Девиация в этюдах

      Что это трещит вовсе не ее телефон, Гвен поняла только попытавшись в третий раз отключить будильник. Звук расходился по квартире, уверенно огибая углы, заставляя морщиться и прятать голову под подушкой. Мелодия у звонка надтреснутая и вовсе не мелодичная, как уверял мастер, заменявший старый, проводной и привычный звонок-кнопку. Беспокойный гость успел нажать на него еще несколько раз, прежде чем Гвен распахнула входную дверь, злая и сонная. — Кто тут звонил? — Я звонил — Читать не умеешь? Элайджа открыл рот, закрыл обратно и огляделся. — Читать что? — Табличку. Прямо перед твоей физиономией Гвен попыталась ткнуть в собственноручно прибитую к стене табличку и промахнулась, вместо этого попав по гладкой, недавно окрашенной стене. И вспомнила, что сама сняла ее после того, как обнаружила очень уродливое граффити на ней. Новенькая, чистая и яркая все еще лежала у нее в прихожей, ожидая своего часа. Рид нащупала ее другой рукой, повесила на дверь и с чистой совестью захлопнула прямо перед братом. Элайджа завис, глядя на выгравированное «Звонок не работает. Пожалуйста стучите». Неуверенный стук раздался секундой позже. — Вот так бы сразу — Гвен открыла дверь еще раз — Чего тебе? — С вероятностью в 87,6% ваш брат пришел поздравить вас с Днём Рождения. - Уверенно раздалось сзади. - Доброе утро, мистер Камски. С Днём Рождения, Детектив — Просила же называть по имени, сколько можно повторять РК, выглянувший из своей комнаты, и бровью не повел на упрек в свой адрес, мигнул разочек диодом и всё. Спокойный, высокий и голубой как небо над Аустерлицем. В смысле диод у него голубой, а не он сам. Хотя… Гвен на минуту задумалась и над этим. Потом повернулась к замершему на пороге брату. — Так чего пришел? — Твой напарник все верно подметил. Но если я вас от чего-то отвлекаю… И даже если после этого детективу Рид будет предъявлен гражданский иск, Гвен все равно будет настаивать на том, что Элайджа был пнут в колено абсолютно заслуженно.       Когда все незваные братья были выпровожены, торт умят в рекордные для нее самой сроки, а притворяющаяся забытой и одинокой Тыква затискана и заглажена Элайджей под возмущенные взгляды хозяйки — «ах ты морда хитрая! Я тебя кормлю, я тебя вычесываю, я тебя игрушками балую, а ты вон к кому ластишься!» — Гвен плюхнулась на диван, досыпать недоспанные часы. РК сел рядом, поглаживая хитромордую кошку. — Что люди обычно дарят другим людям? — Открытки, книги, деньги. Загугли — Я уже. И ни один из предложенных вариантов не подходит под ваш профиль в моей базе. — Ну, — Гвен села поудобнее, подобрав ноги под себя — я обычно дарю Элу книги. Какой-нибудь из трудов Тьюринга или учебник по психиатрии. Или сборник сказок из нашего детства — Мистер Камски не похож на того, кто станет перечитывать сказки в стол зрелом возрасте — А это не на почитать. Скорее просто на память. Ему нравится       Тыква ткнулась головой ей в ладонь, выпрашивая внимание. Гвен перетянула кошку к себе на колени, промурлыкав «ах ты подлиза пушистая» и поцеловав в сопливый нос. — Кстати, а девианты празднуют дни рождения? — Насколько я знаю, и да, и нет. Коннор — Гвен могла поклясться, что видела, как ее напарник скривился — празднует свой в день девиации, Маркус — в день, когда познакомился с Карлом. Хлоя предпочитает не праздновать вовсе. — Когда это ты подружился с Хлоей? — За те несколько часов, что мистер Камски гостил у нас, я успел познакомиться и перейти на более близкий уровень общения. Ее манера речи мне ближе, а ее присутствие в сети умиротворяет. — Вот как. Гвен Хлоя нравилась. Она была улыбчивой, шутливой и держала Элайджу под присмотром. Тот даже выглядел куда более живым и человечным в ее компании, чем во время работы в Киберлайф. — А что насчет тебя? — М? — Ты празднуешь свой день рождения? — Ранее я об этом не задумывался. Однако сейчас склоняюсь к выводу, что это будет интересный опыт. — Тогда отпразднуем твой следующий День Рождения как следует. Ты уже выбрал дату? Можем отпраздновать в день твоей девиации. Теперь РК скривился по-настоящему. — Я бы предпочел дату своей активации. Девиация не создала меня заново и не изменила мою личность. — Хорошо-хорошо, как скажешь. Гвен подняла руки вверх, признавая капитуляцию. — Так что там с подарком? — Как я сказал ранее, ни один из предложенных сетью вариантов не подходит под ваш профиль. Но как девианту мне доступна импровизация. Собирайтесь, детектив. И вышел из комнаты, оставив ее в недоумении.       Октябрь в Детройт выдался не слишком ветреным, в меру прохладным и спокойным. РК, сменивший любимый пиджак на пальто, шел рядом, периодически поглядывая на нее сверху вниз, и улыбался, отчего на щеках появлялись маленькие ямочки. Косяк разработчиков, не иначе. Правда от этой улыбки у Гвен где-то под ребрами появлялась странная легкость и хотелось улыбаться в ответ и тихо хихикать ни с того ни с сего. Очередной зародившийся смешок превратился во внезапный чих. — Вы не простудитесь? Гвен помотала головой. Пальто на ней было потеплее, чем на РК, шарф плотно обматывал горло, а замерзающие руки она проворно спрятала в карманы. Правда напарника это не остановило. Не сбавляя шаг, он вытянул ее ладонь из кармана, стянул перчатку и накрыл своими лапищами так невозмутимо, словно это была флэшка с рапортом или пакет с уликами, а не ее рука. Гвен возмущенно уставилась на него. — И как это понимать? — О, прошу прощения, не знал, что карман вашего пальто умеет регулировать свою температуру. Да, ее рука быстро отогрелась, спрятанная между двумя портативными обогревателями-ладонями. Но вторая обиженно продолжала мерзнуть, стиснутая в кулак в другом кармане. РК вдруг замедлился и остановился возле кафе, спрятавшегося в уголке парка. Гвен успела оглядеться, заметить тройку дружных семей на прогулке, влюбленную пару, занявшую скамейку под клёном, нескольких собачников и нарезающего круги спортсмена. Заметить все, кроме вежливо придержанной для нее двери, пока ее не взяли за руку. За ту, на которой не было перчатки. Вот чёрт.       В кафе было уютно тепло, по-осеннему золотисто и соблазнительно пахло свежей выпечкой. Гвен, недолго думая, заняла столик на двоих у окна, с мягкими бежевыми креслами и подушками. Волноваться было не о чем. Её пальто было аккуратно повешено рядом, выбор кофе и сладкого она также доверила напарнику и теперь с ленивой улыбкой смотрела в окно, наблюдая за облаками и чьим-то воздушным змеем. РК осторожно поставил перед ней чашку. Гвен с любопытством заглянула сперва в его, с неудовольствием обнаружив в ней тириум — а впрочем, чего она еще ожидала? — затем в свою, приятно пахнущую мятой и молоком. — Мятный капучино и миндальные круассаны. Я угадал? РК улыбался мягко, как никому не улыбался на и вне работы, что она на секунду смутилась. — Ты не угадал, ты знал. — Вовсе нет. При мне вы пьете обычный, без сиропов. Да и выпечкой не увлекаетесь. Так я угадал? Не просто угадал. Попал прямо в яблочко. Гвен отпила из чашки и кивнула, чувствуя, как приятное тепло расползается по телу. Даже замерзшая вторая ладонь начала отогреваться, отзываясь покалыванием. А РК по-прежнему улыбался ей. — С Днем Рождения, Гвен. Его левая рука расслабленно лежала на столе, вторая мерно постукивала по ободку чашки с синими разводами. Гвен, не думая долго, чтобы не успеть себя отговорить, потянулась вперед, чтобы взять его за руку. В конце-концов это был лучший подарок за последние несколько лет.