Инфантилизм

ПРЕДУПРЕДЕНИЕ!! Имеются моменты 18+, кому не приятно такое, не читайте и промотайте дальше. Остальным приятного чтения.

Сейчас около трёх часов дня. На улице совсем немного ветрено и прохладно, но не критично. Мимо толпами проходят компании подростков, детей с родителями и просто людей, идущих по своим делам. Ветер по дорожкам гоняет опавшие листья и кружит их в своём замысловатом танце. От кафешек и ларьков, которые находятся рядом, вкусно пахнет, и это подогревает аппетит всех мимо проходящих людей. Хосок и Юнги сидели сейчас в одной из таких мест и кушали жареное на гриле мясо. Хоби рассказывал Юнги про то, что случилось с ним после выписки – о учёбе, о своей милейшей собаке Мики, о том, что он снова может рисовать в уютной и комфортной обстановке. Юнги слушал его очень внимательно, иногда засматриваясь на то, как младший облизывает во время разговора пересохшие губы или покусывает их, что-то вспоминая. Это всё кажется таким привычным и домашним, что уже нет того небольшого напряжения, что было при встрече. — Так вот, я ему и говорю... - Чон и дальше что-то говорит о парне с его потока, который сам мало что может, и выпендривается ещё. Хосок заметил, что Мин больше пялится на него, чем слушает. — Хён, ты чего залип? — А, прости, задумался... — Интересно о чем? — О том, что было перед тем как ты ушёл, тот поцелуй и... – Хоби при упоминании той сцены залился краской, в принципе так же, как и старший. Стало жутко неловко. Мин решил не тянуть быка за рога и спросить сразу в лоб. — Ты всё ещё в меня влюблён? —Да, и с каждым разом, вспоминая о том, что было в больнице, я влюбляюсь всё больше. – Чон опустил взгляд на руки, что лежали на столе. — Если тебе неприятно это, то можешь просто забыть об этом. — Хо, это не так. Мне вовсе не неприятно и не противно. Я не считаю, что из-за того, что ты меня любишь, мы сразу прекратим наши отношения. - неожиданно на телефон Хо позвонили, Юнги кивнул ему, мол "ответь, если это важно". — Да? Нет, я в кафе с Юнги-хёном, а что?.. Это очень срочно?.. Ладно, скоро буду. – Хосок отключил телефон и положил к себе в карман. — Хён, сходим ко мне домой? — Что-то случилось? – Юнги подозвал к себе официанта и попросил счёт, тот поспешно удалился. — Давон попросила принести ей её блокнот с записями заказов, она его забыла. Сходим домой за ним? — Да, конечно. Твой дом далеко? – официант принёс счёт и парни, расплатившись, вышли из заведения. — Нет, отсюда две остановки на автобусе. Я покажу дорогу. – Юнги кивнул и снял машину с блокировки. Ребята сели и довольно быстро доехали до многоэтажки в обычном районе. - Нам на пятый этаж. Ты подождёшь или со мной? — Я схожу с тобой. – Хосок кивнул и направился с Юнги в сторону дома. Ребята быстро поднялись на нужный этаж и зашли в квартиру. —У вас довольно мило. — Спасибо. Можешь пройти дальше и подождать, я пока поищу блокнот. - Хоби ушёл в комнату, которая находилась справа, а Юнги пошёл дальше по коридору. Основной цвет в квартире был светло-кофейный с элементами темно-коричневого и белого. На стенах много фото брата с сестрой и холсты с работами Хо. Юнги заметил в конце коридора дверь, что расписана краской. Юн подошёл к ней и открыл, почувствов неслабый запах краски. Мин прошёл дальше и оказался в небольшой комнате. Полы и стены из свело-кофейных уже стали полны цветов из-за краски на ней, полы тоже в ней. В одном углу стоят холсты и свернутые листы ватмана, в другом уже использованные. Юн сразу подошёл к ним и стал перебирать, рассматривая каждую работу. —Красииво... - с придыханием сказал Юнги, продолжая удивляться работам парня. Около окна на мольберте стоял хост, прикрытый белым полотном. — Новая? – Юнги оставил холсты в углу и подошёл к ткани. Только он хотел снять её с мольберта, как около двери он услышал шаги. — Хён? – Хосок стоял в проходе с черным блокнотом в руках. Мин немного дернулся и нечаянно сдернул ткань с холста. На холсте был изображен он, примерно по плечи, ещё с черными волосами и в окружении цветов пастельных оттенков. У Хосока в этот момент сердце в пятки ушло от неожиданности и неловкости. — Юнги?.. — Хоби, могу я тебя кое о чем попросить? – Юнги стоял и не отрывал взгляда от работы парня. У Чона мурашки по телу от такого тона старшего. — Да, что именно? – Мин молча подошел к нему и встал напротив смотря прямо в глаза и тепло улыбнулся. — Нарисуешь меня ещё? Мне нравятся твои работы. — Ч-чего?.. А, да. Конечно нарисую. – Хоби улыбнулся и пошёл с Юнги к выходу. Парни вышли из дома и, сев в машину Юнги, поехали в студию к Давон. Ребята ехали недолго, студия находилась в невысоком здании через пару кварталов, и представляла собой просторное и белое помещение с кучей рабочих столов и манекенов. Девушка стояла с сантиметром на шее и делала выкройки для каких-то вещей. Чон-старшая поблагодарила ребят и отправила из студии, чтобы не мешали. Юнги, выходя из здания, предложил пойти прогуляться около реки, Хоби на это только согласился. Уже довольно темно на улице, но яркие вывески и огни города не создавали ощущения ночи. Многие люди шли с работы или учебы и заходили в кафе или бар, чтобы отдохнуть после трудного дня. Уже не так тепло и легкий ветерок со стороны реки заставляли ёжиться от немного неприятной прохлады, которая вызывает мурашки по всему телу. Юнги и Хосок шли около берега и молча смотрели на всё вокруг иногда что-то говоря вслух. Сейчас у них нет нужды в разговоре – парням прекрасно без лишних слов. Хосок иногда засматривался на хёна – на его красивый профиль, красивые глаза, светлые волосы и то, как огни отовсюду отражаются на его лице. Именно такого, милого и раслабленого Юнги, хочется иметь рядом дома, чтобы он мог успокоить в трудное время или поддержать. Когда парни были примерно на середине моста, Хосок остановился. — Хоби, что-то не так? – повернулся к нему Мин, а у Хо сердце от чувств наружу рвётся. Он берёт и прижимает к груди руку старшего. — Хо? — Юнги, я правда тебя очень люблю, и не знаю как буду дальше без тебя жить. Я каждый день вспоминаю наши встречи в больнице, как ты пытался всячески мне помочь. Я тебе за это очень благодарен, и не только я, Давон тоже. – Чон сжал его руку сильнее, а на лице Мина появилось волнение. — Хосок, что ты.. — Прошу, не перебивай. – Юнги сразу замолчал. — Хён, я-я хотел сказать, что уже не вижу жизни без тебя. Тот портрет, который ты видел – это дипломная работа. Нам сказали изобразить самое дорогое, что мы имели в совей жизни. Думаю, ты понял этот пункт. – Хосок отпустил его руку и запустил себе в карман, в уголках глаз уже начали копиться слёзы. —М-мы может не совсем идеальные и не всё знаем друг о друге, но я хочу это исправить. Ю-юнги, т-ты выйдешь за меня? – Хосок достал из кармана простое кольцо из киндера и протянул ему, а у Мина в этот момент закончились слова. — Хо, ты серьёзно? – что-то в этом вопросе показалось Чону очень странным и подозрительным, и напряжение между ними выросло. — К-конечно ты можешь отказать, я не против быть друзьями и.. – его резко оборвали чужие губы, что мягко его поцеловали. Не было никакой грубости или похоти, была только нежность, любовь и много чувств, которые сложно описать словами. Когда Юнги отстранился, щеки Хо были уже красными от смущения и влажными от дорожек слёз. Мин с особой заботой вытер слёзки с любимого лица. — Я разве сказал «нет»? – Чон покачал головой — Ну вот, а значит что? — Ты согласен? – сколько же сейчас в его фразе и взгляде было мольбы, не описать. Юнги усмехнулся и взял кольцо из рук парня. — Ты мог бы спокойно меня убить, скажи я «нет», но я не говорю. А значит мой ответ – да. Я согласен Хосок. — Чон облегченно вздохнул и крепко обнял Юнги, своего Юнги. Это, наверное, один из самых нервных и одновременно счастливых моментов их жизни. Мин поднял лицо Чона за подбородок и снова поцеловал, но уже грубее и по-собственнически. Хосок старался отвечать на поцелуй, в ответ сминая и чуть посасывая чужие губы. Парни уже не помнили как оказались в квартире Юнги, как старший ставил на нежной коже свои метки, каждый раз целуя новую. Хоби сжимал в пальцах плечи и простыни под ласками Мина, а тот в свою очередь старался сделать своему малышу максимально приятно. Когда Юнги провел рукой по бугорку в штанах Хосока, тот сладостно простонал что-то не внятное, но приятное слуху. — Х-хён, помоги пожалуйста... – стонал Чон под ловкими ручками старшего. Юнги посмотрел на него исподлобья и хищно улыбнулся, ставя очередной засос на бедной шее Хосока. — А волшебное слово? – он тянул резину, хотя сам еле держался, чтобы не взять этого малыша сразу же, без подготовки и растяжки. Хосок снова что-то тихонько промычал, отворачивая голову. — Я не слышу, Хоби. — П-папочка, трахни меня уже... – Хосок и от себя такого не ожидал, слова сами слетали с губ. На Юнги как ни странно эти слова подействовали как спусковой крючок, и он быстро начал стаскивать рубашку и расстёгивать ширинку на джинсах Хо, быстро стягивая их с него вместе с боксерами. — Вижу мой малыш хочет немного поиграть? – Мин снял пояс с брюк и связал им руки за спиной Хо. Тот же просто стонал, пока естественная смазка пачкала живот и простыни. — Папочка сейчас сделает тебе приятно, не переживай. Открой-ка ротик. – Чон послушно открыл рот, и Юнги засунул в него два пальца, а второй рукой начал водить по члену младшего. Хосок начал извиваться как уж на сковороде и толкаться в руку старшего, посасывая его пальцы во рту. Через какое-то количество толчков Хосок уже не мог нормально мыслить, и просто стонал от каждого действия Мина. Когда Чон был близок к разрядки, Юнги перевернул уже податливое тело парня на живот и немного прогнул его спину. — Сейчас может немного болеть, но потом пройдёт. – Хосок кивнул и Юнги, ещё раз оглядев всю красоту картины перед ним, засунул в Хосока один палец. Парень уже от этого не слабо застонал и сжал в зубах край простыни, а когда добавился и второй, то уж точно не мог сказать чего-то внятного. Юнги просто продолжал, хотя в брюках было ужасно тесно и до одури больно. — Х-ха... Кха... Ю-юнг... ги... –еле говорит Чон, поворачивая голову к хёну. — Да, детка? — Х-хватит играть со мной, выеби меня наконец... – закончив, Юнги вынимает пальцы и, раздевшись, входит в Хосока на небольшую часть, но тот уже начал стонать сильнее, как сучка при течке. Юнги ненадолго остановился, давая парню привыкнуть к ощущениям. — Всё ОК, детка? – в ответ только небольшой кивок и Мин начинает медленно двигаться. Хосока от ощущений бросает то в жар, то в холод, но хочется намного большего. Когда Юнги бьёт прямо по узлу внутри, Хосок громко выкрикивает его имя со сладостными стонами в придачу. Юнги уже ничего не держит, и он жестко долбится в зад парня, шлепая его по упругим половинкам и оставляя свои метки на шее, плечах и спине. Когда Хосок поворачивается к нему лицом, темп становится только быстрее, а шлепки тел друг о друга ритмичнее. Мин целует Чона, переплетая языки и покусывая губы, одной рукой уже дроча ему, стараясь попасть в темп своим движениям. Сладкая пытка в итоге заканчивается, когда Чон кончает себе и Юнги на живот, а Мин случайно изливается в него. Оба парня устали, запыхались и хотят спать. Но сейчас они безумно счастливы, засыпая в обнимку. Утром Юнги не находит родное тепло под боком, но зато с кухни слышно тихий голос, что подпевает какой-то песне из радио. Мин надевает первую попавшуюся футболку с шортами и идёт на кухню. Там в одежде Юнги, готовя завтрак, подпевая и пританцовывая, стоит Хосок, хоть боль в пояснице и даёт о себе знать. Холли сидит на полу около его ног и довольно виляет хвостом, а Юнги просто старается не смеяться с этой ситуации. — Доброе утро, хён. – говорит Хосок, ловко перемешивая в сковородке мясо и овощи. — Завтрак скоро будет готов, сядь пока за стол. — Хорошо, Хоби. – Юнги садится за барную стойку, котора служит тут вместо стола и продолжает пялиться на это чудо в растянутой майке и с растрепанными волосами, ярко-рыжего цвета. Мин просто радуется такой домашней и уютной атмосфере, что даже не замечает, как перед ним появляется тарелка с едой и чашка кофе. — А, спасибо, Хоби. — Приятного. – Хосок садится напротив и начинает спокойно кушать свою порцию, пока в какой-то момент не кладёт на стол вилку. — Хён, ты не жалеешь о том, что со мной связался? — Хо, если бы я хоть в чем-то сомневался, мы бы тут не сидел сейчас здесь вместе. А если ты имеешь в виду твоё предложение, то. – Юнги показывает, надетое на безымянный палец, детское кольцо. Чон улыбается и продолжает кушать дальше. Наверное теперь их жизни изменятся в лучшую сторону.