Будни берсерка

Утро следующего дня началось как всегда красочно: Каска и Джудо засели в комнате Рикерта, с похмелья принимая его настойки; Гатс же тем временем громко материл весь этот мир по причине находившихся в коридоре последствий бурной выпивки Гриффита… и не только; сам Гриффит пребывал в сладких объятиях с унитазом. Одним своим видом ястреб вызывал к себе сострадание, однако хирурга грустным (почти трезвым!) взглядом не пробьёшь. В столь лирический момент Гриффит мог думать лишь об одном: не было ли сном всё, произошедшее вчера. Медик в глубине души задавался тем же вопросом, но до разговора на эту тему всё никак не доходило. В белобрысой голове вопросы кружили, как мухи над рафинадом, а что делать дальше не знал никто. Когда, ближе к полудню, ястребы наконец более-менее оклемались, и Гатс практически остыл, пришло время семейного завтрака. Ели, в случае Гриффита пили травяной чаёк, в гробовой тишине. Каска и Джудо явно ощущали напряжение, нависшее между ястребом и котом. Рикерт наблюдал за обычно громкими, но на данный момент затихшими птенцами. Так могло продолжаться ещё около часа, однако Гатс разрешил ситуацию бегством, уходя на работу и не оглядываясь на Гриффита. — Гриффит, вы уже поговорили на эту тему? — осторожно начала Каска. — Я даже не знаю, как к ней подобраться, — немного помолчав, ответил ястреб. Его лицо выражало очень несвойственную ему растерянность. — Мне страшно, что сейчас он может просто отвергнуть меня, — неожиданно ударился в откровения голубоглазый. — Уверен, вы оба загоняетесь, — заключил Джудо, после чего поднялся и направился к себе. Гриффит обречённо положил голову на стол, тяжело вздохнув. Рикерт стал ободряюще гладить его по спине, а Каска слабо улыбнулась. — Вы такие милые… просто глупые, — сказала девушка.

* * *

Управляя машиной, мыслями Гатс находился далеко от дороги, не переставая думать о том, что невозможно забыть. В эту ночь белобрысый был категорически пьян, поэтому это скорее всего были не его настоящие чувства. Что до самого Гатса, он не больше знал о собственных возможных намерениях. Если бы они начали говорить об этом, то больше никогда не смогли бы общаться как прежде. Не желая подобного исхода, хирург решил избегать подобных тем.

* * *

Прошло несколько месяцев, и наступило лето. За это время Гриффит на пару с Каской прилично заебались бегать за Гатсом, что успешно следовал своему незамысловатому плану. Пару дней назад, например, они, а вместе с ними и Джудо с Рикертом (деваться было некуда) прибыли в сельскую местность, где не менее заебавшийся хирург тщетно пытался использовать в качестве укрытия собственный загородный домик, в дополнение к уже имеющемуся приобретённый несколько лет назад. Хлопнув дверью, отчего та едва ли не развалилась, в помещение влетел ястреб. Сметая всё на своём пути, он метнулся к Каске и схватил её за плечи. — Я так больше не могу, — рвано выдыхая, высказался беловолосый. — Долго же ты продержался, — подметила девушка. — Предлагаю принять крайние меры. — Какие меры? — спросил, высунувшись из-за угла, невинно хлопающий длинными ресницами Рикерт. — Крайние, — протянула Каска с нажимом. — Пригласи его уже на свидание. — Куда? В магазин, что ли?! — эмоционально поинтересовался Гриффит. — Ну хотя бы. — Темноволосая пожала плечами. — Сходи в поле, насобирай букет цветов, венок, наконец, сплети. Что угодно, только без твоих излюбленных выкидонов. За неимением других вариантов Гриффит был вынужден согласиться и поспешно удалился, через час вернувшись с пышным букетом ромашек. Аккуратно перевязав цветы ленточкой, ястреб, трижды вдохнув и выдохнув, отправился корректировать свой внешний вид. Пора было приступать к штурму. Предпочитая отдыхать от собственных заёбов при помощи физического труда, Гатс усердно копал картошку. Идиллию нарушил ястреб, решив произвести впечатление своим грациозным появлением, представляющим из себя свисание с крыши ветхого сарая вблизи дома. Вися вниз головой, Гриффит протянул возлюбленному собранный букет и добродушно улыбнулся.