту перед пиратом стояла мини пушистая армия. Кошки — это лучшая система слежения в городе. Животные обеспокоенно мяукали, вились у ног и обсуждали кто что видел. Ирис же устало присела на корточки и почесала одну старую серо-белую кошку, что подсказала, в какую сторону от пристани уволокли мальчишку в тёмных очках и шапке. Как же это все было не к месту.       Следующим местом посещения был дом в конце города. Старый и нелюбимый. — Я знала, что ты придёшь, сестра. — На пороге, словно побитая собака, стояла её миниатюрная копия в красном платье. Ирис не нужно было стараться всмотреться даже человеческими глазами, чтобы понять. Это одеяние она помнила и помнила слишком хорошо. — Ну тогда ты в курсе зачем я здесь. Куда вы уволокли нашего накама? — Кошка не хочет идти туда. Дом, где Лия и Неа выросли, но Неа мертва и это более не её дом. Зачем тревожить старое? — Это не уличный разговор, Ирис. — Глаза Эмилии серьёзны и холодны, как и тон её звонкого голоска.       Кошка тяжело вздыхает и сдаётся. Ступеньки скрипят, как и половицы под ногами, девушки заходят в дом, младшая закрывает дверь, привалившись к ней спиной. Красные глаза бегают взволновано по помещению, а коленки дрожат. — Это культ. Это все Раймонд. Он видел в водах как ты и тот мальчик близко общались. — Лия не выдерживает наплыва эмоций и падает на колени, заливаясь слезами и рассыпаясь в извинениях.       Ирис поджимает губы, грубо хватает сестру за шиворот и тащит в гостиную, где усаживает её на диван и выливает стакан воды, что так вовремя оказался на столике рядом. Жрица судорожно хватает ртом воздух, а глаза старшей бегают по гостиной. У дверного косяка старые зарубки их с сестрой роста. Метр семьдесят четыре последняя отметка Линнеи и метр шестьдесят четыре Эмилии. На камине стоят фотографии, покрытые трёхдневной пылью или около того. Две девушки с разницей в пять- десять лет на пикнике улыбаются, показывая из рук сердечко, фото вызывает добрую улыбку на лице Ирис. Следующее фото же вызывает грустные эмоции. На нём сама Ирис в объятиях молодого светловолосого человека, чьи руки лежат на круглом животике. Она уже была фруктовиком и через месяц другой Линнеа умерла. — Они хотят повторить то, что было пятнадцать лет назад. — Собирается с силами говорит брюнетка и судорожно сжимает руки в замке. Она единственная кто выжила тогда. Богиня пощадила её, разглядев в ней то, что хотела. — А они, я смотрю, не собрали даже кучки мозгов. — Она не смотрит на сестру, стараясь унять внутреннюю бурю эмоций. — Надеюсь, ты не пошла по стопам этой женщины.       Ирис кивает в сторону проема, где виднеется колесо инвалидной коляски. — Ирис, зачем ты так… Она же наша мама… — Растеряно отвечает Лия, испуганно переводя взгляд от проема к сестре. — Не мне тебя судить, но я бы не считала её матерью, после того, что она сделала. Даже как-то жаль, что она выжила тогда. — Кошка безжалостно режет правду, единственное, за что она благодарна, это за возможность встретить Ло и остальную команду. — Ир… — Хватит. — Обрывает Лию брюнетка и резко разворачивается с горящими праведной ненавистью глазами. — Если она родила нас, это ничего не значит. Ты, как жрица, должна знать, что это было просто обязанностью. Она даже не хотела детей! Да кто вообще в здравом уме пойдёт на оргию, чтобы зачать «святой» плод Бастет?! Как они это оправдывали? Ах, да, точно во славу нашей святой богине-покровительнице любви и радости! Напомнить, чем это закончилось? — Не на… — А я всё же напомню тебе. Она убила свою дочь, твою сестру. Убила её мужа и нерожденных близнецов, твоих племянников, вырвав их из чрева. Ты всё ещё считаешь её матерью? Может ещё и награду ей дадим мать года?! — Ирис была в бешенстве. Она и не думала, что заведётся пол оборота. Казалось, что она отпустила всё это ещё когда начала новую жизнь, но увы. Всё ещё нет и старые шрамы ныли.       Эмилия молчала. Ей нечего было сказать, она сама была свидетелем этой сцены в пятнадцать лет и это всё тоже оставило отпечаток на психике. И когда в глазах Ирис блеснул нездоровый, дикий огонёк, она вздрогнула. Как вообще они пришли к этой теме? — Прости… — Лия извинялась за всех перед пустотой, потому что пират вылетела из дома как ошпаренная, громко хлопнув дверью и зло рыкнув напоследок. К младшей дочери, не спеша подкатывая коляску, вышла мать. Дрожащие руки слепо коснулись тёмных волос и погладили. Главная экс-жрица плакала, мыча мотив детской колыбельной.