Неотвратимо

— Ты сошёл с ума. Цунаде в бешенстве — собранные в хвосты волосы растрёпаны, в тёмных глазах горит огонь, а руки дрожат, будто она вот-вот вмажет кулаком по стене. — Я всё равно отправлюсь его искать, и ты меня не остановишь. Она смотрит на него пристально, сканирует, как очередного пациента на предмет трещин и переломов. Наконец её взгляд смягчается. — Ты однажды доведёшь меня до сердечного приступа, малец. Наруто улыбается. — А я считал, что у тебя отменное здоровье, особенно для твоего возраста. Он уворачивается от полетевшей в него книжки. — Сай расскажет в подробностях о появившихся зацепках, — бросает она ему в спину. — Наруто. — М-м? — Постарайся не натворить глупостей. Он фыркает — просьба явно не по адресу.

***

— Наруто, ты! Ты сошёл с ума! Сакура пыхтит, как закипающий чайник, пока подлечивает раны, с чем не справился Курама — из чистой вредности, скорее всего. Наруто поднимает на неё взгляд, поощряя её выплеснуть негодование. — Ты себя угробишь рано или поздно! Подожди хотя бы, пока кости нормально срастутся. — Она вздыхает и добавляет чуть тише: — Я понимаю, ты хочешь спасти Саске... Он давит истерический смешок. Нет. Не понимает. И едва ли поймёт, каково это — просыпаться каждое утро и вспоминать, что не достучался, не образумил, не переубедил. — Тебе ещё долго? Сакура недовольно поджимает губы и сосредотачивается на работе. — Две минуты.

***

— Ты сошёл с ума, — замечает Шикамару вскоре после его бескомпромиссного заявления о том, что он сам спасёт Саске. Наруто теряется. Не от самих слов — их всевозможные вариации он слышал столько раз за последнее время, что тошно. В тоне Нары ни осуждения, ни злости, ни-че-го. — Ты хоть раз думал, — говорит Шикамару спокойно, закуривая, — что с тобой станет, если ты его не вернёшь? Его вопрос не лишён здравого смысла. Постоянные тренировки и миссии не очень-то отвлекали от размышлений о Саске. Наруто действительно пытался представить, что случится, если он потерпит окончательное поражение. Ответ, крутившийся в подсознании, испугал. Такое едва ли стоит озвучивать при других. — Куда важнее, что станет с ним. Шикамару хмыкает. — Не бросайся безрассудно в самое пекло, если не хочешь свести свои шансы на успех к нулю. Если бы. Это же Саске. Или всё, или ничего. Без вариантов.

***

— Ты сошёл с ума, — шепчет Учиха, и Наруто не определит, чего больше в его тоне — восхищения или ужаса. Он обещает себе разобраться в этом как-нибудь потом. Ведёт пальцами по поясу пижамных штанов, наблюдая за реакцией Саске, упиваясь ею, как ненормальный. У Учихи грудь вздымается на прерывистых вдохах и выдохах, что распаляет лишь сильнее. Наруто ныряет рукой под резинку, скользит ладонью всё ниже и ниже, продолжая смотреть Учихе прямо в глаза. И испытывает небывалый триумф, когда видит лихорадочный блеск в них и лёгкий румянец на щеках. — Знаю. И мне повезло. Ты ведь не менее чокнутый, верно? Раздаётся треск электричества. — Вот же засранец, — выдыхает ему в губы Саске, горячий, доведённый до края, готовый к любым безумствам. Только его.